Денис Седов
Камлар приспешник каменного храма

Глава 1

Сначала была пустота. Потом сквозь неё пробился звук — дребезжащий, раздражающий шум, отдалённо напоминающий речь. Голос плавал, то приближаясь, то отдаляясь, будто я слушал его под водой: — знаете как приготовить?..

Мир вокруг обретал плотность, как вода, в которую опускаешь руку. Из янтарного марева проступило пятно — неясный, колышущийся силуэт. Он метался из стороны в сторону, постепенно обретая острые углы и резкие линии. Сначала я увидел клочья серой кожи, потом — изумрудные вспышки там, где должны быть глаза. Картинка проступила резко, будто кто-то промыл стекло.

— и не просто приготовить, а чтобы после этого остаться на ногах и ещё получить максимум магических поенов? — Передо мной стояло странное существо. Сначала казалось — обычный подросток лет двенадцати, не больше. Невысокий, щуплый. Но борода — настоящая, жёсткая, тёмная, с проплешинами — ломала это впечатление, делая его похожим на взрослого мужика, запертого в теле ребёнка.

Он гордо посмотрел на меня и усмехнулся: — Вижу, не знаете. Уважаемый... чёрный горный остролистник... вы меня вообще слышите?

Одежда незнакомца выглядела так, будто её не шили, а собирали из обрезков кожи разной толщины и цвета, скрепляя грубыми, почти варварскими стежками. Где-то торчали нитки, где-то куски просто были притянуты ремешками. Его глаза отливали изумрудом — живые, цепкие, а из густой шевелюры торчали острые кончики ушей. Под левым глазом наливался фиолетовым свежий синяк; судя по цвету, получил он его недавно, но, судя по выражению лица, не особо переживал по этому поводу.

— Чего?.. — выдавил я, не сводя с него взгляда. — Ты кто? Где мы?

Мы стояли на опушке леса. Огромные деревья смыкались над головой, закрывая небо. Лучи солнца пробивались сквозь листву, и всё вокруг тонуло в тёплых, янтарных тонах.

Я помнил только последние минуты. Помнил, как оказался здесь — просто возник, из ниоткуда. Что было до этого — пусто.

Мысли в голове бились, как запертые птицы. Что-то было не так. Совсем не так.

Было ещё кое-что: я не мог двигаться.

Сейчас явно стояло лето — это ощущалось без всяких сомнений по тёплому воздуху, запахам и свету. Но единственное, что всплывало в памяти — зима. Не лютый холод, а просто белый плотный снег вокруг и странное, липкое ощущение, будто Новый год только что прошёл. Я не помнил этого, я это знал. И всё. Пустота. Я не знал, как меня зовут, кто я и откуда.

Я опустил взгляд на руки и только сейчас понял, что не хватает чего-то важного: кисти левой руки не было. Секунда. Ещё одна. Будто мозг отказывался это принимать.

Я попытался пошевелить пальцами, которых больше не существовало.

На мне был военный свитер — что именно военный, я понял сразу, хотя не мог объяснить почему. Просто знал. Тактические штаны, плотные, с карманами, которые сами подсказывали, где что должно лежать. Слова и названия всплывали в голове сами по себе, но не цеплялись ни за что. Ботинки — тяжёлые, разношенные, вместо шнурков — дисковая затяжка с тонким тросом. Поворот, и они стягиваются намертво. «Имея одну лишь правую кисть, это должно быть удобно».

Грубая, но надёжная вещь. Я смотрел на себя и чувствовал странное несоответствие: тело знало эту одежду, а я — нет.

— Ну что замерли? Вы меня понимаете? Из какого кантона будете? — Он не мог устоять на месте ни секунды, кружил вокруг меня, будто рассматривая со всех сторон.

А я так и не смог сдвинуться. Ноги не слушались, будто вросли в землю. Я мычал что-то невнятное.

Нелепо, беспомощно. Самое странное было другое: я понимал каждое им сказанное слово, но язык, на котором он говорил, не был мне знаком. Я бы не смог повторить ни звука, и всё же — понимал. А вот поймет ли он меня, я уже не был уверен.

— Ладно, я пойду. Дел ещё много, а день уже к полудню подходит.

Он уже развернулся, чтобы уйти, но мне всё-таки удалось дёрнуться. Резко, почти отчаянно, я рванулся вперёд и схватил его за шиворот. Это было первое осознанное движение, которое у меня получилось.

В следующий миг всё кончилось. Короткое, почти ленивое движение его рукой — и меня отбросило в сторону метра на три. Я даже не понял, как это произошло. Удар о землю выбил из меня воздух, мир вспыхнул белым и на мгновение погас. Сознание словно выскользнуло.

«Кам живой?.. держись сейчас стемнеет — и пойдём»— голос всплыл из ниоткуда. Глухой, будто через воду. Стас. Позывной — Метель. Кам — мой позывной, Камлар — это я. И сразу другой звук: резкий, нарастающий. Пикирующий дрон. Удар. Вспышка. Тьма.

Я дёрнулся, будто меня выдернули обратно.

— Уважаемый вы как?

Слова прорезали туман в голове. Бородатый подросток стоял рядом. Его голос звучал уже здесь и сейчас, а «там, где остался Метель» всё оборвалось.

— Ты чем меня огрел? — хрипло спросил я.

— Я?.. Нет-нет, что вы — он резко отшатнулся, вскинул руки. — Я не нападал на вас. Простите, если причинил вам вред, уважаемый. Вы же знаете — нам нельзя применять силу. Если об этом узнают мне конец.

Его лицо побледнело. Не наигранно — настоящий страх. И почему-то в этом я был абсолютно уверен. В голове стоял вязкий туман, мысли скользили, ни за что не цепляясь. И чтобы хоть как-то его рассеять, мне нужен был этот тип.

— Ты же не можешь меня сейчас бросить, — сказал я, с усилием выговаривая слова. — После нападения на меня. Это бы очень плохо выглядело для — Я замолчал, будто подбирая слово, и медленно провёл пальцами по вискам, заодно обдумывая как у меня получается говорить с этим странным персонажем.

— Да, уважаемый — он сразу закивал, шагнул ближе, но держался настороженно. — Стражи бы это расценили как нападение. Не губите меня. Я просто приспешник храма. Мне не нужны проблемы. — Он коснулся пальцами синяка под глазом. — На днях настоятель поколотил меня. За неповиновение.

Я медленно кивнул, делая вид, что обдумываю его слова.

— Приспешник Храма, значит. Какого именно?

— Уважаемый ну нашего. Каменного. Все же знают

— Все? — мой голос стал холоднее. — Ты уверен?

Он вздрогнул: — Я я имел в виду в этом кантоне все знают уважаемый

Я сделал шаг к нему. Медленно. Тело слушалось.

— Тогда давай проще. Где мы?

— Опушка у Нижнего леса. До дороги — полчаса пешком. До храма — чуть дальше но я могу провести.

— Стражи, — сказал я, не отрывая от него взгляда. — Кто они?

— Они следят за порядком. За такими, как мы. Чтобы не было нарушений. Чтобы силу не использовали без дозволения. — Он замолчал и быстро добавил: — Я не использовал. Это случайно вышло.

— Случайно ты меня на три метра отшвырнул?

Он побледнел ещё сильнее: — Я испугался вы схватили меня рефлекс

Я дал ему пару секунд повисеть в этом страхе.

— Ладно. Допустим. Этот твой остролистник. Зачем он?

Его лицо оживилось, он заговорил быстрее:

— Это редкая вещь. Даёт помощь в силе восприятия. Магической силе. За остролистник можно многое: у наставников брать что-то, у торговцев доступ получать. Но готовить его опасно. Если неправильно — он может быть смертельным.

— А если правильно?

— Тогда выживаешь. И получаешь многое.

— Ты умеешь восстанавливать? — я поднял левую культю.

— Я видел пару раз. Сам — нет.

— Значит, бесполезен, — сказал я.

— Нет! Я могу провести к тем, кто может и умеет. Или к храму. Там знают больше.

Я сделал долгую паузу. Пусть понервничает.

— Хорошо. Тогда ты меня туда и отведёшь. И по дороге расскажешь всё, что знаешь.

Он облегчённо выдохнул и закивал с готовностью. Страх делал его разговорчивым, а мне именно это и было нужно. Я поднялся, проверяя тело. Мир ещё немного плыл, но ноги держали.

— Пошли, — скомандовал я.

Лес сразу же сомкнулся вокруг нас. Свет стал мягче, тени — глубже. Под ногами хрустели сухие ветки, и этот звук казался слишком громким. Я поймал себя на том, что прислушиваюсь, как будто жду чего-то. И в этот момент я понял: тишины не было. Лес жил. Именно сам лес, а не его обитатели. Где-то далеко скрипело дерево, шуршали листья, что-то двигалось, но не показывалось на глаза. Я остановился. Мой проводник сделал ещё пару шагов и только потом заметил, что я отстал.

— Уважаемый?..

— Здесь есть животные? — спросил я.

— Птицы? Звери? Нет, — сказал он. — В кантоне их нет. Давно. Говорят, раньше были... Лет десять, наверное, уже их нет.

Я посмотрел вглубь леса. Где-то там, между стволами, мелькнула тень. Или мне показалось? — Пошли дальше. Ты сказал кантон. Кто им управляет?

— Владыка. Он над всеми.

— И над храмом?

— Не совсем Храмы сами по себе. Но с Владыкой лучше не спорить, он может многим испортить существование.

Мы шли дальше, и чем глубже заходили в лес, тем сильнее меня не отпускало ощущение, что мы тут не одни.

Чтобы прервать паузу, я спросил:

— Как тебя зовут?

Он будто споткнулся:

— Андар, уважаемый. Приспешник третьего уровня Каменного храма. Я нелюдь. — Последние слова он произнёс как-то тише.

— Андар, значит А меня как зовут, ты не знаешь?

— Уважаемый я не смею предполагать. Имя каждый сам выбирает. Или получает.

— Удобно. Позывной у меня был, я его получил Это я помню. — Сказал я уже больше себе. — Кам — сказал я, скорее себе, чем ему.

Он резко обернулся:

— Кам?.. Это редкое имя, уважаемый. У нас так не называют. — Почему? — Просто Камами называют тех, кто слышит. — Лес будто стал тише.

— Кого слышит?

— Не «кого», — наконец сказал он. — А «что».

— У меня проблема, — сказал я, глядя на него. — Я не помню ничего, что было до нашей встречи. И это угнетает меня больше, чем твое нападение на меня.

При последних словах Андар поморщился, но заговорил быстро, будто боялся, что я передумаю: — Это легко решить, уважаемый. Я могу прямо сейчас использовать обычное заклинание, и память вернётся. Я кивнул: — Буду тебе благодарен.

Он оживился и указал на поваленное дерево. Когда я сел, Андар вытянул руки вперёд. Его пальцы дрогнули. — Это не больно, — быстро добавил он. — Просто может быть немного непривычно.

Он закрыл глаза, и воздух вокруг будто стал плотнее. Даже лес замер. Я почувствовал, как в голове что-то откликается, словно кто-то постучал изнутри. Андар сделал короткое движение рукой, и в этот момент меня накрыло.

Зелёнка где-то рядом с деревней. Запах гари. Гул разрывов и свист пикирующего дрона. Тьма.

— Боец к тебе дед приехал

Голос санитара вырвал меня из пустоты. Я в палате, лицо забинтовано, один глаз открыт. В дверь заходит он — мой дедушка. Я видел его всего два разав жизни, но этот взгляд, тяжёлый и глубокий, невозможно забыть. Родители привозили меня к нему, когда я едва не умер от пневмонии. И потом — перед уходом в армию.

Он почти не изменился.

— Ты сделал подношение, — его голос был как скрип многовекового дерева. — Дар проснётся. Всё вернётся на свой путь. Ты — Камлар.

Он взял мою руку. Блеснуло лезвие. Резкая боль — он надрезал ладонь и собрал кровь на кусок кожи.

А в следующий миг я увидел это со стороны: горы, родовой камень, дед кладёт на него окровавленную кожу. Камень впитывает капли, и что-то внутри меня откликается. После этого я пошёл на поправку слишком быстро. А когда сняли повязки... меня потянуло прочь.

Какая-то внутренняя мощь подталкивала меня к действиям, со стороны выглядевшим как полная психиатрия.

Я поднялся на крышу госпиталя, сделал шаг в рассвет и начал «проявляться» здесь, на опушке «янтарного леса».

Видения проносились до тех пор, пока рядом с моим силуэтом на поляне не появился этот нелюдь...

Воздух ударил в лёгкие так, будто я долго не дышал. Я резко открыл глаза. Андар отступил на два шага, его голос дрожал:

— Уважаемый вы это видели?

— Видел, — отрезал я, поднимаясь. Голова гудела, но туман стал другим — прозрачнее.

— Я использовал обычное восстановление памяти — оправдывался Андар, пятясь. — Но там был отклик.

При этих словах он испуганно ткнул пальцем в сторону моей груди.

— Как будто что-то ответило. Это не магия храма.

Где-то далеко хрустнула ветка. Я не просто услышал — я почувствовал, как тонкая нить протянулась куда-то вглубь пустого леса...

Я сделал шаг вперёд, игнорируя панику Андара. Лес изменился: я увидел его изнутри. Тонкие пульсирующие нити тянулись между деревьями, и одна из них вела прямо ко мне. Я коснулся воздуха, и в голове вспыхнул образ: тёмный, быстрый серый силуэт и жёлтые, осмысленные глаза.

— Тихо, — бросил я Андару.

Нить дёрнулась. Между деревьями сначала появилась текучая тень, а затем вышел он — Волк. Тихий, собранный, он замер, готовый к прыжку в любое мгновение.

— Этого не может быть — едва слышно прошептал Андар, пятясь назад. — Здесь не бывает зверей. Просто не бывает.

Волк остановился в нескольких метрах. В его позе не было агрессии охотника, выслеживающего добычу. Это было нечто иное — узнавание. Словно ритуал, похожий на вручение верительных грамот но