Дарья Иванова
Дом Кровавой Луны

Глава 1

Сад поместья Эмберальд жил своей тихой, почти упрямой жизнью, не обращая внимания ни на время, ни на людей.

У самых кованых ворот, где земля была жёсткой и каменистой, росли обычные деревья и кустарники. Ветер едва касался их крон, и те отвечали ленивым шорохом — словно переговаривались на языке, которого давно уже никто не понимал. Здесь пахло сухой корой, пылью и чем-то далёким, забытым.

Рядом с каменными дорожками, которые местами заросли мягким, влажным мхом, простирались грядки. Бабушка называла их «аптекой под открытым небом». Здесь росли десятки лечебных трав: мята холодила воздух, лаванда оставляла сладковатый след, а полынь давала горечь, которую Александр узнавал с детства. Их запах смешивался в сложный, чуть горьковатый коктейль.

Но самым удивительным местом в окрестностях поместья были оранжереи. Они стояли в глубине сада, скрытые от посторонних глаз высокими каменными стенами и густыми зарослями плюща. Три стеклянных купола, тянущиеся к солнцу. Закалённое стекло было покрыто тонкой паутиной трещин от времени, но внутри, за этими стенами, цвела настоящая магия.

В одной оранжерее росли редкие лекарственные травы, привезённые из различных мест Тэоса. Во второй – ядовитые растения, которые бабушка использовала для создания противоядий. Их запах был резким, почти удушающим, и слуги открывали дверь туда только в специальных масках.

Но третья была запретной. Её двери всегда были заперты, и Александр ни разу не видел, чтобы бабушка входила туда. Стеклянные стёкла были такими мутными от времени, что за ними нельзя было разглядеть ничего, кроме тёмных, неподвижных силуэтов. Когда юноша спрашивал бабушку, она лишь гладила его по голове и говорила: «Когда вырастешь, я тебе всё покажу. Но не сейчас.»

По центру сада располагался фонтан, который был высечен из серого камня, и его чаша давно покрылась изумрудным мхом. Вода в нём была неподвижной и тёплой – в ней плавали листья.

На краю фонтана, свесив одну ногу и покачивая ею в такт собственным мыслям, сидел юноша лет девятнадцати. Белые волосы прямыми прядями спадали на плечи, а серо-голубые глаза рассеянно смотрели в небо. В руках он держал раскрытую книгу по ботанике, но давно уже не читал, уйдя в мысли.

Александр любил это место. Здесь было так тихо, умиротворяюще.

Он медленно выдохнул и запрокинул голову назад, глядя в просветы между ветвями, размышляя о том, как вернуть былую славу некогда знатному роду.

Поместье Эмберальд в последние десятилетия опустело. Кроме Александра, его бабушки из аристократического рода никого не осталось. Большая часть поместья не использовалась и была закрыта, а слуг насчитывалось менее десятка.

На его губах появилась едва заметная улыбка – редкий гость в последние месяцы. Но он всё ещё верил, что скоро всё наладится. Если ему удастся заключить выгодную сделку на поставку лекарственных трав и зелий, то к концу года он сможет нанять больше слуг. Восстановить старое крыло поместья, где прохудилась крыша. И постепенно вернуть Дому былое величие.

Размышления его вырвал звук шагов.

– Господин Александр, – раздался слегка запыхавшийся голос.

Юноша повернул голову и отложил книгу.

У дорожки стоял слуга, высокий худощавый мужчина в тёмной одежде. Лицо его было неспокойным, почти безжизненным.

– Госпожа желает вас видеть. Срочно.

На мгновение воздух в саду будто стал тяжелее.

– Что-то случилось?! – забеспокоился юноша.

– Не могу знать, милорд.

Он провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями. Бабушка не звала его просто так. Никогда. Значит, что-то произошло нехорошее. Или должно произойти.

Александр бросил последний взгляд на неподвижную воду фонтана. На секунду ему показалось, что отражение дрогнуло, хотя ветра не было.

– Хорошо, – сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Слуга кивнул и развернулся, не дожидаясь его. Александр пошёл следом, чувствуя, как с каждым шагом сад будто отступает назад, закрываясь за его спиной.

Главный зал поместья Эмберальд пустовал и встретил наследника сквозящим молчанием.

София Эмберальд, бабушка Александра, сидела в своём кресле. Рядом с ней на кушетке расположились двое незнакомцев в тёмных одеяниях с высокими стоячими воротниками. Хоть пожилая женщина и держалась статно, юноша увидел, как нервно постукивают её пальцы по подлокотнику.

– Бабушка, – быстро подбежал он к ней. – Что-то случилось? Кто эти люди?

Надменный взгляд незнакомцев выдавал в них аристократов, людей высшего круга. На одеждах был вышит герб в виде алой розы в чёрных шипах, и Александр сразу узнал родовой герб семьи Монтеро – одной из влиятельнейших семей в Астэрии.

– Александр, мальчик мой, – бабушка встала и взяла его за руки, и он почувствовал, как дрожат её пальцы. – Тебе придётся покинуть дом.

– Что? Н-но... я не понимаю... – холод пробежался по спине.

– Дело в том... – женщина старалась подобрать слова.

Один из незнакомцев встал и шагнул к нему.

– Твой отец, лорд Рейнгард Монтеро, желает видеть тебя. Мы здесь, чтобы доставить тебя к нему.

Александр замер. В груди что-то оборвалось.

Отец.

Бабушка никогда не говорила, кто был его отцом. А теперь он понял почему. Лорд Рейнгард Монтеро – жесточайший и кровожадный человек во всей Астэрии. Тот, чьё имя шептали с ужасом. Тот, кто, говорили, убил собственную жену.

Внутри вспыхнула злость.

– Если он так желает меня видеть то почему не явился сам?! Столько лет он не желал меня видеть, с чего вдруг сейчас?

Лицо мужчины налилось пунцовой краской. Он шагнул вперёд, и Александр инстинктивно выхватил клинок из ножен.

– Убирайтесь!

– Александр! – голос бабушки прозвучал резко, но в нём не было гнева, только страх. Она подошла и опустила его руку. – Прошу тебя. Не надо.

Клинок звякнул о каменный пол. Александр смотрел на бабушку, и впервые в жизни в её мудрых и спокойных глазах он увидел ужас.

– Бабушка, – прошептал он. – Почему? Я не хочу уезжать.

Она сжимала его руки так сильно, что побелели костяшки.

– Я знаю, мой золотой. Знаю.

Бабушка прижала его к себе. Александр вдохнул знакомый запах сухих трав, дерева и мёда.

– Прости меня, – заговорила она тихо, почти шёпотом, не отпуская внука из своих объятий. – Я не могу тебе всего рассказать. Просто знай: наследие нашего Дома в твоих руках. Не дай ему попасть в чужие руки.

Александр поднял на неё непонимающий взгляд. Но понял: речь шла о той самой оранжерее, которую он никогда не видел изнутри. О той, что была закрыта ото всех.

Она оглянулась на гостей – те стояли в нескольких шагах, наблюдая с холодным любопытством. И тогда бабушка прижала его к себе так крепко, будто хотела передать ему нечто большее.

– Твоя мать, – прошептала она ему прямо в ухо, почти неслышно, – искала способ обойти проклятье рода Монтеро. И почти нашла.

Александр замер. Сердце забилось быстрее.

– Оранжерея хранит её тайны, – продолжала бабушка. – То, что она там оставила, важнее, чем ты можешь представить. Там ты найдёшь ответы на все свои вопросы.

Она отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза. В её взгляде была такая боль, что у Александра перехватило дыхание. Она сняла с шеи кулон и надела ему на шею. Тёплый и будто бы живой металл коснулся кожи.

– Ты – истинный наследник Дома Эмберальд и доказательство того, что она была права.

Гости недовольно хмыкнули. На глаза юноши проступили слёзы. Он обнял бабушку и не хотел отпускать.

Один из слуг внёс в зал чемодан с вещами.

– Езжай, – тихо сказала бабушка. – И помни: ты всегда останешься Александром Эмберальд. Береги себя.

Она отпустила его. Просто отпустила, понимая одну страшную истину: она не в силах защитить его от воли лорда Монтеро.

В её взгляде читалось такое отчаяние, что Александр сделал шаг назад. Внутри что-то оборвалось. Он хотел что-то сказать. Спросить. Остаться. Но слова застряли в горле, превратившись в глухую боль.

– Идём, – сказал один из мужчин, положив ему на плечо холодную руку. – Твой отец ждёт встречи с тобой.

Гости направлялись к выходу. Выбора не было. Он развернулся, стиснул зубы и пошёл следом, не обронив ни слова.

Двери поместья закрылись за его спиной тяжёлым глухим звуком. Холодный воздух ударил в лицо. Александр на мгновение остановился на ступенях и обернулся.

Окна главного зала светились мягким золотым светом. За одним из них стояла бабушка. Маленькая. Хрупкая. Одинокая.

Внутри стало пусто.

– Пора, идём, – окликнул его один из незнакомцев, открывая дверь экипажа.

Юноша отвернулся и пошёл к карете, сжимая в ладони кулон. Тот тихо пульсировал, будто живой.

Как только Александр сел в карету, свежий запах трав сменился приторным парфюмом, смешанным с запахом кожи и табака.Экипаж тронулся.

Он не смотрел в окна. Не хотел видеть, как исчезает его дом. Пальцы сжались вокруг кулона. Слишком сильно. Словно это была последняя нить, связывающая его с местом, где его любили.

Александр закрыл глаза. Впереди его ждала неизвестность. И отец, которого он никогда не знал.

«Я вернусь, бабушка», – прошептал он. – «Чего бы мне это ни стоило.»

Он сжал кулон так сильно, что металл стал тихо вибрировать. На мгновение юноше показалось, что он слышит тонкий, почти музыкальный звук. Тот самый, что исходил из запретной оранжереи.

Карета въехала в тёмный лес, и свет поместья Эмберальд погас за поворотом. Навсегда.