# Сила в крови

Ася Мамаева

Кира считала себя самой обычной девочкой, пока однажды в школьной столовой к ней не прилипли железные ложки. Шутки одноклассников закончились, когда директор забрала девочку к себе в кабинет и открыла ей страшную тайну. В крови Киры течёт древняя сила. Она способна притягивать металл и превращать собственную кровь в смертоносный клинок — оружие, которым можно убивать существ, пришедших из аномальных зон.

Много лет монстры появлялись только ночью в закрытых тоннелях метро. Охотники знали, где искать врага.

Но теперь всё изменилось.

Аномальные зоны открываются по всему городу.

Монстры выходят на улицы.

И никто не знает, где они появятся следующей ночью.

Пока Кира учится владеть мечом и своей опасной силой, её всё сильнее мучает вопрос: кто были её настоящие родители и почему они бросили её ещё младенцем?

Чем ближе девушка подбирается к ответу, тем страшнее становится правда.

Ведь иногда родители исчезают не потому, что не любят своих детей.

Иногда они просто не возвращаются из темноты.

## Глава 1

Апрельское солнце заливало класс своим ярким светом. Кира сидела за третьей партой у окна, подпирая щеку ладонью, и уже минут десять не слышала ни единого слова учительницы. За стеклом шумела весна, словно зазывая на улицу из душных помещений. На школьном дворе давно распустились листья, ветер лениво качал ветви молодых клёнов, а яркое небо было таким чистым, что хотелось немедленно сбежать из класса и просто идти куда-нибудь, ни о чём не думая.

— ...и если перенести неизвестное в левую часть уравнения... — голос учительницы доносился будто из другого мира.

Кира тихо вздохнула и перевела взгляд чуть вперёд. Прямо перед ней сидел Максим Крыгин. Девушка знала его уже три года, с тех пор как перевелась в эту школу. Парень был самым обычным девятиклассником: немного растрёпанные тёмные волосы и карие глаза, широкие плечи, привычка сидеть, слегка сгорбившись, и постоянно крутить ручку между пальцами. Он всегда шутил так, что смеялся весь класс, часто спорил с учителями и получал двойки, конечно совершенно не переживая по этому поводу. А Кира почему-то замечала всё, даже то, как сегодня подвернуты рукава его рубашки. Или как утром, зайдя в класс, улыбнулся своему другу, или как сейчас, задумавшись, слегка покачивал ногой под партой.

Девушка снова вздохнула. Максим, конечно же, даже не догадывался о её существовании. Ну, то есть догадывался, наверное, они же все таки учились в одном классе, но вот чтобы подойти и сказать:

«Кира, пойдём после уроков гулять?»

Нет, такого никогда не случится. Да и девочка никогда не смогла бы сама подойти к Крыгину, чтобы позвать куда нибудь. Кира грустно улыбнулась и вновь посмотрела в окно. А вдруг? Вот прозвенит звонок. Все начнут шуметь, собирать вещи. Девочка будет медленно складывать учебники в рюкзак, делая вид, что никуда не спешит. И тут...

— Кира.

Она поднимет голову, а это Максим, стоит рядом с её партой, немного смущённый.

— Слушай... Ты сегодня свободна?

— Наверное...

— Может, погуляем?

Он говорит это так спокойно, будто ничего особенного не происходит. А у неё внутри в этот момент всё переворачивается. Они выходят из школы. На улице тепло. Ветер пахнет молодой травой. Максим рассказывает какую-то смешную историю, активно жестикулируя, а она смеётся, хотя половину слов вообще не слышит, потому что думает только об одном:

«Это происходит со мной».

Потом они идут вдоль парка, покупают мороженое. Максим вдруг смотрит на неё и говорит:

— Знаешь, я давно хотел с тобой погулять.

И Кира...

— Кира!

Девушка вздрогнула и заморгала, прогоняя наваждение.

— Повтори, что я сейчас сказала.

Учительница по алгебре Татьяна Федоровна смотрела прямо на неё. По классу прокатились смешки и Кира покраснела.

— Э-э...

— Ясно, — вздохнула учительница. — Опять в облаках.

Максим слегка повернул голову. Их взгляды встретились всего на секунду и уголки его губ едва заметно дрогнули.

Он улыбался. Кира почувствовала, как её лицо вспыхнуло ещё сильнее и она поспешно отвернулась к окну.

Ну почему именно сейчас?! Девченка сделала вид, что очень внимательно смотрит на улицу. На спортивной площадке одиннадцатикласники играли в баскетбол. Где-то неподалёку громко чирикали воробьи. Весна. Кира считала её самым несправедливым временем года. Погода тянет гулять, но она сидит в душном классе, а еще потому что именно весной ужасно хочется, чтобы произошло что-нибудь хорошее, особенное, чтобы тебя заметили, взяли за руку и сказали:

«Пойдём».

Кира снова посмотрела на спину Максима. Тот продолжал что-то писать в тетради, иногда поправляя волосы. Совершенно обычный парень, но почему-то именно из-за него у девушки последние три года сердце начинало стучать быстрее.

Глупость наверное, Кира тихо усмехнулась сама себе, ведь ничего не случится. Сейчас прозвенит звонок с урока, все разойдутся по домам. А Максим, скорее всего, вообще её не заметит и завтра будет точно такой же день. Но... Кира всё равно продолжала мечтать, потому что весна за окном была слишком красивой и потому что иногда самые невероятные вещи начинаются именно с обычного школьного дня. Когда ты вот так сидишь на уроке, смотришь в окно и даже не подозреваешь, что совсем скоро твоя жизнь изменится навсегда.

Звонок прозвенел так резко, что Кира вздрогнула. Девятый "а" тут же ожил, зашуршали тетради, захлопали крышки пеналов, заскрипели стулья. Кто-то уже бежал к двери и кричал:

— Быстрее! А то всё вкусное разберут!

— Да подожди ты!

Максим Крыгин первым выскочил из-за своей парты. На ходу закинул рюкзак на плечо и вместе с друзьями скрылся в коридоре. Кира проводила его взглядом. Ну вот, никуда он её гулять не позвал, даже не посмотрел. Девочка мысленно обозвала себя дурочкой и принялась медленно складывать учебники в рюкзак. Наверняка такой парень как Максим гуляет только с самыми красивыми девчонками города.

В классе почти никого не осталось и только когда последний одноклассник выбежал за дверь, Кира наконец поднялась и тоже вышла в коридор.

Школа гудела и со всех сторон неслись голоса, смех, топот сотен ног. Старшеклассники, словно лавина, стекались к лестницам и дальше — к столовой.

Кира шла не спеша. На стенах через каждые несколько метров висели большие зеркала. Девушка привычно скользнула взглядом по одному из них и тут же отвела глаза, но через пару шагов снова посмотрела. Из зеркала на неё глядела долговязая девчонка с худыми плечами и слишком длинными руками. Школьная форма сидела на девушке так, словно её сняли с чужого человека. Пиджак висел мешком, юбка казалась слишком длинной, а ноги — слишком худыми. Да и вообще всё было каким-то... неправильным. Кира тяжело вздохнула.

Мама постоянно говорила дочери:

— Потерпи. Пройдёт переходный возраст, и всё станет на свои места.

Только переходный возраст, похоже, пройдёт не скоро. Да и складывалось впечатление, что он действует только на девочку, ведь её однокласницы не выглядели так ужасно. Наоборот, каждый раз, глядя на одноклассниц, Кира чувствовала себя гадким утёнком. У Алины уже появилась фигура, у Светки идеальные волосы и кожа. Даже тихая Лиза из параллельного класса умудрялась выглядеть красиво. А Кира... была просто Кирой, угловатой, нескладной, с вечно растрёпанными тёмными волосами и коленками, которые торчали во все стороны. Она снова посмотрела в зеркало и скорчила отражению рожицу.

— Ну и ладно.

Отражение не возражало.

Из столовой уже доносились запахи свежих булочек и чего-то жареного. Кира ускорила шаг и почти сразу поняла, что опоздала. В столовой творился настоящий хаос. Шум стоял такой, будто здесь собралась вся школа. За столиками сидели по пять-шесть человек. Кто-то ел, смеялся или орал через всю столовую. Старшеклассники оккупировали окна и подоконники. Младшие носились между столами, а очередь тянулась почти до дверей.

— Ну замечательно, — пробормотала Кира.

Но уходить было поздно и она терпеливо дождалась своей очереди. К этому моменту от пирожков осталось всего два. Один с капустой и один с маком. Кира, которая ненавидела все из капусты, без раздумий выбрала второй. Потом заметила в холодильнике последний пакетик яблочного сока.

— Его тоже.

Повариха хмыкнула.

— Везучая.

Кира улыбнулась и прижала покупки к груди.

Теперь оставалось самое сложное —найти место. Девченка осторожно двинулась между столами. Здесь занято и здесь. Тут сидели десятиклассники с парралельного и шумная компания из её класса.

А за этим столом... Кира резко отвернулась, потому что там сидел Максим. Парень смеялся над какой-то шуткой друга, запрокинув голову назад.

Рядом с ним сидела их общая одноклассница Алина. Красивая и всегда уверенная во всем. Девушка что-то сказала, специально прижавшись к парню как можно ближе, и Максим улыбнулся её шутке.

Кира быстро пошла дальше, ей почему-то стало очень неприятно и от этого девочка почувствовала себя глупо. Она ведь ничего и не ждала.

Наконец в самом дальнем углу столовой обнаружился маленький свободный столик у окна. Кира тут же заняла его, поставила сок и развернула булочку. Только сейчас позволив себе выдохнуть.

Она поднесла булочку ко рту и осторожно откусила, довольно зажмурившись. Мак её любимый.

Булочка оказалась ещё тёплой, а яблочный сок приятно холодил горло. За окном светило солнце, в столовой стоял привычный гул, и на несколько минут девушке даже показалось, что жизнь не так уж плоха. Как цветы расцветают после холодной зимы, может и Кира когда нибудь расцветет и тогда Максим Крыгин обратит на нее свое внимание.

— Смотрите-ка, кто у нас тут.

Голос прозвучал совсем рядом и Кира медленно подняла голову. Перед её столиком стояли Алина Соколова и Светлана Журавлёва — две главные красавицы девятого класса и две главные вредины школы.

Алина была высокой блондинкой с идеальной укладкой и огромными голубыми глазами. Учителя её обожали, мальчики бегали следом, а сама Алина считала, что весь мир создан исключительно для её удобства. И конечно же пользовалась тем, что Максим смотрит только на нее.

Вика была полной противоположностью — невысокая брюнетка с каре, острым подбородком и такой ехидной улыбкой, что у Киры каждый раз начинала болеть голова. По отдельности они были неприятными. Вместе — невыносимыми. И Кира прекрасно знала, почему они подошли именно сейчас. Два дня назад была контрольная по алгебре, Алина и Вика сидели позади неё и отчаянно шипели:

— Кира, покажи ответы!

— Ну пожалуйста!

— Ты же всё решила!

Но Кира впервые в жизни не дала списать.

И судя по лицам девочек, они этого не забыли.

— Что, Кира, обедаешь одна? — сладко улыбнулась Алина.

— Какая неожиданность, — фыркнула Вика.

Девочка опустила глаза в булочку.

— Отстаньте.

— Ой, она ещё и огрызается!

Вика театрально схватилась за сердце.

Алина вдруг наклонилась к её подносу.

— Ты булку неправильно ешь.

Кира нахмурилась.

— Что?

— Сейчас мы тебя научим.

И прежде чем девушка успела что-либо понять, Алина схватила бутылку осторого кетчупа со стола и щедро выдавила на булочку толстую красную спираль.

— Эй! — Кира даже вскочила. — Ты что делаешь?!

Но Вика оказалась быстрее, она резко толкнула Киру под локоть и девочка села обратно, а булочка выскользнула из рук и с противным влажным шлепком прилипла прямо к белой рубашке.

Кетчуп мгновенно растёкся по ткани.

— А-а!

Кира взвизгнула, когда ткань прилипла к телу. Булочка медленно сползла вниз и упала на юбку, оставив после себя еще одно огромное пятно. На секунду в столовой повисла тишина, а потом... Алина и Вика захохотали, громко и противно, ну точь в точь две гиены.

— Боже мой, вы это видели?!

— Она булкой себя покормила!

— Какая неряха!

Соседние столики начали оборачиваться, кто-то засмеялся, потом другие присоединились.

Через несколько секунд смеялась уже половина столовой.

Кира застыла, ей казалось, что она сейчас сгорит заживо. Щёки тут же вспыхнули, уши запылали, даже шея стала горячей.

— Фу, какая заляпанная!

— Кетчупом облилась!

— Кира, тебе слюнявчик подарить?

Смех становился всё громче. Девушка смотрела в стол и не видела ничего, кроме красного пятна на рубашке и свои дрожащие руки.

Тут взгляд девочки выхватил их толпы Максима. Почему-то именно сейчас она подняла голову и сразу увидела его. Парень все так же сидел за столиком у окна рядом с друзьями. Он не смеялся, а просто смотрел на неё, не отводя взгляда. И от этого стало только хуже, потому что если бы он смеялся, она бы его возненавидела. А так он просто видел её, всю такую жалкую, красную от стыда, с испачканной рубашкой. Слёзы уже подступали к глазам и Кира быстро отвернулась. Нет, только не плакать. Она судорожно схватила салфетки и принялась тереть пятно, но кетчуп размазывался ещё сильнее, а руки дрожали. Смех вокруг не прекращался.

— Неряха!

— Ну и видок!

— Осторожно, а то ещё и соком обольётся!

Кто-то снова засмеялся и девочка почувствовала, что ещё немного и она действительно расплачется.

Ну почему именно сегодня, именно здесь? Почему Максим должен был это увидеть? Девочке захотелось исчезнуть, раствориться или провалиться под землю, лишь бы не слышать этот смех и не видеть этих лиц.

Наверное стоит пойти в женский туалет и постараться отмыть рубашку и юбку. Как на зло, у Киры сегодня с собой не было сменки. Девочка потянулась к своему рюкзаку и тут что-то звякнуло. Кира замерла, а звук повторился. Дзынь. Она подняла глаза, это была ложка. Обычная железная ложка, лежавшая на подносе. И она двигалась, медленно, скребя по пластику и прямо к её руке. Кира нахмурилась, наверное, показалось.

Но рядом вдруг задрожала вилка. А потом нож. Дзынь, дзынь, дзынь. Металлические приборы словно ожили и начали медленно ползти к ней. Смех в столовой постепенно стихал.

Дети начали замечать странное движение, а Кира сидела, забыв про кетчуп, слёзы и стыд. Она смотрела, как ложка вдруг резко подпрыгнула и прилипла к её ладони.

— Что за...

А потом к первой ложке со звоном прилипла вторая с соседнего стола. Дзынь! Девушка испуганно вскрикнула.

Она попыталась стряхнуть их, но в этот момент со стола сорвалась вилка.

Потом ещё одна, столовые приборы летели прямо к ней. В столовой образовалась абсолютная тишина, несколько учеников достали телефоны и теперь снимали все на камеры.

Ребята смотрели на неё, раскрыв рты.

Даже Алина и Вика перестали смеяться.

— Это... она магнит что ли? — ошарашенно пробормотал кто-то.

И словно в ответ на эти слова со всех ближайших столов раздался металлический звон и приборы одновременно сорвались с мест.

— Ай! Моя ложка!

— Да что происходит?!

Школьники пытались ловить приборы на лету.

Один мальчишка схватил вилку, но та буквально вырвалась у него из пальцев и полетела дальше.

Девочка из младших классов двумя руками держала ложку, но это было бесполезно, ложка дёрнулась и со свистом улетела прямо к Кире.

Она приклеилась к её груди.

— А-а-а! — девочка испуганно закричала, начиная подозревать, что видит какой-то кошмарный сон.

А железо теперь облепляло её со всех сторон. Металл со всей столовой словно сошёл с ума. Звон стоял такой, будто кто-то бросил целый мешок железяк.

Кира судорожно отрывала от себя приборы, хватала их и бросала на стол, но стоило ей отпустить ложку, как та тут же подпрыгивала обратно и снова прилипала.

— Нет!

Девушка в панике швырнула сразу три вилки. Они ударились о стол, подскочили и вновь прилетели к ней.

— Отстаньте!

Она уже чуть не плакала. Чья-то ложка с остатками каши приклеилась к щеке.

Кира сорвала её, а ложка вернулась обратно.

— Да прекрати ты!

Кира чуть ли не со злостью отшвырнула её в другой конец стола.

Та описала дугу в воздухе и через секунду снова ударилась о её плечо.

Ученики в столовой зашептались:

— Это фокус? Как она это делает?

— У неё что магниты под одеждой?

Кира ничего не слышала. Сердце колотилось где-то в горле, а сама она задыхалась.

Казалось, весь мир сошёл с ума.

Максим уже собирался подойти к Кире и помочь ей, но в этот момент в дверях столовой внезапно появилась стройная фигура. Ученики поспешно расступились. Кира подняла голову и обомлела. На пороге столовой стояла директор школы — Елена Сергеевна.

Ей было чуть больше двадцати пяти лет и она совсем не походила на обычного директора. Высокая, стройная, с длинными тёмными волосами, собранными в низкий хвост, и спокойными серыми глазами, она выглядела скорее как героиня фильма, чем как человек, который вызывает родителей за плохое поведение.

Кира всегда относилась к ней с особым теплом. Елена Сергеевна никогда не кричала на учеников, редко делала замечания и почему-то всегда была особенно добра именно к ней.

Сейчас она смотрела на Киру внимательно, сосредоточенно и кажется совершенно без удивления.

Это поразило Киру сильнее всего.

Вокруг все были в ужасе. Учителя застыли в дверях, ученики снимали происходящее на мобильники, Максим стоял неподалеку с таким видом, будто увидел настоящее чудо, а Елена Сергеевна словно давно ждала именно этого момента. Присутствие директорши успокаивало и Кира сделала вздох облегчения. Тут же все ложки, вилки и ножи, которые ещё секунду назад облепляли Киру с головы до ног, одновременно сорвались с неё и с громким грохотом посыпались на пол.

Металл разлетелся во все стороны.

По столовой прокатились испуганные возгласы, а Кира ошарашенно посмотрела на свои руки.

Пусто. На ней больше не осталось ни одного прибора. Девушка тяжело дышала, чувствуя, как в ушах шумит кровь, когда вдруг ощутила тёплые руки на своих плечах.

— Всё хорошо, — тихо сказала Елена Сергеевна.

Её голос был спокойным и уверенным, и от этого Кире почему-то сразу стало легче. Директор осторожно приобняла девушку за плечи и помогла подняться.

— Пойдём со мной.

Кира хотела что-то сказать, но губы словно срослись в тонкую полосу. Только сейчас она осознала, что всё это произошло на глазах у всей школы.

Все видели. И Максим видел.

От этой мысли к горлу подкатил ком.

Елена Сергеевна словно почувствовала её состояние и чуть крепче сжала плечо.

— Всё хорошо, Кира. Я рядом.

Они медленно пошли к выходу из столовой. И директор на ходу подхватила с пола рюкзак девочки.

Перед ними тут же расступились ученики. Никто больше не смеялся. Даже Алина и Светка стояли и просто наблюдали.

Кира шла, не поднимая головы. Испачканная кетчупом рубашка неприятно липла к телу, щёки всё ещё горели от стыда, а внутри было только одно желание — исчезнуть.

Но вдруг она почувствовала чей-то взгляд. Это смотрел Максим. Он всё ещё стоял возле своего опрокинутого стула и смотрел ей вслед так, словно пытался понять, что сейчас произошло.

От этого становилось только хуже и Кира поспешно отвернулась. Ей не хотелось, чтобы он видел её такой.

Они с директором вышли из столовой, и шум голосов сразу возобновился, но в коридоре было удивительно тихо и их шаги гулко отдавались от стен.

Елена Сергеевна всё так же держала Киру за плечо, но девушка вдруг заметила, что директор время от времени оглядывается.

— Елена Сергеевна... — тихо позвала Кира.

Женщина не ответила.

Они поднялись на второй этаж, прошли мимо учительской и кабинета физики, а затем остановились перед массивной деревянной дверью с золотой табличкой: Директор.

Елена Сергеевна быстро открыла дверь, мягко подтолкнула Киру внутрь и сразу же закрыла её за собой.~

Замок негромко щёлкнул, но этот звук почему-то заставил девушку вздрогнуть. Она растерянно обернулась и замерла.

Директор стояла у двери и смотрела на неё так внимательно, будто врач, который только что получил результаты очень важного анализа.

И в её глазах Кира неожиданно увидела настоящую радость.

Елена Сергеевна медленно выдохнула и едва заметно улыбнулась.

— Я ждала этого почти пятнадцать лет.

У Киры внутри всё похолодело.

— Чего... ждали?

Директор подошла ближе.

— Кира, ты ведь всю жизнь считала себя обычной девочкой?

От этих слов по спине девушки пробежали мурашки.

Потому что после того, что произошло в столовой, она уже не была уверена, что знает ответ на этот вопрос.

— Елена Сергеевна, я не знаю, что это было в столовой...

— Это был твой природный магнит. — Женщина при этих словах активно закивала. — Один раз проявив себя, он больше не оставит тебя, Кирочка.

Девочка с ужасом подумала, что если каждый день будет происходит такое шоу, как недавно в столовой, то она откажется ходить в школу. Это же какой позор был, видеоролики, которые сняли пара человек, скоро облетит весь школьный сайт, а может быть и не один. От таких мыслей девочке стало дурно, а директорша налила из прозрачного графина в стеклянный стакан свежей воды и протянула ученице.

— Кира, я хочу что бы ты сейчас внимательно меня выслушала и приняла каждое мое слово в серьез, уже слишком поздно для шуток.

Кира медленно опустилась в предложенный ей женщиной стул, делая маленькие глотки воды. Елена Сергеевна села в свой директорский стул, сцепляя руки за столом и набрала полную грудь воздуха. А девочка всё ещё чувствовала, как дрожат руки. Перед глазами стояли испуганные лица одноклассников, летящие со всех сторон ложки и взгляд Максима, который смотрел на неё так, словно видел впервые.

— Скажи мне, Кира, — начала молодая женщина, — ты никогда не замечала за собой ничего странного?

— Странного?

— Например, часы, которые вдруг начинали спешить, когда ты злилась или металлические предметы, которые оказывались рядом чаще, чем должны были. Кира нахмурилась и уже собиралась ответить «нет», но вдруг вспомнила. В детстве мама постоянно ругалась, что возле Киры теряются иголки. Ложки дома почему-то всегда оказывались возле её тарелки. А однажды отец пошутил, что у Киры «магнитные руки», когда она случайно притянула к себе связку ключей, лежавшую на самом краю стола. Тогда все посмеялись и забыли.

Кира медленно подняла голову.

— Это…

— Не случайность, да. — закончила за неё Елена Сергеевна.

Девушка почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Нет… Такого не бывает.

— Бывает.

— Я не магнит!

— Нет, — директор покачала головой. — Ты гораздо лучше и опаснее.

Эти слова прозвучали так спокойно, что Кире стало страшно, она крепче сжала стакан с водой.

— Я ничего не понимаю.

Елена Сергеевна вздохнула и села напротив. Несколько секунд она молчала, будто подбирала слова, а потом тихо сказала:

— Кира, ты не обычная девочка и никогда ею не была.

В кабинете стало так тихо, что было слышно, как за окном чирикают воробьи.

Кира нервно усмехнулась.

— Вы сейчас шутите?

— Я никогда не стала бы шутить о таких вещах.

— Тогда объясните!

Голос почти сорвался.

— Что со мной происходит?!

— С тобой происходит то, что должно было произойти ещё много лет назад.

Елена Сергеевна наклонилась вперёд.

— В твоей крови есть сила.

Кира замерла.

— Какая ещё сила?

— Сила крови.

Девушка хотела рассмеяться. Это звучало как бред, как сюжет дешёвого сериала. Но потом она вспомнила летящие ложки, как металл буквально рвался к ней.

И смех застрял в горле.

— Нет…

— Да.

— Но почему именно я?

Елена Сергеевна посмотрела ей прямо в глаза и впервые за весь разговор в её взгляде мелькнула грусть.

— Потому что твои родители тоже такие.

— Мои родители самые обычные…

— Я говорю о твоих настоящих родителях, Кира Грачева.

Стакан дрогнул в руках Киры.

Несколько капель воды пролились на юбку и девочка медленно подняла голову.

— Что вы сказали?

Елена Сергеевна тяжело вздохнула.

— Думаю, пришло время рассказать тебе, кто ты такая на самом деле.