Роман Рыков
Тайский гамбит

Глава 1

Шасси стремительно оторвались от бетонки, и гудящий «Боинг» начал свой подъём в холодное московское небо. Большинство пассажиров внутренне тряслись от страха, и только Илья Эдельман испытал небольшое облегчение. Ведь он покидал Россию не ради отпуска. Он бежал.

Молодой парень прильнул к иллюминатору. Миллионы огней рисовали в ночи захватывающую дух картину. Там, внизу, сияла своей древней радиальнокольцевой планировкой столица России. И чем дальше она отдалялась, тем легче становилось Эдельману.

Несколько сотен людей в этот момент были объединены одной целью — через 5 часов приземлиться на турецком берегу Средиземного моря. Анталию и окрестности ещё называют «турецкой Ривьерой». На полторы недели летели работяги с тульских или ярославских заводов, в основном взяв у банков рассрочку. Молодые фрилансерыпижоны в ярких худи планировали зимовку. Вместо снега и ветра — бары, ленивые прогулки по пустым набережным, девчонки из приложений для знакомств. Ушлые коммерсанты везли в карманах наличные без декларации (строго до 10 000 долларов), чтобы тайком от налоговой закинуть на счёт в заграничном банке.

Пожалуй, один Илья не строил планов. Он сидел у окна, вцепившись в подлокотник так, что побелели костяшки пальцев. Ещё недавно молодой предприниматель основал успешную криптобиржу. А теперь он почти банкрот, потерявший почти всё: любовь, дружбу и деньги.

Длинноногая стюардесса подкатила тележку.

— Что желаете? Чай, кофе, воду, а может быть, чтонибудь из горячительных напитков? — спросила она, сияя белоснежной улыбкой. Её улыбка, слишком широкая и дежурная, напомнила Илье Лизу. Та тоже так улыбалась — до того, как ушла к Максу.

— Пиво, — выдавил Эдельман из пересохшего горла.

А перед глазами крутилась вся жизнь, словно кино на проекторе. Илья с детства увлекался программированием. В маленьком городке было тесно, поэтому пришлось ехать в Москву. На матфаке учился играючи, а в мир криптовалют окунулся сразу и бесповоротно. Но сейчас цифры и алгоритмы отступили. В голове билась лишь одна мысль: как всё могло так глупо получиться.

Чтобы стартап взлетел, пришлось привлекать инвестора. Его ровесник Максим Петров, известный в определённых кругах как Макс Феромон, охотно вложился в идею. Познакомились и подружились парни на одной из вечеринок. Чтото вроде неформальной венчурной встречи. С одной стороны — взъерошенные программисты, с другой — лощёные ребята с расстёгнутыми на несколько пуговиц рубашками.

Макс был одним из лощёных. Молодой мажор козырял богатством и связями. А ещё быстро подружился с Ильёй и высоко оценил его идею сделать криптобиржу и криптообменник.

«Люди платят реальные деньги, чтобы купить эти закорючки на своём аккаунте. А затем также легко могут конвертировать их обратно», — горячо объяснял Илья. Макс лишь кивал, потягивая виски со льдом. Слишком внимательно он слушал.

Как оказалось, его отец был высокопоставленным офицером экономической безопасности. Его департамент как раз курировал финансовую сферу — этакая финансовая разведка. Кроме службы Родине, полковник Петров занимался отъёмом стартапов у «очкариков». Когда идея выстрелила, к Илье пришли. Двое уставших ребят, одетых как офисные клерки, развернули корочки красных книжек и предложили продолжить встречу в кафе.

За чашкой ароматного какао с молоком «кураторы в штатском» показали фотографии в смартфоне. Снимки его квартиры, машины, мамы у магазина в родном Цурюпинске.

— У нас широкий выбор статей, — продолжал давить старший. — Мошенничество, незаконная банковская деятельность А если понадобится, найдём и пакетик с порошком. Или, скажем, материалы запрещённого содержания на ноутбуке. Обыск — дело пяти минут.

Но Илье благодушно дали и стратегию выхода. Парень оставляет у себя «немного крипты на жизнь» и валит на несколько лет из страны. Естественно, что бизнес оставляет своему партнёру, оформив соответствующие процедуры в МФЦ.

Заступиться за Ильюшу на этом свете было некому. Ну чем могла помочь в этом большом пиздеце старенькая мама, работница библиотеки в провинции? Дрожащей рукой пришлось вычеркнуть себя из учредителей своей же компании. Это было сродни отказу от собственного ребёнка в пользу соседей.

На этом падение в бездну не закончилось. Когда стало понятно, что бизнес жениха уплывает, Лиза ушла к Максу. Илья рассчитывал отсидеться в Таиланде с любимой девушкой. Они познакомились в тренажёрном зале, когда пытались отточить свои фигуры. Девушка в обтягивающих легинсах быстро ворвалась в его жизнь и вскоре должна была стать женой. Но красотка исчезла буквально через неделю после злополучной «сделки».

Илья закинулся успокоительным, чтобы крепко уснуть. Есть совсем не хотелось, поэтому самолётную еду в ланчбоксах можно было пропустить. Как назло, во время полёта борт угодил в воздушную яму гдето над Тибетом. И так нервы ни к чёрту. Было совсем тошно слушать крики испуганных домохозяек и детишек. Некоторые брали в чужую страну совсем малышей.

— Мамочка, мамочка, мы все умрём

— Господи, спаси и сохрани, спаси и сохрани

Илья так и представлял, что самолёт врежется в белоснежный Эверест.

«Ну хоть недолго побываем на вершине», — грустно усмехнулся он.

Спрессованное в тесном салоне самолёта время неожиданно стало разворачиваться вширь. Эдельман открыл глаза изза яркого света. Тут же командир экипажа сделал объявление:

— Дамы и господа! Займите ваши места и пристегнитесь. Мы приступаем к снижению.

Люди, сбивая друг друга, сразу бросились к своим креслам. Пассажиры испытывали мандраж перед посадкой и нервно озирались. Многие уже успели переодеться в шорты и гавайские рубашки в туалете. Пёстрые и насыщенные цвета явно диссонировали с бледной, как русская зима, кожей.

После посадки программист выходил из салона последним. Он жутко не любил толпиться в узком проходе и предпочитал пропустить спешащих вперёд. Уже на выходе стюардесса просветила его насквозь цепким и изучающим взглядом. Несмотря на улыбку, глаза были холодными.

Все пассажиры отправились на пограничный контроль. Лишь Эдельман остался в транзитной зоне, чтобы сделать пересадку. Сменить несколько самолётов было его попыткой замести следы. На самом деле он летел в Таиланд.

Тихую тропическую гавань выбрал методом исключения. В Европе слишком скучно, в Израиле, гражданином которого он являлся наравне с Россией, небезопасно, в Индии слишком грязно, Латинская Америка слишком далеко. ЮгоВосточная Азия казалась надёжным убежищем. Недорогие виллы, лето круглый год, есть с кем дружить на русском языке.

Из Анталии белоснежный лайнер доставил его в столицу Арабских Эмиратов — Дубай. А уже оттуда по израильскому паспорту сел на рейс до Пхукета. До заветного места назначения он добирался целые сутки.

За это время Илья уже успел превратиться в зомби. Самолёт приступил к неспешному снижению сквозь белые облака. Он вновь провёл потухшим взглядом сквозь круглое окно.

Внизу о жёлтый песчаный берег плескалось лазурное море. Слишком яркое и слишком чужое. Выпускник матфака мог запомнить сложные комбинации. Но, несмотря на сильное успокоительное, сейчас всё вылетало из головы. В кармане джинсов он нащупал бумажку. На ней был пароль от криптокошелька. Это все его сбережения, не считая пары сотен баксов наличными.

Особый трепет вызывало прохождение через границу. В голове пульсировал ещё один вопрос: «Ктото знает, что я прилетел в Таиланд?»

Илья вроде и не совершал никаких преступлений, но долгий пограничный контроль изматывал нервы. Тем более что вместе с туристами из Москвы в Таиланд въезжали ещё несколько больших групп. Шумные индийцы и не менее шумные китайцы. Все они смешались в одну большую толпу.

Когда очередь всё же дошла до россиянина, таец в форме пристально посмотрел сначала на паспорт, а затем на него.

— Мистер Эдельман, вам придётся пройти в комнату для досмотра, — сказал он на ломаном английском.

Сердце Ильи бешено заколотилось. Похоже, что здесь его уже ждали.