# Художник наших снов

Анна Вебер

Виктор Модемский - уличный художник в мире, где искусство умерло, уступив место индустрии снов. Он верит, что его сны - шедевры, которые принесут ему славу. Но чтобы выжить под городским колпаком одного таланта мало...

## Технический периметр

Технический периметр.


Чтобы увидеть хороший сон, иногда нужно хотя бы изредка видеть что-то кроме грязи.


Думал Виктор Модемский стоял под мостом. Он стоял здесь уже минут пять, неохотно вдыхал тяжёлый, пропитанный химикатами воздух, смотрел на черную реку. Она стекала из сопла сбросного клапана, растворяя в себе всё: отработанные полимеры, радиоактивные отходы, трупы рыб и обломки человеческих жизней.

Она уносила всё это прочь, сквозь термошвы под куполом этого города. Куда-то в сторону бескрайних полигонов, на которых днём и ночью шла вечная война.


Виктор отвернулся, морщась от едкого запаха. Его взгляд упал на гигантский коллектор мусоросжигательного завода. Из его труб под давлением били струи кипящей технической жидкости. Падая с высоты, они взбивали пыль микропластика, в горячую зеленоватую пену.

В куче упаковочного стрейча что-то зашуршало. Виктор обернулся и вздрогнул. То был маленький беспризорник. Он спал в куче мусора в обнимку со старым радиоприемником и чем-то счастливо улыбался во сне.


«И где ж мне взять живописные виды? — продолжал размышлять Виктор, поправляя дискету в кармане, — только подсмотреть в чужих, платных снах».


Здесь, в гетто, люди быстро сообразили, что обычные радиоприемники могут ловить отголоски трансляций платных снов. Ворованные обрывки чужих грёз — вот лучшее, что было в жизни этих людей. И до недавнего времени Виктор Модемский не был исключением.


Правда, сейчас на нём был костюмчик, пошитый явно не в этих местах. В таком, здесь, среди убожества проникшего в каждую деталь гетто, Виктор выглядел нелепо, но сейчас он не мог позволить себе выглядеть иначе.


— Модемский, это ты? — окликнул его человек в потрёпанной робе. — В таком виде? Дурак ты Модемский, тебе наши же морду набьют за один этот костюмчик.


Виктор кивнул:

— Следующий раз переоденусь, — солгал он. Увы, он не мог позволить себе второй комплект одежды, даже если речь шла о дешёвой робе.


— Следующего раза может не быть, — человек оглянулся, проверяя, нет ли поблизости патрульных дронов. — Ты принёс?


Виктор достал из кармана магнитную дискету.

— Летающие пони, — сказал он, не глядя на покупателя. — А на другой стороне — море с русалками. Смотреть времени не было, но качество гарантировано.


Покупатель ловко спрятал дискету за пазуху. И сунул Модемскому узелок в руки.


— В следующий раз будет вдвое дороже, — предупредил он, указывая на узелок.


Модемский кивнул. В узелке были запчасти, собранные местными умельцами для подпольной студии. И самое ценное — запрещённые нейростимуляторы замаскированные под батарейки. Всё это Модемский бережно уложил в свой рюкзачок. За такую контрабанду в студенческом баре «Кокан» можно было выручить хорошие деньги. Оставалось только туда добраться.


Виктор предпочитал перемещаться по вентиляционной шахте. Несмотря на то, что эта шахта была вычищена спинами сновавших туда-сюда мошенников и барыг, это всё равно было ударом для его костюма. Но зато путешествуя так, он мог не опасаться, что случайно попадёт в объектив камеры слежения или будет застигнут врасплох патрульным дроном.


Через некоторое время, где-то на глухих улочках неблагополучного квартала, граничащего с техническим периметром, из жадной пасти воздухозаборника изъявился Модемский.


Когда Виктор спрыгивал на землю, ничего неподозревающий мусорный дрон поглащал вывалившиеся из мусоросборника ничестоты. И надо ж было такому случиться, чтоб Модемский спрыгнул прям ему на хвост. Дрон заверещал и прошмыгнув под баками забился в дальний угол мусорки. Модемский вполголоса выругался, он сам испугался не меньше.

Поставив рюкзачок с выменянным оборудованием и стимуляторами на полимерный асфальт, он поправил костюм. И остался доволен.


В бар “Кокан” спешить не стоило. Прежде нужно было пошататься по этим запутанным улочкам и посмотреть, не заприметил ли его перемещения в технический сектор какой-нибудь патрульный дрон.


В очередной раз услышав урчание в желудке, Виктор с тоской вспомнил о знакомом заведении под названием «Живой пельмень». Оно находилось в полутора кварталах отсюда. Зайду, решил он. Зайду! И с каждым шагом походка его становилась всё решительнее.