Елена Герц
Глашка

Глава 1

Рынок пах яблоками, мокрыми астрами и картофельной землёй. Валентина Ивановна шла с авоськой, где лежали хлеб и кефир, но ноги сами свернули к овощным рядам. Она покупала огурцы и зелень здесь уже года три, с тех пор как прежний продавец съехал, а его место занял узбек Равшан.

Равшан был неразговорчив, но надёжен. Никогда не подсовывал лежалый товар, не совал вниз пакета гнилые помидоры. Валентина Ивановна ценила это больше, чем улыбки других продавцов.

— Здравствуйте, Равшан. Огурцы свежие?

— Для вас отдельно держал, — он отодвинул верхний слой ящика, показывая крепкие корнишоны в пупырышках. — Маленькие, хрустящие. И петрушка хорошая.

Она склонилась над ящиком, выбирая. И в этот момент услышала звук.

Шорох исходил из картонной коробки, что стояла у ног Равшана. Сначала Валентина Ивановна подумала — там пустая тара. Но звук повторился. Не полиэтилен. Что-то живое.

— Это что?

Равшан проследил за её взглядом и вдруг смутился. Крупный мужчина, всегда спокойный, замялся, переложил зелень с места на место.

— Да так, — сказал он негромко. — Подкинули. Сегодня утром ящик открываю — лежит. Никто не берёт.

Валентина Ивановна заглянула в коробку. На дне лежала старая тряпка, смятая газета. А на них — маленькое серое существо, съёжившееся в комок. Котёнок. Крошечный, тощий, шерсть в колтунах. Один глаз смотрел на неё жёлтым, испуганным зрачком. Второй был больной и заплывший.

Котёнок дрожал. Не ел рассыпанный рядом сухой корм. Просто лежал.

— Глаз больной, инфекция, — Равшан покачал головой. — А люди кто такого возьмёт? Страшный.

Валентина Ивановна смотрела на комок шерсти. Котёнок вдруг перестал трястись, поднял голову и мяукнул. Тихо. Так мяукают только смертельно уставшие существа, у которых не осталось сил даже на страх.

— Сколько? — спросила она.

— Что? — не понял Равшан.

— Сколько просите за котёнка?

Он замахал руками, сунул в её пакет дополнительный пучок укропа и пару огурцов сверх тех, что она уже выбрала.

— Забирайте. Бесплатно. Жалко его.

Валентина Ивановна осторожно взяла котёнка из коробки. Он не царапался. Прижался к её ладони и замер, будто нащупал тепло и не хотел его терять.

— Как назовёте? — спросил Равшан уже в спину.

— Глафира, — сказала. — А по-простому — Глашка.

Дома её встретил ворчанием Владимир Петрович.

— Что это? — спросил он, увидев серый комок в женином платке. — Опять кого-то подобрала? Ты посмотри на него — страшный, одноглазый. Куда его?