Григорий Минусовой
Непокорное железо

***

Телефон надрывался гитарными рифами, подпрыгивая на лежащем кверху дном металлическом тазике. Старый добрый дедовский усилитель будильника спасал Виталика от опозданий даже когда силы и желание идти на работу заканчивались. Сейчас был как раз такой случай. Может, написать, что заболел? Тогда придётся в субботу выходить. Может, до воскресенья заболеть? Да нет, тогда мужикам одним расхлёбывать всю эту кашу. Поняв, что противоборство с совестью в очередной раз проиграно, Виталик вырубил будильник и начал просыпаться. Левая рука привычно нащупала кнопку электрочайника, правая рука на автомате включила потасканный ноутбук. Ноги не с первой попытки, но всё же влезли в резиновые сланцы и на ощупь потащили инженера-конструктора первой категории в душевую, по старой доброй традиции съёмных квартир совмещённую с туалетом. Обратные шаги по грязному линолеуму были уже более твёрдыми. На стол упала пара глазированных сырков, а в чашку полился кипяток, слишком много кипятка. Виталик выругался и вытер стол первой попавшейся тряпкой. Да что ты будешь делать, это же футболка. А ничего, всё равно ещё не заварилось, так что пятна не будет. Ещё одна постиранная есть? Есть. Хорошо. Наушники с драными амбушюрами привычно легли на голову, заглушив окружающие звуки наизусть выученным плейлистом. Следующие семь минут Виталик вливал в себя кипяток, надеясь что проснётся. Помогло слабо. Ну да ничего, справимся.

Пару минут спустя ноги несли двадцатишестилетнего понаехавшего по Пролетарскому проспекту в сторону проходной своего родного завода. В наушниках гудел хеви-металл, в ветках рябины среди воробьёв сидел неизвестно откуда сбежавший попугай. Виталик не заметил его, все мысли уже были где-то в цеху, витая вокруг груды железа с трудом трансформировавшейся в нечто перспективное. В голове сами собой всплывали подробности последних дней.

Всё началось с идеи руководства "расширить портфель компетенций". Мысль была свежей, решение - рациональным, но реальность как всегда посмеялась над идеологическими построениями теоретиков. Сначала дурной заказчик не смог даже в общих чертах объяснить какого лешего ему надо. То есть нет, он вполне чётко дал понять, что им нужно "чтобы было классно и чтобы работало", только вот конкретные цифры крутящих моментов и оборотов в минуту к пожеланиям не прилагались. Разрешать эту без шуток важную проблему взялись: генеральный директор, главный конструктор и отдел бизнес-аналитики. Опять же, выглядело логично. Если заказчик готов платить невесть за что, то почему бы не воспользоваться случаем и не сделать за его деньги аналог чего-то популярного и не производящегося в родных осинах. Правда, выявить что у нас популярно помимо Тик-Тока и пива оказалось задачей не для средних умов. По итогу сонм великих не справился и на стол конструкторам лёг листок с гордым именем "техническое задание" наверху и абсолютной ахинеей ниже. Вкратце предлагалось сделать что-то лёгкое, но с характеристиками тяжёлого, и чтобы дёшево, и круто. Конструктора (все трое плюс четвёртый с заявлением на увольнение в кармане) почесали репы и решили плясать от печки, а точнее от китайской машины, которую частенько приходилось видеть в домотканом коммунальном хозяйстве. И это была первая здравая идея, потому что, как ни странно, именно этими машинами пользовался тот самый интеллектуально одарённый заказчик. Дальше закипела и запенилась техническая мысль. Скидав в кучу итальянскую гидравлику, китайскую электрику и сталь марки СЖ[1], упорные ребята родили нечто, выглядящее вполне работоспособным. После ещё двух месяцев штурмовщины в цех поступило четверть центнера чертежей от конструкторов и неизмеримое количество ценных указаний от руководства. Чертежи в основном сводились к квадратным листам, сваренным под прямым углом, ценные указания - к требованию сделать поскорее.

Цеховые были мужиками серьёзными и, не дожидаясь когда бухгалтерия и логисты завезут покупные комплектующие, начали бодро катать квадратное и таскать круглое, не забывая периодически сваривать их вместе. Через две недели самые крупные железяки были отпескоструены, загрунтованы и местами даже окрашены. Мужики работали, конструктора правили косяки в своих бумажках, а начальство отсутствовало. Всё шло как нельзя лучше, но тут на завод свалилась диверсия, способная похоронить весь намечающийся прогресс - пришёл большой заказ на серийную продукцию. На фоне сиюминутной выгоды блестящие перспективы по захвату рынка были тут же забыты, а готовые агрегаты свалены на заднем дворе. Два месяца продолжался аврал. И вот, на утреннем совещании в первый день августа, не дослушав доклад о выполнении сверхпланового заказа, генеральный директор поинтересовался: "А что там с этим, который мы тогда начали. Уже готово?" Естественно, тут же было доложено, что почти уже всё. На уточняющий вопрос "что именно осталось?" такого же бодрого ответа не последовало. В итоге даже директор, привыкший считать деньги, а не болты, понял, что там вообще ни разу не всё и мягким интеллигентным матом попросил ускориться - по контракту через два месяца сдавать, а надо бы ещё испытать для начала, устранить неполадки, написать мануал и сделать прочие архинужные вещи, со времён развала союза живущие только во снах и фантазиях. Уже сваренные железяки были изъяты с заднего двора, очищены от налипшей грязи, заново отпескоструены и покрашены. После двухдневной ревизии наконец выяснилось, что сварили и скрутили почти всё, осталось найти покупные комплектующие и можно собирать в кучу. С этой мыслью стахановцы направились на склад, но на часах было без пятнадцати пять и кладовщик уже эвакуировался. Пожав плечами, расправу над дядькой отложили на следующий день, а наутро выяснилось страшное - комплектующих нет и кладовщик вообще не знает где они находятся. Вспомнив правило "лучшая защита - это нападение", кладовщик с первой минуты перешёл в атаку:

- Вы сами тут два месяца бегали со своими авральными машинами, требовали свои чёртовы клапана, свои дурацкие фильтра, насосы эти ваши! Вот я вам и выдавал!

На вопрос неужто он не знал, что их купили по другому заказу для другой машины, был получен вполне логичный ответ, что он кладовщик, а не бухгалтер и во всём этом не разбирается. Ему принесли запчасть - он её выдал. Какого рожна вы ещё хотите? Стыдливо укрывшись за звукоизолирующей дверью из сетки-рабицы, мастера и инженеры, посовещавшись, пришли к выводы, что начался перерыв и пора в курилку. В курилке же было найдено решение - если запчасти от новой машины подошли к старой, то и от старой подойдут к новой. Нужно только их дождаться, их же на новые машины заказывали наверняка, значит привезут. И лишнее останется, ровно столько, сколько надо. Кстати, что-то возможно уже есть. С этой мыслью рабочая группа вновь отправилась на склад с целью провести второй раунд дознания. Получилось не слишком убедительно. Агрессивный кладовщик сообщил, что он всё обыщет и найдёт, что положено, но скорее всего там ничего не будет. Вдогонку удаляющимся стахановцам понеслось коронное:

- А если что не нравится, сами ищите!

Не слишком искушённые в цеховой этике инженеры развернулись с целью поискать, но тут же узнали, что у них на склад допуска нет. Пришлось удалиться. По возвращении в офис старшие конструктора углубились в философскую беседу о корне всех беспорядков, а Виталик до вечера составлял список покупнины, которую нужно толи найти, толи заказать заново.

Как ни странно, кладовщик оказался мужиком дельным и к утру нашёл целую кучу всякого разного. Однако, явно не всё. Поняв, что если начальство узнает про потерянные комплектующие, то всем конец, подуставшие работяги тут же ощутили заряд бодрости и принялись за активные поиски. В результате розыскных мероприятий был найден ящик с гидравлическими джойстиками, а также пришло осознание того, что насосы и гидромоторы уже установлены на свои места в агрегатах. Ближе к вечеру выяснилось, что всё это время кладовщик продолжал ревизию и нашёл ещё чутка. Приходите, заберите. И тележку с собой прихватите, этого чутка куча целая. К восьми вечера Виталик удовлетворённо перечеркнул последнюю позицию из списка и счастливым пошёл домой чтобы поесть, поспать и вновь телепортироваться к проходной.

Утром началась сборка, а жизнь заиграла новыми красками, пока в четыре не случилось внезапное совещание по скайпу, в ходе которого директор в не слишком трезвом состоянии сообщил, что по результату агрессивных переговоров с заказчиками им было принято смелое управленческое решение сдвинуть сроки сдачи и теперь в запасе была не пара месяцев, а пара недель. Огорчению не было предела, но заводчане были ребятами прожжёнными и, взглянув на часы, со всей пятничной трезвостью решили удалиться на выходные.

В понедельник с синими от отдыха рожами стахановцы вновь взялись за ключи на тридцать два и болгарки. Поначалу даже неплохо получалось. Платформу, быстро обросшую оборудованием, закинули на раму "КамАЗа", врезали раздатку и вечером субботы бодро рапортовали об окончании "железной" части работы. Впереди был монтаж гидросистемы. За гидравлику отвечал тёртый конструктор постпенсионного возраста. Однако, как раз в силу его постпенсионности и нежелания ведущего конструктора лазить по машине, показывая пальцем, что и куда прикручивать, повелителем трубок и шлангов был назначен Виталик. И тут началась его личная вендетта. Нельзя сказать, что он плохо разбирался в гидравлике (он был механиком и вообще не шарил), нельзя сказать, что он не умел руководить работягами (очкастый интеллигент с пачкой чертежей подмышкой), но в работе с самого старта наметились проблемы. В любом случае, привитая деревенским житьём привычка тащить и не спрашивать погнала его вперед, к закономерному успеху.

Дела шли тяжело. Гидросхема на пяти форматах А1 из хрустящей и белой быстро превратилась в жёлтую и шуршащую. Виталик ошибался, путал напорные и сливные порты, путал рабочие порты, путал лево и право (в этом он был особенно хорош). Ругань лилась непрестанно, но Виталик был стоиком и переносил её с внешним достоинством, внутренне кипя и негодуя по поводу халатных идиотов, порезавших университетскую программу по гидравлике до одного семестра, в ходе которого студентов успевали научить считать водопровод и с первого раза находить в сумке справочник Идельчика. Вот бы нас учили как на распреде[2] отличить порт Т от порта С, мать их всех растак. Тем не менее, старания Виталика были абсолютно излишними, так как в среду приехал заказчик, посмотрел на красивую машину в цеху и попросил вкорячить в неё ещё и шламовый насос. Начальство отчего-то согласилось, чем и погрузило Кулибиных в апатию. Впрочем, Кулибины не были бы Кулибиными, если бы не нашли способ как перерезав и переварив пол рамы таки всунуть ящик метр на полтора в по сути готовую машину. За пару дней были выпущены новые чертежи и следующие полторы недели продолжался активный сваринг и болгаринг, а в среду снова началась сборка гидравлики. Но теперь Виталик был уже не тот, что раньше. За подаренное судьбой время он, полностью игнорируя прочие должностные обязанности, перекуры и сон, прочитал примерно столько, сколько положено прочитывать за пару семестров. Стыд был отброшен и глупые вопросы старшим товарищам задавались напрямую. По итогу в среду дело сразу пошло бойчее и через пару недель последний фитинг был сбрызнут активатором и вкручен в заботливо намазанную герметиком резьбу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Советское Железо. Ёрническое название сталей, сделанных в соответствии с ГОСТом.

Вернуться

2

гидрораспределитель (золотниковая коробка) - гидроаппарат, соединяющий нужные рабочие порты с напорной либо сливной магистралью, в зависимости от управляющей команды.

Вернуться