Елена Леониди
За пределами времени

Глава 1. Зловещий сон

Шёл 2222 год от рождества Христова. На Земле отгремели войны, закончились глобальные конфликты, техногенные катастрофы. Земля, уставшая от потрясений, успокоилась, и больше не посылала людям землетрясения, ураганы, наводнения, пожары. Во всём ощущался покой и гармония. Религии упразднились, наука приобрела совершенно иную направленность, социальная жизнь изменилась совершенно. Человечество вдруг осознало, мир устроен далеко не так примитивно, как казалось раньше, кроме материальной составляющей, к которой все так привыкли, есть непроявленная часть Бытия. А самое интересное заключалось в том, что эту непроявленную часть надо искать не во внешнем мире, а в своём сердце. Да, да, только в своём сердце человек может обрести ответы на все свои вопросы. Можно, конечно, прочитать, ознакомиться с чужим опытом, но это лишь информация, так сказать теория. Для получения истинных знаний, необходим личный эмпирический опыт. Вначале такой подход всех удивил и озадачил. Как такое возможно? Постепенно люди успокоились, осознав, что Творец, создавший Вселенную, это Сила, а не личность, для неё нет параметров «хорошо и плохо», «добро и зло». Дуальность, проявление двойственности в мире, заставляла человека постоянно делать выбор между двумя полярностями, ускоряя, таким образом, эволюцию его сознания. Придя к пониманию своей истинной природы, главным приоритетом для человека стал духовный рост, раскрытие своих свойств и способностей.

Остался всё же неразрешённый вопрос, это летоисчисление. На обсуждение предложили два варианта: оставить Григорианский календарь, или начать календарь Нового времени? Пока постановили использовать Григорианский календарь. Эгоистический подход, когда каждый отстаивал свои интересы и личную выгоду, канул в лету. Современная цивилизация создала на Земле гармоничное поле, приоритетом стала забота о ближнем. Вследствие этого, все серьёзные вопросы решались коллегиально, учитывалось мнения всех сторон. Потому вопрос летоисчисления откладывали, поскольку каждый подход представлялся важным и обоснованным.

Профессор академии Лаэтр, как раз раздумывал над этим вопросом. Кафедра, которой он заведовал, занималась историей земной цивилизации. С одной стороны, материалов более, чем достаточно, но с другой, изменения, произошедшие на Земле, требовали иного подхода к осознанию исторических фактов произошедших за последние два тысячелетия. Хорошо разобрались с религией, хотя тоже оказалось не просто. Иудеи утверждали, только их религия истинна, а Каббала, которую они называли наукой, интерпретирует Тору совершенно не так, как её понимают другие народы. Христиане возражали, говоря, что если бы евреи приняли Христа, не надо было бы ничего интерпретировать, ведь Иисус это любовь, чувство, когда открываешь ему сердце, оно меняет тебя совершенно. Тут подключились исламисты, уверяя, что пророк Ибрагим оставил чёткие рекомендации, как следует жить, почему бы не взять их за основу?

К счастью, на Земле уже наступило Новое время, у людей появилось желание слышать ближнего, а не навязывать всем своё мнение. Вот тогда, обсудив все доводы, постановили, Бог един, Он Творец этой реальности, о Нём можно много говорить, но найти Его возможно только в своём сердце. Это стало аксиомой, которая довольно быстро утвердилась. Люди отошли от религий, и пришли к единой вере. Однако, некоторые аспекты, используемые в религиях, получили новую направленность и осмысление. Теперь эти курсы духовного развития изучались как в школах, так и в университетах.

«Вот бы так и с летоисчислением», - подумал профессор. Сомнения возникли ещё из-за иудеев, поскольку их летоисчисление отличалось от прочих, и уступать свои позиции они не собирались, но и не навязывали своё мнение другим. Что ж путь хранят традиции, всё сразу изменить не возможно, но для мировой системы этот вопрос необходимо решить.

Кабинет профессора отличался от прочих аудиторий академии, в которых царил дух современности, выраженный как в интерьере, так и в носителях памяти, подключённых к Единой информационной системе Земли. Конечно, в кабине Лаэтра имелись всё эти приборы и даже голографический экран, но главной гордостью являлся большой стеллаж, изготовленный из настоящего красного дерева. Профессор увидел его в одной из своих многочисленных экспедиций, никто, кроме него, не обратил внимания на странный шкаф, ибо тот находился в плачевном состоянии, но Лаэтр сразу оценил находку. Переправив стеллаж в свой город, он отдал его на реставрацию. Ожидания оправдались, стеллаж превратили в настоящее произведение искусства. Теперь он красовался в кабинете, а на его полках стояли раритетные бумажные книги, особая гордость профессора.

Лаэтр удобно расположился в рабочем кресле и задумался, он склонялся к Новому времени, но надо подобрать веские обоснования, ведь к его мнению прислушаются. С одной стороны, человечество вышло на новый виток эволюционного развития, на Землю стали приходить иные души. Главным отличием являлось то, что дети не принимали линейного развития, основанного на логике и рациональном мышлении, для них мир являлся многомерным, поскольку некоторые помнили свои предыдущие воплощения и планеты, откуда пришли в эту реальность. К счастью на Земле уже находилось много просветлённых учителей, они взяли на себя воспитание необычного подрастающего поколения. Кроме этого, многие люди, особенно молодёжь, серьёзно занимались вопросами реинкарнации, практиковали сновидение, осознанный сон, в котором могли исследовать иные миры. Границы непознанного стали стремительно расширяться, чем больше информации приходило, тем больше люди осознавали, как мало они знают о мире, в котором живут.

Пожалуй, такой подход мог бы стать основанием начать новое летоисчисление, но… Профессор вздохнул, почему всегда возникает это «но»? Вдруг вспомнили об откровениях Эдгара Кейси, сделанных ещё в середине двадцатого века. Эдгар Кейси, которого называли «спящим пророком», поскольку многие откровения приходили ему во сне, в конце своей жизни предположил, что Иисус был не просто уникальной фигурой, а кульминацией серий воплощения души, которая прожила несколько жизней. Согласно Кейси душа Иисуса жила, как библейские персонажи, такие, как Адам, Енох, Мелхиседек и Иосиф. Каждая из этих жизней являлась подготовкой к пришествию Христа. К примеру, Адам символизировал начало пути человечества, в то время, как Енох символизировал духовное возвышение. Мелхиседек, в свою очередь, рассматривался, как фигура мудрости и тайны, вечный священник без известной генеалогии. Взгляды Кейси на эти персонажи и их предыдущие воплощения бросили вызов традиционному взгляду церкви на Иисуса. По словам Кейси, эти жизни позволили Иисусу накопить мудрость и опыт, подготовив его к последней миссии искупления. Следовательно, человек идёт тем же путём, начиная от Адама, он должен достичь уровня Христа. Конечно, такой подход не устраивал христиан, ждущих второго прихода Спасителя, и уповающих на то, что он изменит мир. А тут вдруг такое изменение концепции, каждый человек в своей эволюции в результате множества реинкарнаций проходит путь преображения души от Адама до Христа. Следовательно, ждать чуда не стоит, надо менять не внешний мир, а своё сердце. Душа приходит на Землю для преображения, да, ей помогают свыше, но лишь тогда, когда у неё появляются соответствующие устремления, и готовность к изменению.

Неудивительно, что в середине двадцатого века такое предположение могло вызвать лишь осуждение церкви. К тому же развитие науки, материалистический подход ко всем аспектам жизни, не мог способствовать принятию подобных откровений широкой общественностью. Даже теперь, когда вопрос реинкарнации не вызывает ни у кого сомнения, не все готовы принять на веру высказывания Кейси.

Профессор Лаэтр задумался, а он готов принять данное откровение, как аксиому, утверждение, не требующее доказательств? Почему бы нет? Звучит очень логично. Адам в переводе «человек», который желания тела сделал приоритетом, отошёл от духовного пути. В результате многих воплощений, душа приходит к пониманию первичности духовного над материальным. Иисус идёт на крест, отдаёт на распятие физическое тело, показывая этим его преходящее значение, и обретает жизнь вечную. Таким образом, заканчивается цикл перевоплощений…

Неожиданно зазвонил телефон, оторвав профессора от раздумий. Недовольно ответив на звонок, он хотел вновь предаться рассуждениям, но вдруг что-то вспомнил и посмотрел на часы. К двум часам на консультацию должна прийти студентка Эффи, она пишет дипломную работу на соискание звания мастера, что ж у него ещё есть время. И Лаэтр вновь погрузился в размышления.

За последнее столетие образование претерпело значительные изменения, можно сказать, полностью реконструировано, но даже на фоне современных учебных заведений, академия, которую посещала Эффи, отличалась своими подходами к обучению, и считалась экспериментальной. Ученики оказывались здесь не просто так, их отбирали старейшины, которые посещали школы и выбирали подростков по особым, только им ведомым критериям. Поскольку в академии отказались от социальных программ, то видимо для отличия от прочих учебных заведений, решили именовать преподавателей первого уровня тьюторами, а второго наставниками, сопровождающими учеников в образовательном процессе, коими они на самом деле и являлись, поскольку при постижении новых знаний стали важны не столько теоретические знания, сколько личный опыт.

Возглавлял академию Совет старейшин, отличительной чертой членов совета, являлся не возраст, а глубина памяти, на которой основывался их опыт. Именно поэтому в данный Совет входили два преподавателя, которым ещё не исполнилось и тридцати лет. Иерархия в Совете старейшин отсутствовала, никто не был «над», но каждый являлся акме, вершиной, характеризующейся мудростью и зрелостью развития. Программы и указания, разрабатываемые Советом, не являлись директивой, они служили направляющей осью, наполненной смыслом.

Лаэтр преподавал в академии около десяти лет. Придя из «большой науки», как говорил он сам, где получил звание профессора, Лаэтр был включён в Совет старейшин. Он то и стал Наставником Эффи, после окончания ею первого уровня обучения, который длился четыре года.

В академии Эффи училась с четырнадцати лет, часто удивляясь, почему её отобрали? Девушке казалось, что нет в ней ничего выдающегося, то ли дело другие ученики. В её группе, впрочем, как и в остальных обучалось восемь человек, три девушки и пять парней. За четыре года они сдружились, но при переходе на следующий уровень, трёх человек перевели в другую группу, а к ним пришли три новичка. Эффи радовалась, что её не разлучили с подругами Ледой и Рени. Девушки отличались характером, эмоциональностью, как, впрочем, и ребята из их группы. Однако, их тьютор говорил: «Все ноты звучат по разному, но только благодаря этому, можно создавать прекрасные мелодии». Возможно, поэтому Эффи тянулась к Леде. Для неё Леда являлась чем-то непостижимым, казалось, девушка может растворяться в природе, и в этом состоянии слышать, как дышит земля, как течёт энергия сквозь листья, разговаривать с деревьями. Но более всего Леду удивляли и привлекали кристаллы, в них она видела особую жизнь скрытую пока от людей. Подобному чувствованию их обучали в первые четыре года, и, конечно, Леда опережала в своих способностях прочих учеников. Эффи так хотела почувствовать единение с природой, но, увы, лишь на несколько секунд ей удавалось погрузиться в изменённое состояние. В такие моменты ей казалось, что реальность приобрела текучесть, лишь она, Эффи, остаётся каким-то плотным объектом, не способным соединиться с общим полем. Почему так? Девушка пыталась найти ответ, анализировать свои состояния. Будто и всё как у всех, но в нужный момент она не могла расслабиться, появлялась какая-то зажатость, даже страх, хотя ясновидение шло у неё замечательно, однако, тоже были нюансы, в прошлые жизни заглянуть не удавалось. Нет, она кое-что припоминала, но воспоминания приходили спонтанно, настроиться самостоятельно на них у Эффи не получалось. Возможно, поэтому её взгляд был устремлён не в будущее, как у многих, а в прошлое, казалось, там она сможет найти ответы на свои вопросы. Тот же тьютор убеждал, всё приходит вовремя, не стоит спешить, и раз её отобрали старейшины, значит она там, где должна быть.

Только в данный момент девушке было не до изменённых состояний. Чрезвычайно расстроенная, она сидела у себя в комнате на кровати и горько плакала. Сегодня ей приснился ужасный сон. Во сне земляне сражались друг с другом. Разумеется, Эффи знала о войнах, происходивших на Земле в прошлом, ведь её дипломная работа по истории Земли посвящена двадцатому веку. Почему именно этому времени? Вначале девушку привлекли информационные технологии, появившиеся в конце века, и стремительно изменившие мир. Но углубившись в историю, она узнала о двух мировых войнах, кровавой революции в России, об атомных взрывах в Японии, о холодной войне между Штатами и Советским Союзом. В какой-то момент ей даже захотелось изменить тему своей работы, отговорил профессор Лаэтр. Он сказал, что не только двадцатый, вся история человечества пронизана войнами, и обратил её внимание на другие события, происходящие в данное время. В начале века эра электричества только зарождалась, люди использовали для освещения свечи, а во второй половине двадцатого века человек летит в космос, разве не удивительно? Окончание века ознаменовалось компьютеризацией и роботизацией не только производства, но и большей части населения Земли. Что касается жестокости того времени, то не стоит забывать, во второй мировой войне победили фашизм, открытую террористическую форму диктатуры с опорой на расизм и подготовку агрессивных войн. Это в свою очередь привело к кризису колониальной системы, освобождению от порабощения многих стран…

В общем, профессор убедил, но всё же Эффи решила взять для исследования период, который показался ей менее кровавым, вторую половину двадцатого века. Однако, время от времени всё же углублялась в историю начала века, почему-то это время влекло её, казалось, девушка ищет ответы на вопросы, которые по какой-то причине даже не могла сформулировать. Последний год Эффи подбирала материал для своего исследования, писала, и каждую главу согласовывала с Лаэтром, вопрос жестокости двадцатого века теперь рассматривался ею более спокойно, как определённая веха в истории человечества, и вдруг этот сон…

Перед глазами вновь и вновь всплывало увиденное жуткое зрелище, причём Эффи не просто наблюдала, она переживала страшные события будто наяву. Казалось, снаряды летят со всех сторон, их страшный, пронзительный вой разрезает пространство, но взрыв сильной разрушительной силы перекрывает этот звук, а за ним ещё взрыв, и ещё, и ещё. Эффи словно оцепенела, но не может отвести взгляд от происходящей трагедии. Вот снаряд попал в какое-то укрепление, раздался очередной оглушительный взрыв. Когда облако пыли стало оседать, девушка вдруг увидела осанки человеческих тел, разбросанных вокруг, закричав от ужаса, она проснулась. Потом Эфи долго сидела на кровати и плакала, ей родившейся всего двадцать один год назад, не знавшей войн и трагедий, происходивших на Земле, принять такую действительность оказалось не под силу.

Немного успокоившись, взяв себя в руки, Эффи попыталась понять, зачем ей приснился такой сон? Почему, она, пожалуй, понимает. Занимаясь историей двадцатого века, видимо, погрузилась в те вибрации, может, приоткрылась щель между мирами, но зачем? Она уверена, случайностей не бывает, тогда, как же получить ответ?

Вдруг раздался мелодичный звук, напоминание. Ах да, у неё сегодня встреча с профессором по поводу ее дипломной работы, надо поспешить. Стоя под прохладным душем, Эффи мысленно старалась смыть с себя негативную энергетику сна, видимо, удалось, поскольку завтракала она с удовольствием, запретив себе вспоминать кошмар ночного видения.

Консультации у профессора Лаэтра девушке очень нравились, всегда узнаешь что-либо новое, часто совершенно неожиданное, поэтому настроение всегда улучшалось в предвкушении новой встречи. Сегодня Эффи постаралась вспомнить лучшие моменты их бесед, в надежде окончательно забыть сон. Как ей показалось, получилось, но видимо не совсем.

Зайдя в кабинет, девушка поздоровалась. Профессор, услышав голос Эффи, сразу отвлёкся от своих мыслей и доброжелательно приветствовал её. Вдруг он замолчал, и внимательно посмотрел на девушку.

- У вас что-то произошло, Эффи? – обратился он к ней.

- Даже не знаю, профессор, - девушка сомневалась, стоит ли говорить, ведь это только сон.

- Продолжайте, - мягко, но настойчиво сказал профессор.

Горестно вздохнув, ибо ужас сна вновь окутал её сердце, Эффи поведала профессору о случившемся. Закончив свой небольшой рассказ, она с тоской смотрела на Лаэтра.

- Я не понимаю, как Творец, создатель этого мира, которого мы чтим, мог допустить такое, или Он изначально создавал мир страданий, но зачем?

Боль, звучащая в голосе девушки, не могла не тронуть профессора.

- В двадцатом веке был такой писатель Достоевский, ему принадлежит высказывание: «рядом с ничто, человек лучше ощущает нечто». В данном высказывании «ничто» это Вечность, куда уходит душа после смерти. Человек может соглашаться с её существованием, но по большому счёту для него это ничто, ведь он живёт в мире, который видит, слышит, осязает. Смерть является гранью, отделяющий привычный материальный мир, от Вечности. Кто-то верит в существование души, для кого-то это ничто, но в любом случае развоплощение, переход из мира форм в мир духа, это не простой процесс для человека. Смерть воспринимается, как конец пути. Война это смерть, которая всегда рядом, человеку приходится делать выбор между телом и духом. Когда человек делает выбор в пользу духа, жертвуя при этом своим телом ради общей победы, ради друга, который рядом, это говорит о том, что он преодолел свою животную природу, поднялся над ней. Такие испытания закаляют душу, ведь мы воплощаемся в материальном мире совсем не на долгий срок, если сравнивать с Вечностью, и многие жизни проходят в пустую. В экстремальных ситуациях человек узнаёт о себе то, что возможно не узнал бы за несколько более спокойных воплощений.

- По отношению к нашей реальности, я могу согласиться, но двадцатый век…

Лаэтр ненадолго задумался.

- Как ты думаешь, Эффи, зачем Творец создал Вселенную, материальный мир?

- Если отвечать исходя из полученных академических знаний, то для эволюции души.

- А как ты сама думаешь?

- Не знаю, наверное, я согласна с таким определением, но понимание «эволюция души», хотелось бы уточнить.

- Хорошо. Понимание эволюции души радикально изменилось за последнее столетие. Раньше люди, верившие в бессмертие, считали жизнь на Земле школой для души. Позже пришло понимание, душа живёт в согласии с Творцом и знает о себе всё. Однако, знание без опыта, это, как теория без практики. Поэтому Творец создал дуальную Вселенную, где души познают самих себя и Творца, проживая и обретая определённый жизненный опыт.

- И Творца?

- Конечно, но прежде, чем познать Творца, человек узнаёт его противоположность, которую мы называем страхом. Страх включает все наши негативные эмоции. Например обида, человек чего-то не получил, возможно, материального вознаграждения, или признания, возникает страх, его недооценили, не заметили. Почему человек осуждает кого-то? Страх, что кто-то лучше, чем он, и так далее.

- Получается, познавая страх, человек живёт без любви?

- Не совсем так, любовь всегда рядом, Творец всегда рядом, но человек сам делает свой выбор. Потенциал души силён, наши мысли, эмоции постоянно создают энергетические структуры, мирки, наполняя их либо любовью, либо страхом. Представь, что происходит на уровне коллективного сознания. Древние говорили: «самые страшные войны происходят в сердце человека, лишь, когда сердце переполнено, они выплёскиваются наружу».

- Получается, человек сам формирует своё будущее, сам создаёт условия для войн?

- Получается так. Мы не так давно живём в атмосфере гармонии и стремлении к духовному росту, где все люди разделяют мировосприятие окружающих. Старшее поколение помнит иные времена, когда человек больше думал о личном. Потребовалось время, для изменения вектора нашего эго «только для себя», на «возлюби ближнего». Сейчас мы, по крайней мере, многие из нас, ощущают духовный мир. В то время человек доверял лишь своим глазам, тому, что мог потрогать руками. Мир, в котором он жил, казался ему неправильным, запутанным, беспорядочным, несправедливым. Это объясняется тем, что человек находился в кромешной тьме, не ощущая духовный мир, ничего не зная о нём.

Эффи вздохнула.

- Попыталась представить такое восприятие жизни.

- И? – поинтересовался профессор.

- Даже не знаю, как объяснить… Я словно в заточении, моё «я» противостоит остальному миру, состоящему из таких же «я» каждое из которых отстаивает своё право на существование и личное пространство, - на секунду Эффи задумалась. - Да, пожалуй, в такой ситуации войны неизбежны.

- Согласен. И самое страшное даже не в этом. Если на протяжении жизни человек не раскаивается в содеянном, то война в его сердце не заканчивается и после смерти, тогда говорят, что человек попал в ад.

- Звучит пугающе. Значит, человек сам несёт ответственность за всё происходящее с ним?

- Именно, пока сердце человека закрыто для любви, он живёт в страхе, отсюда и столь негативные последствия. Война обычно является отрезвляющим, поучительным опытом для сообщества.

- Благодарю вас, профессор.

- Рад был помочь, Эффи. А теперь давай поговорим о твоей работе.

Не сказать, что Эффи поняла и приняла замысел Творца для своих неразумных творений, но на душе стало легче, по крайней мере, появился смысл в жестоких сражениях, в страданиях и лишениях, через которые приходилось проходить людям.

Выйдя из кабинета профессора, девушка сразу увидела Артёма, он явно поджидал её. Познакомились они пару лет назад на научном обсуждении темы «Лаборатория смыслов». Эффи сразу привлекла внимание молодого человека. Он словно завороженный наблюдал за ней, удивляясь тому, что смотреть на девушку, может быть так приятно. Эффи легко общалась с другими слушателями, у неё даже был небольшой доклад, который Артём с удовольствием послушал, а заодно узнал имя девушки - Эффи. Такое красивое и необычное имя очень шло ей.

Подойти к девушке, он решился в небольшом кафе, куда она направилась после конференции. Эффи сидела за столиком одна, что облегчало задачу.

- Можно присесть? – обратился Артём к ней.

Девушка удивлённо посмотрела на него, затем обвела взглядом зал, он был полон, но пару столиков всё же оставались свободны, и вновь посмотрела на Артёма, в глазах немой вопрос.

- Я слушал ваш доклад сегодня, - быстро нашёлся он, предположив, что без причины девушка вряд ли захочет беседовать с ним.

- И?

- Может быть, я сяду? Думаю, так общаться будет удобнее, - улыбнулся Артём.

- Садитесь, конечно, - согласилась девушка.

Он уселся напротив, а она продолжила.

- Я недовольна своим докладом, пока писала, вычитывала, казалось, вполне информативно, а когда начала читать перед аудиторией, оказалось ничего интересного, как-то всё недоработано… Видимо сказалось отсутствие опыта в данной сфере, только теория.

- Позвольте спросить, в какой же сфере вы профессионал и имеете большой опыт? – нежно глядя на девушку, спросил Артём.

Услышав в его вопросе лёгкую насмешку и намёк на её юный возраст, девушка не обиделась, а рассмеялась.

- Согласна, самый существенный опыт у меня в посещении студенческих вечеринок и общении с друзьями.

- Да ну? - будто удивился Артём.

- Намекаете, что, не смотря на богатый опыт общения, я ещё не представилась?

- Возможно, хотя в этом нет необходимости, ваше имя Эффи, кстати, очень красиво и вам удивительно подходит.

- Аааа, вы же слушали мой доклад, хорошо, тогда ваша очередь.

- Артём, я студент магистратуры.

- О, да вы уже мэтр, - с лёгкой иронией проговорила Эффи, видимо решила в отместку подколоть его за «большой опыт».

- Для вас, пожалуй, - согласился он с серьёзным видом, но в глазах мелькали весёлые искорки.

С этого дня они виделись часто, оказалось им легко и просто общаться друг с другом, хотя сферы их интересов диаметрально отличались. Артём занимался вопросами космологии и мерности, его взгляд был устремлён в будущее. Занимаясь историей Земли, Эффи естественно интересовалась прошлым. Возможно, именно это различие стало залогом интересных бесед, каждый делился знаниями из своей области, которая для другого являлась территорией неведомого. На протяжении прошедшего времени, их отношения так и оставались дружескими.

Увидев Артёма, Эффи подошла к нему.

- Привет, давно ждёшь?

- Не очень, как ты? – он внимательно смотрел на девушку.

- Нормально, а что?

- Ты всегда выходишь от Лаэтра воодушевлённая, сегодня отчего-то твои глаза не блестят.

- Тема оказалась не слишком радужная, - ушла от прямого ответа Эффи, и сразу перевела тему разговора. – Чем займёмся?

- Может, поедим, ты голодна?

- Нет, давай лучше прогуляемся, погода чудесная, - предложила она.

Города за последние сто лет претерпели серьёзные изменения. Больше никого не впечатляли мегаполисы, застроенные огромными зданиями, хотя в некоторых районах ещё возвышались небоскрёбы, или что-то пониже, однако, их использовали, как центры поддержки той или иной области развития. Люди, как правило, проживали в более удалённых от центра территориях. Место, где располагалась академия, больше напоминало парковую зону, невысокие корпуса тонули в тени зелёных деревьев, большие зелёные лужайки, окружали всё вокруг, нескончаемые аллеи тянулись во всех направлениях. Зато в воздухе наблюдалось оживление.

Над главной дорогой, словно паря в воздухе, бесшумно двигались трейны, поезда на воздушных подушках, основной общественный транспорт, которому отдавали своё предпочтение жители города, быстро и удобно, тем более города теперь разрастались в горизонтальной плоскости, а не стремились ввысь, поэтому приходилось преодолевать значительные расстояния. Над трейнами в самых разных направлениях, бесшумно летал иной транспорт. Дизайн современных машин поражал воображение не меньше, чем их функции, позволяющие автомобилям-трансформерам, легко передвигаться, как по суше, так и по воздуху, а некоторым даже по воде. В определённых местах располагались трансформационные площадки, где автомобили меняли форму, после чего взлетали, или же наоборот, приземлившись, продолжали движение по дороге. На земле, между современными машинами, мелькали автомобили старых образцов, предназначенные для передвижения только по земле, среди них преобладали двухместные электромобили. Иногда появлялись ретромобили, они резко выделялись на фоне прочих машин, и принадлежали, как правило, старшему поколению, Но так же, как и прочий транспорт, использовали только органическое топливо.

Данное разнообразие объяснялось переходным характером настоящего времени, и ещё более продолжительной жизнью людей. Средняя продолжительность жизни достигла ста двадцати лет, долгожителей до ста пятидесяти, следовательно, родились они даже не в прошлом, двадцать втором веке, а в далёком двадцать первом, и не хотели менять свои вкусы и привычки. Окружающих это не удивляло, поскольку теперь ценился индивидуальный подход во всём, человек стремился раскрыть способности и таланты, заложенное в нём природой и высшей силой, относясь к себе, к своему телу и разуму, как исследователь. Это делало жизнь, данную людям в физическом теле, более разнообразной и интересной.

- Смотри, смотри, бакфит, - сказал вдруг Артём, указывая на аллею, по которой они прогуливались.

Им навстречу медленно двигалось, нечто напоминающее велосипед, но впереди имелось сидение, на котором расположились двое ребятишек лет шести и восьми. Мужчина, крутивший педали этого необычного транспортного средства, лучился от счастья, наполняясь радостью маленьких пассажиров.

Бакфит уже поравнялся с ними и двигался дальше. Эффи почему-то грустно посмотрела вслед. В детстве ей очень хотелось проехать вот так с родителями, но те постоянно отсутствовали, а дедушка не одобрял её идею. Вздохнув, она решила остановить грустные мысли, достаточно на сегодня, и решила перевести разговор на иную тему.

- Прототип бакфита - рикша. Этот вид «транспорта» использовали на востоке, в Азии. Вначале это выглядело, как повозка, чаще двухколёсная, которую тянул за собой человек, взявшись за оглобли.

- В смысле человек, а кого возил?

- Другого человека.

- Жесть.

- Надо же было как-то зарабатывать на хлеб.

- Да, не простое было время, - заключил Артём.

- Конечно, если смотреть из звёздных далей, или иной мерности, всё выглядит немного дико, но для нас обычных земных жителей, это лишь этапы нашей эволюции, - подколола Эффи своего друга. – Тем более, позже появились моторикши…

- Серьёзный виток эволюции, - очень серьёзно произнёс Артём.

- Согласна, - в тон ему говорила Эффи. - Данное событие, для человека, выполняющего такую работу, наверное, можно сравнить со вспышкой сверхновой звезды для астрофизика.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись, «поединок интеллектов» закончен.

Улица осталась позади, теперь они молча прогуливались по тенистой аллее. Растущие вдоль аллеи огромные деревья, стволы которых невозможно охватить даже вдвоём, располагали к тишине, в которой так приятно раствориться или подумать о чём-либо. Эффи выросла в городе с более сухим климатом, где деревья не были столь величественны, возможно, поэтому всегда удивлялась этим исполинам. Удивительные создания деревья, они словно олицетворяют дуальную природу человека, корни принадлежат миру материи, листочки, а может даже их шелест, принадлежит духовному миру, само дерево это душа, нашедшая равновесие и гармонию меж двух миров. Девушка вздохнула, её душе сейчас не до гармонии. Однако, прогулка в сени деревьев успокоила, впрочем, как обычно, и вернула хорошее настроение.

- Как хорошо, - произнесла Эффи, пребывая ещё где-то далеко в своих мыслях.

Артём чувствовал, что-то произошло в жизни девушки, но не тревожил её расспросами, захочет, расскажет сама. Его всегда восхищала глубина внутреннего мира Эффи, особенно ход её суждений. Рассказывая о своих исследованиях, сфера для девушки совершенно не знакомая, Артём обычно увлекался, и вдруг Эффи задаёт вопрос, который ставит в тупик, даже не потому, что он не знает ответа, просто никогда не смотрел на проблему под таким углом. Но не только интересные беседы влекли Артёма к девушке, ему нравилось проводить с ней время, и хотелось, чтобы они стали друг другу больше, чем друзья. Иногда он пытался сделать новый шаг в отношениях, но сразу словно наталкивался на стену. Почему так происходит, что это за стена, Артём не понимал, и спрашивать не хотел, боясь разрушить те отношения, которые у них уже сложились.

Впереди показался Центр, место, предназначенное для отдыха.

- Ты не передумала, может всё же, пойдём, поедим? – предложил он Эффи.

- Пожалуй, - теперь согласилась она.

Прогулка отвлекла девушку от грустных мыслей, настроение улучшилось, а вместе с хорошим настроением к ней вернулся аппетит.

Взявшись за руки, они направились в Центр отдыха, куда приходили довольно регулярно.

В Центре имелось несколько больших эрий. На нижнем этаже холодильники и стеллажи с различными продуктами и повседневными товарами. Немного дальше аттракционы для самых маленьких и выход на детскую площадку. Кафе, куда направлялись молодые люди, располагалось на втором этаже.

Сев за столик, сделали заказ, используя дисплей. Ожидая еду, Артём хотел расспросить Эффи о произошедшем с ней, но видел, девушке удалось отвлечься от неприятных мыслей, и не стал портить ей настроение. Через некоторое время раздался мелодичный звук, столик раздвинулся, появился поднос с заказанной едой. После окончания трапезы, Артём предложил.

- Десерт?

- Согласна, но за десертом пойдём к дамам, - неожиданно предложила Эффи.

В последнее время люди работали значительно меньше, сферой обслуживания занимались в основном роботы, свободного времени у населения стало гораздо больше. К тому же, некоторые предпочитали питаться солнечным светом или праной, но никто не осуждал человека, если ему вдруг захотелось съесть за ужином стейк, вернее продукт со вкусом мяса, которое теперь производили искусственно. Свободное время каждый использовал по-своему. Надо отметить, что увлечения весьма разнились, кто-то отправлялся в сновидении исследовать иные планеты или миры, кто-то предпочитал проводить время на кухне, создавая кулинарные шедевры, кто-то занимался садоводством, а кто-то мастерил глиняную посуду при помощи гончарного станка. Изделия раздавали соседям, или приносили в центры отдыха и просто раздавали. Для этих целей выделяли специальные эрии, где собирались любители творить своими руками. Они приносили продукты своего труда, выставляли на столах, предлагая попробовать всем желающих. Сами же в это время беседовали, расположившись на удобных диванах и креслах, имеющихся здесь в большом количестве, получалось что-то вроде клуба по интересам. Обычно в таких группах преобладали пожилые дамы, старушками теперь никого не называли, ко всем обращались по имени. Действительно, зачем подчёркивать возраст тела, возможно в нём обитает молодая душа, или наоборот. Впрочем, никто об этом не задумывался.

Будучи девочкой Эффи нравилось приходить в такие места, рассматривать и пробовать диковинную выпечку, десерты, которые не походили на изделия сферы обеспечения, хотя там всё изготавливалось из экологически чистых и полезных продуктов. Однако, не столько вкусности привлекали девочку, сколько разговоры собравшихся дам об их юных годах, о времени в которое им довелось взрослеть. Почему-то казалось, что однажды она услышит нечто важное для неё, хотя, о чём будет это послание, девушка не представляла. Вот и сейчас Эффи со своим другом выбрали по изумительному пирожному, и уселись рядом с большим столом, за которым расположились дамы занимающиеся шитьём.

- В хорошее время мы живём, - говорила очень пожилая дама в зелёном платье, - медицина победила фактически все болезни, и мы можем вести активный образ жизни даже в преклонном возрасте. Помню свою бабушку, как ей было не просто, хотя прожила она меньше ста лет.

- Согласна, но не только хвала медицине, происходит замена структур старения на вибрационные поля Света. Жаль мы не застанем время, когда это случиться, - включилась в разговор её подруга в очень странном наряде, больше напоминающего представителя мира низких вибраций, чем даму.

- Свет вытесняет пыль времени, - задумчиво произнесла дама с красиво уложенными седыми волосами. – Пожалуй, мы единственные, кто помнит иные времена цивилизации…

- И не смотря не на что, иногда скучает по ним, - поддержала первая.

- Мы скучаем не по временам, а по себе более молодыми, - возразила дама, с чем-то интересным в руках.

«Кажется, она что-то вяжет», - подумала Эффи.

- Не соглашусь с вами, - сказала дама с красивой причёской. – Любой возраст интересен, ты меняешься и смотришь на мир иначе, появляется ощущение, что ты в длительном путешествии, которое приносит удивительные сюрпризы.

- Да вы оптимист, - улыбнулась наиболее пожилая дама. – Хотя, соглашусь с вами, всё в нашем сознании, поэтому важно поддерживать не только физическое тело, но и состояние духа…

- Что-то мой дух меня подводит, - вдруг сказала дама с шитьём в руках, и все взгляды обратились к ней. – С юности люблю шить, за всю жизнь так нового хобби и не появилось.

Она открыла коробку, стоящую рядом с ней, и достала куклу в роскошном бальном платье.

- Пошила, думала обрадовать внучку. И знаете, что она сказала? – дама обвела взглядом подруг, которые оставили работу и с улыбкой смотрели на неё. – Она сказала: «Красиво, конечно, но как это носить?».

Дамы засмеялись.

- Что поделать новое поколение отличается от нас, для них важна не форма, а содержание, - резюмировала дама в голубом, - их больше интересует непроявленная часть нашего Бытия.

- Куда мы скоро отправимся и узнаем, как там всё устроено, - подхватила дама с красивой причёской.

- Кто знает, кто знает, - сказала дама, выглядевшая более современно, чем её подруги.

Все вопросительно посмотрели на неё.

- В своё время я изучала культуру и верование славянских народов, - поведала она, - почему-то эта тема влекла меня, возможно, что-то личное из прошлых жизней. Мне у них очень нравилась интерпретация нашего мира, всё объяснялось очень просто. Есть «явь», реальность материального мира, которую мы неплохо познали. Есть «навь», место, куда душа отправляется после смерти, и о нём мы мало что знаем, хоть и бывали не раз. И есть «правь», управляющая сила. Вот эта сила должна сбалансировать «явь» и «навь», поскольку они равнозначны. Человечество довольно долго признавало лишь «явь», теперь, знакомимся с «навь», а затем придёт время сбалансировать эти тождественные силы, обитающие в каждом из нас…

- В каждом из нас? – удивилась дама со строгим выражением лица. – Я думала речь идёт о силах, творящих Вселенную, о её проявленном и непроявленном планах…

- Вселенная макрокосм, а человек микрокосм, силы действуют одинаковые, и задача, в общем-то, одна, - напомнила наиболее молодая. – Получается «правь», это дух каждого из нас, который должен уравновесить две другие составляющие. Да, молодёжь в этих вопросах продвинулась гораздо дальше нас, - посетовала она.

- Не соглашусь с вами, - включилась в разговор самая старшая дама. – Во Вселенной нет ничего случайного, и мы с вами находимся именно там, где должны быть. Моя бабушка, Милена, родилась в двадцатом веке…

- Оооо, - удивились другие дамы, а Эффи сразу обратилась в слух.

- И до тридцати лет была полной атеисткой, можно сказать, глубоко постигла «явь» без управляющей силы. Затем сложные жизненные обстоятельства помогли обрести ей веру, но для неё верить оказалось не достаточно, надо было знать. Дух вёл её, Милена познакомилась с различными учениями и религиями, пришла к пониманию многомерности Бытия, что в общем-то необычно для того времени. Тогда люди обычно принимали одну религию, или одно учение, и шли этой дорогой. Ей тоже хотелось присоединиться к кому-то, ощущать поддержку единомышленников, но нет, Дух не позволял останавливаться. Лишь придя к пониманию многомерности, к тому, что все учения и религии отражают одну из граней Высшей силы, она получила определённое успокоение. Возможно, поиск истины, постоянное движение в Духе, позволили Милене дожить почти до ста семи лет, для людей того времени, это был почтенный возраст. В то время, люди подобные Милене, называли себя переходниками, то есть они являлись определённым мостом соединяющим прошлое и настоящее, поскольку мир за пятьдесят лет разительно изменился. В шестидесятые, семидесятые годы люди только обзавелись телевизорами, а в конце века началась компьютеризация, в нулевые фактически все обзавелись смартфонами, что расширило возможность получения информации, и вместе с техническим прогрессом пришли знания о непроявленной части Бытия. Милена говорила, у неё было ощущение, что она прожила не одну жизнь за одно воплощение. Поистине пройти путь от атеизма до многомерного Бытия за одну жизнь, это удивительно. Да и окружающий мир изменился, то, что казалось естественным для её поколения, молодые совершенно не воспринимали. Вот тогда и появился этот термин «переходники». Поэтому в жизни нет ничего случайного и мы с вами здесь не просто так, хотя иногда так кажется, - добавила она немного грустно.

Дамы внимательно слушали, затем возникла пауза.

- Значит, мы тоже переходники, корни нынешних поколений. И хотя корни обычно не видны, но что будет с деревом без них? – наконец, улыбнулась одна из них.

- Примерно так.

- Сколько же вам лет, Марта? – обратилась другая к рассказчице.

- Сто тридцать три, - отвечала та.

- Оооооо, - раздались возгласы изумления.

- Вы достойная внучка вашей бабушки, Марта, раз живёте так долго, - заключила дама с кружевным воротничком.

Самая пожилая вдруг улыбнулась.

- Как давно меня никто не называл внучкой.

Потом заговорили остальные, и разговор пошёл на обыденные темы. Эффи подумала о том, что разговор сегодня интересный, но всё же не тот, который она ждёт. «Значит, не сегодня», - заключила она в очередной раз. Затем они покинули эрию, вернувшись к прогулке. Прохаживаясь по аллее, Эффи оставалась задумчивой, вдруг она остановилась, и, глядя на огромное дерево, широко раскинувшее свою крону, сказала.

- Наверное, она права. Люди, как и деревья, должны иметь свои корни, свою точку отсчёта, чтобы в сравнении познавать всё новое. Жаль, что мы так мало знаем о прошлом.

Артём смотрел на Эффи и понимал, девушка сейчас не здесь, её мысли где-то далеко, в другом времени. Что же она там видит, или надеется найти? Но он не стал тревожить её расспросами, надеясь, что та поделится, когда придёт время.

На город опустились сумерки, мрак сгущался, ночь покрыла всё вокруг тёмным покрывалом, маня в тишину покоя, словно напоминая, день закончен, пора отдохнуть.