Бель Чагрин
Убежище для двоих

1.

Как-то рассеяно заморосил дождь – рассеянно подумала она, позволяя ему усадить себя на колени. Секунду назад ее мысли как птицы порхали с одного дерева на другое, теперь же она от них отреклась, от всех. Его руки, сильные и нежные обвились вокруг ее талии и рук, крепко прижимая к себе, а дышащее страстью и желанием дыхание коснулось нежной кожи ее лица и обожгло его.

Это в первый раз, когда она позволяла ему прикасаться к себе, самый первый раз. И он это почувствовал. Она не сопротивлялась. Впервые Лэтти была в его рука и не стремилась ускользнуть из них. Само осознание того, что она больше не убегает от него разлило на сердце темноволосого парня живительный мед и на его губах заиграла счастливая ухмылка. Ты моя, - подумал он, - и в этот момент нас наконец-то действительно двое.

Арман был прав. Он безошибочно угадал ее мысли. Впервые в них не маячил ее жених. Лэтти прогнала его из своей головы, как и все остальные мысли. Она устала от них. Устала от всего, но больше всего от своих чувств, которые перестала понимать. Это было невозможно, нестерпимо и сводило ее с ума. Кажется, она любила обоих одновременно. Но Фонси был далеко, а Арман близко.. Его карие глаза, темнеющие от желания, каждый день смотрели на нее как на чудо и Лэтти уже давно перестала внушать себе, будто он ей безразличен. Это было далеко не так, при чем с самого первого дня, еще там, на землях Латтуки. И вот теперь они заточены с ним под непреодолимой магией завесы и кто знает когда она спадет? Сколько к тому моменту пройдет времени? Три года, пять, десять или двадцать пять? Уже минул целый год и Фонси.., конечно, он ее ждал, в этом Лэтти не сомневалась. Она знала это, потому что сама бы ждала его и продолжала верить. Но не всю жизнь… Рано или поздно он тоже сдастся, выберет другую.. Она не может его за это винить. Но себя – да. Потому что еще слишком рано чтобы сдаваться. Слишком рано… Где-то там, в десятках миль от сюда, Фонси не спал и думал о ней. Лэтти это знала.. Поэтому отреклась от любых мыслей и позволила случится тому, чего в тайне желала уже несколько месяцев.

Арман медленно и глубоко вдохнул аромат ее кожи, а после вновь обжог ее своим дыханием. Парень по привычке держал ее крепко, потому что не хотел, чтобы она убежала, но в этот раз в этом не было необходимости. Она была мягкой и безмятежной в его руках, как орхидея.

- Можешь отпустить? – попросила Лэтти, ерзая плечами в его объятиях.

- Я не хочу этого делать, - коротко ответил он. – И ты, мне кажется, о, добрые духи, впервые в жизни, тоже этого не хочешь. Так зачем мне тебя отпускать?