Константин Федотов
Хроноскоп. Том 2: Ключи стражника

Константин Федотов

ХРОНОСКОП

ТОМ 2: КЛЮЧИ СТРАЖНИКА

Роман в двух книгах,

написанный от лица Элиаса Крейна и Самака

Посвящается всем, кто решился войти

в Пустую четверть

Проект SHOA

Серия научно-фантастических романов,

основанных на реальной квантовой теории.

Математическая модель Хроноскопа опубликована

в открытом доступе.

Его инженерное воплощение — дело будущего.

ХРОНОСКОП. ТОМ 2: КЛЮЧИ СТРАЖНИКА

Книга четвёртая. МЕ Лжи

Глава 12. Пустая четверть

«Пустыня — это не отсутствие жизни. Пустыня — это жизнь, сжатая до предела, спрятанная под поверхностью, ждущая. Как информация в камне. Как правда в молчании.» — Самак, «Путевые заметки»

Руб-эль-Хали. Пустая четверть. Самый большой непрерывный песчаный массив в мире — шестьсот пятьдесят тысяч квадратных километров дюн, солончаков и скальных выходов. Днём температура под шестьдесят, ночью около нуля. Бедуины говорят: «Здесь даже джинны не ходят».

Именно сюда привела их карта Самака.

Экспедиция была небольшой, но хорошо оснащённой. Крейн, Ада, Самак, Нойманн и двое проводников — старик Ясир и его внук Тарик, единственные, кто согласился идти вглубь после того, как увидели карту.

— Это место проклято, — сказал Ясир на третий день, когда они разбили лагерь. — Мой дед рассказывал: там, куда мы идём, пески поют по ночам. Но не песни. Крики. Крики тех, кто пытался войти и не вышел. Мы доведём вас до границы. Дальше — сами.

Самак кивнул.

На пятый день они достигли цели — чёрной оплавленной скалы, чужеродной среди золотистых дюн. Она торчала из песка, как клык мёртвого зверя. У её подножия зиял провал — вход в пещеру, уходящий вертикально вниз.

— Здесь, — сказал Самак, сверяясь с картой. — МЕ Лжи.

— Почему не в храме, как МЕ Правды? — спросил Крейн.

— Потому что Правду прячут в святилище. А Ложь — там, где никто не будет искать. В месте, которое даже Создатели считали неудачным.

Нойманн достал портативный сканер.

— Пси-фон снаружи почти нулевой. Как будто кто-то намеренно подавил Информационный Потенциал на километры вокруг. Это маскировка. МЕ Лжи — анти-правда. Оно разрушает когерентность Пси-поля, создаёт шум. Рядом с ним невозможно ничего услышать. Даже Стражнику.

— То есть оно нас спрячет? — спросила Ада.

— Если достанем.

— А в чём сложность?

Нойманн повернул сканер к ней. На глубине десяти метров Пси-фон слабо рос, на пятидесяти — резко взлетал.

— Это значит, — произнёс Самак, — что МЕ Лжи активно. Оно создаёт поле, искажающее восприятие. Рядом с ним вы не отличите реальность от иллюзии. Ваши органы чувств, приборы, даже мозг — всё будет получать противоречивую информацию. Вы увидите то, чего нет, и не увидите того, что есть.

Он достал металлический цилиндр.

— Квантовый компас. Он измеряет не Пси-поле, а его отсутствие. Там, где Ложь максимальна, правда исчезает полностью. Компас покажет эпицентр.

— А как защитить сознание?

— Никак. Каждый из нас увидит свой собственный ад. Свои страхи. Свои иллюзии. МЕ Лжи показывает ту ложь, в которую вы больше всего хотите поверить — или боитесь поверить. Мы будем держаться вместе и повторять друг другу то, что знаем точно. Имена. Даты. Факты. Якоря реальности. Если кто-то начнёт отклоняться — вернём его.

— А если отклонимся все?

Самак помолчал.

— Тогда мы останемся там навсегда. Как те, чьи крики слышал дед Ясира.

Глава 13. Спуск

«Страх — это не враг. Страх — это компас. Он показывает, куда ты должен идти, но боишься. Иди туда. Там правда.» — Ада Вайс, запись перед спуском

Они спускались четыре часа. Вертикальный колодец сменился наклонным туннелем, затем — системой пещер, расширенных чьей-то рукой. Стены были гладкими, оплавленными.

— Создатели, — прошептал Крейн. — Они выжгли это в скале.

— Резонировали, — поправил Нойманн. — Разрушили кристаллическую решётку на молекулярном уровне, заставив камень течь, как жидкость.

На глубине ста метров начались галлюцинации. Первой их заметила Ада.

— Элиас... почему здесь вода?

Пол был сухим. Крейн схватил её за плечи.

— Ада! Посмотри на меня. Что ты знаешь точно?

— Меня зовут Ада Вайс. Сегодня двенадцатое апреля. Мы в пустыне Руб-эль-Хали. Мы ищем МЕ Лжи.

— Хорошо. Держись за это.

Вода исчезла.

— У каждого своё, — мрачно сказал Самак. — У меня — лица. Люди, которых я не смог спасти.

— Почему вы молчали?

— Потому что если я начну с ними говорить, я забуду.

Они двинулись дальше. На двухсотметровой глубине туннель расширился в огромный зал. В центре, на каменном постаменте, лежал он. Белый, почти светящийся в темноте камень, молочно-опаловый, с прожилками, которые, казалось, медленно двигались.

— МЕ Лжи, — выдохнул Самак.

Крейн шагнул вперёд — и замер. Перед ним стоял он сам. Точная копия.

— Не подходи, — сказал двойник. — Я — то, что ты потеряешь, если возьмёшь камень. Ты перестанешь отличать свои мысли от шума Стражника. Станешь проницаемым для любой лжи. Будешь верить всему и ничему.

— Ты лжёшь. Ты и есть Ложь.

— Конечно. Но разве это делает мои слова неправдой?

Крейн закрыл глаза и повторил про себя якоря. Двойник исчез. Камень лежал на постаменте — белый, молчаливый, ждущий. Крейн взял его в руки.

И пещера исчезла.

Глава 14. Интерлюдия Стражника

«Ты думаешь, что ложь — это отсутствие правды. Но это не так. Ложь — это другая правда. Та, которую ты не готов принять.» — Голос в голове Крейна