Настроение

Глава

Он смотрел в окно, но не видел ни синевы неба, ни зелени деревьев — только серую, плотную пелену безнадежности. Она висела над городом, над людьми, над страной, как ему виделось, пропитывала стены домов и лица прохожих. Казалось, сам воздух стал густым от отчаяния. Усталость была не физической, а глубже — на уровне души. Опустошение, когда каждое утро требует невероятных усилий, чтобы встать и встретить день, похожий на вчерашний: тот же гнет, та же ложь, сквозящая с экранов, те же суровые, замкнутые лица вокруг.

И уже скрепы — не политические, а человеческие, простые и вечные: честность, милосердие, взаимовыручка — рассыпаются в прах под тяжестью циничных кодексов новой реальности. Вместо любви — лишь холодный расчёт, вместо веры в завтра — лишь гнетущая неизменность сегодня. От этой мерзости, от этой всепроникающей фальши на душе начиналась тихая, непрекращающаяся дрожь. Казалось, что человеческих сил уже не хватит, чтобы выдержать это. Что выхода нет.