Ростислав Левгеров
Не будите спящего тролля!

Именно так — не будите ни в коем случае!

Знаю, прозвучит банально, но если вы потревожите дикую здоровенную лохматую тварь, можете сильно пожалеть об этом. Какими бы крутыми себе не казались.

Мы потревожили. И не кого-нибудь, а как раз лохматую тварь ростом не меньше пяти метров. С кулачищами во какими! И зубищами под стать кулачищам — уж поверьте моему слову. А также дубовой шкурой, которую наша картечь не брала, а мечи с пиками наносили мало вреда. Нет, вру, наносили. Только не троллю, а нам. Наши опрометчивые действия так раззадорили монстра, что он взбесился. А когда бесится здоровенная лохматая тварь (особо отмечу — дикая!) ростом не меньше пяти метров с кулачищами и зубищами во какими, единственный верный поступок — быстрей смыться с локации.

Разумеется, мы никуда не ушли. Нам море по колено, а тут какая-то обезьяна-переросток!

Почему? Мы что, идиоты?

Тому есть несколько причин. Первая: мы, мать нашу так-растак, очень важные персоны. Статус героев закончившейся три недели назад войны с Форнолдом обязывает.

Вторая причина: мы собственноручно присвоили себе уровень легендарных умельцев, ибо теперь ганза Бунды Горелого не какая-то там шайка головорезов, а «ведьмаки его величества короля Вилле». Торжественно обязались подчистую вывести чумную нечисть с благословенной земли, обильно сдобренной кровушкой павших и так далее в том же духе, но об этом чуть позже.

И, наконец, третья: нам заплатили за работу звонкой монетой. Да, прямо как в песне о Геральте.

Вот и получается что мы мутузимся с этим чудищем в покрытой снегом и льдом высокогорной долине. Парни, во главе с Бундой Горелым и Огненом скользят по замерзшему озеру, стараясь не попасть под лапу гиганта, которая может не только проломить к чертовой матери вашу башку, но и лед, что также чревато последствиями. Незавидными. В первом случае каюк наступает мгновенно, во втором — спустя какое-то время.

Ну, а я — нагибаторша от бога, черт меня побери, — чем я-то занимаюсь? А я, дорогие мои, решила провернуть свой излюбленный прием — сигануть на спину чудищу с целью вонзить в толстую шею нож, а вернее один из моих славных парных кинжалов.

Так сказать, показать новообразованным «ведьмакам» мастер-класс от признанного специалиста в деле убиения чудищ-страшилищ.

Сказано — сделано: пока мужики тщетно пытались упокоить брыкающуюся тварь с помощью пик и арбалетов, я быстренько забралась на росшую неподалеку сосну, и дождавшись, когда адское порождение окажется рядышком, прыгнула ему на спину, вцепилась в густую растительность на загривке, достала свои парные кинжалы и…

Как я уже сказала, тварь начала брыкаться, да еще как! Кинжалы я выронила, успев кольнуть тролля один раз (поверьте, этого хватило, чтобы он почувствовал укус!), и в данный момент единственное, что меня волнует — как бы не улететь и не шмякнуться о скалу.

Я словно в центрифуге в центре подготовки космонавтов. Верещу, как сумасшедшая. Пятиметровая образина, но какая шустрая!

— Держись, Лео! — кричат парни, но от них мало толку — лед скользкий, пята тролля большая, далее можете картину дорисовать.

Зверюга крутится, машет лапами, рычит, плюется, бегает-туда сюда, пытается меня достать, из-за чего приходится не только цепляться за него, моля всех богов о том, чтобы этот кошмар прекратился, но и уворачиваться от загребущих когтей. Катана может помочь, но она за спиной (я же сказала — мы, дьявол нас раздери, ведьмачье братство-сестринство, а посему выглядеть надо аутентично) и вынуть ее в таком положении не предоставляется возможным.

— Держись, Лео! Что-нибудь придумаем!

Мужики поскальзываются, роняют оружие, ползают, матерятся…

Придумаем, ага!

И тут, друзья, на сцене, или, если хотите, на скале, появляется Диана…

Но обо всем по порядку.

* * *

В корчме при постоялом дворе стоит такой духан, что можно опьянеть без употребления спиртосодержащих веществ и, прямо как в песне группы «Ноль», накуриться до шиша, вынужденно вдыхая дым табачных изделий. Открытая дверь мало помогает, ибо бравая дюжина Бунды сегодня в приподнятом настроении, а это означает, что корчмарь так и будет киснуть всё больше, наблюдая, как его раскрасневшиеся от беготни дочери опустошают погреб в угоду нагрянувший ни с того ни с сего злодейской компании.

Постоялый двор не ахти какой — захудалое заведеньице в предгорьях, стоит на обдуваемом всеми ветрами косогоре. Покосившийся частокол, стонущая под шквалистыми порывами крыша, конюшню подперли жердями, чтобы она не развалилась, что, если честно, должно было произойти уже давно. Край мира во всей своей первозданной красе.

В деревушке живут в основном пастухи и охотники. Много приезжих из числа любителей приключений, мечтающих подстрелить архара, белого волка или даже снежного барса. Испытание не для слабаков, потому в сезон тут едва ли наберется с десяток человек, а в нынешние смутные времена дела идут, прямо скажем, ни шатко ни валко.

Закономерный вопрос: а что мы здесь делаем?

Строго говоря, мы тут не просто так. Нас привел местный шультейк, именем Александр, который держится так, словно является воплощенным русским императором, ожидающим заслуженных почестей по случаю разгрома Наполеоновской армии, а не старостой чахлого селения в краю, где большей частью царит зима, а о прогремевших не далее как вчера баталиях жители имеют самое отдаленное представление.

С ним дворянин из столицы — лупоглазый дерганный юнец, поэт и дурак, возомнивший себя отважным путешественником. Звать Корнелием. Никак слава Альберта Базидара, а также вашей покорной слуги вскружили юную голову. От паршивых стишков горе-поэта меня уже тошнит. Представьте себе тонкого ломкого юношу с вечно удивленным лицом, обрамленным распушившимися, точно одуванчик, волосами. Корнелий только мешается и всех без исключения раздражает.

С Корнелием слуга, дядя возрастом ближе к шестидесяти. Звать просто — Дум. Внешность с головой выдает старого вояку — подтянутый, сухопарый, резкий. По большей части помалкивает, ухмыляется, глядя на нас, как на салаг, которым еще учиться и учиться. Дум хоть и спелся с Александром — шепчутся, гады, кривят губы — но место свое знает, опекает дурачка, словно кутёнка, едва вышедшего из материнского лона.

Короче, на дело идем с балластом. Хорошо хоть, нянька имеется, а то давно прибили бы дворяшку.

Однако Корнелий платит, и платит хорошо. Кроме того, нам пообещали схватку не с кем-нибудь, а с троллем! Эти два фактора решили дело.

Скажем так: данный поход как бы подытоживает начинание, предложенное Бундой — объединиться в ганзу, специализирующуюся на всяческих тварях и паразитах.

Как Горелый к этому пришел, почему не остался почивать на лаврах (ведь княгиня посветила его в рыцари) и чего это я с ними поперлась — отдельный разговор, никому не интересный и вообще… Придворные интриги — тема с душком. Чем громче победа, тем больше желающих примазаться к героям. Либо присвоить себе незаслуженные лавры.

А нам милее свобода!

Как бы то ни было, идею сподвижники Бунды поддержали, и, недолго думая, собрались в путь. Но тут объявились мы с Дианой, узнали, что к чему, и давай их поучать, как и что. Вернее, поучать начала я, а Диана ограничивалась едкими замечаниями и насмешками.

Меня терпели, Диану — нет. Меня слушали, Диану — чихвостили.

Неделю мы провели в лесном лагере, где бойцы Бунды и Огнена отсиживались в засаде во время штурма Пагорга войсками Клюйверта. Там я пыталась втолковать им, что охота на чудищ — занятие, сопряженное с многочисленными опасностями, а также трудностями, связанными с особенностями того или иного экземпляра. Старалась разъяснить им, что для начала нужно организоваться, продумать, что можно, а что нельзя, принять кодекс, озвучить постоянный состав, потренироваться, экипироваться как следует (то есть, кроме груды оружия, включая прелюбопытную трофейную пушечку, крайне необходимы разнообразные медикаменты и чисто охотничьи принадлежности — капканы там, силки, ловушки), ну и так далее.

В ответ я слышала: «мы — народ бывалый, чего бояться!» и всё в таком духе. Один занятный товарищ прямо так и заявил: «ты, конечно, баба знатная, мечом махать мастерица превеликая, нам до тебя в этом отношении пёхать и пёхать, и с умом агромадным, что немаловажно. Никто не оспаривает твоих заслуг и всё такое, однако ж в том деле, за которое мы беремся, это мало что значит. Мы сами-то по большей части из охотников, знаем, умеем, секреты, тайны профессии ведомы не понаслышке, так что успокойся, не лезь, а лучше смотри и учись. Глядишь, что новое узнаешь».