Сайт Морозов
Пустой

Пустой (cb.- Некролог)

Пролог

— Следующий!

Повелительный тон прозвучал так громко и близко, будто высокомерный старикан стоял прямо у моего уха. Я даже невольно оглянулся, но вокруг была только толпа таких же мальчишек, взбудораженных и шумных.

— Да! Да! — раздался восторженный вопль, и из дверей Коллегии вылетел парень примерно двенадцати лет. Его сразу облепила толпа.

— Я достоин! Склонитесь предо мной, жалкие, манолишённые! — он захохотал, сбросил наигранно-повелительный тон и явно передразнивая кого-то из стариков.

Толпа загудела, кто-то хлопнул счастливчика по плечу, кто-то завистливо отвернулся. А я смотрел на дверь. Массивную, тёмную, с металлическими вставками. Следующий.

Сердце колотилось где-то в горле, когда я протискивался между тяжёлых створок. Толкать их не хотелось — показалось, что это будет слишком нагло. Просто повернулся боком и втиснулся внутрь.

Внутри было тихо. И сурово.

Передо мной, за широкой трибуной, восседали старики. Их было четверо или пятеро, я сбился со счёта, потому что они все как один смотрели на меня. Изучали. Буравили взглядами. Наверное тяжело им без полноценного лидера?

— Представьтесь, юноша, — голос был сухим, как старая бумага.

— Арктур Квантинис, — ответил я быстро, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Что ж, Арктур, — протянул длинноволосый старикашка, смакуя моё имя так, будто пробовал его на вкус. Антс Руфельшторм, кажется. Я запомнил его лицо. — Ты должен пройти тест. Мы узнаем, как мана отзывается в тебе.

Из-за трибуны вышел невысокий мужчина. Я его раньше не заметил — он словно возник из тени. В руках он нёс стеклянную сферу. Она светилась изнутри сине-белым, переливалась, и на неё больно было смотреть — слишком ярко.

— Положи ладонь на сферу, Арктур, — сказал он тихо и протянул мне шар.

Я коснулся.

Едва кончики пальцев встретились с прохладным стеклом, цвета внутри закружились, смешиваясь, формируя что-то новое. Но не успели. Словно испугавшись, свечение резко метнулось к моей ладони и начало исчезать — впитываться, утекать в кожу.

А потом пришла боль.

Сначала — будто крошечный уголёк прижали к руке. Терпимо. Почти не больно. Я подумал: «Потерплю». Но уголёк не гас. Он разрастался, растекался под кожей горячим металлом, прожигал вену за веной. Я стиснул зубы. Дёрнуть руку? Нельзя. Засмеют. Скажут — слабак.

Жар поднимался выше, к локтю, когда вдруг всё кончилось.

Резко. Словно оборвали.

Свечение, которое ушло в меня, выплеснулось обратно в сферу, и она вновь засияла ровно, спокойно, будто ничего и не было. Низкорослый мужчина молча забрал её и ушёл обратно за трибуну.

Тишина стала ещё гуще.

— Вынуждены тебя огорчить, мальчик мой, — начал длинноволосый. Голос у него был даже вроде ласковый, но от этой ласковости почему-то захотелось сжаться в комок. — Ты, вероятно, никогда не сможешь овладеть даже простейшей магией. Твоё тело отвергает ману. Как паразита.

Он выделил последнее слово с укором. Будто я был в этом виноват. Будто сам выбрал быть пустым.

— Ты можешь идти. — Он махнул рукой. — Но если вдруг когда-нибудь обнаружишь у себя какие-то способности — обязательно сообщи в Коллегию. Мы всегда поможем.

Я кивнул. Горло пересохло.

— Спасибо, — выдавил я, вспомнив имя. — Спасибо, Антс Руфельшторм.

Развернулся и пошёл к двери. Снова протискиваться между створок. Только теперь они казались тяжелее.

Глава 1. Чёрная книга

Меня зовут Арктур Квантинис. Мне двадцать шесть лет.

Уже больше года я являюсь полноправным и единственным владельцем затхлого магазинчика антиквариата и артефактов на окраине города. Заведение досталось мне по наследству от отца — бравого рыцаря, который, как это часто бывает с бравыми рыцарями, сложил голову в последней войне. Мать не стала брать на себя магазин. Кажется, ещё немного — и она совсем выйдет из ума, а торговля древним хламом этому только способствует. Так что лавка теперь моя. Вместе с запахом пыли, скрипучими половицами и редкими посетителями, которые заходят либо по ошибке, либо с надеждой сбыть бабкин хлам подороже, но бывают и редкие исключения в виде начинающих магов, которые пришли за очереднвм амулетом.

Я разглядывал остатки товара, когда створки дверей с толчка распахнулись, едва не слетев с петель.

— Добрый день, — сказал я буднично, делая вид, что мне не интересно, кто только что чуть не снёс мою дверь.

— Здравствуйте, — ответил мужской голос, бодрый и деловой. — Мы тут принесли вещи нашего покойного дедушки. Сколько дадите?

Я поднял взгляд. В дверях стояли двое — парень и девушка, молодые, слегка растерянные, с двумя коробками в руках. Коробки они водрузили на прилавок с такой осторожностью, будто внутри было не старьё, а фамильное серебро.

Я заглянул внутрь.

В первой коробке обнаружились амулеты. Пара усиливающих побрякушек для магов, вот только стихию их я определить затруднился — выглядело это как дешёвая халтура, которую стыдно назвать артефактом. Такие обычно продают доверчивым крестьянам на ярмарках. «Амулет земли раскроет потенциал любого!» Н-да...

Вторая коробка представляла собой груду вещей, сваленных как попало — будто их закидывали внутрь с расстояния, не глядя. Тряпьё, какие-то железки, пара глиняных черепков.

И на самом дне, придавленные этим барахлом, аккуратно лежали три книги.

Я вытащил их.

Первая называлась «Мифы о Коллегии». Название пафосное, но книгу эту, насколько я знал, писали сами маги — как попытку успокоить народ, который любит придумывать страшные истории про обитателей Коллегии. Не сработало, кстати. Читатели, вдохновившись официальной версией, принялись сочинять ещё более жуткие тайны и секреты. Теперь эти сказки гуляют среди детей и впечатлительных идиотов, изрядно подпортив магам имидж.

Вторая и третья книги были в чёрном переплёте. Без названий. Вообще ничего — ни имени автора, ни намёка на содержание.

— Прекрасно, — пробормотал я себе под нос. — Ещё один дневник очередного старика. Полный бытовухи и редких «интересных» диалогов с соседями.

Я бегло перебрал остальное содержимое. Всё вместе тянуло от силы на двадцатку, но я назвал цену с запасом, чтобы поторговались.

— Шестнадцать куцых за всё.

Глаза у парня округлились. Девушка дёрнула его за рукав, и они быстро переглянулись.

— Отлично! — выпалил он, и они принялись отсчитывать монеты с такой скоростью, будто боялись, что я передумаю.

Кажется, они вообще не рассчитывали выручить хоть что-то. С довольными лицами гости покинули лавку, дверь за ними хлопнула.

Я проводил их взглядом, пододвинул к себе коробки и начал осматривать покупку внимательнее.

После тщательного осмотра выяснилось то, что я и подозревал: практически всё — хлам. В топку.

В коробках обнаружились гнутые, тупые и одновременно ржавые железяки, которые когда-то, возможно, назывались кинжалами. Рваное тряпьё, которое не согласился бы носить даже бездомный попрошайка. Пара глиняных черепков от горшка, которые и в лучшие свои годы ничего не стоили.

Я отложил только два уродливых амулета и книги.

Амулеты — те ещё страшилища. Выручить за них деньги так просто не получится, придётся ждать ярмарки, когда в город съезжаются доверчивые провинциалы. Может, кому-нибудь впарю как «древние артефакты из личной коллекции».

«Мифы о Коллегии» продавались дороже всего — наверное, только в самой Коллегии. Но тут есть шанс сбагрить книжку какому-нибудь юному заговорщику, который мечтает разоблачить магические заговоры. Такие готовы платить за любую бумажку с намёком на тайну.

Но всё моё внимание приковали две книги в чёрном переплёте.

Я открыл обе сразу, на первой странице. В первой книге стояла крупная цифра 1. Во второй — цифра 2.

— Видать, жизнь у дедули была довольно интересная, раз не уместилась в один дневник, — пробормотал я. — Или наоборот — он записывал вообще всё, включая список покупок и когда у соседской кошки течка. Есть смысл надеяться на первое...

Я перевернул страницу первой книги.

И узрел надпись. Жирную, размашистую, словно автор давил на перо изо всех сил. Чернила въелись в бумагу так глубоко, что я задался вопросом: как они не протекли на другие страницы? И как вообще умудрились засохнуть, не размазавшись?

Надпись гласила:

---

«Путь юного некролога»

---

Я хмыкнул.

— Некролога? — переспросил я у пустого магазина. — Никогда не слышал о такой профессии.