Анна Руднина, Мария Громкова, Никита Цой, Агишева Кристина, Николай Рябцев
Сказания темного леса

Никита Цой

- Что ты несешь, Салдан?!

- Да говорю вам, братцы! Разве ж такое удумаешь? Всеми богами клянусь, что видел!

Трое всадников на разномастных лошадях прошли через широкий просвет в частоколе, окружающем безымянную деревню. Точнее, безымянной она была лишь для них. Они никогда не утруждались не то что запоминать, но даже спрашивать у местных - а в какое захолустье их занесло на этот раз?

- Русалка на ветке, говоришь, сидела? - усмехнулся светловолосый здоровяк в кольчуге, на ходу снимая стальной шлем без забрала. - А я считаю, что это брага в твоей пустой голове играет. Не бывает такого! Русалка ж рыба! Что ей на суше делать?

Эти трое много путешествовали. Жили от стычки до стычки. Их слава шла впереди них и потому все - от государей и князей, до воевод им подчинявшихся - старались заполучить в свои ряды сих могучих воинов. Однако же войны не бесконечны, а жить на что-то нужно. И потому путешествовать им приходилось много, выполняя работу самую разную. Тяжелую, простую, грязную.

- Странные здесь места, - серьезно сказал величавый мужчина, облаченный в плащ из медвежьей шкуры. - Если б своими глазами не видел... И изба та странная на опушке, и следы на тропках возле леса. Не видовал таких зверей, что те следы могли оставить. Тут во что угодно поверишь.

- Да ладно тебе, Чернобор, - не унимался светловолосый. - И ты туда же? Нет здесь никаких чудес. Лес, поляна, да старая изба. Уж сколько по миру бродим - везде одно и то же.

Они направили коней к дому, который виделся им таверной или трактиром - неважно. В любом случае они найдут, где попотчевать и переночевать. А если местные будут не рады - им же хуже.

Один такой уже попытался преградить им путь тремя днями ранее. Видите ли, в деревне нечем их кормить, монеты им не нужны, а переночевать так вообще негде.

Пришлось зарубить мужика за дерзость. Оказалось, все у них было, просто пожадничали.

Внезапно на дорогу выскочила девица. Нет, девочка, лет двенадцати. Светловолосая, с венком из засохших ромашек на голове, в старом, но чистом платьице. Босиком.

Всадники остановили лошадей и с интересом на ту девочку смотрели.

- Говорят, вы трое воины бравые, немало повидали на своем веку, - начала она.

- Верно говорят, - ответил светловолосый в кольчуге.

- В избу горящую войдете, коня собьете на скоку.

- Это Чернобор, - усмехнулся Салдан и хлопнул товарища по плечу. - Во учудил тогда! По всему царству-государству байка разнеслась!

- Истории о вас я знаю, как знаю то, что не боитесь ничего.

- И это верно, младая барыня.

- Я заплачу, чтоб вы убили неведомое существо. Оно деревне докучает, коровам портит молоко. Следы на тропах оставляет. Очень боятся все его.

- Странная ты, барыня, - продолжил Салдан. - И говоришь странно. Но я тебе скажу, что нет такого зверя, какого бы мы еще не завалили. Верно, Чернобор?

Мужчина в плаще из медвежьей шкуры нахмурился, однако в его взгляде читался интерес к предложенной работе. И хотя с подобными просьбами к ним обращались почти в каждой деревне, но еще ни разу это не были обычные крестьяне, да еще и младая дева, совсем ребенок.

- Ты от князька местного что ли? - поинтересовался Чернобор.

- Я от людей, от леса, моря. Постигло нас большое горе. Неужто бравые три воина не поведут себя достойно?

- Достойно, говоришь? Что ж, ладно. Но плату мы все равно возьмем. Зимовать на что-то надо. Рассказывай, где это ваше чудище искать?

- Живет за лесом существо, у места ласточек гнездовья. Терновник там недалеко. Оно за ним - у Лукоморья.

***

Коней оставили в деревне. Сквозь лес шли долго, уж солнце к закату клонилось, когда закончился бурьян. Перед воинами открылся вид на утес, у подножия которого бушевало море. На утесе высился дуб, взявшийся здесь не пойми откуда.

- Странная она какая-то. Та девчонка, - пробубнил Салдан. - Плату вперед дала. Я с войтом говорил о ней, а он только руками развел, мол, кто его знает, что за девка? Чья-то дочь, а чья - непонятно. Но про чудище подтвердил - здесь оно бродит.

- Медведь, наверное, - тихо сказал Чернобор. - Гвидоний, заряжай лук.

Мужчина в накидке из оленьих шкур, тот, что якобы русалку на ветке видел, положил стрелу на тетиву. Салдан обнажил широкий меч, покоившийся в ножнах на спине.

Они вышли на опушку, за которой начинался обрыв. Среди могучих ветвей, покрытых влагой, блестело нечто, что частью дуба точно не являлось.

- Вот те раз! - усмехнулся Гвидоний. - Неужто из золота та цепь? Заберем с собой. И зверя завалим и перезимуем, как князья!

- Почему ее никто ещё не забрал? - нахмурился Чернобор.

И будто бы в ответ на его вопрос послышался треск, как если бы сам дубовый ствол повалился под натиском бушующего урагана.

Земля ожила, и из нее стали появляться ветви, тянувшиеся к незваным гостям, словно щупальца морского чудища.

Воины бросились врассыпную, однако же, Салдан не успел. Ветвь обвила его ногу, мужчина сперва глухо зарычал, но потом взвыл, когда его утащило обратно в лесную чащу. А потом он стих.

Гвидоний натянул тетиву, ему показалось, среди веток и кустов что-то шевелится, и выпустил стрелу туда. Не последовало ни стука, ни рыка - ничего. Лишь новые ветви взвились из-под земли, опутывая незадачливого лучника, после чего так же, как и его товарища, утащили в лес.

Чернобор был воином грозным, умудренным боевым опытом и нечеловечески сильным. И даже эта сила не помогла ему, когда ветви опутали и его. Но не утащили в лес, как его товарищей, а прижали к земле.

Внезапно стало тихо, будто само море отступило от берегов, а шторм подчинился чьей-то воле и утих. Послышался легкий шорох босых ног по траве.

- Ты... - прорычал обездвиженный Чернобор светловолосой девочке в платье.

У ее ног крутился и терся о ступни черный кот.

- Убийцам места нет на белом свете, - спокойно сказала она.

- Что ты несешь?! Мы не убийцы!

- Вы что хотите силою берете.

- Колдунья! Отпусти!

- Отец село мой защищал. От голода немало померло.

- Тот крестьянин? Он с вилами на нас вышел!

- Он сено ими собирал. И молвил, чтоб до вас дошло.

- Мы не убийцы! Мы солдаты, охотники!

Девочка чуть наклонила голову набок, отстраненно наблюдая за обездвиженным мужчиной. У ног ее мурчал и терся черный кот.

- Вы грабили, вы лгали, угрожали. Но спорить нечего с всезнающим котом. У Лукоморья дуб рассудит, кто виноват в убийстве том.

Агишева Кристина

Однажды Алиса с родителями приехала в гости к деду Ване. Его дом стоял на самой окраине старого леса в окружении, казалось, бесконечной зелени. Деревья заботливо укрывали жильё от палящего солнца, а их листья наперебой шелестели, словно приветствовали гостей.

Дед Ваня очень заботился о каждой травинке, цветке и деревце. Когда внучка наступила на лист, он аккуратно поднял его и положил под куст.

Дедушка повторял:

— Растения не молчат, когда им что-то по-настоящему надобно.