Лиза Феромонова
Корпоративная этика

Глава первая. Офисная драма с элементами психоанализа

В современном офисе крупной фирмы по организации праздников, где кофе — топливо, а дедлайны — боги, работала начальница отдела Алина Сергеевна Гурская. Молодая, красивая, фигуристая, с дипломом MBA и взглядом прожжённой стервы, способной заморозить даже самый горячее трудовое рвение. Её подчинённый, Дима – Дмитрий Летягин, был полной противоположностью: скромный, обаятельный, с улыбкой, за которую можно простить даже опоздание на три часа, и с талантом делать всё в последний момент. Но обаяние парня на суровую начальницу не действовало.

Со стороны казалось, что Алина решила выжить несчастного Диму с работы. И взялась она за это с энтузиазмом. И, хотя подчинённый старался, как мог, крутился на побегушках и выполнял все приказы начальства, Алина Сергеевна то и дело демонстративно тянула свои наманикюренные руки к приказу об увольнении парня, который ещё не подписала, но уже подготовила. Сама себе девушка объясняла наличие этого приказа желанием... замотивировать нерадивого сотрудника. Желательно так, чтобы подчинённый буквально горел на работе.

И началось.

— Дима, — говорила она, глядя на распечатанный им документ так, будто это признание в убийстве. — Вы использовали шрифт Comic Sans? Серьёзно? В презентации для совета директоров?

Парень краснел, Алина внутренне ликовала, вслух пропесочивая подчинённого:

— Какой румянец! Какой румянец! Прямо как у первокурсницы на экзамене по сопромату. Но ты-то не она! Пора повзрослеть!

На планёрке:

— Коллеги, у кого какие идеи? — Алина обвела всех взглядом и остановилась на Диме, который тянул руку, как примерный ученик. — Дима, ты можешь воздержаться. Твои идеи мы уже слышали. В прошлом году. На корпоративе. После пива. Нам хватило.

Дружный смех. Дима смотрит в пол. Алина думает: «Боже, какие ресницы... Ну почему такие достались не девушке? Так бы и повыдергала — на память».

Она заваливала его работой. Бессмысленной и нудной. Он молча кивал и уходил выполнять очередное «архиважное» распоряжение до окончания рабочего дня. Начальница смотрела ему вслед и с необъяснимой злостью думала: ««Похвальная» выдержка! Вот это упрямство! Посмотрим, сколько ты так продержишься!»

Однажды, в порыве гормонального всплеска ПМС, она решила применить тяжёлую артиллерию «гендерной мудрости».

— Дима, зайди ко мне. И захвати тот отчёт... который я просила тебя сделать ещё до того, как изобрели интернет.

Он вошёл. В руках — папка. В глазах — вселенская тоска и лёгкая надежда на зыбкое перемирие.

— Садись, — кивнула она на стул напротив. Их колени почти соприкасались. Воздух можно было резать канцелярским ножом.

— Я просмотрела твой...ммм… труд. Знаешь, Дима, у меня для тебя две новости. Плохая и очень плохая.

— Слушаю, — тихо сказал он, нервно поправляя галстук.

— Плохая новость: этот отчёт никуда не годится.

— А очень плохая?

Алина выдержала мхатовскую паузу.

— Очень плохая новость в том, что тебе придётся срочно всё переделывать. К завтрашнему дню!

Начальница размашистыми движениями порвала документ, злорадно глядя на подчинённого. В её голове зрел гениальный план: «Вывести парня на эмоции, чтобы он написал заявление на увольнение». Зачем? Она и сама не понимала.

Но Дима просто встал. Стул скрипнул. Её сердце пропустило удар.

— Понятно, — сказал он ровным голосом. — Я переделаю. К утру.

И вышел.

Алина осталась одна в кабинете. Она вспомнила его отчёт — идеальный, как швейцарские часы.

Девушка посмотрела на своё отражение в тёмном мониторе.

«Поздравляю, Алина Сергеевна. Вы только что провели блестящий сеанс пассивной агрессии и проиграли всухую. Он не повёлся. Он просто... молодец».

Гендерная атака властной стервы оказалась подавлена непробиваемым мужским спокойствием и трудолюбием.

Глава вторая. Праздник, танцы и… конфликт

Санаторий «Сосновый бор» сиял разноцветными огнями, пах хвоей и неминуемым корпоративным весельем. Праздник был в самом разгаре. Алина, обычно безупречная и сдержанная, сегодня явно решила выйти за рамки собственного дресс-кода — и не только в одежде.

После третьего бокала шампанского её стратегия «холодная стерва» дала сбой. Теперь это была «королева танцпола».

— Дима! — Воскликнула она, заметив своего подчинённого у шведского стола. — Ты... ты почему не танцуешь? У нас же тимбилдинг! Или ты только в Excel умеешь... кхм... строить таблицы?

Дмитрий, в идеально отглаженной рубашке и с бокалом минералки, вежливо улыбнулся. — Алина Сергеевна, я так отдыхаю.

Алина фыркнула, пошатнувшись на каблуках. — Хочешь сказать, ты не умеешь танцевать? Да ты зануда! Самый скучный… на этом корпоративе!

Она схватила парня за руку и потащила в центр зала, где уже вовсю отплясывала бухгалтерия.

— Смотри, как надо! — Скомандовала девушка и начала двигаться. Это было нечто среднее между танго, хип-хопом и попыткой стряхнуть с себя невидимого паука.

Дима смотрел на это зрелище с выражением испанского стыда на лице.

— Ну же! — Крикнула Алина, пытаясь сделать поворот, но запуталась в собственных ногах. — Ты что не танцуешь? Совсем меня не уважаешь? Я же твоя начальница!

— Уважаю, Алина Сергеевна. Именно поэтому не могу допустить, чтобы Вы упали.

Дима двинулся навстречу разошедшейся девушке.

— Я не упаду! Я... я... — она потеряла равновесие и ухватилась за плечо парня. — Я просто проверяю твою реакцию. Да… Ре-ак-ци-ю…

Алина снова покачнулась, взмахнув руками.

Дима аккуратно поддержал её.

— По-моему, Вам пора отдыхать.

Алина замерла. В её глазах мелькнула трезвость, смешанная с обидой и злостью. — Что? Ты... ты хочешь испортить мне праздник? Требуешь, чтобы я ушла? И это после всего, что я для тебя сделала?

— После всего, что Вы сделали? — Дима приподнял бровь. - Для меня? - В его голосе впервые за весь вечер прозвучал металл. — Да Вы превратили мою рабочую жизнь в филиал ада!

Алина икнула. — Я.… что? Я не...

— Вы думали, если будете публично унижать меня перед коллективом, я смирюсь и стану Вашим постоянным мальчиком для битья или брошусь к вашим ногам с заявлением об уходе по собственному желанию?

Алина побледнела. — Дима... это не то, что ты...

— Именно то. Вы отличный специалист, Алина Сергеевна. Но психолог из вас — как из меня балерина Большого театра. Вы хотели подтолкнуть меня к каким-то действиям? Вы своего добились.

Он отпустил её и сделал шаг назад.

— Я ухожу. И завтра подаю заявление на перевод в другой отдел. Потому что работать под началом человека, который упивается властью и не гнушается эмоционального насилия, я не намерен.

Вокруг начали собираться люди. Музыка стихла.

Парень резко развернулся и пошёл на второй этаж в свой номер, оставив Алину стоять посреди зала под колкими взглядами коллег.

Девушка посмотрела на свой бокал с шампанским.

Похоже, её гениальный план «сделать из подчинённого личного раба» не просто провалился. Он сдетонировал, оставив после себя лишь выжженное поле и острую необходимость завтра утром выпить не кофе, а что-нибудь покрепче.

А сегодня... сейчас ей срочно нужно переодеться! Ведь в двенадцать ночи наступит Новый Год и начнётся костюмированный карнавал. Все коллеги предупреждены и захватили с собой костюмы и маски. Впереди веселье, а завтра она с треском уволит этого безумца Диму, осмелившегося ей противостоять и при всех унизившего её!!!

Девушка усмехнулась, отсалютовала бокалом новогодней ёлке и отхлебнула шампанского.

Глава третья. Карнавал, полночь и сказочная настойчивость

Часы пробили полночь. В санатории «Сосновый бор» погас верхний свет, и огромный зал погрузился в полумрак, озаряемый лишь мигающими гирляндами и неоновой подсветкой стен и потолка. Заиграла ритмичная музыка. Начался обещанный маскарад.