Лия Малинина
Разведенка для нервного босса

Глава

Пролог

Олеся

Мы с начальником отдела кадров вошли в святая святых этого офиса — приемную генерального директора. Я остановилась посередине большого помещения и осмотрелась.

Странные ощущения. Здесь все было белым. Двери, пол, офисная и мягкая мебель, даже компьютер на пустом столе ассистента был белоснежным.

— Идемте, Олеся Витальевна, — подтолкнула меня в спину кадровичка, — сомневаюсь, конечно, что из этой затеи выйдет что-то путнее, но, — она скептически осмотрела меня с ног до головы, — но на безрыбье, как говорится, и рак рыба.

Я с непониманием посмотрела на нее, но Зинаида уже открывала дверь в преисподнюю.

— Лев Сергеевич, доброе утро! — она едва не поклонилась, войдя в его кабинет. — Подошла кандидат на должность вашего ассистента.

Я тем временем перешагнула порог и столкнулась с черной бездной глаз огромного свирепого мужика, который сидел за большим столом во внушительных размеров кресле.

Темные волосы аккуратно подстрижены и уложены волосок к волоску, небольшая щетина выглядела так, будто он только что вышел от барбера. Широкие плечи обтягивала белоснежная рубашка, которая натягивалась на его накаченных руках. И да, в его кабинете тоже все было белым.

Он смотрел на меня исподлобья, а у меня тряслись поджилки.

— Зинаида Степановна! — гаркнул он так, что бедная женщина едва не подпрыгнула на месте. — Вы кого мне привели? Мне нужен ассистент, а не… — он презрительно осмотрел меня с ног до головы, будто препарируя и раскладывая на кусочки, — а не тургеневская барышня!

Я чувствовала себя кроликом, которого закинули в клетку с тигром и единственным моим желанием было бежать от этого маньяка со всех ног.

Мне вдруг стало стыдно за свое дурацкое платье, хвост этот колхозный, который еще час назад я сочла вполне сносным.

Я было сделала шаг назад, но вспомнила о том, что денег нет, совсем. Платеж по ипотеке просрочен, и предложений, кроме этой, весьма странной вакансии тоже нет и не предвидится в обозримом будущем.

— Не судите людей по одежке, — наконец произнесла я твердым, но дрожащим от волнения голосом и вздернула подбородок, — я обладаю всеми необходимыми навыками, для выполнения этой работы! — я откровенно врала, но выхода другого не было.

Зинаида закашлялась, у свирепого монстра брови поползли вверх. Он откинулся на спинку своего кресла, крутя в больших ухоженных пальцах карандаш. А я держала лицо, как могла, из последних сил.

— Ну раз так, — наконец проговорил он и мне показалось, что его губы дернулись в усмешке, — присаживайтесь, — он указал рукой на стул для посетителей, стоящий у приставного стола, — а вы, Зинаида Степановна, можете быть свободны.

Кадровичке не нужно было напоминать дважды, она молниеносно развернулась и покинула кабинет со скоростью звука. Я вздрогнула от звука захлопнувшейся за ней двери и сделала неуверенный шаг в сторону своего весьма неопределенного будущего.

Глава 1

За неделю до событий, описанных в прологе

Олеся

Я угрюмо бродила между торговыми рядами небольшого супермаркета, расположенного у дома и прикидывала, что из продуктов могу купить на деньги, которые у меня остались.

А остались у меня пара тысяч рублей, долг по ипотеке, расторгнутый контракт с издательством, на которое я работала и бездомный кот, который прибился ко мне месяц назад.

— Нежный кролик в желе, — прочитала я на упаковке влажного кошачьего корма, — определенно, этот шерстяной питается лучше меня, — горько усмехнулась, закинула пару пакетиков в корзину и отправилась к большому ларю, на который были выложены продукты, продающиеся по акции.

Я взяла упаковку сосисок, булку хлеба, пару яблок и поплелась на кассу. Встала в хвост очереди и стала бездумным взглядом рассматривать заголовки газет, стоящих в зоне оплаты на высоком стеллаже.

Неожиданно я почувствовала весьма ощутимый толчок в пятую точку и покачнулась.

— Ой, женщина, простите пожалуйста! — раздался из-за спины встревоженный и какой-то подозрительно знакомый голос.

Резко развернулась и встретилась с карими глазами Юльки Мельниковой, моей университетской подруги, с которой наши пути разошлись, едва я вышла замуж за Тихона.

— Олеся? — прошептала она, сканируя меня внимательным взглядом, — ты, что-ли?

— Я, что-ли, — улыбнулась я и почувствовала, как у меня защипало нос от неожиданно набежавших слез.

— Привет, дорогая! — Юлька откинула в сторону тележку, сделала ко мне пару шагов и крепко прижала к своей груди.

Я некрасиво шмыгнула носом и обняла подругу в ответ.

— Девушки, вы стоите или пообниматься зашли? — резанул по ушам противный писклявый голос.

Мы разомкнули объятия и повернулись, с недоумением глядя на маленькую сухонькую старушку, которая смотрела на нас с нескрываемым презрением.

— Стоим бабуля, стоим, — с улыбкой ответила Юлька, подтянула к себе свою тележку с продуктами и встала рядом со мной.

Мы по очереди рассчитались на кассе и вышли на крыльцо магазина, вдохнув полной грудью свежий весенний воздух.

— Предлагаю отметить нашу встречу во-он в том кафе, — указала подруга рукой на небольшую кофейню, расположенную на другой стороне дороги.

— Слушай, — начала мямлить я, — у меня со временем не очень, может созвонимся как-нибудь?

— Значит так! — прервала мои мяуканья Юлька. — Сейчас складываем пакеты в мою машину, идем пить кофе и долго и обстоятельно разговаривать! — она бросила на меня цепкий взгляд. — Есть вопросы? Нет вопросов, — удовлетворенно кивнула подруга и повела меня к своей машине.

Юлька ездила на симпатичном красном седане с кожаным салоном молочного цвета. Мы быстро закинули в него пакеты, она захлопнула багажник, и взяв меня под руку, повела к кафе.

— Откуда в тебе эта воинственность? — с улыбкой спросила я.

— Муж военный и двое пацанов погодок, — хохотнула подруга, — с ними по другому никак, только строить и равнять.

Мы вошли в кафе и заняли угловой столик, скрытый от посторонних глаз большой пальмой в пузатой кадке. Молоденькая девушка официант тут же принесла нам меню, из которого я могла позволить себе только стакан чая.

— Нам, пожалуйста, два больших латте и два ваших фирменных десерта, — тут же сделала заказа за нас двоих Юлька.

— Не надо десерт! — громко возмутилась я, отчего официантка, Юлька и еще пара посетителей кафе вскинули на меня взгляды, — я не голодна, — сглотнула слюну, чувствуя, как щеки заливает румянец.

— Надо, Федя, надо! — процитировала подруга фразу из известного советского фильма и хлопнула ладонью по столу.

Официантка приняла заказ и отошла от нашего столика, а мы на несколько секунд замолчали, смотря друг другу в глаза.

— Рассказывай, как ты докатилась до такой жизни, — наконец начала разговор подруга.

— Да что там рассказывать, — тяжело вздохнула я и махнула рукой, — Тихон ушел два месяца назад к какой-то фитнес-модели, с которой в клубе познакомился, а мне с барского плеча оставил квартиру с ежемесячными платежами по ипотеке, — я опустила голову и почувствовала, как глаза наполняются слезами.

Господи, сколько же этих слез во мне? Я думала, что все выплакала, когда узнала об измене мужа. Он ведь даже ничего не скрывал, не оправдывался, а наоборот, бравировал тем, что такая девушка, как Карина Истомина, обратила на него внимание.

— Олесь, ну давай откровенно, — сидел он на диване, широко расставив свои длинные накаченные ноги и окидывал меня высокомерным взглядом, — ну посмотри на себя, ты превратилась в бесформенное нечто! Сидишь целыми днями, картинки свои рисуешь и жрешь, все что не приколочено.

— Ты же сам знаешь, что это из-за гормонов! — я, дура, еще пыталась оправдываться. Мы так хотели ребенка! Все десять лет семейной жизни пытались, но ничего не получалось. Полгода назад мы решились на ЭКО и я проходила подготовительный курс.

— Да это все отмазки, — выплюнул он, — ты забыла, когда последний раз была в спортзале, не придерживаешься правильного питания, ведешь сидячий образ жизни, — сыпал он обвинениями, — вот от этого твоя задница и превратилась в глобус.

— Ну извини, что я не такая, как твои фитоняшки из спортклуба! — выкрикнула я, глотая обиду. — Надо было на такой жениться, а не на мне.

— Вот сейчас мы это и исправим, — мерзко улыбнулся Тиша, встал с дивана и медленно подошел ко мне вплотную, — Карина полностью соответствует моим требованиям к женщине, она отлично выглядит, ухожена и не отказывает мне в моих постельных предпочтениях, в отличии от тебя, — от ткнул пальцем в мою пышную грудь и тут же его одернул и вытер руку о свитер, брезгуя, что случайно дотронулся до меня.

— Убирайся отсюда! — прошипела я сквозь зубы и отвесила ему хлесткую пощечину.

— С удовольствием! — рассмеялся мне в лицо некогда любимый муж. — Имей в виду, ипотеку за эту халупу я больше платить не буду, хочешь жить здесь — сама вертись, как-нибудь.

В тот же день он собрал чемодан и съехал из нашей квартиры.

— Так и знала, что этот конь педальный не сделает тебя счастливой, — сквозь зубы проговорила Юлька, когда я закончила свой рассказ и покачала головой.

— А две недели назад издательство расторгло со мной контракт, — уныло продолжила я, — у них сокращение и они не могут держать в штате иллюстраторов, — я закрыла лицо руками и расплакалась.

— Не дрейфь подруга! — похлопала меня по предплечью Юлька и пододвинула тарелку с большим куском торта, украшенного свежими ягодами. — И не такие метели в лицо нам летели! Что-нибудь придумаем!

Глава 2

Олеся

Юлька не заставила себя долго ждать и уже через три дня позвонила мне.

— Олесик, привет! — жизнерадостно пропела в трубку подруга. — Кажется, у меня есть подходящая вакансия для тебя.

Как выяснилось при нашей встрече, Юлька владела рекрутинговым агентством и занималась подбором кадров для предприятий и организаций всего региона.

— Привет, дорогая, — я была рада слышать ее, подруга была как поток свежего воздуха в моей душной повседневности.

— Есть вакансия с заоблачным окладом, — заговорщическим шепотом проговорила подруга, — требуется ассистент для требовательного руководителя. Нужны ангельское терпение, стрессоустойчивость и готовность к нестандартному графику.

— Ого! — присвистнула я. — Что за контора?

— Лев Игнатьев ищет себе сотрудника, — тут же перешла к делу она, — снова.

— Кто такой Лев Игнатьев? — сразу же спросила я, ибо это имя мне ни о чем не говорило.

— Ну ты даешь! — возмутилась подруга, — Лев — это ого-го, какая величина, не то, что в регионе, в стране, я бы сказала. — Юлька набрала побольше воздуха в легкие и выдохнула, — маркетплейс “Орион”, знаешь?

— Ну да, – тут же ответила я, ибо на этом ресурсе я постоянно покупала все, от молока до вешалки в коридор.

— Это он! – торжественно объявила она. — Но это только часть бизнеса, он еще занимается разработкой всяких нужных компьютерных приложений, но я не сильна в этом, не смогу толком объяснить.

— И ты думаешь, я подойду такому человеку, как он? — тут же сникла я. — Я никогда не работала ассистентом.

— Лисенок, — ласково проговорила подруга, — если ему не подойдешь ты, ему не подойдет никто.

— Не поняла, — я протянула руку и погладила кота, который крутился у моих ног и внимательно слушал нашу беседу, делая вид, что понимает, о чем идет речь.

— Игнатьев очень специфический человек, — осторожно начала она, – он перфекционист и социопат, ни с кем особо не общается. Да и вообще людей не выносит, а они его. Четыре ассистента сбежали от него за последние два месяца.

— Ой, — я почесала лоб, — я вряд ли смогу с ним работать, даже если он меня и возьмет.

— Ты Тишу своего, нарцисса недоделанного, десять лет холила и лелеяла, — категорично заявила Юля, — значит, и с Игнатьевым справишься.

— Думаешь? — с сомнением в голосе спросила я.

— Уверена! — безапелляционно заявила подруга и дала мне всю необходимую информацию о месте о времени, куда я должна была подойти. — Главное — будь собой, — напоследок подбодрила меня Юлька и отключилась.

День собеседования

— Ну, кажется, выгляжу вполне сносно, — я опустила голову и посмотрела на кота, сидящего у входа в комнату, который в этот момент старательно вылизывал свою заднюю лапу.

Он поднял на меня равнодушный взгляд и тут же вернулся к своему занятию.

— Неблагодарный ты, шерстяной, — вновь обратилась к своему приживалу, — я тебя облезлого подобрала, обогрела, накормила, а в тебе ноль уважения! Мужик, одним словом.

Котяра снова равнодушно на меня посмотрел и гордой походкой отправился на кухню. Наверное, нужно придумать ему имя, а то как-то не комильфо кота котом называть.

— Дожила ты, Олеся Витальевна, с комком шерсти советуешься, — я еще раз скептически осмотрела свое отражение в зеркале, — просторное платье в стиле “бохо”, как мне казалось, выгодно скрывало недостатки моей фигуры, волосы убраны в низкий хвост, на ногах удобные балетки.

Решив, что выгляжу вполне достойно для собеседования, я зашла в кухню, взяла термос травяным чаем, засунула его в большую сумку мешок, где у меня уже лежал альбом и цветные карандаши, и не попрощавшись с неблагодарным котом, вышла из квартиры.

Собеседование было назначено в одном из крупных бизнес-центров нашего города, который располагался прямо напротив парка, в котором я и планировала порисовать после того, как закончу с делами.

Сколько себя помню, я рисовала всегда, на каждом клочке бумаги, который попадался мне под руку. Неудивительно, что моя страсть стала профессией и я долгие годы работала иллюстратором детских книг в местном издательстве, пока все в моей жизни не пошло по одному, всем известному маршруту.

До места назначения я добралась на автобусе и не спеша вошла в гостеприимно распахнувшиеся двери за пятнадцать минут до назначенного времени.

Выписала пропуск и не спеша пошла к лифтам с интересом осматривая пространство.

Ожидающих на первом этаже было человек десять. Люди стояли группками и о чем-то тихо между собой переговариваясь.

Когда, наконец стальные двери распахнулись, вся толпа хлынула туда, а я застопорилась на секунду гадая, хватит мне места или ждать другой лифт.

— Девушка, ну вы заходите или как? — симпатичная рыженькая девушка, смотрела на меня с улыбкой, держа руку у панели с номера этажей.

— Захожу, — выдохнула я, сделала шаг внутрь и двери лифта за моей спиной плавно закрылись.

— Наш опять сегодня не в духе, — сказала миниатюрная брюнетка девушке, стоящей рядом.

— Ой, я как вижу его, аж кровь в жилах стынет, — ответила она.

— Ну да, — пожала плечами ее коллега, — он, конечно грозный, но такой красавчик, — брюнетка мечтательно закатила глаза.

Я вполуха слушала их разговор не придавая ему никакого значения, полностью сосредоточенная на своих мыслях.

Наконец, лифт остановился на нужном мне этаже, я вышла и подошла к отделу кадров.

— Здравствуйте, — постучавшись, я вошла в просторный светлый кабинет, — я на собеседование на должность ассистента генерального директора, — с улыбкой проговорила, обратившись в женщине средних лет, сидящей за большим белым столом.

— Здравствуйте, — она окинул меня скептическим взглядом, — ну проходите, присаживайтесь.

Я вошла в кабинет, несмело присела на краешек мягкого кресла и протянула ей папку со своими документами.

Она придирчиво все изучила и наконец выдала:

— По всем параметрам, вы подходите, кроме опыта работы, — она на секунду задумалась, — но может быть это и к лучшему. Идемте.

Она поднялась из-за стола, вручила мне мою папку и пригласила следовать за ней.

Глава 3

Олеся

Мы с начальником отдела кадров вошли в святая святых этого офиса — приемную генерального директора. Я остановилась посередине большого помещения и осмотрелась.

Странные ощущения. Здесь все было белым. Двери, пол, офисная и мягкая мебель, даже компьютер на пустом столе ассистента был белоснежным.

— Идемте, Олеся Витальевна, — подтолкнула меня в спину кадровичка, — сомневаюсь, конечно, что из этой затеи выйдет что-то путнее, но, — она скептически осмотрела меня с ног до головы, — но на безрыбье, как говорится, и рак рыба.

Я с непониманием посмотрела на нее, но Зинаида уже открывала дверь в преисподнюю.

— Лев Сергеевич, доброе утро! — она едва не поклонилась, войдя в его кабинет, — подошла кандидат на должность вашего ассистента.

Я тем временем перешагнула порог и столкнулась с черной бездной глаз огромного свирепого мужика, который сидел за большим столом во внушительных размеров кресле.

Темные волосы аккуратно подстрижены и уложены волосок к волоску, небольшая щетина выглядела так, будто он только что вышел от барбера. Широкие плечи обтягивала белоснежная рубашка, которая натягивалась на его накаченных руках. И да, в его кабинете тоже все было белым.

Он смотрел на меня исподлобья, а у меня тряслись поджилки.

— Зинаида Степановна! — гаркнул он так, что бедная женщина едва не подпрыгнула на месте. — Вы кого мне привели? Мне нужен ассистент, а не… — он презрительно осмотрел меня с ног до головы, будто препарируя и раскладывая на кусочки, — а не тургеневская барышня!

Я чувствовала себя кроликом, которого закинули в клетку с тигром и единственным моим желанием было бежать от этого маньяка со всех ног.

Мне вдруг стало стыдно за свое дурацкое платье, хвост этот колхозный, который еще час назад я сочла вполне сносным.

Я было сделала шаг назад, но вспомнила о том, что денег нет, совсем. Платеж по ипотеке просрочен, и предложений, кроме этой, весьма странной вакансии, тоже нет и не предвидится в обозримом будущем.

— Не судите людей по одежке, — наконец произнесла я твердым, но дрожащим от волнения голосом и вздернула подбородок, — я обладаю всеми необходимыми навыками, для выполнения этой работы! — я откровенно врала, но выхода другого не было.

Зинаида закашлялась, у свирепого монстра брови поползли вверх. Он откинулся на спинку своего кресла, крутя в больших ухоженных пальцах карандаш. А я держала лицо, как могла, из последних сил.

— Ну раз так, — наконец проговорил он и мне показалось, что его губы дернулись в усмешке, — присаживайтесь, — он указал рукой на стул для посетителей, стоящий у приставного стола, — а вы, Зинаида Степановна, можете быть свободны.

Кадровичке не нужно было напоминать дважды, она молниеносно развернулась и покинула кабинет со скоростью звука. Я вздрогнула от звука захлопнувшейся за ней двери и сделала неуверенный шаг в сторону своего весьма неопределенного будущего.

— Давайте ваше резюме, — он протянул мне руку с длинным ухоженными пальцами.

Я на секунду зависла, рассматривая ее и представляя, как бы я нарисовала эту руку в ее аристократическом изгибе грифельным карандашом.

— Я жду, — рявкнул Лев и нетерпеливо дернул рукой.

Получив наконец мои документы, он нетерпеливо раскрыл папку и начал изучать мое резюме.

— Иллюстратор? — он поднял на меня тяжелый взгляд. — Серьезно? Мне здесь нужен, скорее, солдат, а не трепетная творческая натура, витающая в облаках.

Не успела я набрать воздуха в легкие, чтобы ему ответить, как на столе Игнатьева разразился трелью мобильный телефон.

— Да! — рявкнул он в трубку, едва принял вызов и несколько секунд молчал, слушая собеседника. — Какого черта я плачу тебе такие деньги, если ты не можешь решить элементарный вопрос?! — его брови сошлись у переносицы, а ноздри хищно раздувались.

Я, стараясь не смотреть на этого разъяренного быка, начала осматривать кабинет. Все было стерильно, как в операционной. Ни одной лишней детали, ни статуэтки, ни цветка, белый шкаф с прозрачными стеклянными дверьми, за которыми на одной полке стояли одинаковые по размеру белые папки, на другой — такой же идеально белый чайный сервиз.

“Точно маньяк”, — подумала я, пока Лев бесновался и орал в трубку.

— Я тебе еще раз говорю! — он от напряжения расслабил узел галстука. — Если ты не заключишь сделку на покупку этого долбанного склада, я тебя уволю с волчьим билетом! — мне казалось, что стены дрожали от его крика.

Я быстро взглянула на него и я испугалась, что его сейчас инфаркт хватит, так он нервничал и бесновался.

Неожиданно для самой себя я медленно встала, подошла к шкафу, открыла двери и достала с полки одну чайную пару.

Лев Сергеевич даже остановился на мгновение посреди своей гневной тирады, в полном шоке следя за моими передвижениями по своему кабинету.

Также невозмутимо я подошла к своей сумке, достала термос с травяным чаем, откупорила крышку и наполнила чайную чашку ароматным напитком.

— Я все сказал! — тем временем проорал он в телефон и швырнул его с такой силой на стол, что он едва не соскочил на пол. — Ничего сами не могут! Дармоеды!

Не проронив ни слова я, подошла к столу и слегка подрагивающей рукой поставила перед ним чашку.

— Что это за варево? — рявкнул он, брезгливо рассматривая содержимое кружки.

— Приворотное зелье, — невозмутимо пожала я плечами и подойдя к окну, принялась закрывать жалюзи, создавая в кабинете успокоительный полумрак. — Шучу, Лев Сергеевич, — я вновь повернулась к нему, — чай это, успокоительный.

— Вы хотите сказать, что я излишне нервный? — метнул он в меня острый взгляд.

— Я хочу сказать, что чашка чая и минута тишины вам не помешает, — не меняя интонации голоса ответила я, вновь занимая свое место на стуле.

Он хмыкнул, покачал головой, и поднеся чашку ко рту сделал небольшой глоток. Покатал напиток на языке и проглотил, удовлетворенно прикрыв глаза.

— Как бабушка заваривала, — удовлетворенно проговорил он и сделал следующий глоток.

— Спасибо, — я мягко улыбнулась, — я знаю в этом толк.

Он поймал мой, немного растерянный взгляд своими черными глазами и спустя пару, томительно долгих минут вынес вердикт:

— Вы приняты, завтра в восемь приступаете к работе. Не опаздывайте.

— Спасибо большое! — я, как ужаленная, подскочила со стула, подхватила свою папку и попрощавшись быстро направилась к двери, пока он не передумал.

— Олеся Витальевна, еще один момент! — окликнул он меня.

Я вздрогнула и обернулась.

Глава 4

Олеся

— Ты представляешь?! — бесновалась я в трубку Юльке, быстро шагая по парку. — Он мне сказал привести в соответствие мой внешний вид!

— А чем ему не понравился твой внешний вид? — хохотнула подруга в трубку.

— Сказал, что ему нужен в офисе солдат, а не тургеневская барышня, — пробубнила я и плюхнулась на деревянную скамейку, стоящую у кромки пруда.

— Хм, — задумалась на секунду Юля, — ну ок, будет ему солдат. Через час встречаемся в Торговом центре на площади.

— Ю-у-уль! — взвыла я в трубку. — Ну какой торговый центр? У меня денег ноль по вдоль, кота кормить не на что.

— Спокуха! — категорично оборвала мои метания подруга. — Считай, что я твоя эта, как ее там? А! Вспомнила! Фея- крестная! Все, до встречи!

Подруга отключила вызов, а я несколько мгновений попялилась в потухший экран, тяжело вздохнула, достала из своей сумки изрядно опустевший термос с травяным чаем, и открыв крышку, сделала большой глоток.

Странный он, конечно, этот Лев Игнатьев. Перед собеседованием я проштудировала всю имеющуюся о нем информацию в сети.

Сорок лет, совладелец и генеральный директор крупнейшего в стране маркетплейса “Орион”, финансовый и компьютерный гений, как его называли таблоиды.

Лауреат различных премий и очень закрытый человек, который ненавидит публичность и никогда не дает интервью. Обладает тяжелым характером и не прощает людям слабость и непрофессионализм.

Его личная жизнь тоже покрыта тайной. Единственное, что он о нем известно, это то, что он официально не женат. Все!

— И как я с ним сработаюсь? — задала вопрос в пустоту, посидела еще несколько минут, и тяжело поднявшись поплелась в торговый центр на встречу с подругой.

Юля меня ждала на первом этаже у фонтана и увидев, начала махать рукой и улыбаться.

— Ну что, — придирчиво оглядела мой прикид подруга, — солдата я тебе не обещаю, а деловую леди мы Игнатьеву предоставим, — она весело подмигнула мне, и подхватив под руку увлекла к эскалатору, ведущему на второй этаж.

Здесь располагались бутики с женской одеждой на любой вкус, стиль и кошелек. Юлька перла вперед, как ледокол, рассекая людское море, встречащееся на нашем пути.

Мы зашли в один из магазинов, в котором нас встретили вышколенные продавцы-консультанты.

— Привет, девочки! — сходу расплылась в улыбке Юля, сразу было понятно, что она их постоянный и любимый клиент. — Нам нужно нарядить вот эту прекрасную девушку, — и мягко подтолкнула меня в спину.

— Здравствуйте, Юлия Юрьевна, — тепло улыбнулась одна из девушек, — сделаем все в лучшем виде!

Меня проводили в примерочную и началась пытка шопингом. Мне заносили на вешалках брючные костюмы, юбки, блузы и топы. Что-то мы с подругой отбраковывали сразу, что-то я примеряла и недовольно смотрела на себя в зеркало.

Да, моя фигура была далека от модельных идеалов. Пышная грудь отказывалась помещаться в скромных вырезах кофточек, а юбки предательски обтягивали и подчеркивали всю “прелесть” моих нижних далеко не девяносто.

— Юля! — я нервно одернула шторку примерочной и сдула упавшую на лицо прядь волос. — Я в этом наряде похожа на старую проститутку!

— Ну, насчет старой, ты, мать, погорячилась, — она внимательно осмотрела меня с ног до головы.

На мне была надета кожаная юбка карандаш, которая облегала бедра, как влитая, сверху красная блузка с коротким рукавом и излишне глубоким, по моему мнению, декольте.

— На каждый день это конечно не пойдет, — она потерла пальцем висок, — но для особого случая, вполне! — она обошла меня кругом, внимательно рассматривая и что-то прикидывая в своей голове.

— Ну какого особого случая, Юль! — я нервно подтянула вверх блузку, пытаясь уложить в нее свою выпирающую грудь. — У меня вон, весь срам вываливается!

— Срам, подруга, — она хлопнула себя руками по своей практически плоской груди, — это когда после двух кормлений о груди напоминает только наличие бюстгальтера, а у тебя — богатство!

— Да уж, богатство, — грустно усмехнулась я, крутясь перед зеркалом.

Да, наряд был дерзкий, но не переходящий грань пошлости. Пояс юбки подчеркивал мою достаточно узкую талию, юбка плотно облегала бедра, повторяя их изгиб, а грудь в блузке, смотрелась очень аппетитно и совсем не вульгарно.

Просто я никогда не носила такие вещи. Не умела себя в них преподать. Мне всегда было проще скрываться за просторными, бесформенными балахонами.

— Берем! — наконец хлопнула в ладоши подруга. — В качестве оружия массового поражения мужчин!

— Да у меня даже повода не будет надеть это! — все еще возмущалась я, но уже не так рьяно.

— Знаешь, как говорят? — она приобняла меня за талию. — Было бы платье, а повод найдется.

В итоге мы купили мне брючный костюм-тройку кофейного цвета с широкими брюками-палаццо и жилеткой, черный деловой костюм с прямой юбкой, чуть выше колена, пару блузок и это, как выразилась подруга, оружие массового поражения мужчин.

Я бесконечно благодарила ее за помощь и клялась все возместить с первой же зарплаты.

— Перестань, — отмахивалась она от меня, — считай это подарком на все дни рождения, которые я пропустила, пока ты была примерной женой для своего плешивого изменника-качка.

— Что бы я без тебя делала, — прошептала я, крепко ее обнимая, когда мы вышли на улицу.

— Все будет хорошо, дорогая, — погладила она меня по спине, ты справишься, я в тебя верю!

— Спасибо тебе еще раз, — наверное уже в тысячный раз проговорила я.

— А теперь, отдыхать! — постановила Юлька. — Завтра у тебя начинаются трудовые будни, — замолчала на мгновение, а потом с лукавой улыбкой добавила, — ну держись, Игнатьев.

Махнула мне на прощание рукой и быстрым шагом направилась к стоянке.