Договоры морского агентирования и морского посредничества

Учебное пособие

Под общей редакцией
доктора юридических наук,
профессора Е. В. Вавилина,
кандидата юридических наук,
доцента И. З. Аюшеевой

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 347.4(075.8)

ББК 67.404.2я73

Д59

Авторы:

Анисимов А. В., кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) – § 2.1 гл. 2 (в соавт. с И. З. Аюшеевой), § 2.2–2.6 гл. 2;

Аюшеева И. З., кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) – § 1.2 гл. 1 (в соавт. с М. В. Шавалеевым), § 2.1 гл. 2 (в соавт. с А. В. Анисимовым), § 3.1, 3.3 гл. 3 (в соавт. с Н. А. Бутаковой), гл. 4;

Бутакова Н. А., доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) – § 3.1 гл. 3 (в соавт. с И. З. Аюшеевой), § 3.2 гл. 3, § 3.3 гл. 3 (в соавт. с И. З. Аюшеевой), § 3.4–3.6 гл. 3;

Шавалеев М. В., кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) – § 1.1 гл. 1, § 1.2 гл. 1 (в соавт. с И. З. Аюшеевой), § 1.3 гл. 1.

Рецензенты:

Седова Ж. И., доктор юридических наук, заместитель генерального директора – директор по правовым вопросам и корпоративным отношениям ПАО «ЭЛ5-Энерго»;

Соловых С. Ж., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского права Саратовской государственной юридической академии.

Под общей редакцией доктора юридических наук, профессора, заведующего кафедрой гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) Е. В. Вавилина, кандидата юридических наук, доцента, доцента кафедры гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) И. З. Аюшеевой.

Учебное пособие подготовлено на кафедре гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) и предназначено для изучения учебной дисциплины «Договоры морского агентирования и морского посредничества» (уровень подготовки – магистратура).

В пособии освещены дискуссионные вопросы о договорах морского агентирования и морского посредничества. Раскрыты проблемы квалификации таких договоров, их содержания, а также применяемых норм.

Законодательство приведено по состоянию на 1 сентября 2025 г.

Предназначено обучающимся по программам магистратуры, преподавателям юридических дисциплин, а также всем, кто интересуется проблемными аспектами морского права.

УДК 347.4(075.8)

ББК 67.404.2я73

© Коллектив авторов, 2025

© ООО «Проспект», 2025

ВВЕДЕНИЕ

Представленное учебное пособие «Договоры морского агентирования и морского посредничества» предназначено для изучения отдельных институтов морского права, нормы которых регулируют посредническую деятельность при осуществлении морских перевозок, и для изучения дисциплины «Договоры морского агентирования и морского посредничества».

Целями освоения учебной дисциплины «Договоры морского агентирования и морского посредничества» являются получение обучающимися углубленных научных и практических правовых знаний о существующих актуальных проблемах в сфере отношений морской перевозки, возникающих из посреднических сделок, таких как договоры морского посредничества и морского агентирования, что направлено на формирование и развитие навыков юридического анализа, обобщения, разрешения и прогнозирования различных, в том числе нестандартных правовых ситуаций, а также усвоение разных форм организации научной работы.

Задачами освоения дисциплины «Договоры морского агентирования и морского посредничества» являются:

— формирование умения и готовности выпускника в процессе своей профессиональной деятельности моделировать правовые ситуации и решать юридические споры, непосредственно затрагивающие вопросы применения норм морского права о договоре морского посредничества и договоре морского агентирования;

— формирование и развитие у обучающихся навыка самостоятельного осуществления подбора и анализа юридических текстов, необходимых для решения конкретных проблем;

— подготовка к осуществлению экспертно-консультационной деятельности как по общеправовым вопросам, так и по проблемным вопросам, возникающим в связи с правовым регулированием отношений из договоров морского посредничества и агентирования;

— развитие навыка проведения юридических консультаций с подробным обоснованием занимаемой позиции, способности участия в дебатах и дискуссиях;

— развитие профессиональных способностей обучающихся и повышение их юридической грамотности, что позволит будущим выпускникам достичь необходимого уровня квалификации и участвовать в научно-исследовательских работах по проблемам морского права, а также разрабатывать собственные научные проекты.

В учебном пособии раскрывается содержание нормативных правовых актов всех уровней, а также иных источников, определяющих особенности регулирования отношений из договоров морского агентирования и морского посредничества; проводится сравнительное исследование доктринальных концепций по проблемам определения сущности и особенностей посреднической деятельности; определяются тенденции правоприменительной и судебной практики, связанные с сущностью и особенностями договоров морского агентирования и морского посредничества.

Изучение материалов, изложенных в учебном пособии, и освоение дисциплины «Договоры морского агентирования и морского посредничества» направлены на то, чтобы сформировать у обучающихся навыки применения основных правовых категорий для защиты субъективных прав участников отношений, возникающих из договоров морского агентирования и морского посредничества; анализа норм, регулирующих отношения из договоров морского агентирования и морского посредничества; анализа проблемных ситуаций, связанных с реализацией норм о договорах морского агентирования и морского посредничества в целях защиты субъективных прав участников правоотношений.

Учебное пособие «Договоры морского агентирования и морского посредничества» помогает овладеть терминологическими конструкциями и понятийными категориями, применяемыми в морском праве, прежде всего используемыми в отношениях из договоров морского агентирования и морского посредничества; сформированной системой логических связей, позволяющих определить специфику применения норм о договорах морского агентирования и морского посредничества в целях обеспечения защиты прав участников правоотношений; выработанной концептуальной позицией по принципиальным теоретическим вопросам и проблемам правоприменения, связанным с особенностями отношений из договоров морского агентирования и морского посредничества в целях защиты субъективных прав участников правоотношений и проведения научных исследований.

Глава 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДОГОВОРОВ ОКАЗАНИЯ ПОСРЕДНИЧЕСКО-ПРЕДСТАВИТЕЛЬСКИХ УСЛУГ В ТРАНСПОРТНОМ ПРАВЕ

Система договоров в сфере морской перевозки. Основные и вспомогательные, перевозочные и организационные договоры.

Понятие и способы осуществления посреднической деятельности. Посреднические договоры в гражданском праве. Оформление полномочий посредника-представителя. Соотношение понятий посредничества и представительства. Соотношение и выбор оптимального варианта договорного оформления посреднической деятельности.

Посредническо-представительские услуги в транспортном праве. Договоры, опосредующие посредническо-представительские услуги в транспортном праве. Договор транспортной экспедиции, договор морского агентирования, договор морского посредничества: соотношение и проблемы разграничения.

§ 1.1. Система договоров в сфере морской перевозки. Основные и вспомогательные, перевозочные и организационные договоры

В самом простом виде транспортные обязательства заключаются в том, что по договору перевозки перевозчик принимает на себя обязательство доставить груз из одного места в другое.

В подобной простейшей договорной связи перевозчик подает транспортное средство в место, указанное грузоотправителем, забирает груз и доставляет его грузополучателю.

При этом в реальности правоотношения более многогранны. В современных правопорядках с развитой экономикой перевозка груза превращается в сложную систему, в которой задействованы не только перевозчики¹, но и иные лица.

Современная транспортировка груза наглядно отображается в случае мультимодальной перевозки, при которой для доставки груза используется несколько видов транспорта, а сама перевозка включает сложные операции, связанные с перевалкой, оформлением и временным хранением груза в терминале.

Усложнение общественных отношений в области перевозки грузов привело к тому, что наряду с основными перевозочными договорами (договор морской перевозки, договор фрахтования), организационными договорами (договоры об организации перевозок) появился ряд вспомогательных договоров, имеющих посреднический характер (например, договор морского посредничества, договор морского агентирования).

Внедрение в процесс перевозки морских контейнеров позволило упростить процесс перевозки груза одновременно морским и наземными видами транспорта.

Зачастую одним из последствий так называемой «контейнерной революции» называется развитие рынка сквозной перевозки, которая опосредована многочисленными договорами, связанными с процессом перевозки.

Одновременно с этим стандартизация контейнеров потребовала закладки специализированных судов и обеспечения портов необходимой инфраструктурой².

Говорят, что контейнерная перевозка заставила сойти судовладельцев на берег.

Усложнение общественных отношений в морских перевозках привело к появлению нового направления — морской логистики, целью которой является оптимизация процессов транспортировки грузов³.

В качестве первой тенденции современных транспортных услуг можно выделить увеличение перечня операций, которые опосредуют процесс перевозки груза⁴.

Вторая тенденция заключается в следующем: вместо того, чтобы осуществлять подобные процессы собственными силами, компании все чаше предают их на аутсорсинг третьим лицам.

Преимущество найма специализированной организации обуславливается тем, что посредник обладает необходимым опытом в различных юрисдикциях и знаком с таможенными процедурами, что гарантирует надлежащее оформление необходимой документации и уплату всех сборов и пошлин при транснациональном перемещении грузов. Более того, учитывая объем операций, в которых задействован посредник, ему могут предоставляться более низкие тарифы на перевозку и сопутствующие перевозке услуги.

Вывод

Усложнение общественных отношений в области перевозки грузов привело к тому, что наряду с основными перевозочными договорами (договор морской перевозки, договор фрахтования), организационными договорами (договоры об организации перевозок) в системе транспортных обязательств появился ряд вспомогательных договоров, имеющих посреднический характер (например, договор транспортной экспедиции, договор морского посредничества, договор морского агентирования).

§ 1.2. Понятие и способы осуществления посреднической деятельности. Посреднические договоры в гражданском праве

Все большая вовлеченность различных посредников в процесс морской перевозки требует анализа их положения с целью определения круга их обязанностей и уровня возлагаемой на них ответственности.

Доктрина. В российской доктрине под посредничеством понимается деятельность лица, выступающего в чужих интересах, в виде подготовки и заключения договора для заинтересованного лица или в виде оказания содействия при заключении такого договора⁵.

И. Н. Галушина отмечала, что термин «посредник» зачастую используется в различных значениях, в связи с чем встречаются попытки подвести один термин под другой или установить их частичное тождество. При этом на основе анализа различных позиций было выделено четыре направления в понимании посредничества: в широком экономическом смысле, в узком экономическом смысле, в широком юридическом смысле, в узком юридическом смысле⁶.

Е. Л. Невзгодина рассматривала представительство как универсальную и уникальную форму посредничества. Она писала о том, что поскольку представительство, в отличие от иных форм посредничества, используется не только в договорных отношениях (договорное добровольное представительство), но и при реализации гражданско-правовой правосубъектности малолетних и совершеннолетних недееспособных лиц (обязательное законное представительство), его можно рассматривать как универсальную форму посредничества в гражданском праве. Представительство можно назвать и уникальной формой посредничества, поскольку это единственная форма последнего, при реализации которой правовые последствия действий одного лица — представителя непосредственно порождают правовые последствия у другого лица — представляемого. Иными словами, только в рамках представительства происходит полное замещение представителем фигуры представляемого, что позволяет говорить о представительстве как одной из известных праву юридических фикций⁷.

А. В. Егоров указывал, что «посредничество следует понимать как категорию науки гражданского права. Сущность категории посредничества состоит в самостоятельной деятельности лица, выступающего в чужих интересах, в виде подготовки и заключения договора для заинтересованного лица или в виде оказания содействия при заключении такого договора. Под содействием при заключении договора следует понимать деятельность, которая подготавливает и упрощает его заключение, сводит контрагентов, оставляя для заинтересованного лица только необходимость совершить целенаправленное волеизъявление. Деятельность, включающую в себя заключение договора для заинтересованного лица, можно назвать юридическим посредничеством, а деятельность, связанную лишь с содействием при его заключении — фактическим посредничеством»⁸.

В экономике посреднической признается деятельность по содействию заключению контрактов между поставляющей и потребляющей стороной⁹.

В научной литературе предлагается «классифицировать виды коммерческого посредничества по различным критериям: по критерию физического присутствия посредника — на традиционное и дистанционное; по критерию персонификации посредника — на анонимное и персонифицированное; по критерию содержания коммерческого посредничества — на то, которое включает юридические действия, юридические и фактические действия, только фактические действия, в том числе случайное посредничество; по критерию того, от лица кого действует коммерческий посредник на посредничество, — от своего имени и от чужого имени; по критерию собственности на товары — посредничество в сделках с чужими товарами и с собственными товарами. Вид посредничества будет обусловливать выбор его правовой формы»¹⁰.

Подобный подход к взгляду на чужое дело как деятельность в чужом интересе характерен и для иностранных правопорядков¹¹.

Отличительной характеристикой посреднической деятельности является то, что обязательство строится по модели приложения максимальных усилий.

При этом, как отмечается и в иностранной литературе, посредник не гарантирует достижения результата¹².

Традиционно выделяют следующие характеристики ведения чужого дела.

1. Чужое дело как действия в чужом интересе.

Посредник порождает права и обязанности для хозяина дела, поэтому отличительной чертой посредничества является подчинение указаниям последнего. В противном случае посредничество лишается смысла.

Указания могут быть сформулированы императивно или диспозитивно.

В первом случае, исходя из того, что хозяин дела не желает отступление от данных указаний, хотя бы такие отступления и были бы для него более выгодны посредник должен исполнить их, не отступая от данных указаний.

Доктрина. А. Г. Гойхбарг, описывая торговую комиссию, указывает, что при наличии точных, строго повелительных указаний посредник должен их исполнить, не задаваясь вопросом, что было выгоднее для комитента, добавляя, что «комиссионер не является опекуном комитента»¹³.

Так, например, хозяин дела может дать указание не заключать сделки на перевозку по цене, не превышающей им установленной, преследуя цель расширения рынка сбыта или поддержание цен на определенном уровне.

В случае диспозитивных указаний посредник обязан исполнить взятые на себя обязанности на условиях, наиболее выгодных для хозяина дела, даже если для этого придется отступить от буквального смысла указаний.

Также интересы можно разделить на объективные и субъективные.

Например, объективный интерес любого продавца — продать имущество как можно дороже, покупателя — купить подешевле.

Вместе с тем, в некоторых случаях объективный интерес у хозяина дела может уступать интересу субъективному.

Например, в используемой бизнес-модели производитель капсульных кофеварок планирует основную часть прибыли получить не от продажи аппаратов, а от продажи капсул с кофе. Для этого он дает указание посреднику продавать аппараты не дороже определенной цены, намереваясь охватить как можно больший круг потребителей.

В подобной ситуации, когда посреднику известен субъективный интерес хозяина дела, он должен руководствоваться именно им даже в тех случаях, когда у него имеется возможность продать товар дороже.

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее — ГК РФ), опосредуя отношения в чужом интересе, лишь в ст. 1012, посвященной договору доверительного управления имуществом, указывает на то, что доверительный управляющий должен действовать в интересах хозяина дела.

В Кодексе торгового мореплавания Российской Федерации (далее — КТМ РФ) идею посредничества как действия в чужом интересе можно обнаружить в нормах о морском агентировании (ст. 235, 237) и брокерства (ст. 243).

Поскольку посредничество является ведением чужого дела, по общему правилу не допускается принятие посредником на себя представление интересов нескольких сторон договоров.

Вместе с тем в ряде случаев КТМ РФ допускает возможность посредничества в интересах разных сторон, если хозяин дела, с которым посредник изначально вступил в договорные отношения, дал на то согласие (ст. 235, 243 КТМ РФ).

В зависимости от того, по какой модели строится посредническая деятельность — комиссионной модели или по модели поручения — хозяин дела может быть как известен обороту, так и нет.

2. Чужое дело как действия за чужой счет.

Идея посредничества находит свое выражение и в наличии у посредника возможности отнести результат своих действий на счет хозяина дела.

В зависимости от конструкции посредничества подобный результат достигается либо путем изначально предоставления права и обязанностей по сделке, совершенной посредником непосредственно у хозяина дела либо установлением конструкции, обеспечивающей передачу таких прав и обязанностей от посредника к хозяину дела.

С этой точки зрения представляется ошибочной формулировка п. 2 ст. 975 ГК РФ, устанавливающей диспозитивное правило не только о том, что стороны могут договориться об авансировании поручения, но и изменить правило о возмещении поверенному понесенных им издержек.

ВАЖНО! Посредническая деятельность в широком смысле включает в себя деятельность, осуществляемую прежде всего в интересах другого лица и за его счет, при этом она может осуществляться от имени посредника или от имени лица, в чьих интересах он действует. В последнем случае такая деятельность относится к представительской.

В гражданском законодательстве выделяются различные способы осуществления посреднической деятельности.

Деятельность посредника может быть направлена на совершение юридических действий (например, деятельность комиссионера, поверенного), фактических действий (например, в рамках оказания маклерских услуг), а также и юридических, и фактических действий (например, деятельность агента).

Доктрина. По мнению Ю. С. Харитоновой, к посредническим договорам следует относить не только договоры поручения, комиссии и агентирования, но и договоры транспортной экспедиции, доверительного управления имуществом, коммерческой концессии, консигнации, дистрибьюторский и некоторые другие¹⁴.

А. П. Фоков определяет посреднические договоры как группу договоров, предусмотренных ГК РФ, в соответствии с условиями которых одна сторона обязуется совершить в интересах другой стороны какие-либо действия, как правило сделки¹⁵.

Целью посредничества называют установление торгово-хозяйственных связей в интересах клиентов. Посредники оказывают как фактические, так и юридические услуги в реализации (закупке) товаров за счет средств клиентов и действуют от своего имени или от имени своего клиента. К посредническим предпринимательским договорам относят договоры поручения, комиссии, консигнации, агентский договор, а также договоры простого посредничества (оказания посреднических услуг для совершения фактических действий, например, маклерский договор, договор случайного посредничества)¹⁶.

Л. В. Санникова, отмечая, что термины «посредническая сделка», «посредник» применяются довольно часто и в нормативных актах, и в литературе, и в судебной практике, тем не менее указывала, что выделение посреднических сделок целесообразно в рамках торгового, коммерческого, предпринимательского права, а не в цивилистической доктрине¹⁷.

Таким образом, посредническая деятельность, в широком смысле включающая в себя и деятельность представителя, может осуществляться посредством заключения договоров поручения, комиссии, агентского договора, которые по своей сути отнесены к договорам, направленным на оказание услуг. Однако можно согласиться с тем, что указанными договорными конструкциями не ограничивается круг посреднических договоров.

Вывод

Посредническая деятельность в широком смысле включает в себя деятельность, осуществляемую прежде всего в интересах другого лица и за его счет, при этом она может осуществляться от имени посредника или от имени лица, в чьих интересах он действует. В последнем случае такая деятельность относится к представительской.

§ 1.3. Договоры, опосредующие посредническо-представительские услуги в транспортном праве

В соответствии с действующим законодательством можно выделить следующие договорные конструкции, используемые гражданским законодательством для опосредования посреднических отношений.

§ 1.3.1. Договор поручения

В соответствии со ст. 971 ГК РФ по договору поручения посредник обязуется совершить от имени и за счет хозяина дела определенные юридические действия.

Правовым инструментом, при помощи которого посредник порождает права и обязанности для хозяина дела в конструкции поручения является доверенность.

Здесь следует помнить, что положения гл. 49 ГК РФ регулируют отношения между поверенным и доверителем.

В то время как отношения между поверенным и третьими лицами регулируются нормами гл. 10 ГК РФ.

Договор поручения является универсальным типом и позволяет поверенному совершать практически неограниченный круг сделок. Единственное ограничение кроется в используемой в договоре поручения конструкции — действия, совершаемые поверенным, должны быть допускаемыми для совершения по доверенности.

В подобной модели посреднических отношений хозяин дела всегда опубличен.

При этом наличие у лица доверенности само по себе не означает факт заключения договора поручения и наличия посреднических отношений.

Подобная конструкция является благоприятной для посредника, поскольку он не принимает на себя обязанностей перед третьим лицом.

Но в этом же кроется и недостаток для хозяина дела — наличие полномочий у посредника предоставляет ему достаточно широкую власть, позволяя порождать правовые последствия для хозяина дела.

В отношениях, где хотя бы одна из сторон осуществляет предпринимательскую деятельность, исполнение поручения презюмируется возмездным (абз. 2 ч. 1 ст. 972 ГК РФ).

Отсутствие в возмездном договоре поручения условия о размере вознаграждения или о порядке уплаты вознаграждения восполняется путем определения его размера исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

По общему правилу поверенный обязан лично исполнить данное ему поручение в соответствии с указаниями доверителя.

Необходимо учитывать, что наделение третьего лица полномочиями действовать от имени доверителя не создает обязательственной связи между таким лицом и хозяином дела.

Вместе с тем, в договоре поручения может быть обозначен заместитель поверенного, за выбор которого отвечает то лицо, которое его выбрало.

Поскольку в модели поручения права и обязанности создаются у хозяина дела посредством наделения посредника полномочиями, заместитель поверенного наделяется полномочиями в порядке передоверия.

Из этого постулата следует, что если поручение, исполненное третьим лицом на основании полномочий, полученных в порядке передоверия от посредника, может привести к ситуации, при которой права на вознаграждение не возникнет ни у одного лица: у посредника в связи с тем что поручение было исполнено не им, а у третьего лица в связи с отсутствием внутренних отношений с хозяином дела.

Отступление от указаний доверителя допускается только в случаях, если по обстоятельствам дела это необходимо в интересах доверителя и поверенный не мог предварительно запросить доверителя либо не получил в разумный срок ответа на свой запрос (ст. 975 ГК РФ). В таком случае поверенный обязан уведомить доверителя о допущенных отступлениях, как только уведомление стало возможным.

На практике договор поручения не получил широкого распространения во многом из-за возможности отказа от договора по инициативе любой из сторон (ст. 977 ГК РФ).

Прекращение договора поручения до момента исполнения поручения поверенным порождает у доверителя обязанность возместить посреднику понесенные издержки, а когда посреднику причиталось вознаграждение, также уплатить ему вознаграждение соразмерно оказанной им услуге.

Судебная практика. Сложившаяся правоприменительная практика российских судов исходит из того, что возмещению подлежат только понесенные поверенным расходы. Если поверенный не приступил к исполнению поручения и договор был прекращен, то возмещение поверенному издержек в форме определенной суммы невозможно, поскольку, не приступив к исполнению поручения, он никаких издержек не понес¹⁸.

«Общество с ограниченной ответственностью “Альба” (далее — ООО “Альба”) обратилось в арбитражный суд Приморского края с иском к открытому акционерному обществу “Уссурийское монтажное управление “Дальэлектромонтаж” (далее — ОАО “Дальэлектромонтаж”) о взыскании основного долга в размере 77190 руб., составляющих расходы и вознаграждение, связанные с исполнением агентских договоров от 01.03.2001 № 1/03, от 16.04.2001 № 1/08, от 20.04.2001 № 1/06, № 1/07, в связи с отказом доверителя от поручения.

Решением от 30.09.2003 исковые требования удовлетворены частично на основании ч. 3 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в сумме 9694 руб. 66 коп. в размере вознаграждения, предусмотренного договором № 1/03 от 01.03.2001 и признанного ответчиком, в остальной части иска отказано.

Судебный акт мотивирован тем, что истец не доказал обоснованность размера заявленных им требований в сумме 77190 руб., поскольку, в нарушение ст. 1008 ГК РФ и условий договоров, не представил доверителю письменные отчеты о проделанной работе.

Не согласившись с принятым решением от 30.09.2003, ООО “Альба” обратилось с кассационной жалобой, в которой просит его отменить как принятое с нарушением норм материального права.

В обоснование своей жалобы заявитель приводит доводы о том, что ответчик прекратил исполнение договоров до их полного выполнения и отозвал доверенность истца, в связи с чем работа не была выполнена до конца, и при таких обстоятельствах подача отчетов вообще не предусмотрена ни договорами, ни ст. 1003, 1010 ГК РФ.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы надлежащим образом, своих представителей в судебное заседание кассационной инстанции не направили, отзыва не представили, в связи с чем дело рассматривается в их отсутствие.

Обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, изучив материалы дела, кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, между ООО компания “Альба” (агент) и ОАО “Дальэлектромонтаж” (клиент) были заключены агентские договоры от 01.03.2001 № 1/03, от 16.04.2001 № 1/08, от 20.04.2001 № 1/06, №1/07 без указания сроков окончания их действия, по условиям которых истец (агент) принял на себя обязательство исполнить задание клиента — ОАО “Уссурийское монтажное управление “Дальэлектромонтаж” (правовые услуги), в свою очередь обязанного уплатить агенту за проделанную работу (оказанные услуги) вознаграждение в размере, установленном пунктами 3 указанных договоров.

Письмом от 18.07.2001 № 4/18-07 внешний управляющий ОАО “Дальэлектромонтаж” А. П. Бондаренко заявил отказ от исполнения вышеперечисленных агентских договоров на основании п. 2 ст. 77 Федерального закона от 08.01.1998 № 6-ФЗ “О несостоятельности (банкротстве)”, как влекущих существенные убытки для предприятия должника, отозвав ранее выданные доверенности, что не противоречит ст. 1010 ГК РФ, предусматривающей возможность отказа одной из сторон от исполнения договора, заключенного без определения срока окончания его действия.

ООО “Альба”, полагая, что в период с момента заключения договоров и до момента отказа ответчика от их исполнения им надлежащим образом исполнены принятые на себя обязательства, обратилось в суд с настоящим иском о взыскании расходов, понесенных им при исполнении поручений клиента согласно п. 10 этих договоров, предусматривающих обязанность клиента в этом случае оплатить все расходы, подтвержденные документально, а в случае отсутствия документов — из расчета 1 минимальной ежемесячной зарплаты по договору № 1/03 от 01.03.2001, из расчета 5 минимальных ежемесячных зарплат по договору № 1/08 от 16.04.2001, из расчета суточных командировочных по договорам № 1/06 от 20.04.2001 и № 1/07 от 20.04.2001, за каждый день работы, начиная от дня заключения договора до получения уведомления об отказе от услуг “агента”, что составило:

— по договору № 1/03 от 01.03.2001 за период с 01.03.2001 по 17.07.2001 (139 дней) — 13900 рублей;

— по договору № 1/08 от 16.04.2001 за период с 16.04.2001 по 17.07.2001 (92 дня) — 44500 рублей;

— по договору № 1/06 от 20.04.2001 за период с 20.04.2001 по 17.07.2001 (89 дней) — 4895 рублей и 9000 рублей — тридцать процентов от возвращенной ответчику суммы долга в размере 30 000 рублей, на основании п. 3 договора, всего 13895 рублей;

— по договору № 1/07 от 20.04.2001 за период с 20.04.2001 по 17.07.2001 (89 дней) — 4895 рублей.

Согласно ст. 1011 ГК РФ, к отношениям, вытекающим из агентского договора, применяются нормы Гражданского кодекса, регламентирующие договор поручения, поскольку по условиям агентских договоров агент должен был действовать от имени принципала на основании выданной доверенности, если они не противоречат положениям гл. 53 ГК РФ об агентском договоре.

Согласно п. 1 ст. 978 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договор поручения прекращен до того, как поручение исполнено поверенным полностью, доверитель обязан возместить поверенному понесенные при исполнении поручения издержки, а когда поверенному причиталось вознаграждение, также уплатить ему вознаграждение соразмерно выполненной им работе.

При этом согласно п. 2 ст. 978 ГК РФ отмена доверителем поручения не является основанием для возмещения убытков, причиненных поверенному прекращением договора.

Поскольку закон предусматривает возмещение поверенному только понесенных издержек, то условия п. 10 агентских договоров о выплате агенту, в случае отказа клиента от его услуг до исполнения поручения, заранее установленных сумм противоречат ст. 978 ГК РФ, а поэтому ничтожны в силу ст. 180 ГК РФ в этой части.

Поскольку истцом не представлены доказательства фактически понесенных расходов по исполнению поручений клиента до его отказа от них, а требований выплаты вознаграждения, предусмотренного п. 3 договоров № 1/08 от 16.04.2001, № 1/06 от 20.04.2001, № 1/07 от 20.04.2001 им не заявлялось, суд правомерно отказал в этой части иска, взыскав только вознаграждение по п. 3 договора № 1/03 от 01.03.2001 в сумме 9694 руб. 66 коп., заявленного истцом и признанного ответчиком.

Учитывая изложенное, оснований для отмены решения от 30.09.2003 не имеется» (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 20.01.2004 № Ф03-А51/03-1/3575).

Доверитель обязан возместить убытки, причиненные поверенному прекращением договора поручения только в случае, если последний действовал в качестве коммерческого представителя.

Отказ поверенного от исполнения поручения доверителя также не является основанием для возмещения убытков, причиненных доверителю, за исключением случаев отказа поверенного в условиях, когда доверитель лишен возможности иначе обеспечить свои интересы, а также отказа от исполнения договора, предусматривающего действия поверенного в качестве коммерческого представителя (ч. 3 ст. 978 ГК РФ).

§ 1.3.2. Морское посредничество

В Кодексе торгового мореплавания РФ осуществление посреднической деятельности по модели поручения нашла свое развитие в выделении конструкции морского посредничества (гл. XIV КТМ РФ), хотя указанный договор зачастую рассматривается в качестве самостоятельного договорного типа.

По договору морского посредничества посредник (морской брокер) обязуется от имени и за счет доверителя оказывать посреднические услуги при заключении договоров купли-продажи судов, договоров фрахтования и договоров буксировки судов, а также договоров морского страхования.

Доктрина. В российской доктрине договор морского посредничества часто квалифицируется в качестве самостоятельного вида договора сочетающего в себе обязательства, характерные для договора поручения и договора о возмездном оказании услуг¹⁹.

При этом если посредником в рамках взятых на себя обязательств заключаются договоры, которые не поименованы в ст. 240 КТМ РФ, отношения сторон должны регулироваться правилами о договоре поручения.

Главой XIV КТМ РФ помимо заключения от имени доверителя перечисленных видов договоров, допускается возможность совершения морским брокером формальностей, связанных с приходом судна в порт, пребыванием судна в порту и выходом его из порта, а также другие действия, которые обычно совершает морской агент.

В таком случае применяются правила о договоре морского агентирования (ст. 242 КТМ РФ).

В силу п. 2 ст. 3 ГК РФ и п. 2 ст. 1 КТМ РФ к договору морского посредничества могут субсидиарно применяться нормы гл. 49 ГК РФ в части регулирования внутренних отношений морского посредника и доверителя и положения гл. 10 ГК РФ в части наделения посредника полномочиями. Даже если рассматривать договор морского посредничества в качестве самостоятельного договорного типа, все же можно сделать вывод, что положения гл. 49 ГК РФ могут быть применены по аналогии закона, поскольку возникающие отношения вне всяких сомнений обладают существенными схожими чертами.

Особенностью морского посредничества является право морского брокера представлять обе стороны при условии сообщения каждой из сторон, что он представляет также другую сторону. В этом случае при оказании посреднических услуг морской брокер обязан действовать в интересах обеих сторон как коммерческий представитель.

§ 1.3.3. Договор комиссии

Согласно ст. 990 ГК РФ по договору комиссии посредник обязуется по поручению хозяина дела за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет последнего.

Сразу обращает на себя внимание следующий факт: в комиссии личность хозяина дела скрыта от третьих лиц. Сущность комиссии заключается в том, что хозяин дела пользуется доверием, которое третьи лица оказывают комиссионеру.

В отличии от поручения прямых отношений между хозяином дела и третьими лицами в комиссии не возникает, поскольку комиссионер не является представителем комитента.

Комиссия характеризуется возрастающими рисками для посредника, поскольку правовые последствия по сделкам, совершенным с третьими лицами, возникают непосредственно у комиссионера, который впоследствии вынужден переводить правовые последствия на комитента.

Прямые требования могут появиться только в результате уступки права требования или перевода долга.

Эти правила применяются и в тех случаях, когда комиссионер указывает что он действует в роли посредника. Несмотря на раскрытие личности комитента стороною по совершенной сделке все равно является комиссионер, а не комитент.

Второй отличительной чертой комиссии является ее предмет.

Легальная дефиниция, закрепленная в ст. 990 ГК РФ, не содержит ограничений относительно круга сделок, которые могут совершаться комиссионером.

Однако теологическое толкование приводит к выводу о том, что в рамках договора комиссии посредник может совершать от имени хозяина дела лишь некоторые сделки.

Например, сложно представить выдачу комиссионером доверенности от имени комитента или отказ от заключенного комитентом договора.

Весьма ограниченным оказывается применение комиссии при аренде и перевозке. Возникает неразрешимый вопрос о лице, которое будет нести ответственность за утрату багажа пассажира, который приобрел билет у комиссионера. Последний не может являться ответственным, поскольку не может быть стороной договора перевозки, но если ответственным является перевозчик, возникает вопрос о том, где в этих отношениях остается место для комиссии.

Таким образом в рамках договора комиссии посредник может совершить в интересах хозяина дела лишь отдельные виды сделок.

Заслуживает внимания формулировка, которую использует в ст. 990 ГК РФ законодатель — что означает термин «совершение» применительно к сделкам?

Применительно к договорам ГК РФ использует термин заключение договора. Подразумевается ли законодателем под совершением сделки лишь заключение посредником договора или совершение следует толковать как исполнение заключенного посредником договора?

В дореволюционной литературе подчеркивалось, что нельзя сводить обязанность комиссионера лишь к заключению сделки.

Доктрина. Заключением сделки роль комиссионера не оканчивается: он обязан не только, как обыкновенный поверенный, передать препоручителю все причитающиеся ему, но и осуществить заключенную им сделку, потребовать причитающиеся ему платежи, а в случае надобности произвести взыскания по долговым требованиям, которые не могут быть реализованы препоручителем без участия комиссионера. Поэтому, слово «заключение» не должно быть истолковано в смысле только совершения сделки; заключение обозначает здесь не только совершение сделки, но и завершение ее, осуществление всех последствий, из заключенной сделки вытекающих²⁰.

Однако правоприменительная практика российских судов пошла иным путем.

Судебная практика. Суд первой инстанции посчитал, что право на комиссионное вознаграждение возникает лишь при исполнении третьим лицом той сделки, которая была с ним заключена комиссионером. Суд истолковал положение п. 2 ст. 991 ГК РФ в совокупности с правилами ст. 999 ГК РФ, полагая, что наличие обязанности комиссионера передать комитенту все полученное по сделке с третьим лицом свидетельствует о том, что до исполнения сделки третьим лицом договор комиссии не признается исполненным. Несмотря на то, что названный договор не исполнен по причинам, не зависящим от комитента, право на вознаграждение у комиссионера не возникло.

Суд апелляционной инстанции отменил решение и удовлетворил иск в полном объеме, указав, что в силу п. 1 ст. 990 ГК РФ основной обязанностью комиссионера, с исполнением которой связано возникновение права комиссионера на вознаграждение, является обязанность совершить сделку, а принятие исполнения по этой сделке может входить или не входить в предмет комиссионного поручения в зависимости от соглашения между комиссионером и комитентом²¹.

Подобный подход, нашедший отражение в п. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.11.2004 № 85 не в полной мере отражает интересы хозяина дела, поскольку не достигает экономического эффекта, для достижения которого комитент прибегает к помощи посредника — получения товара или денег.

Согласно доминирующему подходу, сделка во исполнение поручения комитента должна