# Татуировка на твоем сердце

Дайана Дейкель

Одна случайная ошибка. Один поцелуй не тому мужчине. И целая история, которая изменила две жизни.

Кэли Донован никогда не планировала влюбляться. Тем более в мужчину, который переворачивает её мир вверх дном одним лишь взглядом. Итан Харрис тоже не искал чувств, способных лишить его привычного контроля над собственной жизнью.

То, что началось как игра, взаимное притяжение и постоянные столкновения характеров, постепенно превратилось в нечто гораздо большее. В любовь, от которой невозможно убежать. В чувство, ради которого приходится учиться доверять, прощать прошлое и бороться за своё будущее.

Но когда старые тайны выходят наружу, Кэли и Итан понимают: настоящая любовь — это не только счастливые моменты. Это выбор оставаться рядом даже тогда, когда весь мир пытается вас разлучить.

История о страсти, семье, исцелении и двух людях, которые нашли друг в друге дом.

## Глава 1

Газированная жидкость быстро стекала по моему горлу, пока трясущаяся рука тянулась за следующим бокалом шампанского. Музыка эхом разносилась по дому и саду, люди вокруг смеялись и разговаривали о повседневных вещах, а в моей голове крутилась лишь одна фраза: «я в дерьме».

Огромная часть людей стояла в саду, увешанном небольшими фонариками, пока другие пробовали угощения в гостиной или на кухне. Все они выглядели беззаботными и довольными своей жизнью; элегантно одетые, каждый из них был занят беседой или выпивкой. Именно в таком обществе мы выросли — чересчур вычурном и до жути притворном. В обществе богатых, обесценивающих всех прочих.

— Ещё один бокал, — спокойный шёпот брата раздался за спиной. — И мне придётся тащить твою задницу до второго этажа.

Ухмыльнувшись, я повернулась и встретилась взглядом с парой карих глаз.

— Если я выпью ещё, — начала я, — то смогу сказать родителям, почему прилетела домой. Неплохая перспектива для того, чтобы напиться.

Джонатан устало посмотрел на меня и медленным движением забрал бокал. Даже он не знал истинной причины возвращения домой, поэтому тревожность росла с каждой секундой. Тайны и ужасные вещи, что преследовали меня в течение года, душили и заставляли молчать. Каждый из нас мог потерять всё, только ни один из моей семьи даже об этом не догадывался.

— Думаю, что причина твоего неожиданного «алкоголизма» не потеря работы, — шепнул Джонатан.

В центре зала рядом с моим отцом стоял предмет моего обожания ещё с детства. Мэтт увлечённо слушал седовласого мужчину либо делал вид; он был настолько высоким, что я еле-еле доставала до его лица.

Джо, он и ещё парочка друзей очень часто проводили время у нас дома; играли в приставку, пили пиво и водили девчонок, пока мама с папой уезжали в командировки. И только Мэтт никогда не проводил время с девушками из старшей школы, чем и привлёк моё внимание.

Сегодня он выглядел ещё более привлекательным; чёрный смокинг словно светился под мигающими фонарями, а белая рубашка облегала грудь. Мэтта нельзя было назвать спортсменом, но его фигура всегда мне нравилась.

— Да иди ты, — я слегка ударила локтем Джонатана и вновь обратила внимание в сторону зала. — Мне уже давно не пятнадцать лет.

— А ему не восемнадцать, — подчеркнул брат. — Он недавно расстался с девушкой, и не думаю, что сейчас лучшее время для признания в любви.

В груди неприятно защемило, когда я услышала об Алекс.

— Я не люблю его, — повернувшись к брату, я заглянула в похожие на мои глаза. — А просто хочу.

Джо слегка подавился напитком, после чего я похлопала его по спине.

— Меня сейчас стошнит, — откашлявшись, произнёс он.

— Заткнись, — широко улыбнулась ему. — Я потеряла всё, зачем мне переживать и думать о том, что я сделаю?

Джонатан слегка приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал и положил руку на моё оголённое плечо. В глазах отразилось сочувствие.

— Боже, только не нужно меня жалеть.

— Не делай глупостей, прошу, — а вот это уже были слова брата, который действительно переживает за младшую сестру. Но мне не хотелось думать о последствиях. — Кэли, ты точно хочешь этого?

На минуту в моей голове пронеслась картина, как отреагирует Мэтт на мои слова и что будет со мной, если это желание не взаимно.

— Ты пьяна, — утверждал Джонатан.

— А ты «капитан Очевидность», — ухмыльнувшись, я чмокнула его в щёку. — Мне нужно в уборную, встретимся позже.

Пытаясь сильно не шататься, я последовала в ванную, слегка задевая людей, стоящих по разные стороны.

Я встретила очень много знакомых и друзей моей семьи, которые пытались узнать, почему именно сейчас я решила приехать домой, а не остаться в сказочном Чикаго. Вместе с Брэдом.

Было ощущение, что я не уезжала на полтора года; от каждого из них всё так же пахло лицемерием и литрами дорогого одеколона. Чёртовы снобы и старые засранцы.

Захлопнув дверь ванной, я облокотилась о раковину и посмотрела на себя в зеркало; тёмные глаза замылены алкоголем и страхом, а щёки горят ярко-розовым румянцем. По ту сторону на меня смотрел другой человек, который был неуверен в себе и до сих пор не осознал происходящего. Мне хотелось накричать на неё и спросить, когда всё пошло не так и где она ошиблась. Но я лишь умылась прохладной водой в попытке взять себя в руки.

Спускаясь по лестнице, я начала искать Мэтта глазами. Метнувшись взглядом к отцу, увидела, как рядом с ним стоят работники его компании.

— Добрый вечер! — я поздоровалась с людьми вокруг. — Папа, ты не видел Мэтта?

Голос слегка дрогнул от волнения, но он этого не заметил.

— Ох, дорогая, — он слегка приобнял меня. — Кажется, он ушёл в сторону бассейна поговорить по телефону.

Я понимала, что это было идеальным местом и временем, чтобы застать Мэтта одного и поговорить с ним.

Улыбнувшись, я пошла в сторону бассейна, пытаясь придумать, как начать разговор; вариантов было много, но руки тряслись, а язык словно заплетался и не хотел говорить.

Тёплый воздух коснулся моей кожи, отчего она покрылась мурашками. Вечер опускался на Лос-Анджелес, на улице становилось прохладнее. Каблуки цокали по кафелю и заставляли меня нервничать ещё сильнее; я сняла туфли и медленно продолжила идти по холодной плитке. Мэтт стоял у бассейна, а в его руках был стакан с янтарной жидкостью. Было ощущение, будто за это время в нём что-то изменилось и он стал ещё сильнее и выше. Тёмные волосы были непривычно взъерошены, белая рубашка придавала контраста.


Без пиджака Мэтт казался мне ещё более манящим и недосягаемым, но я отогнала эти мысли и быстрым, неровным шагом направилась к нему.


Сейчас мне не хотелось думать и взвешивать свои действия. Я хотела лишь одного: почувствовать горячее тело рядом, прикосновение больших ладоней на своём лице и шее. Хотела отдать свою боль и страх ему. Отдать всё то, что так долго копилось внутри.


Встав практически вплотную к Мэтту, я понимала, что он знает и чувствует моё присутствие, но решает не поворачиваться. Окруживший аромат показался мне незнакомым; бриз океана и запах горького шоколада будто слились воедино, создавая что-то новое, свежее.


— Послушай, — я уронила туфли и слегка приподнялась на цыпочки, чтобы быть ближе к уху Мэтта. — Это прозвучит чертовски глупо, — трясущимися руками я положила свои к нему на талию и сцепила ладони напротив живота. — Даже безумно.


Он резко втянул воздух и начал внимательно меня слушать.


— Но ты не представляешь, сколько раз я представляла нас вместе, — прохрипела я.

Аккуратно погладила его через рубашку, ощутив всю крепость тела, что не могло не удивить.

— Не хочу думать, — я продолжила и прижалась щекой к его спине, прикрыв глаза. — Я хочу тебя сегодня, завтра… — мои мышцы резко расслабились. — Пока у нас есть время.


Только громкие голоса и смех доносились со стороны дома; мы же стояли неподвижно, практически не дыша. Тёплый ветер подул в нашу сторону, слегка растрепав мои локоны.

Спустя пару минут Мэтт зашевелился и медленно начал поворачиваться ко мне. Я зажмурила глаза, боясь встретиться с суровой реальностью, в которой он может отвергнуть мои чувства.


Но этого не случилось.


Когда Мэтт полностью развернулся, я почувствовала, как его пальцы едва заметно прошлись по моим волосам, а затем скользнули к лицу. Губы слегка приоткрылись от удовольствия и предвкушения. Его подушечки пальцев были огрубевшими, словно от тяжёлого труда.


Мэтт коснулся моих губ, слегка оттянув нижнюю. Он склонился ко мне; жаркое дыхание обдало моё лицо; от него пахло виски и фруктами, а я тряслась от желания.


— Поцелуй меня. — Я крепко схватилась за воротник его рубашки и притянула к себе настолько близко, что наши губы едва соприкоснулись.


Мэтт громко выдохнул, отчего я вздрогнула и начала отстраняться, но он не дал мне этого сделать: одна его рука сжала мою талию, а другая вцепилась в скулы, не давая пошевелиться.

Когда я начала хватать ртом воздух, Мэтт приоткрыл мои губы языком, а затем сильно прикусил их. В глазах заиграли яркие краски от нахлынувших эмоций. Он не просто целовал меня. Он занимался сексом с моим ртом.