# Я всё выдумал

Павел Бажин

## Вступление

Не нравится мир, в котором ты живешь?

Придумай себе другой, и живи в нём.


Забавная штука - если ты не согласишься с тем,

что написано в этой книге,

это будет отличным подтверждением того,

что в ней написано.


В этой книге всё выдумано.


## Множество миров

В этой главе всё выдумано

— Посмотри на этот игральный кубик. Что ты видишь?

— Вижу деревянный кубик с черными точками.

— Сколько точек ты видишь?

— Одну, три и пять.

— А я вижу одну, две и четыре. Разве мы видим один и тот же кубик?

— Да.

— Но мы видим разное количество точек. Кубик выглядит по-разному для нас.

— Просто мы смотрим с разных сторон. Если его развернуть, то я увижу те же точки.

— Тогда я буду видеть другие. Как ни крути, мы будем видеть разные кубики.

— Если я сяду рядом, тогда мы оба будем видеть одинаковые точки.

…

— Теперь какая грань для тебя выглядит больше? С тремя точками или пятью?

— С пятью.

— А для меня с тремя. Мы смотрим на кубик под разными углами. И как бы мы ни старались увидеть одно и то же, я могу только приблизиться к твоему видению мира. Чтобы видеть мир как ты, мне нужно стать тобой. И не только стать твоим телом, но и умом, с твоими мыслями и воспоминаниями.

— Ну и пусть мы видим кубик с разных сторон. Кубиков от этого не становится много, он один.

— Нет разницы сколько их на самом деле. Для тебя кубик один, для меня другой. Можно сказать, что мы видим один и тот же кубик по-разному, а можно - что кубик для каждого из нас разный.


***


Мы воспринимаем мир по-разному - через призму индивидуальных особенностей наших органов чувств, воспитания, знаний, жизненного опыта, традиций, даже настроения. Поэтому, можно сказать, что у каждого из нас свой мир, что миров много.

Если два человека попробуют одно и то же печенье, и одному оно понравится, а другому нет, то, если мир один для всех, если он абсолютный, то какое это печенье на самом деле? Вкусное или невкусное?


***


— Хорошо, я согласен с там, что мы смотрим на мир по-разному. Но он один, он не меняется в зависимости то того как мы его воспринимаем. Если смотреть на белую кружку через очки с красными стеклами, кружка от этого не становится красной.

— Для человека, который смотрит на кружку через красные очки, она красная. Он так видит. Если бы он с рождения носил красные очки, то даже не знал бы, что кружка белая. Мы всю жизнь смотрим на мир через наши органы чувств, которые показывают нам определенную картинку, поэтому другую картинку мы себе даже представить не можем. Какая разница какого цвета кружка на самом деле, если для человека в красных очках она красная. В его мире она такая. В мире человека в желтых очках она желтая.

Нужно ли что-то с этим делать? Можно спорить и доказывать другим, что кружка красная, а можно позволить белой кружке быть красной.

— Это неудобно, когда цвета у всех разные. Как ездить по дорогам, если одни едут на зеленый, а другие на красный?

— Все едут на зеленый свет. Но для кого-то зеленый выглядит как красный. В их мире они едут на красный.

— Сложно представить себе такое.

— Да, потому что ты смотришь на мир с одной точки. Как он выглядит с других точек - ты не знаешь.


***


— Если каждый видит мир по-своему, тогда почему люди не врезаются в дома, и машины не сбивают их?

— Возможно, ты просто не видишь как они постоянно врезаются, возможно, мир действительно один, и люди видят одно и то же, возможно, люди, дома и машины - лишь образы в твоем сознании, часть только твоего мира.

— Как они могут быть образом в сознании? Они же могут по мне прикоснуться.

— Тактильные ощущения работают ровно так же как зрение и другие чувства. Если ум может создать зрительные иллюзии, то почему он не может создать тактильные?

— Значит мир может быть ненастоящим? Это всё иллюзия?

— Пока ты можешь воспринимать мир, он существует для тебя. Но представь, что у тебя нет органов чувств. Ты ничего не слышишь, ничего не видишь, не чувствуешь прикосновений. И вот ты такой бесчувственный сидишь на остановке. Ты не видишь дорогу, не чувствуешь запах выхлопных газов, не чувствуешь прикосновение одежды к твоей коже, не ощущаешь даже как расширяется грудная клетка, когда ты делаешь вдох. Ничего. Подъезжает автобус. Но ты его не видишь, не слышишь и не ощущаешь легкую вибрацию асфальта от его движения. Полная пустота. Будет ли существовать для тебя этот автобус?

— Да. Он есть. Другие люди его видят.

— Для них он есть. Они могут рассказывать тебе о нем, но ты этого не услышишь. Они могут посадить тебя в этот автобус, и ты уедешь на другой конец города. Но и об этом ты не узнаешь, не почувствуешь.

А если у других людей тоже не будет органов чувств, что если ни у кого не будет? Будет ли существовать автобус и мир в целом, если никто и ничего не сможет воспринять?


***


— Животные, растения и минералы тоже имеют свои миры. Они отличаются между собой и от нашего. У камня нет нервной системы и органов чувств, но это не значит, что у него нет своего мира.

— Какой мир у камня?

— Видимо, очень спокойный, с максимальным принятием всего происходящего.

— У него выбора нет. Он ничего не может сделать. Только лежит и всё.

— Это ты так думаешь. Потому что смотришь на камень со своей точки зрения, своими органами чувств, со своим представлением об устройстве мира. Возможно, камень движется, просто настолько медленно, что ты этого не замечаешь. Возможно, камень думает, каким-то непостижимым для нас способом. Камень лежит на земле, а значит уже взаимодействует с тем, что его окружает. И значит для него тоже есть свой мир. Мир, в котором есть земля, на которой можно лежать.