Рома Митла
Пар-вень

Глава 1

Ссора с Вадимом:

Лиля хлопнула дверью так, что задрожали стекла в шкафу. Её руки дрожали, а голос срывался на крик:

— Ты опять за своё?! Опять эта твоя Эльвира? Вадим медленно опустил телефон, пытаясь сохранить спокойствие, но в его глазах читалась усталость:

— Лиля, это просто коллега. Мы работаем над проектом...

— «Просто коллега» не пишет в два часа ночи «скучаю»! — Лиля резко развернулась, её глаза блестели от слёз.

— Ты даже не замечаешь, как улыбаешься, когда она тебе пишет. Как будто её нет, а она везде!

Встреча с Пар-венем:

Лиля вцепилась в руль. В салоне играла тихая музыка, но она её не слышала — в голове снова и снова прокручивался тот самый разговор. «Ты никогда меня не понимаешь!» — её слова. «А ты не хочешь даже попробовать!» — его ответ. Экран телефона на подставке показывал погасший чат. Новый год она встретит одна — в старой деревенской избе у тёти, куда её буквально «сослали» родители: «Отдохни, переключись, подыши воздухом».

Автомобиль плавно свернул на узкую дорогу, ведущую к дому. Лиля притормозила: прямо на бордюре у обочины сидел парень. Он не двигался, словно застыл в неподвижности. Лиля прищурилась. Может, пьяный? Или просто замёрз? В деревне зимой в десять вечера на улице — только сумасшедшие или потерявшиеся.

Лиля медленно остановила автомобиль, включила аварийку. Сердце билось где-то в горле. Она осторожно приоткрыла дверь:

— Эй, — её голос дрогнул. — Тебе помочь?

Парень повернул голову, и Лиля ахнула. Он был совсем не таким, как обычные люди. Его кожа мерцала, словно покрытая тонким слоем инея, а волосы казались сотканными из тонких струек пара. Глаза — два тусклых огонька, как угли в остывающей печи. Он улыбнулся, и изо рта вырвалось облачко тумана.

— Ты кто? — прошептала Лиля, отступая назад.

— Я... Пар-вень, — сказал он тихо, и его голос звучал, как шелест пара над раскалённой печью. — Ты испугалась?

Лиля замерла, её сердце бешено колотилось. Страх медленно отступал, сменяясь странным любопытством.

— Почему ты здесь?

— Жду.

— Кого?Он улыбнулся шире, и в его глазах вспыхнули искорки.

— Тебя.

В этот момент из-за поворота вынырнул свет фар. Другая машина медленно приближалась. Пар-вень мгновенно исчез в воздухе, оставив после себя лишь лёгкий аромат нагретого камня и влажной древесины.

Лиля села в машину, захлопнула дверь, дрожащими руками завела двигатель. В зеркале заднего вида ей показалось, что среди деревьев мелькнул серебристый силуэт.

Разговор с тётей Надей:

Лиля сидела за столом, крутила в пальцах рюмочку с настойкой и никак не могла выбросить из головы тот силуэт у дороги. Её мысли были заняты загадочным встречным, и она решила поделиться своими сомнениями с тётей

.— Тёть, а ты веришь в нелюдей? — выпалила она вдруг.

Тётя Надя, разливавшая чай, замерла. Её глаза на мгновение сузились, словно она пыталась понять, что задумал этот городской гость.

— В нелюдей? — усмехнулась она, ставя чашку перед Лилей.

— Да у нас в деревне и людей-то раз-два и обчёлся. Ты, наверное, с кем-то перепутала. Алкаш местный, отражение света. Сама знаешь, зимой глаза обманывают.Лиля кивнула, но внутри что-то сопротивлялось. Она знала, что это не просто галлюцинация.

— Ладно, — тётя поставила чашку перед ней. — Раз уж приехала, надо и по традициям. В баню сходи. Я тебя стеснять не буду, пойду к соседке на полчаса. А ты — ну, попарься. Для здоровья полезно.

— Я не люблю пар, — буркнула Лиля.

— Мне бы ванну.— В ванне душа не моются, — отрезала тётя. — Иди. Для порядка.

Встреча с Пар-венем:

Баня стояла за домом, укутанная снежной пеленой. Лиля вошла, ежась от сырого тепла, зажгла лампу, медленно разделась. Деревянные полки пахли смолой и временем. Она села, поджав ноги, плеснула немного воды на каменку. Пар поднялся робко, словно стеснялся её.Тишина.И вдруг, голос:

— Побольше надо. Чтобы эффект был.Лиля вздрогнула, обернулась:

— Кто здесь?!Она встала, осмотрелась, заглянула в предбанник. Пусто.

— Не прячься, — снова тот же шёпот, будто ветер сквозь щели.

— Я здесь.Лиля схватила ковш, резко выплеснула целую порцию воды на раскалённые камни.Клубы пара взметнулись, заполнив пространство, и в этой белой пелене постепенно проступил силуэт.Тот самый. Пар-вень.Она вскрикнула, инстинктивно прикрыв грудь руками.

— Не бойся, — он шагнул ближе, но не до конца, остался в облаке пара.

— И не прячься. Я же обыкновенный пар.

— Обыкновенный?! — её голос дрогнул.

— Ты... ты из воздуха!— Из пара, — он улыбнулся, и в улыбке мелькнули те самые угольные искорки.

— Я — Пар-вень. Помнишь?Лиля замерла. В голове крутилось: это сон, это бред, это настойка.

— Ты, зачем ты пришёл?— Я ждал тебя.

— Почему?Он не ответил. Вместо этого протянул руку, не к ней, а к пару, будто ласкал его.

— Попробуй. Почувствуй.Лиля медленно опустила руки. Тепло обняло её, мягкое, как шёлк. Пар не жёг, он говорил. Шептал что-то древнее, забытое, что-то про огонь и воду, про дыхание зимы, про тайну, которую знают только бани в глухих деревнях.

— Ты не одна, — сказал он тихо.

— И я не призрак.

— Я — часть этого места. Часть тебя теперь.Она хотела спросить «почему», но слова застряли в горле. Вместо этого она сделала шаг вперёд — в пар, в тепло, в неизвестность. И он не исчез но не надолго.

Глава 2

Появление Кам-ния и Воды:

Лиля сидела на нижней полке, пытаясь унять дрожь. Пар обволакивал, но уже не ласково — словно щупал её, запоминал. Пар-вень стоял в полумраке, и его силуэт то расплывался, то вновь обретал очертания.

— Ну что, дочка, — раздался вдруг низкий, гудящий голос.

— Прельстилась ты нашим мальчишкой?Лиля вскинула голову. Голос шёл отовсюду — из самого пара, из раскалённых камней, из деревянных стен.

— Кто, кто это?! — она вскрикнула, чувствуя, как её сердце бешено колотится.

— Я-то? — в голосе звучала усмешка.

— Да ты уж догадалась. Отец его. Кам-ний.В воздухе вспыхнули алые искорки, будто мельчайшие угольки. Они сложились в очертания крупной мужской фигуры — мохнатой, мерцающей, с глазами, похожими на раскалённые ядра

.— А ты хорошенькая, — протянул Кам-ний, и пар вокруг Лили сгустился, скользнул по плечам, по спине.

— И тёплая, очень тёплая.

— Отстань от неё! — вдруг прошипел другой голос, мягкий, текучий, словно ручей. — Старый ворчун! Не смей!

Между Кам-нием и Лилей возникла новая фигура — прозрачная, переливающаяся, словно вода в лунном свете. Мать Пар-венья — Вода.

— Ты чего к девочке пристаёшь?! — её голос звенел, как льдинки.

— Она не для твоих игр! Кам-ний хохотнул, и от его смеха по каменке пробежали красные всполохи:«Да я просто любуюсь! Наш парень совсем зелёный — ни жара, ни страсти. А тут...» Пар снова коснулся Лили, на этот раз настойчивее. «Такая живая, такая?»

— ЗАМОЛЧИ! — Вода рванулась вперёд, и её волна оттолкнула пар, окружила Лилю прохладной защитой.Но Кам-ний не унимался. Его голос звучал уже в голове Лили: «Ты чувствуешь, как я могу? Могу обнимать, могу греть, могу жечь. Хочешь почувствовать?»

— И не позволю тебе.

— Что? Показать ей, какая она на самом деле? Кам-ний вздохнул, и пар на мгновение стал гуще, плотнее, будто обнял кого-то невидимого.

— Она прекрасна. И он это знает.

Дверь бани хлопнула за Лилей. Она стояла на морозе, вдыхая ледяной воздух, пытаясь унять дрожь. Но где-то глубоко внутри — под рёбрами, под кожей — ещё пульсировало то, что сказал Кам-ний: «Ты хочешь чувствовать». И она знала: это правда. За спиной, в тумане, ещё звучали голоса:

— Ну что, нравится она тебе? — спросила Вода, уже спокойнее. Пар-вень молчал несколько секунд, а потом тихо, но твёрдо ответил:

— Да.

Разговор с тётей Надей:

Лиля влетела в избу, едва не сбив с ног тётю Надю, которая как раз вытирала руки о полотенце после мытья посуды. Её глаза горели от волнения, а дыхание было прерывистым.

— Тёть! — выдохнула она, всё ещё дрожа.

— Там в бане они разговаривают! Отец его, Кам-ний, он он ко мне приставал, а мама — Вода — его останавливала!

Тётя Надя замерла на секунду, потом рассмеялась — звонко, от души, так что задрожали чашки в шкафу.

— Ой, Лиличка, ну надо же! — она вытерла уголок глаза.

— Значит, всерьёз ты ему приглянулась. Обычно-то он скромный, наш Пар-вень.

— Ты ты знаешь?! — Лиля уставилась на неё во все глаза.

— Ты знаешь про них?!

— А как же не знать? — тётя подошла, поправила ей выбившуюся прядь.

— Я тут двадцать лет каждую субботу парюсь.

— И Кам-ний свой нрав показывает, и Вода ворчит, и Пар-вень, он тихий, да. Но тебе, видно, повезло, в первый же раз всё сразу увидела.

— Но, но как?! — Лиля чувствовала, как её сердце колотится от волнения.

— Да так, — тётя подмигнула.

— Они же не для всех видны. Только для тех, кто — ну, открыт немного. Ты вот, видать, очень открыта.Лиля села на лавку, обхватила голову руками.

— А ты, ты тоже их слышишь? Когда моешься?

— И слышу, и чувствую, — тётя снова засмеялась.

— Кам-ний, знаешь, какой шутник? То пар слишком горячий пустит, то шепчет что-то неприличное.

— А Вода ревнует, конечно, — она понизила голос, будто передавала секрет.

— «Опять ты за своё, старый ворчун!» — так ему и говорит.Лиля невольно улыбнулась, но тут же спохватилась:

— Но почему он, так? Ну, пристаёт?

— Потому что ты живая, — просто сказала тётя.

— Он же камень — ему тепло нужно. А ты — человек, ты его чувствуешь. Но не бойся, Вода его всегда осадит. Она строгая.Лиля помолчала, переваривая услышанное.

— А Пар-вень он правда ну — Нравится тебе? — тётя закончила фразу за неё.

— Вижу, что нравится. Да и он, похоже, не равнодушен. Но ты не спеши, Лиля. Это всё непросто.

— Я вообще ничего не понимаю, — вздохнула Лиля.

— Кто они такие? Почему я их вижу?

— Это ты сама поймёшь, — тётя погладила её по плечу.

— Только не торопись. И не бойся. Они не злые. Просто, другие.

Решение вернуться в город:

Вечером, за чаем с вареньем, Лиля всё ещё была под впечатлением. Они сидели у печки, слушали, как за окном завывал ветер. Новый год приближался — тихий, домашний, без шумных гостей.

— Тёть, — наконец сказала Лиля,

— А можно ну, никому про это не рассказывать?

— Конечно, — кивнула тётя. — Кому скажешь — не поверят. Да и не нужно это. Это твоё, Лиля. Твоё и их.Лиля кивнула, но в голове уже крутились вопросы. Почему именно я? Что это значит?

— Слушай, — неожиданно сказала тётя, — а ты чего такая тихая? Парень твой звонил, пока ты в бане была.

— Какой парень?! — Лиля вздрогнула.

— Тот самый, городской. Говорил, что соскучился, что хочет помириться. Даже сюда собирался приехать, но я его остановила — сказала, ты отдыхаешь.Лиля замерла. Он звонил. Он хочет вернуться.

— Родители тоже просили, — добавила тётя мягко.

— Говорят, вы слишком резко разошлись. Может, стоит попробовать ещё раз?Лиля смотрела в чашку, где медленно кружились чайные листья. Пар-вень из бани и парень из города. Два мира, два «парня».

— Я я подумаю, — пробормотала она.Но уже к ночи решение созрело.На следующее утро Лиля собрала вещи.

— Поеду в город, — сказала она тёте. — Надо разобраться.Тётя кивнула, не удивляясь.

— Только не забывай: что бы ни случилось, сюда всегда можно вернуться. И они, они тоже будут ждать.Лиля вышла за порог, вдохнула морозный воздух. За спиной тихо скрипнула дверь избы, а где-то вдали, в тумане над рекой, мелькнул серебристый силуэт.