Максим Долгов
Оберег

МАКСИМ ДОЛГОВ

ОБЕРЕГ

РАССКАЗ

____________________

Такого количества снега Кариму никогда не доводилось видеть. В северной части страны он находился впервые, всегда предпочитая держаться ближе к югу. Можно сказать, что снег — не его стихия. Но здесь у него были дела, и Карим не мог развернуть автомобиль. Снежные хлопья сыпали с неба, закрывая обзор. По пути уже более часа не встречались машины, и в целом дорога всё дальше уводила от ближайших населённых пунктов. По всей видимости, снегоуборочные машины проходили здесь всего пару раз, поскольку с каждой минутой дорога всё больше сливалась с общим ландшафтом, полностью исчезая под белым покрывалом. Деревья, преимущественно высокие ели, стоящие по обочинам неприступным лесом, покрывали огромные снежные шапки, то и дело ломающие ветки. Это были достаточно дикие, безлюдные места, и непонятно, каким образом сюда занесло Евгению, бывшую супругу Карима.

Они развелись четыре года назад, и всё это время женщина не давала о себе знать. Евгения исчезла через месяц после развода. Она не выкладывала фото даже в социальных сетях. Просто исчезла для всех. Их общие друзья разводили руками, когда Карим пытался узнать, где сейчас находится бывшая супруга. Но вчера на его сотовый телефон поступил странный звонок, с которого всё и началось.

Но уже спустя сутки после звонка Карим сильно сомневался в правильности своего решения. Он начал забывать про Евгению, строя собственные планы на жизнь и находясь в поисках второй половины. Но когда голос бывшей прозвучал в телефонной трубке, мужчина ощутил странный укол, словно что-то из прошлого выпрыгнуло на него, создавая пелену мрака. Карим не мог понять, чем было вызвано такое чувство. Но оно преследовало его ещё долгое время.

— Ты мне нужен. «Очень», — произнёс женский голос. Даже спустя четыре года Карим сразу же узнал Евгению. Она не поздоровалась с ним и звонила с неизвестного номера. Но этот знакомый тембр моментально вызвал в памяти образ супруги.

— Рад тебя слышать, Женя, — ответил Карим. — Где ты была? Что с тобой?

— Мне трудно говорить, — ответила Евгения монотонным голосом. — Просто приезжай.

Он был удивлён, услышав подобную просьбу спустя четыре года.

— У тебя всё хорошо? — поинтересовался Карим.

— Это будет очень долгий телефонный разговор, — ответила Евгения. — Я не хочу попросту тратить время. Поэтому приезжай. Ты должен успеть. Я знаю. Ты успеешь.

Автомобиль преодолел ещё несколько километров, прежде чем колёса увязли в снегу. Двигатель взревел, пытаясь выстоять в борьбе со стихией. Карим выругался, плавно возвращая машину в привычный ритм. Движение возобновилось, но с каждой минутой становилось всё сложнее. Навигатор уже давно не показывал направлений из-за отсутствия связи. Сбой был вызван непогодой, хотя мужчина подозревал, что причина кроется в довольно большом удалении загородного дома. Но перед тем, как отправиться в путь, он тщательно изучил предстоящий маршрут, и если расчёты верны, то до пункта назначения осталось менее четверти часа.

Всю дорогу из головы не выходил короткий, но ёмкий разговор с Евгенией. Воспоминания вызывали тревогу. Четыре года тишины и неизвестности увенчались сложной поездкой. Но что именно подвигло его пойти на этот шаг? Карим всё ещё испытывал к Евгении тёплые чувства. Он ощущал за собой ответственность, вызванную годами, прожитыми вместе. Евгения исчезла, и мужчина долгие месяцы боролся с непреодолимым желанием найти её, а спустя годы, когда появилась возможность увидеться, не смог усидеть на месте. Взволнованный голос Евгении, непривычный стиль общения, натянутые нотки отчаяния — всё это сыграло большую роль в принятии решения.

В СМС-сообщении был прописан адрес. Оно пришло с того же неизвестного номера. Но всякий раз, когда Карим перезванивал, абонент находился вне зоны действия сети. И теперь мужчина понимал, что в этой глуши очень тяжело оставаться на связи. Неужели Евгения приняла такое странное для себя решение? Она по своей натуре была компанейским человеком, любила посещать разного рода мероприятия. И вдруг оказалась в месте, подходящем для отшельника. Странный выбор для человека, в характере которого никогда не было стремления к одиночеству.

Карим заметил съезд с дороги, уводящий в лес. Дорога, благодаря плотным кронам хвойных деревьев, не была столь заснеженной, как проезжая часть, поэтому автомобиль с лёгкостью сменил направление, и уже через десять минут на горизонте замаячил фасад двухэтажного дома.

Большое деревянное здание, выполненное в современном стиле, имело внешний вид, полностью соответствовавший окружающему пейзажу. Бревенчатый фасад, просторные окна, заострённая крыша, лоджия перед входом и просторный двор, окружённый символичным забором, не несущим защитной нагрузки. Карим прикинул, сколько мог стоить такой дом. Сумма должна быть довольно приличной. Евгения, по всей видимости, сумела найти место в жизни и имела неплохой доход, позволивший приобрести этот дом. Карим порадовался успеху бывшей возлюбленной. Но затем его окутало смятение — что, если Евгения подверглась насилию со стороны завистников или, может быть, находилась под зависимостью того, кому мог в действительности принадлежать этот дом? Домашнее насилие среди успешных людей встречается так же часто, как и среди небогатого класса. Он вспомнил её взволнованный голос и отрывистую речь, испытав новый прилив волнения.

Припарковавшись в нескольких метрах от лоджии, он вышел из машины. Ветер к тому времени начал набирать силу, и обычный снегопад плавно перетекал в вьюгу. Ближе к ночи погода испортится окончательно, а ночь обещала быть очень холодной.

Он окинул взглядом здание, ожидая, когда Евгения выйдет встретить его, но, простояв несколько минут, запахнул воротник пальто, направившись к входной двери. Чисто машинально он успел кинуть взгляд на каминную трубу — из неё не шёл дым. Постучав кулаком по двери, Карим прислушался. Что, если он ошибся дорогой и теперь оказался на пороге совершенно другого дома, а Евгения на самом деле ждёт в нескольких километрах отсюда, надеясь увидеть Карима до наступления темноты? Не в состоянии более держать себя в руках, он постучал в дверь ещё сильнее, обрушивая на неё град ударов, и услышал лёгкий скрип дверных петель. К удивлению, Карима, дверь приоткрылась под натиском, и в образовавшейся щели промелькнула густая темнота дома.

Карим потянул на себя ручку, войдя в просторный, слабо освещённый холл. Огромные витражи окон пропускали остатки дневного света, освещая потухший камин. В центре стоял диван, окружённый двумя креслами. На полу лежал палас тёмно-синего цвета.

— Эй! Дома есть кто-нибудь? — прочистив горло, выкрикнул Карим, прислушиваясь к тишине.

Он прошёл в центр комнаты. В доме ещё сохранялось тепло, но уже начинала ощущаться прохлада, исходящая от постепенно остывающих на ветру стен. В камине лежали истлевшие дрова. Ещё два дня назад здесь царило тепло, создавая языками пламени домашний уют. Теперь дом пуст, но не заброшен.

— Женя! Я приехал!

Он стал оглядывать более мелкие детали холла, заметив небрежно брошенный на диване плед. На журнальном столике стояли свечи, на комоде возле дальней стены — несколько сувениров, среди которых фотография в серебряной рамке. Подойдя ближе, Карим взял фотографию в руки с облегчением, рассмотрев на снимке знакомое, улыбающееся лицо Евгении. Мужчина не ошибся с домом, но автомобилей во дворе не было. Возможно, Евгения уехала в город.

Вернув снимок на место, он прошёл в кухню. На столе стояла чашка, наполовину заполненная холодным кофе. Женя любила молотый, свежесваренный кофе, и Карим не мог припомнить случая, когда она оставляла напиток недопитым.

На второй этаж вела просторная деревянная лестница, уводящая в глубину дома. Карим несколько мгновений стоял в раздумье — не будет ли его любопытство расценено как вторжение в личную жизнь? Он слишком давно не общался с Евгенией, чтобы иметь возможность настолько свободно перемещаться в её доме. Поборов в себе чувство неловкости, мужчина не спеша поднялся на второй этаж, ещё раз громко произнеся имя Евгении. Перед ним появился небольшой холл с мягкой мебелью и столиком в центре. Справа находились двери, ближняя к лестнице чуть приоткрыта. Карим толкнул её, заглянув в комнату.

Помещение, предназначенное для спальни, было сильно затемнено плотными шторами, но в полумраке он разглядел просторную кровать, окружённую уютной мебелью. Окидывая взглядом комнату, Карим не сразу заметил, что кровать была непустой. Кто-то лежал на ней, лишь по грудь накрытый одеялом.

— Женя? — проговорил он, проходя через комнату.

Женский силуэт теперь был для него более отчётливым, и в темноте он смог разглядеть знакомые черты лица. Тёмные волосы женщины разбросаны по подушке. Глаза закрыты. На лице совершенно спокойное, даже умиротворённое выражение. Но вот цвет кожи заставил мужчину вздрогнуть. Она была неестественно белого цвета. Полностью обескровлена.

— Нет, — прошептал он, бросаясь к кровати. — Нет!

Схватив женщину за плечи, Карим приподнял тело Евгении, но голова безжизненно провисла назад. Рот открылся, и в лицо мужчине ударил ужасный смрад.

Он отстранился, ощущая, как тело прошибает потом. Несколько секунд Карим стоял неподвижно, а затем, включив лампу на прикроватном столике, вновь прильнул к телу Евгении. В ярком свете искусственного освещения на лице женщины проступили фиолетовые пятна. Карим одним жестом скинул с тела Евгении одеяло и в ужасе закрыл рот рукой. Женщина была одета в ночную сорочку, слегка задравшуюся к бёдрам, обнажая стройные ноги. Всю кожу покрывала трупная пигментация, а по телу ползали многочисленные твари. Черви копошились на ней, словно выражая недовольство вторжением со стороны Карима.

Выйдя в коридор, мужчина прислонился к стене и медленно сполз на пол. Его тело обмякло, голова шла кругом. В глазах потемнело. Несколько секунд он пребывал словно в вакууме. Мысли в голове путались. Что могло случиться с Евгенией? Она умерла, так и не дождавшись его.

Трясущимися руками он вынул телефон, набрал номер экстренной помощи. В трубке раздались щелчки, оповещающие о недоступности связи. Вернув телефон в карман пальто, он поднялся и вновь заглянул в комнату. Труп Евгении выглядел как фрагмент из фильма ужасов. Лицо спокойное, даже умиротворённое. Она словно умерла во сне, не испытывая никаких мук, и, возможно, это обстоятельство должно было хоть немного смягчить удар, но Карим испытывал лишь жуткое, пугающее предчувствие. Он буквально кожей ощущал, что в этом загородном доме произошло что-то ужасное. Это была не просто банальная смерть во сне.