Инал Керефов
Зола на ветру

Глава

Пролог. Последний кадр

Объектив дрона поймал лунный свет и на секунду ослеп. Коди заморгал, смаргивая капли пота, и снова приник к планшету. Картинка дрожала — ветер на высоте двадцати метров был сильнее, чем он рассчитывал. Но то, что он видел, заставило его забыть о ветре.

Поляна. Чёрный фургон. Четыре фигуры.

Один человек стоял на коленях, с мешком на голове. Двое держали его за плечи. Третий — высокий, с властной осанкой — что-то говорил. Коди знал этот голос. Слышал его неделю назад в участке: «Привет, пацан. Как дела у отца?»

Заместитель шерифа Холт.

Четвёртая фигура вышла из тени фургона. Женщина. Седые волосы, безупречный костюм. Она посмотрела на человека с мешком на голове и коротко кивнула Холту.

Выстрел.

Тело рухнуло на землю. Коди зажал рот ладонью, чтобы не закричать.

А потом женщина подняла голову и посмотрела прямо в объектив дрона.

— Холт, — произнесла она, и её голос был ледяным, как горный ручей. — Кажется, у нас появился незваный зритель. Найди его.

Коди сорвался с места. Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги. Он бежал, прижимая к груди пульт от дрона, и понимал: он только что снял собственную смерть.

---

Глава 1. Вкус пепла

Ветер в Элк-Ридж пах перегретой хвоей и чем-то тухлым — так пахнет ложь в маленьких городах.

Джек Картер стоял на краю ущелья Сломанной Челюсти и смотрел вниз, туда, где шесть часов назад нашли тело его сына. Солнце плавило скалы, нагревало камень, но Джека колотило изнутри. Не от холода — от тишины. Она звенела в ушах, как после близкого разрыва гранаты, и не проходила с того момента, как заместитель шерифа Холт снял бейсболку и сказал: «Несчастный случай, мистер Картер. Мне жаль».

Мне жаль.

Эти два слова Джека бесили больше всего. Они звучали так, будто Коди поскользнулся на мокром полу в ванной, а не рухнул с высоты ста футов в каменную крошку.

Тело уже увезли в морг округа Гранд. Но Джека туда не пустили — опечатали, ждут эксперта из Денвера. Слишком гладко. Слишком быстро всё оформили, будто сценарий был написан заранее.

Он спустился вниз по козьей тропе один. На уступе ещё виднелось тёмное пятно на камне — кровь уже запеклась, стала почти чёрной. Джек присел на корточки и провёл пальцем по шершавой поверхности. Охотничий инстинкт, который не спишешь в утиль, заставил его осмотреть каждый дюйм.

И тогда он заметил.

Крошечное входное отверстие, спрятанное под линией волос за правым ухом Коди, когда он перевернул фотографию, сделанную на месте. Фотограф из управления щёлкнул десяток кадров, и на одном из них, при максимальном увеличении на телефоне, было видно: не рваная рана от удара о камни, а аккуратное, почти хирургическое отверстие. Двадцать второй калибр. Спортивная малокалиберная винтовка с глушителем — выстрел, который не слышен даже в десяти ярдах.

Коди не упал. Его уронили.

Джек выпрямился. Тень — его старая бельгийская овчарка — скулила наверху, чуя состояние хозяина. Пёс не спускался к месту гибели, будто понимал: здесь земля пропитана ядом.

Вечером того же дня Джека вызвали в участок — «забрать личные вещи». Шериф Беккер, грузный мужчина с красными прожилками на носу, встретил его в душном кабинете, пропахшем кофе и дешёвым одеколоном. На столе лежал пластиковый пакет: бумажник Коди, связка ключей, телефон с разбитым экраном.

— Ещё раз соболезную, Джек. Хороший был парень. Тихий. Не понимаю, как он вообще на ту тропу забрёл ночью.

— Он не бродил. Его привезли, — голос Джека был ровным, как лезвие.

Беккер моргнул.

— С чего ты взял?

— Пуля за ухом. Двадцать второй. Контрольный.

В комнате повисла пауза. Шериф медленно откинулся на спинку кресла, и что-то в его глазах изменилось — исчезла показная скорбь, появилась холодная, расчётливая трезвость.

— Экспертизы ещё не было. Не лезь в это, Картер. Ради себя самого.

— Угроза?

— Совет. Дружеский.

Джек взял пакет с вещами, не сказав больше ни слова, и вышел. Он знал этот взгляд. Так смотрят люди, которые либо замешаны, либо до смерти боятся тех, кто замешан.

Дом встретил его скрипом половиц и запахом кедра. Он положил пакет на кухонный стол, не в силах прикоснуться к вещам сына. Тень лёг у двери, положив морду на лапы, и следил за хозяином умными янтарными глазами.

В час ночи Джек сидел в темноте с разряженным карабином на коленях, когда за окном полыхнуло.

Сарай занялся мгновенно — огонь выгрыз сухую древесину за считанные минуты. Джек выскочил на крыльцо с огнетушителем, но было поздно. Пламя ревело, выбрасывая в ночное небо снопы искр, похожих на злые души.

На почтовом ящике, прибитом к обугленному столбу, болтался клочок картона с коряво выведенными маркером словами:

«Собаке — собачья смерть. Забудь, или следующей будет твоя псина».

Джек прочитал. Сложил картонку пополам. Сунул в карман куртки.

Потом подошёл к старому колодцу за домом, отвалил замшелый камень и вытащил промасленный армейский кофр, закопанный ещё пять лет назад — когда он думал, что война для него кончилась навсегда.

Внутри лежали: тактический нож с чёрным лезвием, глушитель калибра 7.62, прибор ночного видения и пачка стодолларовых купюр, неучтённых ни в одном банке.

Он проверил затвор карабина. Тень встал рядом, негромко рыкнул.

— Знаю, дружок, — прошептал Джек. — Мы больше не жертвы.

Где-то на востоке, за горами, блеснула зарница. Или, может, просто зажглась фара чёрного внедорожника, что уже сворачивал с шоссе на грунтовку, ведущую к его дому.

---

Глава 2. Ночные гости

Джек не стал гасить свет в доме. Напротив — оставил гореть лампу на кухне и торшер в гостиной, чтобы силуэты в окнах создавали иллюзию: хозяин внутри, беззащитен, горюет. Сам он растворился в тени старого вяза у восточной стены, слившись с корой так, как учили ещё в рейнджерах — не дышать, не двигаться, стать частью ландшафта.

Внедорожник погасил фары за сотню ярдов до дома. Хорошая школа. Двигатель работал на холостых, низкий утробный гул разносился в ночной тишине, как мурлыканье сытого зверя.

Джек насчитал троих. Первый вышел из машины, высокий, в тёмной ветровке без опознавательных знаков. Движения скупые, выверенные — военный или бывший коп. Второй страховал с фланга, обходя дом справа, где пепелище сарая ещё подмигивало оранжевыми углями. Третий остался за рулём, и Джек заметил, как в салоне мелькнул синий отблеск экрана — следил за чем-то, возможно, за дроном или камерой.

— Пришли добить, — прошептал Джек в шерсть Тени, прижавшейся к его ноге. Пёс не шелохнулся, только шерсть на загривке встала дыбом.

Первый визитёр приблизился к крыльцу. В руке — пистолет с накрученным глушителем, ствол смотрит в землю, но палец на спусковой скобе. Профессионал. Он замер на секунду, прислушиваясь, потом махнул второму: чисто, заходим.

Джек позволил им войти.

Они проникли через заднюю дверь, которую он намеренно оставил незапертой. Движения — как у хирургов, прощупывали комнаты одну за другой. Джек слышал, как скрипят половицы под их ботинками, как открываются шкафы. Искали, наверное, телефон Коди или что-то ещё, что парень мог спрятать.

Пора.

Он неслышно скользнул к внедорожнику. Водитель — молодой парень с гарнитурой в ухе — увлечённо смотрел в планшет, где транслировалась картинка с нагрудных камер его напарников. Джек возник у его окна, как призрак. Удар локтем в висок — парень затих, даже не вскрикнув. Джек выдернул гарнитуру из его уха, приложил к своему.

В наушнике — голос первого:

— Спальня чисто. Объекта нет.

— Может, ушёл в лес? — отозвался второй. — Псина тоже пропала.

— Проверь подвал. Ищи флешки, диски, всё, что блестит. И чтоб без шума.

Джек нажал тангенту на проводе гарнитуры и сказал тихо, почти ласково:

— Подвал для вас открыт, парни. Но вы оттуда уже не выйдете.

Тишина в эфире. Потом щелчок — переключились на закрытый канал.

Джек ухмыльнулся в темноте. Пусть теперь гадают, сколько у него стволов и где он прячется. Страх — тоже оружие.

Он обошёл дом с севера, где густой кустарник подступал к самому фундаменту. Второй визитёр как раз выходил из подвального люка, подсвечивая себе фонариком. Луч метался, выдавая нервозность.

Джек возник у него за спиной бесшумно. Захват шеи локтем, резкое давление на сонную артерию — тело осело мешком с костями. Он аккуратно опустил бессознательного на землю, обезоружил, стянул пластиковыми хомутами запястья. Обыскал. В кармане — удостоверение частной охранной фирмы «Айрон Шилд», зарегистрированной в Вайоминге. Фальшивка, разумеется, но качественная.

Остался первый. Самый опасный.

Джек не стал играть в прятки. Он вошёл в собственный дом через парадную дверь, громко, нарочно. Пусть слышит.

— Ты в моём доме, — произнёс он в темноту коридора. — Один твой дружок спит в кустах, второй — в машине. Остался ты. Выходи, поговорим.

Ответом была тишина. А потом — резкий удар прикладом в спину, откуда-то из бокового проёма кухни. Джек рухнул на колено, но успел перекатиться, уходя от второго удара. Противник был быстр, но Джек — быстрее. Подсечка, захват руки, болевой на кисть — и вот уже незваный гость лежит лицом в пол, а колено Джека давит ему на позвоночник.

— Кто послал? — голос Джека был ледяным. — Шериф? ФБР? Отвечай, или я сломаю тебе руку в трёх местах.

Мужчина под ним хрипло рассмеялся.

— Ты даже не представляешь, во что влез, Картер. Твой щенок сунул нос не в своё дерьмо. И получил по заслугам.

Джек сдавил захват. Кости хрустнули. Вопль прорезал ночь.

— Ещё раз. Кто послал?

— Пошёл ты...

Джек вырубил его ударом в основание черепа. Не хотел убивать в доме — слишком много улик. Но информацию из него вытрясет позже, в более подходящем месте.

Он связал всех троих, уложил в багажник их же внедорожника. Машину отогнал в старую заброшенную штольню в миле от дома, о которой знали только местные старатели. Идеальный подвал.

Вернувшись в дом, Джек сел за кухонный стол и вскрыл пакет с вещами Коди. Телефон с разбитым экраном. Он подключил его к пауэрбанку — чудом, но гаджет ожил, засветился треснувшим дисплеем. Пароль? Джек попробовал дату рождения сына — не подошло. Потом вспомнил: Коди обожал старый фильм «Бегущий по лезвию», который они смотрели вдвоём прошлым летом. Ввёл код — 2049. Экран разблокировался.

Сообщения, фотографии, облачное хранилище. И среди всего этого — переписка в зашифрованном мессенджере Signal с контактом, подписанным «Эмбер». Последнее сообщение от Коди, отправленное за час до смерти:

«Я снял. Это не полиция. Это хуже. Если я не выйду на связь утром — беги из города и покажи запись моему отцу. Только ему. Он поймёт».

Джек перечитал трижды. Коди знал, что идёт на смерть. И оставил след.

Эмбер. Должно быть, та самая подруга, о которой он смутно слышал. Он нашёл в контактах адрес — трейлерный парк на окраине Элк-Ридж.

Первый луч солнца уже золотил вершины гор, когда Джек завёл свой старенький «Форд» и выехал в сторону города. Тень сидел на пассажирском сиденье, настороженно глядя на дорогу.

В трейлерном парке пахло дешёвым табаком и жареным беконом. Джек нашёл нужный трейлер — обшарпанный, с заколоченным окном. Дверь была приоткрыта. Внутри — разгром. Перевёрнутая мебель, разбитый ноутбук на полу, пятна крови на линолеуме. И никаких следов Эмбер.

Он осмотрел трейлер внимательно, отметая эмоции. Под матрасом — пустая коробка из-под армейского «сухпайка». В мусорном ведре — скомканный чек из круглосуточного магазина на шоссе 40, датированный вчерашним вечером. Эмбер была здесь после смерти Коди. И она пряталась.

В углу, под грудой тряпья, Джек заметил блеск. Маленькая карта памяти microSD, заклеенная скотчем к обратной стороне выдвижного ящика. Та самая запись?

Он сунул карту в карман и уже собирался уходить, когда снаружи раздался звук подъезжающего автомобиля. Джек выглянул в щель между занавесками. Чёрный седан с тонированными стёклами. Из него вышел мужчина в строгом костюме, с неприметным лицом и значком на поясе. Следом — женщина лет пятидесяти, седовласая, с острым взглядом, одетая в безупречный брючный костюм. Она достала телефон и направилась к трейлеру.

Джек скользнул в заднюю комнату, затаился. Через секунду дверь распахнулась.

— Здесь уже кто-то был, — произнёс мужской голос.

— Ищи карту памяти, — ответила женщина. — Если запись всплывёт, нам конец. Шеф не простит.

— Может, девчонка успела сбежать?

— Найдём. Главное — найти носитель.

Джек слышал, как они переворачивают остатки мебели. Он сжал рукоять ножа. Можно было бы выйти и задать вопросы прямо сейчас, но интуиция подсказывала: сначала нужно посмотреть, что на карте.

Он выбрался через окно в задней части трейлера, бесшумно, и растворился в утреннем тумане, который наползал с гор.

Вернувшись в штольню, Джек подключил карту к старенькому ноутбуку. Единственный файл — видео в высоком разрешении, снятое с дрона.

На экране: ночной лес, поляна, освещённая луной и фарами фургона. Несколько человек в униформе с надписью FBI выгружают связанного мужчину. Избитого, в крови. Один из агентов что-то говорит ему, потом достаёт пистолет и стреляет в голову. Казнь. Хладнокровная.

Камера дрожит — Коди перевёл дрон ближе. И в этот момент один из «федералов» поднимает голову и смотрит прямо в объектив. Его лицо попадает в фокус. Тот самый высокий, что был в доме Джека сегодня ночью. Лже-федерал. А на шее у него — татуировка, которую Джек уже видел у одного из пленных: трискелион, символ картеля «Сикарио Нуэво».

За кадром раздаётся голос Коди, испуганный шёпот:

— Это не ФБР. Это операция прикрытия. Они работают на картель... О боже, они меня заметили...

Запись обрывается на звуке выстрела и крике.