Виктор Образцов
Не трогай металл!

Ивар впервые ощутил настолько глубокую тишину. Он мог слышать только своё тело: движение крови по венам, удары сердца, отражающиеся прямо в голову, тяжелое сбивчивое дыхание, наполняющее лёгкие, и скрип керосиновой лампы в руках. Сконцентрировавшись на шагах, юноша вслепую, неуверенно переставлял ноги по ковру из мха, двигаясь вперёд по тёмному лесу, тревожно вглядываясь в крохотный круг света, освещаемый лампой среди гигантских деревьев, уходящих густой кроной настолько высоко, что заменили собой небо.

«Осталось чуть-чуть, ещё пару сотен метров и назад», — мантрой проносилась в голове Ивара фраза, даруя покой и подбадривая его на пути.

Тихий удар, как будто по железной кастрюле или колоколу, эхом разнёсся по лесу, заставив юношу замереть. Подавляя тревогу, он ещё внимательнее всмотрелся в темноту. В голове пронеслись все страшилки, которые рассказывали ему о Тёмном лесе, о всех чудовищах, которые там обитают, о растениях, которые были вынуждены приспособиться ко тьме и питаться живыми, о ловушках, забытых незадачливыми авантюристами, и о безумцах, сошедших с ума без света и оставшихся жить в лесу навсегда.

Сердце забилось на невероятной скорости, казалось, что оно пробьёт грудную клетку, и его удары заполнили и вытеснили все звуки леса. Ивар замер, превратившись в статую. Холодные, моментально закостеневшие пальцы продолжали сжимать лампу, а глаза бегали, не в состоянии задержаться хоть на миг.

Секунды длились бесконечно долго, и, вспоминая свой дурацкий спор с друзьями, хотя какие они ему друзья, Ивар корил себя за похвальбу. И надо же было согласиться на то, чтобы пробраться мимо стражи, пролезть в саму чащу леса и принести доказательство своей храбрости… «Дурости!» — зажглось у него в мозгу.

Оцепенение медленно проходило, тем временем Ивар окончательно разочаровался в своём походе и уже принял решение возвращаться. Пусть он даже не дошёл до стоянки авантюристов и не нашёл доказательство храбрости, для себя он решил, что с него хватит, пусть над ним смеются и дразнят, в отличие от всех он единственный решился зайти в лес.

Только юноша отдышался, как вдруг эхо принесло новые звонкие удары, только в этот раз их сопровождал рёв. Ивар рухнул на землю под деревом, стараясь залезть как можно глубже под корень, тяжело дыша, безуспешно вглядываясь во тьму.

«Это точно какой-то дикий зверь! Наверное, тёмный волк! Как он ревёт! Наверное, чудища нарвались на авантюристов или дальний патруль стражи!»

Удары продолжались, а рёв и не думал замолкать, перед глазами юноши представилась картинка, как храбрый отряд авантюристов сражается со стаей изуродованных тьмой волков, взмахивая мечами и ловко орудуя стреломётом, от этого у него сильнее захватывало дух.

Через мгновение рёв, или всё-таки вой, стих, а удары ослабели, пока совсем не стихли. Ноги понесли Ивара обратно, прочь из леса, и не успел он оглянуться, как оказался в чаще у самого выхода.

Окрик стражи привёл его в чувство.

— Что вы здесь делаете, мальки! Вам в лес нельзя, ещё не доросли!

— Да мы и не хотели в лес, мы так, гуляем просто, — ответил уверенный мальчишеский голос.

— Нечего здесь гулять! Ещё раз поймаю, притащу в Дом, вот вам старшие уши-то надерут!

Ивар прикрыл свою маленькую искру света, источаемую лампой, и не шевелился, наблюдая картину, как стража прогоняет его приятелей, ожидавших скорого возвращения юноши.

— Надо ещё кусты посмотреть, мальки могли забраться и дальше… — пробормотал стражник под нос.

Новая волна холода охватила душу Ивара, и он стремглав бросился назад во тьму. Юноша, не вглядываясь в дорогу, бежал через лес, проламываясь через кусты и запинаясь о корни деревьев. Ветки стегали его по лицу и неприкрытым рукам.

Споткнувшись об очередной корень, лампа выпала из рук юноши и с громким звоном разлетелась осколками по земле.

«Нельзя, нельзя, нельзя попадаться страже, если они приведут меня в Дом, старейшина побьёт своей тяжёлой клюкой, и это только для начала, а потом позорные работы и далее…» — подумал Ивар, тяжело дыша и глядя на осколки потухшей лампы.

Он оказался неподалёку от места, где прятался в прошлый раз, и тьма наступала. Его охватила паника, он сел на землю, обняв колени, раскачиваясь. Уставившись в одну точку, не в силах отвести взгляд от тьмы, поселившейся между деревьев.

Он ждал.

Ждал, когда загорятся страшные глаза дикого зверя или чудовища, послышатся мягкая поступь больших лап с длинными когтями, а на коже почувствуется теплое дыхание и запах крови.

Юноше повезло, полная и низкая луна пробивалась сквозь чащу леса, наполняя её холодным синим светом. Страшная тишина Тёмного леса вновь окутала Ивара, и паника быстро переросла в отчаяние, а оно — в решимость. «Надо подождать, когда стражник уйдёт, и тогда я смогу вернуться».

Адреналин отбивал бодрый ритм по вискам и больше не давал Ивару устоять на месте, двигая его вперёд. Он подобрал длинную и удивительно ровную палку и, опираясь на неё, двинулся обратно к кустам, откуда сбежал, скрываясь от стражника.

Не успев пройти и ста шагов, юноша заметил яркий и сверкающий блеск металла в лунном свете, выделяющийся на фоне тёмных деревьев. Ивар изо всех сил напрягал глаза, вглядываясь во тьму, и с каждой секундой настроение улучшалось, он вернётся обратно с победой.

«Вот оно! Может, это меч, копьё или забытый доспех, можно принести это как доказательство…!»

Уже совсем не пугающий лес, глаза, адаптированные к темноте, видящие цель, адреналин в крови толкнули юношу на риск, и он решительно направился в сторону чего-то поблёскивающего.

Пробираясь ближе к искомому, Ивар заметил, что кусты поредели и практически совсем пропали, под деревьями на ковре из мха, травы и палой листвы начали появляться лысины, это дало пространство, которое заполнил лунный свет, проявляя страшную картину.

Место схватки.

Лунным светом залило небольшую поляну, подсветив страшные украшения места. Вырванные из земли комья грязи, сломанные сучья, застрявшие стрелы в стволах деревьев и царапины, оставленные гигантским зверем. Центром композиции стал блестящий шлем, который лежал в траве под большим деревом, на нём виднелась маленькая, но отчётливая и глубокая вмятина, нарушающая лаконичный вид снаряжения.

Юноша замер, заворожённый пейзажем. Он перестал видеть и слышать, всё его внимание поглотил шлем. Затем, воровато оглянувшись, Ивар аккуратно двинулся вперёд. Поглощённый азартом, он не обратил внимания на то, что звуки леса вокруг пропали, в его сердце поселилась несвойственная характеру уверенность, а страх, сковывающий его, пропал.

За спиной юноши на стволе дерева проявился и быстро пропал мерцающий синим символ, но он не видел его, быстро двигаясь к дереву, под которым лежал шлем.

Только Ивар наклонился к шлему, чтобы его подобрать, как рядом лежащая палка медленно поднялась и со стремительным ударом опустилась на навершие шлема, а над ухом юноши послышался слабый, трескающийся и хрипящий голос.

У голоса не было сил стать громче, и, сопровождая слабые, но звонкие удары по шлему, он призывно подвывал.

От страха и неожиданности Ивар упал, больно ударив свой зад, и, выпучив глаза, вглядывался в необычный ствол дерева, еле освещаемый луной.

Тяжело дыша и напрягая глаза изо всех сил, увидел перед ним под деревом странная куча из веток, листьев, грязи, прикрытая плащом тёмного цвета, и яркие светящиеся синие глаза. Человеческие глаза.

Ивар долго не мог пошевелиться, встретившись взглядом с фигурой в плаще.

Развернувшись на месте, юноша вскочил на четвереньки, а потом уже и на ноги, побежал прочь, с размаху налетев на тонкий ствол дерева, краем глаза зацепив тусклую синюю вспышку.

И, практически не останавливаясь, добрался до края леса.

Остановившись у знакомых кустов, он притаился и огляделся, внимательно вслушиваясь. Не заметив препятствий, Ивар вышел из чащи и, быстро преодолев открытое пространство, оказался на окраинах города, привалившись к стене первого подвернувшегося сарая, он остановился, тяжело дыша.

— Быстро ты вернулся! — раздался насмешливый голос за спиной юноши, от неожиданности Ивар дёрнулся, собрался было бежать, как споткнулся и тут же растянулся в пыли.

Тонкий смешок, раздавшийся за спиной, тут же поддержали несколько других голосов, сливаясь в общий гул веселья.

— Смотрите, как испугался наследник Великого Дома! Показывай, что принёс! Ничего? Не осмелился зайти вглубь?

Ивар молча смотрел на Олафа, низкого, толстого, рыжего, с лицом, полностью покрытым веснушками, и двух его рослых и плечистых братьев, громко смеющихся над ним, пока вокруг собиралась детвора.

Именно Олаф подбил его забраться в лес, и внешне весёлая мальчишеская забава — проверка храбрости — уже не казалась ему такой безобидной.