Николай Гоголев
Память

Под куполом

Кивану исполнился двадцать один год.

Он с нетерпением ждал установки нового блока памяти, ведь так он сможет приносить больше пользы. Процедура ему была уже известна, но волнение охватило его, как в первый раз. За последние тридцать лет не было ни одного несчастного случая. Все было доведено до совершенства. Беспокоится было не о чем. Так он себя успокаивал.

Дверь процедурной открылась. Из нее вышел доктор Прит и пригласил Кивана. Он ставил ему оба предыдущих блока памяти, в семь и четырнадцать лет.

Киван сел в кресло. Медсестра подключила электроды к безволосой голове Кивана. На затылке подсветились едва заметные линии, образовывавшие квадратную крышку четыре на четыре сантиметра. С легким шипением она приподнялась и съехала в сторону. Доктор Прит приготовил инструменты. Медсестра принесла блок памяти.

- Ты готов? - спросил Доктор Прит. - Он надел визор, чтобы вести трансляцию процедуры.

- Да, - ответил Киван.

Медсестра села за монитор, чтобы следить за показателями Кивана. Доктор Прит аккуратно снял пленку с блока памяти. Он представлял собой совершенное слияние органики и технологии в компактном корпусе. При приближении к голове, блок памяти расправил "волоски", с помощью которых он должен был соединиться с мозгом. Киван с интересом наблюдал за процедурой на мониторе. Обычно от такой возможности люди отказывались. Далеко не всем хочется смотреть на то, как у тебя копаются в мозгах.

Киван почувствовал легкое покалывание в затылке. Блок памяти соединился с мозгом. Доктор Прит аккуратно закрепил его с помощью тончайших нитей, которые растворятся через две недели. Теперь оставалось получить разрешение на подключение к Центральному облаку. Медсестра ввела данные в терминале, Киван подтвердил их отпечатком пальца. Через пару секунд доступ был получен.

Киван шел через парк, смотрел на отдыхающих людей. Он сожалел, что не каждый колонист подходил для процедуры имплантации. Учёные говорили, что это связано со строением нейронных связей в мозгу. Им удалось найти отличие подходящего мозга от неподходящего, но не удалось наладить его "воспроизводство". Пара с подходящим мозгом далеко не всегда давала подходящее потомство. В среднем выходило, что эту особенность наследовали три ребенка из десяти. К тому же приходилось ждать, когда потенциальному кандидату исполнится семь лет, чтобы провести нужные тесты. Колоссальная трата времени и ограниченных ресурсов. Все исследования в этой области были прекращены.

У Кивана заболела голова, его это немного удивило, в прошлые разы с ним такого не случалось. Другие Хранители говорили, что головная боль может длиться до тридцати минут.

Киван откинул голову назад, закрыв глаза. Он думал не сходить ли за обезболивающим, но так и остался сидеть на скамейке.

На соседней скамейке отец рассказывал маленькому сыну о прибытии на планету. Киван слышал эту историю много раз. Ошибка в расчетах, такова официальная версия. Корабль с первыми колонистами прыгнул к неизвестной планете, прямо в пояс астероидов. Корабль был сильно поврежден. При посадке и после высадки, во время песчаной бури, погибла треть колонистов. Много оборудования и запасов было потеряно. Люди оказались не готовы к условиям суровой планеты. Все пошло на перекосяк. Единственное, что сработало как надо - это климатический купол. Он полностью развернулся за десять минут. Дал энергию и защиту. Подлинное чудо техники, которое служит колонистам до сих пор.

Киван узнавал в библиотеке как звали его создателя. Им оказался инженер Андрей Клювин. В статье о нём была фотография, на ней Клювин - скромный человек, лет сорока, с серьезным выражением лица. На свитере у него был значок, мальчик в странной шляпе и странной одежде с озорным выражением лица. Значок показался Кивану забавным. В библиотеке информацию о значке найти не удалось. Тогда он стал расспрашивать о нём у колонистов, но никто не знал, что это за значок.

Головная боль у Кивана прошла. Он открыл глаза, почувствовал вялость в теле, как после слишком долгого беспокойного сна.

Ему захотелось кофе с булочкой. Первые колонисты и мечтать о таком не могли. Десять лет ушло только на преобразование почвы. Ещё столько же, чтобы вырастить первый урожай. Киван испытывал отвращение при одной мысли о том, чем им приходилось питаться. Насекомые. Даже слово звучит ужасно.

Кофе с булочкой...

***

Класс из двадцати семилеток сидел перед Киваном. Через неделю им предстояла установка первого блока памяти. Утром у них взяли кровь, чтобы сделать совместимую органическую часть блока. Киван видел, что детям страшно.

- Это больно? - спросил рыжий мальчик.

- Нет, - ответил Киван. - Вам дадут обезболивающее.

- Сколько длится операция? - спросила девочка с бантиком.

- Полчаса.

- А я обязательно должен смотреть операцию? - спросил мальчик в кепке. - Старший брат сказал, что нужно смотреть как у тебя в голове копаются.

- Правда? - испуганно спросил его сосед.

Трое детей заплакало.

- Нет, нет, - Киван поспешил успокоить малышей. - Твой брат просто тебя пугает. Смотреть не обязательно. Только если сами захотите.

Дети притихли, кто-то сзади ещё всхлипывал. Кивану хотелось их подбодрить.

- Хотите посмотреть мою голову? - спросил он.

- Да! - сказали несколько детей.

Киван сел на пол, повернулся к ним спиной. Тонкие линии крышки были едва видны. Дети с интересом смотрели на крышку, подошли даже самые робкие. Они трогали лысую голову Кивана.

Одна из девочек заплакала.

- Я не хочу быть лысой, - сказала она, поглаживая свои светлые волосы.

- А я хочу быть лысой, - сказала другая девочка. - Волосы только мешаются

- И я хочу быть лысым, - сказал рыжий мальчик. - Ненавижу постригаться.

Дети стали спорить. Кто-то снова заплакал. Киван поднялся с пола.

- Тише, дети, пожалуйста успокойтесь, - сказал Киван. - Я понимаю вам страшно, но вы выбраны для важного дела. Вы поможете нашей колонии стать лучше, сделать вашу жизнь и жизнь вашей семьи лучше. Перед нами откроются новые возможности. Мы сможем изучить всю планету.

Детей его речь не особо впечатлила. Они сидели грустные.

- Забыл сказать, - Киван подошёл к шкафу. - Вы можете носить парик.

Он открыл шкаф, в нём было много париков разных форм и цветов.

Дети с визгом ринулись их примерять.

***

- Идея с париками была отличная, - сказал Киван. - Дети были рады.

- Тогда и я рада, - сказала Лена.

Они лежали на траве, смотрели на голубое небо, на пушистые белые облака, искусно воссозданные с помощью проектора.

За пределами купола все было серым. Куда ни глянь. Это плохо влияло на психологическое состояние колонистов. ИсИн (искусственный интеллект) установил эту проблему в первые полгода после высадки. Он же придумал способ интеграции проектора в конструкцию купола.

По мере развития колонии и возрастания её численности, росла и потребность ИсИна в вычислительных мощностях. Положение серьезно ухудшилось, когда население колонии перевалило за полторы тысячи. Проблемы копились, одних компьютеров для решения всех текущих задач уже было недостаточно.

Тогда ИсИн предложил выход - использовать человеческий мозг. Вычислительная мощь и энергоэффективность мозга делали его идеальным решением.

Часть колонистов воспротивилась этой идее, поэтому сначала в Хранители брали только добровольцев.

- После последнего обновления мощность сети выросла на пять процентов, - сказала Лена, перевернувшись на живот. - А эффективность управления колонией - на три процента. Если бы ИсИн был человеком, думаю он бы радовался как ребёнок. Давно не было такого прироста.

- Может мне тоже носить парик? - спросил Киван.

- Нет! - сказала Лена. - Мне нравится твоя лысая башка. Она идеальна.

Лена наклонилась к нему и поцеловала.

***

Киван не сразу понял, что не так. Была ночь, ему не спалось. Он смотрел в окно, мечтая о Земле, которую он видел только на фотографиях и в фильмах.

Когда ему было шесть лет, он пришел к отцу и сказал, что когда он вырастет, то полетит на Землю. Отец усадил его к себе на колени. Взгляд у него сделался грустным. Он объяснил Кивану, что это невозможно, поскольку он родился на этой планете, где давление значительно ниже, чем на Земле. Земная атмосфера его просто раздавит. Киван проплакал весь день.

Он смотрел на Луну, вдруг из-за неё появилась вторая Луна. Проектор не работал! Он впервые видел враждебную планету, которая за восемьдесят три года так и не стала для них домом.

Едва уловимый поток ИсИна в голове Кивана прекратился. На улицах города погасли фонари. Через тридцать секунд они включились снова, это заработал резервный генератор.

Зазвучал сигнал тревоги.

***

Ранним утром колонисты потянулись к Хранилищю ИсИна. Они пребывали в тревожном ожидании. К толпе вышел главный инженер Бобров, не высокий мужчина сорока семи лет. Вид у него был несколько потерянный. Киван уже знал, что произошло. Оставалось узнать насколько все плохо.

- Привет, - сказала Лена, коснувшись лысины Кивана.

- Привет, - он поцеловал её в щёчку.

Бобров подошёл к трибуне, откашлялся, поправил микрофон.

- Сегодня ночью ИсИн отключился. Причина выясняется. Все городские системы оперативно переведены на ручное управление. В связи с этим, от каждого взрослого колониста потребуются дополнительные часы работ. До тех пор пока мы не восстановим ИсИна.

Толпа заволновалась. Бобров оттянул воротник рубашки, снова откашлялся.

- Есть и плохая новость, Бобров оглянулся назад, словно искал поддержки. - Система регенерации воздуха вышла из строя. Похоже, что ИсИн проводил перенастройку системы в момент, когда он отключился. Инженеры уже работают над решением проблемы.

Люди в толпе встревоженно зашептались.

- На сколько нам хватит воздуха? - выкрикнул кто-то с задних рядов.

- При текущем потреблении воздуха, - Бобров стёр рукой пот со лба. - Запасов хватит на девять дней.

Киван почувствовал как Лена сжимает его руку.

***

К концу дня стало ясно, что быстро восстановить ИсИна не получится. Все его компоненты были исправны, но он все равно не работал. Инженеры пришли к выводу, что ИсИна подавляет какой-то сигнал за пределами колонии. Это одновременно радовало и пугало. Возможно на планете есть разумная жизнь, но она может быть враждебной.

За все годы на планете, колонисты ни разу не видели признаков другой жизни. Изучить её как следует возможности не было, все были заняты выживанием. Только в последние десять лет жизнь колонии стала, более-менее, стабильной. К этому времени колонисты окончательно решили, что планета не обитаема.

Киван вышел из своего жилого модуля рано утром. По пути он взял кофе и булочку для Лены, которая всю ночь искала местоположение сигнала.

Киван зашёл в кабинет Лены. Она спала на кушетке, свернувшись калачиком. Он подошёл к ней и поцеловал в лоб. Она улыбнулась.

- Я тебе кофе с булочкой принес, - Киван показал ей пакет.

- Спасибо, - Лена встала с кушетки, взяла пакет из рук Кивана и села за стол.

- Как успехи? - он сел рядом

- Сигнал найден. Бобров и другие инженеры уже продумывают экспедицию.

- Думаешь, там кто-то есть?

- Похоже на то, - Лена сделала глоток кофе. - Сигнал искусственного происхождения.

- У нас вдруг появились соседи, способные на это? - с волнением спросил Киван

- Вполне возможно, - она отщепнула кусочек булочки. - Может они присматривались к нам всё это время, поняли, что мы безобидные и...

- ...решили напасть на нас, - вырвалось у Кивана.

Эта мысль неприятно удивила его.

- Напасть? - Лена удивилась не меньше.

- Сама подумай, без ИсИна мы долго не протянем, даже когда починим систему регенерации воздуха.

Киван не мог понять, верит он в это или нет.

***

В экспедицию отправлялось три группы по четыре человека. В состав каждой группы должны были войти два инженера, Хранитель и охранник. Киван тут же вызвался добровольцем. Он очень хотел выбраться за пределы купола и увидеть планету. В тайне он надеялся, что сигнал посылают люди, прибывшие с Земли. Он уже давно ждал чего-то подобного. Не могли же земляне их не искать?

Вскоре все участники экспедиции были отобраны. В том числе и Лена. Она попала в третью группу, Киван - в первую. Бобров собрал всех в своём кабинете, в котором едва хватило места.

- Так, все на месте, - сказал Бобров. - Начнём... Главными групп я назначаю Сергея - первая машина, Ивана - вторая машина и Алви - третья машина. Встаньте, пожалуйста.

Все трое встали. Они были очень похожи друг на друга, хоть и не были родственниками. Им было около сорока лет, высокие, крепкие, с короткими волосами. Киван плохо знал их, лишь пересекался с ними в столовой, иногда в кинотеатре и уж точно не встречал их в библиотеке.

- Вы бывали за пределами колонии, знаете чего можно ожидать.

Киван заметил, что все трое странно переглянулись.

- По расчётам вам ехать до точки сигнала пару дней, - продолжал Бобров. - Всё необходимое вам выдадут в течение часа. Скоро будет рассвет, станет более-менее светло. Постарайтесь проехать как можно больше пути. Удачи.