Нэт Сегалофф
Рэмбо
Пять фильмов, три книги, одна легенда

Nat Segaloff

THE RAMBO REPORT

Copyright © 2025 by Nat Segaloff

Foreword copyright © 2025 by David Morrell

© Е. Лисовская, перевод на русский язык, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Отзывы о Нате Сегалоффе
Рэмбо: пять фильмов, три книги, одна легенда

«Наконец-то! Появилось окончательное, исчерпывающее исследование мирового феномена по имени Рэмбо! От его зарождения в воображении великого Дэвида Моррелла до появления в романе 1972 года «Первая кровь», через две последующие новеллизации [1] и пять фильмов с Сильвестром Сталлоне, Нат Сегалофф исследует персонажа, который отражал меняющиеся нравы нации и стал культурной иконой. “Рэмбо: Пять фильмов, три книги, одна легенда” – это больше, чем просто книга, прославляющая одного из самых значимых и притягательных персонажей прошлого века, – это машина времени, которая отправляет читателя в путешествие по пути Рэмбо от “с виду вполне обыкновенного парня” через метаморфозу и восхождение к статусу легенды. Книга превзошла мои самые смелые ожидания!»

Джек Карр,

автор бестселлера № 1 по версии New York Times, ставший основой сериала «Список смертников»

«Как кинокритик и давний поклонник всего, что связано с Рэмбо, я с радостью могу сказать, что “Рэмбо: Пять фильмов, три книги, одна легенда” является и навсегда останется основательным трудом по этой теме. Нат Сегалофф охватывает все аспекты истории Рэмбо, его значимость и неизгладимое влияние на американскую культуру».

Энди Рауш, автор книг о Мартине Скорсезе

«Сила исследований Ната Сегалоффа должна побудить поклонников приобрести экземпляр книги о создании фильма».

журнал Entertainment Weekly

Посвящается тем, кто сражался на войне, и тем, кто боролся за их возвращение домой.

И особенно Дэвиду Морреллу – Творцу, советнику, другу

Нат Сегалофф

«Он был бродягой, сказали вы. Кем он еще мог быть? Он добровольно отдал три года войне, которая, как считалось, должна помочь его стране, и вынес с этой войны единственное – искусство убивать. Мог он найти работу, на которой требовались бы эти навыки?»

Полковник Сэм Траутман.

«Первая кровь», роман (1)

«Гражданская жизнь – это полная херня, настоящая херня. На поле боя у нас был кодекс чести! Ты прикрываешь меня, я прикрываю тебя. А здесь нет ничего. Чувак, я умею ездить на танках, я умею управлять боевыми вертолетами, я отвечал за оборудование стоимостью в миллионы долларов… и я даже не могу удержаться на работе парковщика! Каждый раз, когда кто-то смотрит на меня косо, я хочу вытереть его лицо о землю! На улице нет чести… ничего! Послушай, приятель, я вижу эти кошмары почти каждую ночь – иногда я просыпаюсь и не знаю, где я, черт возьми. Я не разговариваю с кем-либо часами… иногда днями. Я пытаюсь выкинуть это из головы, но не могу».

Джон Рэмбо.

«Рэмбо: Первая кровь», сценарий (2)

«Когда я играю Рэмбо, я смотрю в зеркало и вижу, что мои глаза утратили определенную жажду жизни… потому что Рэмбо не наслаждается своими приключениями. И даже когда он побеждает, он не побеждает».

Сильвестр Сталлоне (3)

Примечания к названиям

Хронология фильмов о Рэмбо и их несогласованные названия могут вызвать путаницу. Например, фильм «Рэмбо: Первая кровь 2» (1985) за пределами США назывался «Рэмбо». Когда в 2008 году фильм под названием «Рэмбо» вышел в международный прокат, он назывался «Джон Рэмбо».

Этот опорный план может помочь читателю различать фильмы, упоминаемые в тексте:

1. «Рэмбо: Первая кровь» (1982) (действие происходит в Америке).

2. «Рэмбо: Первая кровь 2» (1985) (действие происходит во Вьетнаме; иногда называется «Рэмбо 2»).

3. «Рэмбо 3» (1988) (действие происходит в Афганистане).

4. «Рэмбо» (2008) (действие происходит в Бирме; иногда называется «Рэмбо 4»).

5. «Рэмбо: Последняя кровь» (2019) (действие происходит в Мексике; иногда называется «Последняя кровь» или «Рэмбо 5»).

Кроме того, слово «Рэмбо» появляется в этой книге как имя персонажа и в названиях фильмов. Когда используется как имя персонажа, оно отображается как Рэмбо; когда используется в названии фильма, оно отображается как «Рэмбо». Оно также используется как сокращение для всех фильмов о Рэмбо, которые не названы конкретно, подобно тому, как «Голливуд» используется для обозначения особой американской кинематографической индустрии, а не места, где снимаются фильмы.

Предисловие Дэвида Моррелла

16 апреля 1986 года я находился в лондонской телестудии, ожидая интервью для самого популярного утреннего шоу Великобритании. Я приехал туда, чтобы рекламировать выход в Великобритании одного из моих романов, не связанных с «Рэмбо», – «Братство камня», но за несколько минут до интервью кто-то из сотрудников программы показал мне первую полосу лондонской газеты с заголовком: «Американские самолеты Рэмбо бомбят Ливию». Днем ранее, как объяснялось в статье, американские самолеты атаковали Ливию в ответ на организованный ливийскими террористами взрыв дискотеки в Западном Берлине, в результате которого погибли два американца и 79 получили ранения. Как и следовало ожидать, мое интервью уже было не о «Братстве камня».

Это был не первый (и не последний) случай, когда имя Рэмбо использовалось в политическом контексте. В июне прошлого года тогдашний президент Рональд Рейган пошутил, что накануне вечером посмотрел фильм о Рэмбо и знает, как реагировать на следующий кризис с захватом заложников террористами. Позже тем же летом президент снова упомянул «недавний, очень популярный фильм» и поклялся журналистам, что будет критиковать налоговый кодекс Америки «в духе Рэмбо». Он постоянно ссылался на фильм 1985 года «Рэмбо: Первая кровь 2», продолжение фильма 1982 года «Рэмбо: Первая кровь», первого фильма с участием Рэмбо, снятого по моему роману 1972 года.

«Рэмбо: Первая кровь 2» не мог избежать политического внимания, учитывая, что в нем Рэмбо (ветеран войны во Вьетнаме, страдающий ПТСР[2]) выполнял задание вернуться во Вьетнам – в лагерь для военнопленных, из которого он сбежал, – и найти доказательства того, что там все еще находятся американские солдаты. Произнося часто цитируемую фразу в фильме, Рэмбо спрашивает полковника Траутмана, своего бывшего командира спецназа: «Сэр, в этот раз нам дадут победить?» В кинотеатрах некоторые ветераны Вьетнамской войны ликовали, полагая, что американские военные могли бы одержать победу, если бы не вмешательство политиков.

В дополнение к политическому контексту год выхода фильма, 1985-й, ознаменовал десятую годовщину падения столицы Южного Вьетнама, Сайгона, под натиском северовьетнамских войск и экстренной эвакуации немногих оставшихся там американцев (в основном дипломатов). Премьера фильма в выходные, посвященные Дню поминовения[3], напомнила об этом военном событии и вошла в историю сама по себе. Это был первый фильм, который одновременно вышел на более чем 2000 экранах (2074). Его кассовые сборы за первую неделю (32 548 262 $) стали самыми крупными для любого фильма того года и самыми крупными для фильма с рейтингом R[4]. Годовые сборы фильма в США составили 150 415 432 $, что стало вторым по величине показателем за 1985 год. Сборы фильма в США и за рубежом составили 300 400 000 $, что также стало вторым по величине показателем в этой категории.

Это было лето Рэмбо, когда люди просыпались и ложились спать вместе с ним. В программе Today[5] на канале NBC было несколько сюжетов о создании фильма. В программе Tonight Show[6] Джонни Карсон (король вечернего телевидения) изобразил Рэмбо в восьмиминутном комедийном номере, предполагавшем, что все уже видели фильм, и превратил популярную детскую программу «Соседство мистера Роджерса» в «Соседство мистера Рэмбо». Карсон носил костюм с накачанными мускулами, носил с собой множество оружия и взорвал своего почтальона за то, что тот пел песни, в которых встречалось слово «красный», например «Красные паруса на закате». В то время красный цвет ассоциировался с коммунистической Россией, а не с Республиканской партией, и Карсон ошибочно предположил, что Рэмбо – ярый антикоммунист, что является одним из многочисленных случаев неверного толкования этого персонажа. Тем временем крупные газеты, такие как New York Post и Boston Herald, публиковали мою новеллизацию, ставшую бестселлером New York Times.

Оригинальный фильм, «Рэмбо: Первая кровь», имел свой политический подтекст, драматизируя ПТСР и долгосрочную психологическую травму, которую перенесли многие ветераны Вьетнама. У моего романа тоже были политические корни. В 1966 году я эмигрировал из Канады, чтобы изучать американскую литературу в аспирантуре Университета штата Пенсильвания. В тот год война во Вьетнаме набирала силу, но в моем родном городе – Китченере на юге Онтарио – я почти не слышал о ней. Приехав в Университет штата Пенсильвания, я не понимал частых упоминаний Вьетнама в газетах, телевизионных новостях и особенно из уст мужчин-выпускников, которые беспокоились об увеличении призыва в армию, из-за которого им придется сражаться в джунглях Юго-Восточной Азии.

Перенесемся в 1968 год. Я получил степень магистра и работал над докторской диссертацией (она была посвящена американскому писателю-постмодернисту Джону Барту [7]), но мне было трудно сосредоточиться на учебе в один из самых хаотичных годов в истории Америки. В январе, в ходе так называемого Тетского наступления[8] (названного в честь вьетнамского нового года), северовьетнамские войска атаковали более ста южновьетнамских целей, многие из которых были военными базами США. Соединенные Штаты ответили отправкой в регион еще двухсот тысяч боевых солдат. Антивоенные протесты обострились, продолжаясь в марте, когда рота американских солдат устроила резню около пятисот безоружных мирных жителей в южновьетнамской деревне Сонгми. В апреле был убит Мартин Лютер Кинг – младший. В июне – Роберт Ф. Кеннеди. В августе, по оценкам, пятнадцать тысяч антивоенных демонстрантов прибыли в Чикаго, чтобы оказать давление на делегатов съезда Демократической партии, когда они выбирали своего кандидата в президенты. Когда национальные гвардейцы и чикагская полиция давали отпор протестующим, многочисленные ночи насилия ежеминутно транслировались по телевизионной сети.

Было не 20 беспорядков. Не 50. Их было несколько сотен: одни осуждали войну, другие требовали гражданских прав, а третьи объединяли их, потому что, как сообщал журнал Time, во Вьетнаме соотношение чернокожих и белых в боевых действиях вдвое превышало соотношение чернокожих и белых в общей численности населения. Уровень смертности чернокожих в боевых действиях по сравнению с потерями белых также был выше. Каждый день по всей стране очередной крупный город напоминал зону боевых действий: Цинциннати, Детройт, Луисвилл, Лос-Анджелес, Майами, Филадельфия, Питтсбург, Трентон, Вашингтон (в нескольких кварталах от Белого дома) и так далее.

Я с тревогой наблюдал, как война во Вьетнаме, казалось, пришла в мою страну. Хотя я занимался научной деятельностью, моей мечтой было стать писателем. Я задавался вопросом, что произойдет, если отмеченный наградами ветеран войны во Вьетнаме вернется в Соединенные Штаты, ненавидя то, что он узнал о себе. Что произойдет, если он будет бродить по стране, чтобы увидеть, за что он сражался? Что, если он отрастит длинные волосы и бороду и будет выглядеть как противник войны? Что, если его появление вызовет враждебную реакцию у начальника полиции маленького городка, консерватора 1950-х годов, годящегося ветерану в отцы, который и сам был ветераном Корейской войны, совершенно другой войны? Эти двое олицетворяли бы политический раскол Америки и широко обсуждаемый в то время разрыв поколений (пожилые американцы, как правило, поддерживали войну; молодое поколение считало, что никому старше тридцати нельзя доверять). Третий персонаж, полковник Сэм Траутман, бывший командир Рэмбо, олицетворял бы дядю Сэма[9], систему, которая создала Рэмбо и которая его уничтожит.

Я посвятил написанию романа три года, одну часть из которых провел в Университете штата Пенсильвания, а другую – в Университете Айовы, где преподавал американскую литературу на кафедре английского языка. «Первая кровь» была опубликована в 1972 году и получила рецензии почти во всех крупных газетах и журналах. Columbia Pictures приобрела права на экранизацию. Роман преподавали в старших классах и университетах, в том числе Стивен Кинг, который использовал его в качестве учебника, преподавая литературное творчество в Университете штата Мэн. Роман был переведен на 30 языков. Его никогда не снимали с производства.

Но одни лишь споры (большая часть которых уже устарела) не могут объяснить, почему это имя почти ежедневно встречается в фильмах, телесериалах, ток-шоу, социальных сетях, газетах, разговорах и т. д. Оно есть в словарях. Оно используется как глагол, прилагательное и существительное. Несколько раз об этом имени задавали вопросы в телевизионной игре Jeopardy![10], ссылаясь как на фильм, так и на мой роман. Это имя настолько распространено, что, когда я услышал его вчера вечером в эпизоде шпионского сериала по телевизору, мне понадобилось немного времени, чтобы вспомнить, какое отношение оно имеет ко мне.

Итак, когда Нат Сегалофф рассказал мне о своем плане написать книгу о феномене Рэмбо, я был в восторге. Мы с ним впервые пересеклись, когда он брал у меня интервью для своей книги Stirling Silliphant: The Fingers of God. Как вы узнаете, сценарии Стирлинга к телесериалу 1960–1964 годов «Шоссе 66» (о двух молодых людях, путешествующих по Соединенным Штатам в кабриолете «Корвет» в поисках Америки и себя) побудили меня стать писателем. В конце концов, мы со Стирлингом стали близкими друзьями и вместе работали над мини-сериалом на канале NBC 1989 года по моему роману «Братство Розы». Нат, в свою очередь, работал со Стирлингом в качестве пресс-атташе для невероятно успешного фильма-катастрофы 1974 года «Вздымающийся ад», сценарий к которому Стирлинг написал сам. Спустя годы Нат брал у него интервью и написал основополагающую книгу Stirling Silliphant: The Fingers of God. Мы поделились множеством историй о нем. Нат также писал о кино для Boston Herald и преподавал в Бостонском университете и Бостонском колледже. Среди других его книг – исследования таких киноикон, как Артур Пенн, Уильям Фридкин и Джон Милиус, а также истории таких фильмов, как «Лицо со шрамом» (обе версии), «Изгоняющий дьявола» (все версии) и «Вздымающийся ад». У Ната есть талант к глубоким исследованиям, и он обнаружил информацию о фильмах о Рэмбо, которая меня удивила. Хотя я не писал сценариев ни к одному из них, у меня были тесные отношения с Carolco Pictures[11], компанией, выпустившей первые три фильма о Рэмбо. За эти годы у нас с Сильвестром Сталлоне было много продолжительных бесед о персонаже и фильмах. У меня также были содержательные беседы с Ричардом Кренной, коллегой Слая по фильму, и с Эндрю Вайной, одним из двух соучредителей Carolco. Всякий раз, когда я был в Лос-Анджелесе, Эндрю всегда радушно принимал меня в своем офисе. Иногда мы болтали по полчаса – целая вечность для мегапродюсера. Он даже отвез меня к себе домой в Беверли-Хиллз и познакомил со своей семьей. Таким образом, я мог предоставить Нату информацию для этой книги, которая иначе была бы недоступна.

Поклонники Рэмбо найдут здесь массу информации – например, о необычном происхождении имени Рэмбо и о реальной модели, которую я использовал для персонажа, – но и любители популярной культуры и истории кино тоже найдут много интересного. Десятилетняя эволюция моего романа в первый фильм о Рэмбо была одним из самых длительных и сложных процессов в истории Голливуда, что само по себе драма. Сложности продолжались. По мере того как менялась Америка, менялся и Рэмбо. Существует как минимум четыре его версии. Рэмбо в моем романе отличается от Рэмбо в первом фильме. Второй и третий снова интерпретируют персонажа по-разному. В четвертом фильме персонаж возвращается к Рэмбо из моего романа. В пятом фильме он снова становится кем-то другим. Как говорится в песне из первого фильма, это был долгий путь – более полувека прошло с тех пор, как травматические события 1968 года побудили меня написать следующее предложение: «Его звали Рэмбо, и он был с виду вполне обыкновенным парнем». От романа до многочисленных экранизаций, мультсериала, видеоигр, ланч-боксов, игрушек, предметов коллекционирования, внебродвейской пьесы, словарей, президентских молитв и многого другого – Нат Сегалофф подробно описывает этот путь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Новеллизация – создание художественной книги на основе сценария фильма, сериала или другого медиапроизведения. – Прим. пер.

Вернуться

2

ПТСР – посттравматическое стрессовое расстройство, тяжелое психическое состояние, возникающее после переживания травмирующих событий. – Прим. пер.

Вернуться

3

День поминовения – национальный день памяти США, отмечаемый ежегодно в последний понедельник мая. Он посвящен памяти американских военнослужащих, погибших во всех войнах и вооруженных конфликтах, в которых США когда-либо принимали участие. – Прим. науч. ред.

Вернуться

4

Рейтинг R (Restricted) – это возрастной рейтинг MPAA (США), указывающий, что фильм содержит материалы для взрослых. Лица, не достигшие 17-летнего возраста, допускаются на фильм только в сопровождении одного из родителей либо законного представителя.

Вернуться

5

Американское утреннее ежедневное телешоу. – Прим. пер.

Вернуться

6

«Ночное шоу».

Вернуться

7

Джон Симмонс Барт (1930–2024) – американский писатель-постмодернист, педагог, один из основоположников «школы черного юмора» (наряду с К. Воннегутом, Д. Бартельмом, Д. Хеллером и Т. Пинчоном). Лауреат Национальной книжной премии (1972). – Прим. науч. ред.

Вернуться

8

Первое широкомасштабное наступление коммунистических сил во время войны во Вьетнаме в 1968 году. – Прим. пер.

Вернуться

9

Дядя Сэм (Uncle Sam) – национальное олицетворение США, изображаемое как пожилой белый мужчина с бородкой, в цилиндре и фраке цветов американского флага. – Прим. науч. ред.

Вернуться

10

Американская телевизионная игра-викторина. – Прим. пер.

Вернуться

11

Независимая американская кинокомпания. – Прим. пер.

Вернуться