# Анкнит. Свет или Тьма.

Cd Pong

Анкнит вновь взывает к людям. Сфера, веками хранившая баланс Света и Тьмы, разрушена. Древние сущности вырвались на свободу, и их выбор пал на живых. Тар поглощён мраком, Резона несёт чужую скверну, а Анисина — сновидица с необычным именем и двумя жизнями — становится последней надеждой.

В мире, где память оживает, а реальность стирается, доверять нельзя даже себе. Анисина учится управлять силой снов, смешивать зелья из воспоминаний и открывать сердце Аксису, чья вечность вдруг обрела смысл. Но чем ближе разгадка, тем выше цена.

Чтобы спасти мир, нужно найти Первый Нит. Путь к нему пролегает через горы страха, испытания дружбы и выбор, способный расколоть душу. Свет и Тьма больше не враги — они части одного целого. Только приняв обе свои стороны, можно удержать Анкнит от распада.

Вторая книга серии — история о том, как боль учит дышать, а любовь сильнее забвения. Когда память стирает всё, остаётся только выбор.

## ПРОЛОГ


Любая уважающая себя сказка знает: «жили они долго и счастливо» это не конец. Это лишь передышка перед тем, как мир снова решит проверить героев на прочность.

Вдохните глубже. Новая глава начинается там, где другие заканчиваются.

Но помните, не все сны рассеиваются с рассветом. Особенно если ты забыл проснуться.


Я очнулась посреди просторной пещеры. Я это поняла каким‑то неведомым мне доселе шестым чувством, потому что зрения я была лишена.

Меня окружала кромешная тьма. Ни клочка света. Тьма такая чёрная и густая, что казалось, её можно потрогать, пропустить меж пальцев, ощутить её липкое прикосновение.

Я поднялась с пола, на котором до этого полулежала, озираясь, прислушалась…

— Кажется, голоса? — произнесла я во мрак. — Приближаются…

«Но где я? И почему мне кажется, что я должна быть тут?»

Из‑под земли раздался приглушённый то ли стон, то ли гул, и я ощутила это… Вибрация пробежала по окружающим меня сводам, сверху посыпались мелкие камни. Я инстинктивно отползла назад. Довольно скоро я упёрлась спиной в стену пещеры, и, как только моя спина коснулась обжигающе холодной поверхности, подземные толчки прекратились, а дыхание земли затихло. А вот голоса, напротив, приблизились ещё ближе.

Спустя три удара сердца из‑за угла вышла женская фигура. Руки пришелицы светились мягким светом, рассеивая черноту. Я успела разглядеть стройную фигуру, затянутую в обтягивающие брюки и тунику, мелькнули синие пряди волос, когда девушка произнесла:

— Тар, сюда. Быстрее.

За её спиной возник внушительный мужской силуэт, и на свет появился лучник. Серебристые вставки на его кожаном доспехе бликовали в свете, испускаемом ладонями синеволосой спутницы.

— Я чувствую дыхание, — произнёс он низким, бархатным голосом.

— Я тоже. Смотри, — вскликнула девушка, направляя ладони в мою сторону.

От нестерпимо яркого света, особенно после непроглядной темени, я зажмурилась.

Тем временем синеволосая подбежала ближе.

— Привет! Я Резона. А ты у нас кто? — радостно затараторила она, но, заметив мои полные ужаса глаза, продолжила уже спокойнее: — Эй, не бойся. Мы хорошие. Честно‑честно. Это вот Тар, он у нас душка, хоть и хмурится.

Я рассмотрела мужчину. Высокий, сильный, с пронзительным взглядом синих глаз… Это завораживало.

Из ступора меня вывел очередной толчок из‑под земли. Снова на голову посыпалась каменная крошка.

— Где носит Аксиса? — пробубнил себе под нос громила.

Толчки под ногами становились всё сильнее и сильнее, пока не превратились в настоящее землетрясение. На ногах было не устоять, с потолка сыпалась уже не просто крошка, а приличные куски каменного свода.

Бах!

Рядом врезалась глыба размерами с диван.

— Тар, бери её и выводи. Иначе вход завалит, — скомандовала девушка.

— Нет, — ответил ей мужчина.

— Я сказала: бери её и уводи! Не стоит сейчас включать…

— Я. Сказал. Нет! — прикрикнул бугай.

Но их перепалку прервала особенно сильная волна вибрации. Парочка рухнула рядом со мной, не удержавшись на ногах.

И тут дальняя стена пещеры покрылась крупными трещинами. Из них пробивался синеватый свет. Ещё толчок, ещё и ещё — и стена посыпалась, являя нашему взору гигантскую сферу. Сразу стало понятно, что она и являлась источником этих сотрясений.

Сфера вращалась быстро‑быстро и менялась в размерах: становилась то больше, то меньше, потом скачком — сильно больше. Она разрасталась. Я всем телом вжалась в ледяную стену.

Всё вокруг рушилось, летали ошмётки стен и куски сводов, а в следующий миг всё прекратилось. Сфера утихла, перестала бешено вращаться, и я смогла рассмотреть её содержимое.

Внутри неё, словно энергии инь и ян, смешивались, сталкивались, сплетались и снова разделялись две едва очерченные фигуры: тёмная и светлая.

Синеволосая девушка встала и направилась к сфере.

— Резааа… Стой! — одёрнул её мужчина. Но девушка не отреагировала: заворожённо она всё ближе и ближе подбиралась к источнику небывалой силы и энергии. Её было невозможно не почувствовать, не ощутить. Волосы на руках вставали дыбом, а взгляд притягивался, словно мощнейшим магнитом, к этой хрустальной сфере.

Она увеличилась до нескольких метров в диаметре, и по её поверхности пробежала трещина. Я ощутила вселенский ужас. Не знаю почему, но так же, как поняла, что должна быть в этом месте, в это время, так же я всем своим существом знала, что сфера не должна разбиться.

Пока я пыталась вспомнить, как дышать, девушка протянула руку к светящейся поверхности. Мужчина — кажется, ему прилетело булыжником, по виску стекала алая струйка, — покачиваясь, двинулся за своей спутницей. Но в миг, когда он наконец коснулся её плеча, она дотронулась до сферы.

Кажется, я ослепла. Недавняя кромешная тьма сменилась ослепляющим светом. Вспышка длилась недолго, но глаза горели, из‑под век текло что‑то горячее, а в ушах звенело.

Когда свет померк, я разглядела, что сфера опала стеклянными осколками, а доселе кружащиеся внутри неё силуэты рванули в разные стороны. Прежде чем потерять сознание, я увидела, как тьма поглощает таинственную пару, а ко мне мчится светлый сгусток.


***


Темноволосая юная девушка, откашливаясь, поднялась с каменистого пола. Её длинные волосы были все в пыли и грязи, а чёрный плащ спутывался и мешал движениям. Она встала сперва на колени — голова слегка кружилась, — а после, придерживаясь за громадный валун рядом, выпрямилась в полный рост.

В голове шумело, мысли путались, не желая выстраиваться в чёткую цепочку.

— Где?.. Где я? И… кто я? — одними губами прошептала девушка, хмурясь.

Из раздумий её вывел грохот позади. Полутьму разрезал яркий луч света — солнечного света.

В образовавшемся проёме появилась мужская фигура в плаще. Мужчина легко и ловко спрыгнул с уступа на уступ и приблизился к сгорбившейся у стены девушке.

— Ты кто? — он явно не ожидал её встретить. Его ледяные голубые глаза внимательно изучали незнакомку.

— Не помню… — прохрипела она в ответ.

— Резона с Сагиттаром где? — не унимался мужчина. Его белоснежные волосы, казалось, слегка светились в полумраке.

— Не понимаю, о чём… Ты… — горло саднило, говорить удавалось с трудом, и девушка закашлялась.

Беловолосый прошествовал мимо нее и осмотрел пещеру.

Посреди внушительных размеров воронки, припорошённые пылью и грязью, мерцали хрустальные осколки. От них исходило быстро улетучивающееся тепло. Мужчина коснулся осколка и резко одёрнул руку.

— Проклятье! —выругался он и рывком оказался вплотную к девушке. Сжав её плечи, он потребовал:

— Отвечай! Кто ты? И где они? И что тут творится?

Девушка подняла взгляд разноцветных глаз и твёрдо ответила:

— Я… Не… Знаю… Ничего. Даже… кто… Я.


## Глава 1. Вместе на пороге.


Несколькими часами ранее…

Тёплый весенний день подходил к своему концу, перерастая в полусумрачный вечер, когда Марина зашла в широко и приветливо распахнутые двери подъезда. Игнорируя, сломавшийся окончательно ещё в прошлом месяце, лифт, она поднялась на верхний этаж своего старинного дома. Квартира досталась ей от бабушки, и девушка несказанно любила своё уютное гнёздышко. Почти год назад это гнёздышко наконец‑то стало не только её. Сердце сжалось на мгновение от щемящей нежности и тут же застучало быстро‑быстро.

«Алекс уже дома, это был бесконечный день!» — подумала Марина, открывая ключами дверь и принюхиваясь к аппетитным ароматам.

Быстро скинув туфли и нарочито громко хлопнув дверью, она крикнула:

— Я дома!

Из кухни вышел Алекс — Александр, высокий симпатичный мужчина с внимательным и тёплым взглядом.

— Вижу, — он улыбнулся и, в один шаг преодолев разделяющее их расстояние в прихожей, сжал девушку в крепких, но нежных объятиях.

Его пальцы пробежались вдоль позвоночника, посылая волну мурашек по телу девушки, и запутались в синих прядях. Волосы Марины отросли и синими были теперь лишь кончики. Взгляд синих глаз изучал каждую эмоцию на лице девушки, считывал малейшее напряжение. Только он мог вот так смотреть, заглядывая в самые потаенные уголки души. Марина не выдержала и встала на мысочки. Притянув мужчину за шею, она нежно коснулась его губ своими. В тот же миг по телу прокатилась волна тепла. Искорка на губах превратилась в приятное покалывание, отдавшее в кончики пальцев.

— Я скучал, — выдохнул он, не прерывая поцелуй. — Как же я скучал…

На кухне раздался сигнал таймера. Противный «делинь‑делинь» проносился по квартире, а влюблённые старательно его не замечали, потерявшись друг в друге.

Наконец Алекс отстранился, но тут же, перехватив Марину за руку, повёл её за собой на кухню. Он заглянул в духовку и, торжествующе улыбаясь, произнёс:

— Та‑дам! Ужин готов! Устала? — Он заметил вымученную улыбку любимой, как бы она не пыталась ее скрывать —, садись. Рассказывай.

— Зачем тут ноутбук? — невпопад ответила ему девушка, указывая на стоящий рядом аппарат, мирно сияющий экраном.

— Отчёт печатал. Не успел в СК. А Илюха, гад, ты не поверишь! На свидание опять сбежал! Прикинь! Илюха! Я всегда думал, он на работе жить готов, а как стал хранителем времени еще меньше стало, а оно вон как! Кажется, Лиза ему ох как запала, — рассказывал Алекс, расставляя приборы. — А я что, в конторе сидеть должен? — он усмехнулся. — Но отчёт… Это отчёт… Я почти закончил. Ты кушай, я сейчас — две минутки.

Алекс пододвинул к Марине что‑то довольно бесформенное, но с таким сногсшибательным запахом, что у девушки вмиг потекли слюнки. Сам же следователь (а именно им трудился наш герой) принялся стучать по клавишам.

Не прошло и пары минут, как тарелка Марины была чуть ли не вылизанной, а отчёт всё ещё печатался. Марина перевела взгляд серых, как грозовое небо, глаз с монитора на мужчину. Потом неторопливо поднялась, поставила грязную посуду в раковину и со спины обвила, ласково скользя теплыми ладонями, плечи возлюбленного.

— Заканчивай, — её дыхание коснулось щеки мужчины; следом, едва касаясь, Марина поцеловала его шею — ещё и ещё. Прокладывая влажную дорожку к ключице.

— Мариш, ну почти всё. Сейчас, — Алекс положил руку на её ладонь. — Ты меня так отвлекаешь.

— Я знаю… В этом и смысл. Алекс... Заканчивай, — снова щекочущий мочку уха поцелуй. — Я пять часов выслушивала от мамы, какой ты замечательный и как мне повезло. Мне срочно нужно убедиться!

— Ты как обычно… С огнём играешь, страж! — мужчина слегка обернулся, подставляя под сыпавшиеся поцелуи слегка шершавую щёку.

— Ммм… Начинаем игру в хранителя? — Марина потёрлась носом о пробивающуюся щетину, выдыхая обожаемый ею запах морозной хвои. — Сагитта‑а‑ар, заканчивай!

Александр резко захлопнул крышку ноутбука и, ловко извернувшись, перехватил инициативу. Взяв в тёплые ладони лицо девушки, он прошептал в губы:

— Купили?

— Что? — резко дёрнувшись, спросила Марина.

— Платье… — протянул Алекс, притягивая девушку к себе на колени. — Или что вы там ещё смотрели… Туфли?

— Ты откуда знаешь? — в голосе Марины прозвенело напряжение.

Но мужчина лишь хмыкнул, обнимая её только крепче, давая понять, что не одна она соскучилась.

— Мне Толя пожаловался, что сбежал от вас через двадцать минут.

— Этот нытик? Алекс! Может быть, вам, мужикам, всё равно, но я не каждый день замуж выхожу! И всё должно быть идеально! — сердито уперев ладони в грудь мужчины, Марина поджала губы, слегка нависая над ним.

Алекс же, словно Марина ничего и не весила, поднялся, держа её на руках.

— Ты идеальна. Остальное — ерунда. Я женюсь на тебе и в ночнушке. Оу… Кажется, так даже поинтереснее будет…

Крепко прижимая к груди девичий стан, мужчина направился в спальню, по пути накрывая её губы жадным, требовательным и совсем не невинным поцелуем. Пнув дверь ногой, он аккуратно развернулся и опустил Марину на постель.

— Что ты там говорила про моё совершенство? — улыбнулся он, лукаво и по‑собственнически разглядывая свою невесту. Провел кончиками пальцев от запястий к шее и наклонился намереваясь поцеловать снова, но остановился в нескольких миллиметрах, давая шанс ей самой преодолеть это расстояние.

Марина выгнулась навстречу теплым губам, как вдруг…

Лёгкий перезвон колокольчиков донёсся до их ушей.

В метре от постели возникла светящаяся арка — аккуратная, лёгкая, состоящая из пульсирующих лунным светом линий и символов.

— Серьёзно? Сейчас? — спросил Алекс, в недоумении хмурясь.

— Это не я… — брови Марины сдвинулись в копирующем жесте. — Это Анкнит… Зовёт.

— С чего бы? Мы же утром собирались туда идти, все вместе, с Ильей… Это не может подождать? — мужчина сел на кровать и не добро косился на арку.

— Эй, говорю, это не я! Надо идти! Что-то случилось, просто так портал не открывается. Давай, вставай. Закончим как вернемся или… найдем укромный уголок там, — Марина резко встала, хватаясь за руку мужчины.

Глубоко и обречённо вздохнув, тот поддался и последовал за своим стражем в удивительный мир — Анкнит.

## Глава 2. Новый страж.


Спустя несколько часов…

«Наконец‑то свободный выходной, и никаких походов по магазинам», — подумал Толя, плюхаясь в кресло за горячо любимым и обожаемым компьютером.

Это была его отрада, его, можно сказать, детище. С предвкушением юноша нажал кнопку «Пуск» и нацепил наушники.

Толя, младший брат Марины, заканчивал третий курс по специальности «кибербезопасность», но в данную минуту предпочитал не думать о предстоящей сессии или «свадьбе столетия» сестры, а просто окунуться в виртуальный мир игр.

Как же Толя завидовал иногда сестре и её приятелям — Илье и Алексу! Казалось бы, чем он хуже? Он ведь даже наследник крови династии стражей. Ну да, мужчина… Но что с того? Почему одним можно бегать между мирами, а другим даже заглянуть в приоткрытую дверь никак…

Пока процессор загружался, Толя вновь прокручивал подобные мысли в уме.

«Хорошо, я могу понять Алекса. Он был хранителем, пока валялся год в коме. И, видимо, так приглянулся Анкниту, что он и живого его призвал. Но Илья?! Какого вообще хрена? Почему не я? Этот зазнавшийся следак теперь только и делает, что язвит и подкалывает. Урод!»

На загрузившемся рабочем столе всплыло сообщение в мессенджере — приглашение друзей по сети присоединиться к игре.

Не раздумывая больше о своём обидном, жалком существовании лишь в роли брата стража Анкнита — иногда полезного, — юноша присоединился к игре.

Экран вспыхнул ярким интерфейсом, и привычный мир комнаты растворился в цифровом хаосе. Пальцы Толи забегали по клавиатуре, выбивая дробь, словно пулемётная очередь. В наушниках гремели взрывы, выкрики тиммейтов и нарастающий гул битвы.

— Так, тихо в эфире! — гаркнул Толя. Он был здесь главным. Здесь его слушали. Здесь его решения влияли на исход. — «Тень», займи позицию на вышке. «Призрак», не лезь на раш — тебя там снесут через секунду!

Он резко дёрнул мышью, прицеливаясь в мелькнувшую фигуру противника. Выстрел. Попал.

— Есть один! — выдохнул он, чувствуя знакомый прилив адреналина. — Они идут через туннель. Не тупите, зажмите их в клещи!

— Да куда ты прёшь, придурок! — взревел он, когда один из тиммейтов необдуманно выбежал на открытую местность и тут же рухнул. — Я же сказал: ждём сигнала! Ну всё, теперь из‑за тебя вся катка насмарку.

Толя сжал зубы.

— Ладно, забыли. Теперь играем на выживание. Я беру снайперку. Прикрывайте меня, пока я занимаю точку.

Он закупился, проверил патроны и рванул к центральной позиции. Сердце колотилось в ритме игрового таймера.

— Вижу двоих. Слева и справа, — палец замер на кнопке выстрела. — Сейчас будет красиво.

Флик. Первый враг упал. Мгновенная коррекция прицела. Флик. Второй.

— Хедшоты! — Толя даже подпрыгнул в кресле. — Кто там говорил, что я не тащу? А? Ну‑ка, повторите в чат!

Но торжество длилось недолго.

— Чёрт, они обошли со спины! — Толя лихорадочно пытался перезарядиться, но было поздно. Экран пошёл рябью, а затем вспыхнула надпись «GAME OVER».

Он резко сорвал наушники и швырнул их на стол.

И до его слуха донёсся перезвон — лёгкий, еле слышный, но непрекращающийся и очень знакомый.

Юноша медленно крутанулся на кресле.

— Охре‑е‑е‑неть! — только и смог произнести юный геймер.

Рядом с ним, неподалёку от незаселённой постели, испускало свет… Нет, не арка Марины… Это было нечто другое…

Это был мягко светящийся прямоугольник, полностью покрытый мерцающими пикселями.

Толя обошёл поразительное явление вокруг. Прямоугольник был абсолютно плоским и с обеих сторон идентичным. В высоту он не превышал двух метров, в ширину — не более одного.

— Ещё раз. О‑Х‑Р‑Е‑Н‑Е‑Т‑Ь. Я официально в шоке, — под нос себе пробубнил юноша.

Прямоугольник призывно издал импульс света, и перезвон чуть усилился.

«Набрать Маринку?» — подумал Толя, но в следующий миг, отмахнувшись от этой мысли, смело шагнул вперёд.

В мгновение перехода парень почувствовал лёгкое тепло, но оно быстро сменилось прохладой от ударившего в лицо порыва ветра.


***

Этан очутился посреди изумрудного поля. Трава имела такой причудливый оттенок, что сначала парень было подумал, что стоит по колено в воде. Ветер шевелил траву, и та колыхалась, словно волны.

Юноша огляделся. Поле было большим, почти огромным, справа виднелся лесной массив, а слева, на не большом возвышении, бликовали в свете закатного солнца крыши домов.

— Круууутттяяяяк… Кажись, Анкнит. Как Резона описывала, — парень резко захлопнул рот. От осознания, КАКИМ именно именем назвал сестру, его тело пробила дрожь предвкушения. Он ухмыльнулся и попробовал произнести своё имя:


— ЭТАН! Уииии!

Парнишка вскинул вверх сжатые в кулаки руки в победном жесте.

— Выкуси, Сагиттар! Накуси, Алетей! Урааааа! — радости парня не было предела. Но посетившая его следом мысль заставила успокоиться и поразмыслить.

«Я что, теперь страж? Хранителям порталы не являются… А страж всегда один… Что с Резоной?!» — Этан ещё раз заозирался и приметил на горизонте приближающуюся высокую тёмную фигуру в плаще: белоснежные волосы и алые полы плаща трепал ветер.

«Аксис!» — вмиг узнал Этан и практически вприпрыжку побежал к нему навстречу.

Приблизившись достаточно, чтобы разглядеть черты лица, Этан понял, что хранитель не в духе. Брови сведены к переносице, губы сжаты в тонкую линию, а ледяного цвета глаза полыхают, как два алмаза.

Позади мужчины плелась незнакомая девушка. Этан знал, как выглядят все хранители Анкнита — сестра не раз рисовала их в подробностях. Но эта юная особа ни разу не встречалась на тех рисунках.

Не доходя нескольких шагов до подозрительного «новичка», Аксис остановился и, скрестив руки на груди, спросил:

— Ты кто?

Этан неожиданно для себя самого растерялся и лишь восхищённо хлопал глазами.

— Ты… — только смог выдавить он, — ты… Аксис! Я так счастлив! Ты мой кумир! Вау! Это нереально! Резона с ума сойдёт, когда узнает! Ой! Да! Я Этан! Брат Резоны, — затараторил он, наконец опомнившись.

Беловолосый навигатор приподнял одну бровь.

— Этан? Но… — Аксис сделал два шага навстречу юноше и схватил его за плечо. Получилось скорее грубо, чем приветливо. — Хм… Страж… Ты знаешь, что с сестрой? — лицо хранителя стало ещё более озабоченным.

— Не-е-ет… — протянул Этан, высвобождаясь из хватки навигатора, не до конца понимая, к чему тот клонит. — Я видел её утром, они с мамой… Стоп. Я страж?

— Да, ты ощущаешься стражем, как Резона. Они с Таром были тут, недавно, но… Пропали. Думал, вернулись… Но теперь ты тут… Не к добру это всё. Ещё и эта свалилась на мою голову… — Аксис указал себе за спину на молчаливую девушку.

Этан выглянул из‑за спины хранителя в попытке разглядеть незнакомку. Длинные чёрные волосы, тёмная одежда, плащ почти как у Аксиса, но целиком чёрный, без светящейся красной подкладки. А глаза… Этан отвесил челюсть: глаза девушки были разного цвета. Один — карий, почти чёрный. А второй — ярко‑зелёный.

— Так… Скоро стемнеет, и погода портится. Идём в город, — поежившись от налетевшего порыва ветра, скомандовал беловолосый и, резко развернувшись, направился в сторону, туда где виднелись крыши.

Шли они недолго, но молча. Этан держался слегка позади Аксиса, поравнявшись с разноглазой красавицей. Девушка действительно была привлекательной, и даже её отстранённость и лёгкая задумчивость не портили впечатления.

— Я — Этан, — представился парень, искоса взглянув на девушку.

Та же осмотрела юношу очень внимательно, но не ответила. Пробежавшись взглядом по его лицу, она вновь отвернулась, чем вызвала вздох разочарования юного стража.

## Глава 3. Голос Анкнита.


Этан не переставая крутил головой. Всё вокруг он знал, всё видел на многочисленных рисунках сестры. Но как же было волнующе самому лицезреть эти окна, как мыльные пузыри, эти причудливые двери, эту брусчатку под ногами с пробивающейся изумрудной травой, этот потрясающей красоты фонтан на главной площади… Этан знал: именно тут выходит из арки Резона.

«А мой чекпойнт, видимо, — поле… И всё же, где Реза?» — размышлял молодой страж.

— Нам сюда, — одёрнул спутников Аксис, указывая на неприметную дверь из тёмного дерева.

У Этана всё сжалось внутри. Знаменитый штаб хранителей. Он так мечтал сюда заглянуть хоть одним глазком. И вот! Он тут, сам, во плоти, так сказать.

Зайдя в просторный холл с витой лестницей, юноша присвистнул. За что был вознаграждён долгим и внимательным взглядом блондина.

— Реагируешь, как сестра. Вы похожи. Очень, — наконец промолвил Аксис и отворил высокие резные двери. — Проходите. Присаживайтесь. Решим, что мне с вами делать.

Этан хотел разглядеть всё и сразу: и диван, и камин, и знаменитые окна, состоящие из мириадов осколков.

Совершив очередной оборот вокруг оси, он остановил взгляд на тихо вошедшей девушке. Снова поразившись её красоте и необычности, юноша решился подойти.

Та же, оторвав взгляд разноцветных глаз от созерцания собственных сапог, взмахнула длинными ресницами и, улыбнувшись одними уголками губ, растворилась в воздухе.

Этан, впрочем, как и Аксис, замер в недоумении.

— Это что? Куда? — вырвалось у юноши.

Аксис устало потёр переносицу и подошёл к тому месту, где только что стояла незнакомка. Вместо неё в воздухе завис маленький вихрь, словно молочный смерч. Навигатор протянул руку, желая коснуться неизведанного явления. Но его ладонь упёрлась в невидимую преграду — словно в стеклянную стену.

Навигатор склонил голову к плечу, задумавшись… А затем, хмыкнув и одновременно подмигнув Этану, бросил короткое:

— Ну что ж, — пожал плечами и первым плюхнулся на диван, потягиваясь и поудобнее устраиваясь. — Чего замер? Садись.

Этан уселся в предложенное кресло и ни мигая уставился на хранителя.

— Кажись, ты в полном шоке? Даже я не все понимаю…с этой…разноглазкой… А уж у тебя наверняка миллион вопросов. Слушаю. Но! — он поднял указательный палец. — Сначала расскажи, как тут оказался.

Этан в подробностях рассказал, не забыв в очередной раз упомянуть, как нереально рад встрече с Аксисом. У парня уже щеки болели от никак не желающей сползать улыбки.

— Я всё знаю про ваши приключения, Резона мне всё-всё рассказывает. Ну… Наверное… Я так рад, что теперь и сам могу тут быть.

Беловолосый поднял руку в останавливающем жесте. И, помолчав пару мгновений, произнёс задумчиво:

— То есть тебя Анкнит призвал? Не сам ты вызвал портал?

— Я даже не знаю, как это делать, обернулся, а там это. И звенит. Круть. А что?

— Резона истощалась первое время, когда сама переходила, а не по зову. Вот прикидываю, сколько у нас времени.

— Да‑да, знаю. Не, это не я. Но, надеюсь, смогу когда-нибудь, как она. Ой, мне же надо нит найти? Так ведь происходит, когда Анкнит призывает?

Аксис ответил не сразу, глубоко задумавшись. И, издав протяжный то ли вздох, то ли стон, наконец изрёк:

— Не в этот раз. Я не чувствую нит. Ты здесь по другой причине… И эта причина меня тревожит, если честно. Особенно учитывая, что я понятия не имею, что вообще происходит… Тар с Резой пропадают, вместо них эта…не помнит ничего... — он, указав на непрерывно вращающийся бело-жемчужный смерч, и, немного помолчав, дополнил: — Когда ты говоришь видел сестру?

Этан задумался.

— Утром. Они с мамой хотели потащить меня за покупками… Свадьба века… Сам понимаешь… Еле отмазался. Она мне не звонила…Они с Таром…ну обнимашки там всякие, беее…как сиамские близнецы… каждую свободную минутку. Думаешь случилось что?

Аксис глубоко вздохнул и ладонями провёл по лицу, стирая усталость.

— Может, и ерунда и зря беспокоюсь… Но… Они были тут. До тебя. Ходили проверить одно место. Понимаешь… После всего, что тут устроил пыльный колдун…, были последствия.

— Резона не говорила… я бы запомнил, — задумался парнишка.

— Она вряд ли сама заметила… Это что‑то… Как бы сказать… Внутри Анкнита, словно мы ударили по стеклу, и теперь трещины расползаются в стороны сами по себе. Всё больше и больше, нанося ущерб. Я это… Больше чувствую, чем знаю. Резона, и Тар, и тем более Алетей тут бывают набегами… Не могут почувствовать это в полную силу. Но что-то происходит. И это все связано… — Немного помолчав, хранитель продолжил — А знаешь что? Можем сходить к Мнеме… Она будет рада… Как минимум.

— К бабушке? — оживился юноша. — Но темно же?

— Пфф… Этан… Этан… Ты ж со мной. А я ведаю всеми путями и тропами, — навигатор самодовольно передёрнул плечами. — Если я чего‑то не ведаю… Этого просто нет.

— Ага. Сказал тот, кто только что признался, что ни хрена не понимает, где моя сестра и что это за красотка, — Этан махнул в сторону всё ещё вращающегося молочного, а точнее жемчужного водоворота. — Кстати о ней. Ты это вот так и оставишь?

Аксис пожал плечами и небрежно бросил, отмахиваясь:

— Да пусть болтается. Беды ж не делает, и ладно. А там глядишь, и раскроем тайну появления этой разноглазой мадмуазель. И так? Идём? Ветер стих. Ночь звёздная, проведу тебе экскурсию, о юный страж!

Аксис деланно поклонился, на что Этан, насупившись, протопал мимо него к входной двери, по пути словно бы случайно задев плечо хранителя.

Конечно же парнишке хотелось увидеть своими глазами всё, всё и всё. Особенно интриговала мысль, что их путь пройдет через Лес Идей с его сферками‑идеями. Любимое место сестры во всем Анкните.

Наши герои прошли по брусчатой мостовой, попетляли улочками и вышли на открытую местность — небольшой холм, склоны которого густо поросли изумрудной травой. В свете звёзд травинки бликовали и создавали причудливый ковёр: он словно дышал, перетекал и шевелился под мягкими прикосновениями ветра. Вдали, как Этан и приметил ранее, за полем виднелся величественный лес.

Подойдя к первым деревьям, страж замер. Огромные, высоченные деревья переплетались кронами, создавая свод над головами путников. Тонкие листочки с золотистыми прожилками шуршали далеко наверху, а к Этану уже спускались маленькие золотые светлячки‑идеи.

— Вааааауууу! — только и смог произнести юноша.

А Аксис в очередной раз поразился, как младший брат похож на Резону.

— Идём. Они тебе успеют надоесть. Прилипалы ещё те. И смотри, не позволяй им садиться на себя, особенно на голову. А то понаберёшься всякого… Не факт, что нужного.

Этан тут же быстро замахал над головой руками, чем вызвал кривую улыбку хранителя.

Спустя час они подошли к опушке. И, как когда‑то Скерцо указал направление Резоне, Аксис обозначил Этану направление и пропустил вперёд.

Парень был ошеломлён. Если лес идей казался ему величественным, то дерево, что высилось посреди поляны, было просто исполинским.

Огромные корни петлями вырывались из земли и снова вгрызались в неё, ствол пронизывал внутренний свет, а на ветвях тут и там вспыхивали, горели и гасли сферы‑воспоминания.

— Неужели я не ошиблась в своих чувствах? Этан, мой мальчик, это правда ты?

С одной из веток, грациозно приземлившись, спрыгнула эффектная женщина. Её золотой наряд подчёркивал стройную фигуру, а глаза излучали тепло.

— М‑н‑е‑м‑а… — произнёс с придыханием юноша и бросился навстречу. — Какая ты… Вау!

умбра


Мнема крепко обняла внука. Создав иллюзию, она отстранилась в уже привычном ему образе — любимой бабушки Нины.

— Так будет лучше на первое время. Согласен?

— Ой, всё равно. Это ты! Невероятно. Резона мне говорила, рисовала. Но видеть самому! Вау! — парнишка чуть ли не прыгал на месте от восхищения. Сегодня однозначно был самый лучший день в его жизни. И пусть это окажется лишь сном или наваждением, он таковым всё равно останется.

— Как так получилось, что ты здесь, мой милый мальчик? — Мнема разглядывала парня как экспонат. Взяла за руку, подержала. Потрепала по щеке. — Ох, Анкнит… Удивительный мир. Сотни лет принимаешь что‑то за правило, а он… ХЛОП! — она звонко щёлкнула пальцами. — И меняет их под себя. Перестраивает, перекраивает…

Тут Этана будто бы что‑то ощутимо дёрнуло вперёд. Словно невидимая нить коснулась сердца, обвила его и потянула — не сильно, но настойчиво.

Аксис с выражением крайнего волнения на лице приблизился к ним.

— Что… Это?.. — одними губами выдохнул Этан.

— Нит, — хором ответили хранители.

— Точнее, воспоминание… Но что‑то не так, — продолжила мысль Мнема.

А в следующее мгновение она крепко сжала руку Аксиса и отвела его подальше от древа. Этан же, как заворожённый, смотрел туда, куда нить воспоминания его тянула — на землю, меж корней древа‑исполина.

— Это опасно? — уточнил навигатор у Мнемы. — Выглядит не как всегда… Мне начинать беспокоиться ещё и об этом?

Хранительница мягко похлопала его по руке и успокоила:

— Необычно, но не опасно. Гляди! Ого!

Корни у самого основания ствола расходились в стороны, освобождая узкий лаз, и из темноты показалось едва заметное свечение.

Этан встал на колени, повинуясь внутреннему зову нита, и протянул в черноту руку. Миг — и на его ладони лежит сфера.

Но таких сфер ни Аксис, ни даже Мнема ранее не видели. Она была похожа на очень крупную, размером с виноградину, чёрную жемчужину.

Мнема подошла и заглянула со спины на ладонь стража.

— Это корневое воспоминание… Я знаю это. Но никогда не видела его раньше. Это память самого мира Анкнит — основополагающая часть мозаики его мироздания. Хм… Кому, как не тебе, было суждено познать эту мудрость, Этан, — Мнема ласково улыбнулась и помогла внуку встать. — Я знаю, ты разберёшься. А сейчас прощай и… Возвращайся с ответами, родной.


***


Силуэт юноши подернулся рябью, и вскоре его поражённый взгляд был направлен не на ободряющую улыбку хранительницы древа, а на постер с полуобнажённой девицей, прильнувшей к дорогому авто.

«Тьфу, ну и контрасты», — подумал Толя и взглянул на жемчужину, крепко зажатую в ладони.

— Так вот как это бывает. Маринка охренеет, когда я ей расскажу. Но… сначала сам попробую. Ну ее! Справлюсь!

Юноша так и эдак вертел сферу, сжимал крепче, надавливал… И… Ничего. Спустя полчаса бесполезных попыток, не приблизивших его к разгадке, он всё же набрал номер сестры.

«Вечер… Они небось с Алексом… того… Фу… Даже думать не хочу… Бееее… Гадость… Ну вот. Подумал… Сейчас вырвет».

Гудок, второй, третий… Пятьдесят шестой… Ответа нет.

Толя набрал Алекса — аналогично.

«Может, так заняты друг другом, что не слышат?» — размышлял юноша, но какая‑то, ещё не оформившаяся в полноценное чувство, мысль начала царапаться внутри.

«А что если?..»

Парень твёрдо набрал Илью. Тот ответил почти сразу и очень радостно сказал в трубку:

— Привет, Толь. Ты не вовремя… Я тут…

На фоне слышались звуки музыки и женский смех.

Толя без промедления оборвал на полуслове Илью:

— Я был в Анкните, принёс воспоминание. Надо встретиться. Сейчас. У меня.

И Толя нажал отбой. Противная мыслишка скреблась всё сильнее.

«А что если?..»

## Глава 4. Взгляд ледяных глаз.


Темнота… Покой… Тишина… Лёгкость во всём теле…

И вот я размыкаю тяжёлые веки. Взмах ресниц, ещё один — и комната приобретает очертания.

Это всё та же гостиная, куда меня привёл беловолосый мужчина.

«Не думай о нём, он лишь средство», — пронёсся в голове таинственный голос.

Я знаю, что тут гостья, в этом мире. И знаю, что не принадлежу ему. Моё тело где‑то там… Но где? Я не помню. Ничего не помню, даже имени своего.

«Не мучай себя, всё равно не получится. Это из‑за меня. Прости. Ты мой сосуд, я — твой проводник», — прозвучало снова.

Я медленно обвожу цепким взглядом помещение. У камина в кресле, закинув одну ногу на подлокотник, непринужденно раскинувшись сидит тот мужчина. Он читает книгу. Я вижу его вполоборота: вижу жёстко очерченную линию носа, от огня на него падают сиреневые блики. Вижу, как подрагивают чёрные ресницы, а взгляд сосредоточенно скользит по строчкам.

Его волосы кажутся ненастоящими — такими они белоснежно‑белые. К ним хочется прикоснуться, пропустить пряди сквозь пальцы. Наверняка они нежнее шёлка. Мой взгляд скользит по высоким, чётким, аристократичным скулам мужчины. Спускается к подбородку, чуть заострённому, с едва заметной ямочкой, и задерживается на губах.

Они слегка полноватые, кажутся не менее мягкими, чем его волосы… Один уголок губ приподнимается, и, не оборачиваясь, мужчина произносит:

— Нравится?

Я не успеваю оценить обстановку и отвечаю:

— Что?

— То, что видишь? — Он наконец закрывает книгу и ловко, по‑кошачьи, встаёт с кресла. Движения его тела плавные, отточенные, полные непринуждённой грации. Не глядя кинув книгу обратно в кресло, он подходит ко мне. Шаг лёгкий, бесшумный, а на губах играет лукавая улыбка.

На нем белоснежная, как и его волосы, рубашка, с небрежно закатанными рукавами, открывающими изящные запястья. Руки у него действительно безупречные: длинные пальцы с ухоженными ногтями, тонкие линии вен под светлой кожей.

— Я не понимаю тебя, — почти лепечу я.

— Смешная… — протягивает он и подносит руку к моему лицу. Пальцы замирают в паре сантиметров от щеки — дразняще близко, но не касаясь. Взгляд его прозрачно‑голубых, почти серебристых, ледяных глаз наконец встречается с моим. В них пляшет смешинка, но за ней угадывается острый ум, расчёт и какая‑то древняя, почти пугающая мудрость. Он словно видит меня насквозь, и это одновременно завораживает и пугает.

Я резко перехватываю его запястье и с силой (надеюсь, ему больно) выкручиваю его. Мужчина же шустро освобождается от моей хватки и примирительно вскидывает ладони.

— Воу. Я понял. Понял. Смотреть можно — трогать нельзя. Я — Аксис.

Он вопросительно смотрит мне прямо в глаза, неотрывно, долго…

— Ты говорил. Я помню, — отвечаю я тихо и тоже не отвожу взгляд.

У него такой необычный цвет глаз. Они голубые, но… Очень светлые и сверкают. Как два кристаллика льда. И…запах…от мужчины пахнет какой-то необъяснимой свежестью как после грозы или… как в снежной пустыне…

«Откуда мне знать как пахнет снег? И почему я решила что он вообще пахнет?»

— Когда люди знакомятся, они обмениваются своими именами. Я тебе своё сказал, — говорит он. Речь его небрежная, словно он вот так каждый день болтает с незнакомцами в своём доме.

— Я не помню своего имени, — всё же удосуживаю его ответом.

— Никто не помнит своего имени в Анкните. Но… Попробуй произнести его. Попробуй назваться вслух. Спорим, что‑то да получится?

Я хмурюсь. Он точно ненормальный. Как можно назвать то, чего не помнишь? Но этот Аксис так уверен, что я поддаюсь.

— Анисина, — произношу я и не верю собственному голосу.

Губы мужчины еще шире растягиваются в хитрой улыбке, и я вновь допускаю ошибку — перевожу взгляд на его губы. Вижу, как уголки ползут всё выше, губы размыкаются, а я, как заворожённая, все смотрю и смотрю…

И тут он стремительно приближает своё лицо к моему и кончиком носа чуть не касается моего. Я наконец поднимаю взгляд и замечаю, как его ледяные глаза словно вспыхивают, это наверняка свет от камина или из окна. Но теперь я не могу оторвать взгляд от его глаз, как секунду назад не могла от губ.

— Хм… Тебе определенно нравится, — сказал он, опаляя своим дыханием, так тихо, что я скорее догадалась о смысле слов, чем их услышала.

Один удар сердца, и мужчина уже у камина. Он подкидывает полено, затем ещё одно, и чуть подумав, добавляет третье. Фиолетовое пламя взвивается вверх, наполняя помещение уютным теплом.

«Не верь ему… Никому не верь…» — проносится наставление у меня в голове.

— Ну раз мы познакомились… Ани?.. Или Сина?

Я перебиваю его:

— Анисина!

— Хорошо‑хорошо. Анисина, так Анисина. Раз уж мы познакомились, не расскажешь ли мне, что за смерч тут крутился несколько дней, пока тебя не было? Мммм?


Девушка не произнесла ни слова, а только лишь изучающе смотрела на Аксиса.

— Ну же, таинственная незнакомка, подойди. Я не кусаюсь. И даже ядом не плююсь. Ответь на мои вопросы, а я отвечу на твои. Если таковые имеются.

Хранитель сел прямо там, где стоял, — около камина, на пушистый ковёр.

Анисина, прикинув что‑то в уме, сделала два шага навстречу и замерла, созерцая сверху собеседника.

— Ну что ты создаёшь проблемы там, где их нет? Садись, — Аксис жестом предложил присесть рядом. — Шея затечёт, пока буду глазеть на тебя снизу вверх.

Анисина сузила разноцветные глаза в две щёлки, снова прислушиваясь к внутреннему голосу. Но, приняв решение, аккуратно опустилась на длинный ворс ковра. Пальцы её мигом утонули в этой неуместной мягкости, и девушка, не удержавшись, сжала пряди, а следом погладила ворсинки.

Аксис внимательно следил за её движениями, не отпуская со своего лица хитрую полуулыбку. Казалось, он заранее знал, что она именно так поступит, и сейчас удовлетворенно созерцал.

— Итак, — начал он. — Ты не хранитель… Ты не страж… И ты тем более не книт. Так кто же ты? Мне нужно тебя опасаться? Несёшь ли ты угрозу Анкниту или, возможно, лично мне? — Блондин подмигнул.

— Я не собираюсь отвечать мужчине. В особенности такому странному, — ответила ему незнакомка.

— А что не так с моей мужественностью? — неподдельно удивился навигатор. Такого оправдания нежеланию общаться ему никогда ранее не доводилось слышать. Он осмотрел себя и вопросительно поднял взгляд.

— Все мужчины двуличны, — было ему коротким ответом.

— Ты умеешь удивлять. Слушай. Если тебе нужна помощь или ответы, сейчас здесь только я. И на улице ночь. Я только что вернулся от Мнемы, и снова тащиться туда, чтобы ваше высочество смогло пообщаться с себе подобными по полу, я совершенно не намерен. Поэтому мы либо находим пути к взаимопониманию, либо я пошёл читать дальше. Книга преинтереснейшая, представляешь? Автор уже четвёртый раз финал переписывает. Ну что ты на меня так смотришь? — Девушка немигающе смотрела, как Аксис тянется к креслу за книгой, как берёт её в руки и перелистывает. На её лице не сменилось ни одной эмоции. — Ау‑у‑у… Красавица, ты где витаешь?

— Мнема — это кто? — Взгляд девушки наконец сфокусировался на глазах беловолосого.

— Что? Мнема? — Аксис несколько раз моргнул, прежде чем ответить. Незнакомая гостья выбивала его из привычной колеи, а он‑то думал, что это не под силу никому. Выходит, ошибался.

— Мнема — одна из хранителей, — наконец начал он объяснять. — А точнее, хранительница древа памяти мира Анкнит. Когда‑то давно в прошлом она была стражем… Потом был Пыльный колдун…

Девушка неожиданно округлила глаза и, слегка повысив голос, спросила:

— Стой! Страж? Мне нужен страж! Женщина!

— О‑о‑о… Как всё запущено… Тебя что, бросил кто‑то недавно? Ты чего на мужиков‑то ополчилась? Ладно, я… Согласен, могу показаться странным. Я от одиночества с ума уже схожу. Особенно после того, как Сагиттар сделал предложение Резоне, — они та‑а‑ак редко стали приходить! А Умбра с Мнемой! Думаешь, суперские собеседники? Да я даже безумно тоскую без этой треклятой скрипки Скерцо! Замучила меня тишина! Прости. Ты что‑то спросила? Меня унесло немного в сторону.

Аксис, поглощённый своими переживаниями, не сразу заметил, как менялось лицо девушки. На нём сменялись море эмоций — и всё сразу, друг за другом: и радость, и сочувствие, и надежда, и облегчение, и страх. Сейчас же брови Анисины были сведены к переносице, и взгляд снова расфокусировался.

Аксис помахал ладонью у неё перед распахнутыми глазами.

— Анисина? Ау… Я настолько не подхожу как собеседник?

Девушка перевела на него взгляд.

— Прости. Объясни мне, кто все те люди, что ты сейчас перечислял.

Аксис наклонился чуть ближе и растянул губы в улыбке, на этот раз радостной и по‑настоящему искренней.

— Давай начну с вводной лекции? — Девушка смерила его сидящую фигуру взглядом, но коротко кивнула. — Мы сейчас с тобой находимся в «штабе хранителей», в мире Анкнит. Мир памяти.

Навигатор сделал паузу и, отметив внимательный и не испуганный взгляд собеседницы, продолжил:

— Хранителей всегда пятеро и один страж. По крайней мере, так было до недавнего времени, но об этом чуть позже. Когда я умер и попал в Анкнит…

Девушка вздрогнула и прервала повествование:

— В смысле — умер?

— Все хранители — души странницы. Люди, кому они принадлежали, находятся на грани между мирами. Ну… Как призраки с незаконченными делами. Держит нас тут что‑то. Кстати, кома тоже подходит — не только смерть. Но страж всегда живой, и, да, всегда женщина… Опять же до недавнего времени… Я продолжу?


Мужчина дождался убедительного кивка и возобновил свой рассказ:

— Когда я умер, тут уже было двое хранителей: Мнема и Умбра. Вскоре появились Скерцо и Сагиттар. Сагиттар, как раз, в реальности был в коме, а тут стал лучником. Скерцо был скрипачом.

— Прости, я немного не поняла… Ты сказал — всегда пять. А когда ты появился тут, был третьим. А где предыдущие хранители? — вновь прервала его Анисина.

— Их уничтожил Пыльный колдун. Одна Умбра осталась. Она тут с незапамятных времён. Хранит склад нитов. Не знаю, сколько ей лет… Даже представить страшно. Мнема же была стражем, но и её Пыльный колдун лишил жизни, и она осталась тут уже в качестве хранителя. Ой! Если я тебе и эту историю буду рассказывать, совсем запутаю. Давай в другой раз. Я только рад поболтать… Совсем одичал…

— Хорошо, в другой раз, — коротко кивнула Анисина, и её губы изобразили подобие мимолётной улыбки. Этот странный мужчина всё же ей определённо был симпатичен, несмотря на предупреждения внутреннего голоса.

— Мы отвлеклись… В Анкните время течёт по‑другому, нежели в реальном мире. Там день — у нас десять. Поэтому со дня смерти Мнемы как стража прошло тринадцать лет, у нас же… Считай сама. И только год назад — а в Анкните прошло десять лет — явился новый страж: Резона, внучка Мнемы.

Анкнит разрушал Пыльный колдун, и мы все вместе успешно боролись с этим. Резона лишила его сил, попутно освободила Скерцо, и тот продолжил свой путь… Не знаю куда. Вернула к жизни Сагиттара — тот вот как раз в коме был. Закрутила с ним роман, и скоро у них свадьба…

— Но после этого вас осталось опять трое хранителей, — вновь вклинилась Анисина.

— Да! И тут Анкнит начал чудить. Не понимаю как… Но даже Умбра не знает: мир призвал в качестве хранителей живых людей! Сагиттар вернулся, и его друг из реального мира — Алетей. Они вместе с Резоной приходят. Сами не могут. Портал открывается, слава небесам, по‑прежнему только стражу.

Аксиса внезапно посетила догадка:

— Да! Кстати! Ты же наверняка видела Резону и Тара. Он — здоровяк с огромным луком и вечно бурчит. А у Резы синие волосы, и она милаха. Они спустились в ту пещеру, где я тебя нашёл. Потом — грохот, взрыв, всё обвалилось. Как расчистил проход… Их нет, но есть ты.


— А почему они вообще туда пошли? — Анисина снова выглядела отстранённой.

— Были подземные толчки из той зоны, — навигатор подтянул к себе планшет и показал девушке карту. — Вот тут. Мы пошли проверить, разошлись… И больше я их не видел. Что‑то происходит с миром. Вроде бы всё в порядке… Но тот урон, что был нанесён… Будто бы пробудил что‑то ещё более страшное.

Услышав эти слова, разноглазка словно воодушевилась и заёрзала на месте, сама не заметив, что пододвинулась ближе к собеседнику.

— Ты заметил?! Я надеялась, что кто‑то заметил. Что что‑то происходит. Что‑то плохое. Я… Я… — Казалось, внутри девушки происходит борьба. — Я не угроза. Точно. Не могу всего сказать. Многое вообще не помню… Но я тут, чтобы помочь стражу. Как её найти?

Навигатор глубоко и протяжно вздохнул.

— А вот с этим проблемы. После того как они с Таром исчезли из пещеры… Я их больше не видел, и более того… Тот парнишка на поле… Помнишь? Это Этан, брат Резоны и… Кажется, новый страж. Он открыл портал, он взял корневое воспоминание — оно его призвало. Так что насчёт Резоны я боюсь предполагать. Надеюсь, это очередная блажь Анкнита — иметь двоих стражей. Но сердце подсказывает, что с друзьями случилась беда.

Анисина выглядела подавленной: плечи её поникли, а взгляд сосредоточился на собственных ладонях.

«Та девушка и лучник… Их поглотил он… Мрак…» — вспоминала она.

Внутренний голос, до этого постоянно перебивавший и подсказывавший, сейчас молчал.

Наконец она взглянула на Аксиса.

— С ними точно беда. Кажется, я вспомнила…