Кунгурцева А. В.
Как Кислород искал друзей
химическая сказка

© Кунгурцева А. В., текст, 2026

© Издательство «Союз писателей», оформление, 2026

© ИП Соседко М. В., издание, 2026

* * *

Глава 1

В одном волшебном городе под названием Периодическая Система в доме номер восемь по улице Шестая Группа жил очаровательный Кислород. Он был похож на букву О («о») и очень этим гордился.

Его красивое имя Oxygenium в переводе с латинского языка означало «рождающий кислоты». Часто он подходил к зеркалу и с удовольствием смотрел на своё отражение. «О, какой я красивый!» – говорил он. Кислород и правда был очень обаятельным.

Но ему было очень одиноко и хотелось найти друзей.

Однажды, гуляя по городу, он забрёл на улицу Седьмая Группа. Да, улицы в этом городе были с интересными названиями. На улице Седьмая Группа в доме номер девять жил Фтор. Он выглядел как буква F («фтор»), был очень заносчив и ни с кем не хотел дружить. Ещё бы! Ведь в переводе с латинского языка его имя Fluorum означало «разрушающий». Даже Золото боялось находиться рядом с ним: стоило только Фтору приблизиться – и Золото сгорало, как спичка.

Но Кислород решил попытать счастья.

«А вдруг получится, и Фтор захочет со мной дружить?» – рассуждая так, Кислород постучал в дверь.

– Кто там?! – рассерженно крикнул Фтор.

– Это я, Кислород! Фтор, давай дружить!

Фтор вышел на крыльцо, ухмыльнулся и заявил:

– Что ж, давай, только я буду главным, потому что я тебя сильнее.

– Хорошо, – согласился Кислород.

Так появились Фториды кислорода, где главным всегда был Фтор.

Глава 2

После встречи с Фтором Кислород бесцельно бродил по улицам родного города и никак не мог понять, как в дружбе кто-то может быть главным. Он настолько был погружён в свои мысли, что даже не заметил, как оказался на самой окраине города, на улице Восьмая Группа.

Эта улица отличалась от других тем, что дома на ней были практически одинаковыми. В начале улицы была табличка с надписью: «Здесь живут Инертные газы».

«Хм, Инертные… Что бы это могло значить?» – подумал Кислород. Спускаясь по улице, он разглядывал номера на домах: два, десять, восемнадцать, тридцать шесть, пятьдесят четыре, восемьдесят шесть. Дойдя до конца улицы, он уже хотел было вернуться обратно, но увидел, что навстречу ему вышла толпа неизвестных.

– Ты кто такой? И что делаешь на нашей улице? – хором спросили Инертные газы.

– Я Кислород, живу на улице Шестая Группа, это совсем недалеко отсюда, – ответил Кислород и тут же, опустив голову, робко добавил: – Я ищу друзей и был бы очень рад дружбе с вами.

Только Кислород сказал, почему он тут, как из толпы вышел самый маленький житель. Его звали Гелий (Helium). Он имел простое обозначение – Не («гелий»). Его дом был крайним на улице Восьмая Группа. Гелий был назван в честь греческого бога Солнца и очень этим гордился.

– С кем, с кем ты собрался дружить? Ты табличку видел? Ты хоть знаешь, почему мы называемся Инертными, или Благородными, газами?! – возмутился Гелий.

Гелий возмущался так, что готов был заполнить своим возмущением не только треть нашей Вселенной, но и другие, даже не открытые ещё Вселенные.

Тут в разговор вмешался Неон (Neon), который жил в доме номер десять. На двери дома большими буквами была надпись: Ne («неон»).

– Нас назвали Инертными газами, потому что мы ни с кем не дружим и вообще не вступаем ни в какие контакты, – сказал хозяин. – Каждый из нас обладает внутренней гармонией и ни в ком не нуждается.

Неон считал, что может позволить себе подобные речи, ведь имя его в переводе с греческого языка означало «новый». Долгое время его не могли открыть, хотя дом в городе Периодическая Система был для него построен давно.

– Да, мы такие, – с полным равнодушием произнёс житель дома номер восемнадцать Аргон (Argon) Ar («аргон») – ленивый и безразличный.

Чуть поодаль ото всех стояли Криптон (Krypton) Кr («криптон») и Ксенон (Xenon) Хе («ксенон»). Они проживали в домах номер тридцать шесть и пятьдесят четыре соответственно. Даже со своими соседями они мало общались. Их имена говорили сами за себя: Криптон в переводе с греческого языка – «скрытый» и поэтому редко выходил из своего дома, а Ксенон – «чужой», и если уж он и появлялся на своей улице, то только в компании Криптона.

Совсем уж было сник Кислород, но тут к нему подошёл очень большой Радон (Radon) Rn («радон») и широко улыбнулся. Его внешность соответствовала имени, и было видно, что РАД ОН всему.

У него была очень интересная биография: сначала его назвали латинским именем Эманация – «истечение», потом Нитоном, что с латинского языка переводится как «блещу, сверкаю», а затем он вдруг превратился в Радона. Слабая надежда появилась в глазах Кислорода. И только-только он готов был кинуться в объятия Радона, как тот ему заявил:

– Не будет у нас с тобой дружбы, Кислород. Я вот что тебе советую: иди-ка ты домой, может, по пути кого-нибудь и встретишь.

Кислород тяжело вздохнул и, расстроенный, пошёл домой.

Глава 3

Кислород сидел на крыльце своего дома и резал лук. Слёзы ручьём текли из его глаз. К калитке подошла девушка в жёлтом платье и крикнула:

– Эй, сосед! Ты скоро всю улицу затопишь. Что случилось?

– Лук режу, – ответил Кислород.

– А я уж подумала, беда какая-то произошла… Меня зовут Сера, а тебя как?

– Я Кислород, что значит «рождающий кислоты»! – с гордостью воскликнул Кислород.

– Значит, мы с тобой близки, – загадочно улыбнувшись, сказала Сера.

– Да? – удивился Кислород.

– Да! А ты знаешь, почему, когда лук режут, слёзы текут?

Кислород замотал головой.

– А я тебе сейчас объясню, – сказала Сера. – При разрезании лука те вещества, которые находятся в его клетках, смешиваются друг с другом – и происходят химические реакции. В результате чего образуется газ, в котором есть я. Это летучее вещество достигает глаз, растворяется в слёзной жидкости и превращается в серную кислоту. А в этой кислоте есть и ты, и я.

– Я понял! Значит, мы с тобой, Сера, друзья! – обрадовался Кислород. – Только почему-то я тебя раньше здесь не видел. Имя у тебя такое красивое – Сера. И платье такое красивое жёлтое, – от радости затараторил Кислород. – Сера, а ты заходи во двор и расскажи ещё что-нибудь о себе.

Сера вошла, села на крылечко рядом с Кислородом и стала рассказывать:

– Обо мне было известно ещё в Древнем Египте, в Китае и в Древней Греции. Люди использовали меня в составе смесей для проведения священных обрядов и в военных целях. Платье у меня жёлтое потому, что в природе я встречаюсь в виде жёлтых кристаллов. А по поводу имени… Одни считают, что оно произошло от латинского слова «воск», а другие – от латинского слова «сыворотка». В древнерусском языке моё имя означало то ли «смола», то ли «горючее вещество» – никто теперь уж и не помнит. Так давно это было, что неизвестно, кто меня открыл. Много учёных приложило силы к моему открытию. Но знаю точно: обозначение S («эс») по первой букве слова Sulfur у меня благодаря трудам шведского химика Якоба Берцелиуса.

– Вот это да! – воскликнул Кислород. – Сера, я так рад, что с тобой познакомился! Дай я тебя обниму.

И только он её обнял, как в его глазах задвоилось.

– Ай-яй-яй! Что это? Сера, вызывай скорую помощь! – закричал Кислород и быстро-быстро заморгал.

– Кислород, успокойся, всё хорошо. Посмотри лучше сюда.

На лужайке перед домом сидели два незнакомых существа. Выглядели они совершенно по-разному, но что-то между ними было общее.

– Кто это? И что они делают во дворе моего дома? – удивился Кислород.

– Это мои оксиды, – объяснила Сера.

– Оксиды? Твои? А я тут при чём? – спросил Кислород, совершенно ничего не понимая.

– Оксиды – это соединения тебя с каким-нибудь элементом, в данном случае – со мной, – продолжала объяснять Сера. – Вот это вещество называется Оксид серы (IV) («оксид серы четыре») – SO₂ («эс-о-два»), а это – Оксид серы (VI) («оксид серы шесть») – SO₃ («эс-о-три»). Видишь, они состоят из меня и тебя – этим они и похожи. А вот состав у них разный.

– Я понял! Из-за разного состава они и выглядят по-разному! – воскликнул Кислород. – Оксид серы (IV) выглядит как бесцветное облачко, а Оксид серы (VI) – как капелька росы.

– Да! Я Оксид серы (IV) – бесцветный газ. У меня много имён: Двуоксид серы, Двуокись серы, Сернистый газ, Сернистый ангидрид. Я очень опасен: ядовит и запах имею резкий и удушающий.

– А вот я Оксид серы (VI) – бесцветная жидкость с удушающим запахом. Тоже имею много имён: Триоксид серы, Трёхокись серы, Серный газ, Серный ангидрид.

– Ангидриды, ангидриды… где-то я это уже слышал. А, вспомнил! Ангидриды – это же оксиды, которые с водой образуют кислоты! Ты ведь Сернистый ангидрид, – и Кислород указал на Оксид серы (IV), – потому что с водой образуешь Сернистую кислоту. А ты, Оксид серы (VI), с водой образуешь Серную кислоту, поэтому называют тебя ещё Серным ангидридом!

– Совершенно верно, – сказала Сера.

– Как много между нами общего!

– Да, Кислород, мы с тобой очень близки, ещё и живём на одной улице, только я в доме номер шестнадцать. Приходи в гости, – добавила Сера и попрощалась.

Глава 4

Проснувшись рано утром, Кислород пребывал в отличном настроении: теперь у него есть друг – Сера. Он решил прогуляться по городу в надежде ещё кого-нибудь встретить.

«Ведь невозможно жить, как Инертные газы, без друзей», – размышлял Кислород.

Погода была отличная: ярко светило солнце, на небе ни единого облачка. Кислород даже зонтик решил с собой не брать.

Свернув со своей улицы, он увидел табличку «ул. Пятая Группа», но не успел прочитать её до конца, как подул сильный ветер, солнце мгновенно спряталось и небо затянуло чёрными тучами. Порыв ветра неожиданно поднял Кислорода с земли и понёс его вдоль улицы.

– Ой-ё-ёй! – испуганно закричал Кислород.

Ветер кружил и кружил его. Неизвестно, сколько бы этот полёт ещё продолжался, но вдруг резко всё стихло, и Кислород плюхнулся на землю. Оглядевшись по сторонам, он увидел страшную картину: ни одного зелёного дерева, ни одного цветочка, ни одной живой души – всё вокруг было безжизненно. Раздался скрип, и из двери покосившейся лачуги вышел старик в генеральской форме.

– Кто здесь? – спросил он.

– Здравствуйте! Это я, Кислород. Меня к вам ветром занесло. Извините за беспокойство, я уже ухожу. Только, кажется, я заблудился. Не подскажете, где я?

Странный генерал устало ответил:

– На улице Пятая Группа.

Кислород посмотрел на лачугу и увидел табличку из старого пожелтевшего картона. Буквы на табличке практически все стёрлись, но Кислород смог прочитать: «улица Пятая Группа, дом номер семь, генерал Азот».

– Вы генерал? Почему здесь так мрачно? Что случилось?

Генерал вздохнул и начал рассказывать:

– Давным-давно французский химик Антуан Лавуазье проводил опыт над мышами. Он поместил несчастных животных в стеклянный купол, воздух в котором состоял из меня – Азота. Бедные мышки погибли, потому что я не поддержал их дыхание. И Лавуазье назвал меня Азотом, что означает в буквальном смысле – «не дающий жизнь». Как меня только не называли: и Удушливый воздух, и Дурной воздух, и Безжизненный воздух… Это так несправедливо! Я чувствую себя вредителем. И мне так плохо от этого. Да, я с трудом завожу отношения с другими элементами, огонь во мне гаснет, да и жизнь бы погасла, хоть я не ядовит. Я так же необходим для жизни, как и ты, Кислород. Я вхожу во все аминокислоты, из которых состоят белки. Кроме того, в ДНК и РНК я тоже есть. А ещё я крайне необходим для полноценного роста и развития растений. Какой же я безжизненный? Да я просто жизненно необходим!

И только Азот произнёс свою душераздирающую речь, всё вокруг ожило: трава стала зелёной, деревья зашумели, птицы защебетали, дряхлая лачуга превратилась в добротный дом. А сам Азот перевоплотился из старика в бравого генерала.

– Вот это да! – с восхищением сказал Кислород. – Всё-таки какой у нас удивительный город – Периодическая Система! Только не пойму: вот я, Кислород, по латинской традиции имею символ О от слова Oxygenium – «рождающий кислоты». А вы, Азот, почему имеете символ N («эн»)?

– Так я же не до конца тебе всё рассказал, моя история имеет продолжение. Французский химик Жан-Антуан Шапталь – а он, между прочим, был министром внутренних дел Франции – дал мне другое название: Nitrogenium, что означает «производящий селитру». Селитры – это группы минералов, содержащих соли азотной кислоты. Я тебе позже расскажу об этой кислоте. Слово Nitrogenium и вошло в английский и другие языки, а затем дало символ N. Это слово перевели на русский язык, и я стал называться Селитротвор. Согласись, звучит как-то не очень. Поэтому в русском и французском языках я остался Азотом.

– Товарищ генерал, ваша жизнь полна приключений! – с восхищением сказал Кислород. – А где же ваша армия?

– Минуточку! – с улыбкой на лице сказал генерал. – Сейчас мои солдаты встанут в строй. Мне же только тебя, Кислород, и не хватало. Я так долго тебя ждал.

Кислород был одновременно и смущён, и очень доволен.

– Меня? Вы ждали меня?

– Конечно! Ведь мои солдаты – это мои оксиды! – ответил генерал Азот.

Азот подошёл к Кислороду, слегка приобнял его, и вдруг мощный электрический разряд пробежал между ними. У Кислорода в глазах помутнело, и он едва устоял на ногах. Бесцветное облачко отлетело от них и закружилось. Затем оно подлетело к Кислороду, нежно окутало, словно вуалью, и окрасилось в бурый цвет, а Кислород упал в обморок.