Вячеслав Игнатов
Ветер свободы

Глава 1 Ветер перемен

Багамские острова мерцали на горизонте — золотистые пляжи, изумрудные пальмы, лазурное море. Но Хуан де Альварес не любовался пейзажем. Он стоял на шканцах фрегата «Сантьяго», вглядываясь в небо на востоке, где над океаном собиралась зловещая тьма. Воздух стал густым и тяжёлым, а чайки, ещё недавно кружившие над кораблём, исчезли, словно почуяв беду.

Хуан невольно коснулся серебряного медальона с изображением святого Якова — подарка отца перед первым походом. «Помни о чести, сын, — сказал тогда старый капитан. — Море проверяет душу на прочность». Эти слова эхом отозвались в памяти, когда он заметил тревожные признаки надвигающейся бури.

— Матео, — окликнул он рулевого, — ты видишь это?

Матео поднял голову, прищурился. Его смуглое лицо, изборождённое морщинами от солёного ветра, помрачнело.

— Да, капитан. Это не просто туча. Ветер меняется — уже чувствуется запах грозы. И чайки улетели Плохой знак.

Хуан сжал поручень. Он чувствовал, как в груди нарастает тревога — то самое шестое чувство, которое не раз спасало его в открытом море. Где-то глубоко внутри зазвучал тревожный звон, будто кто-то ударил в корабельный колокол.

— Всем по местам! — громко отдал он приказ. — Подтянуть паруса! Закрепить груз! Живо! Проверить кнехты, затянуть такелаж! Боцман, проверь якорные цепи! Канониры — закрепить орудия!

Команда засуетилась. Матросы бегали по палубе, выкрикивали команды, спешно выполняли распоряжения. «Сантьяго» был добротным кораблём испанского королевства — крепкий корпус, надёжная оснастка, опытный экипаж. Высокий нос украшала резная фигура святой Девы Марии, а на корме гордо реял испанский флаг с гербом Кастилии.

Боцман Пепе, коренастый мужчина с седыми усами, пробежал мимо, раздавая указания:— Хосе, закрепи этот ящик! Мигель, проверь крепление пушек! И помолитесь святому Эльму, ребята, если не хотите кормить рыб!

Через час небо почернело, а ветер усилился. Первые капли дождя ударили по палубе, словно пули. Гром грохотал всё ближе, молнии рассекали небо надвое. Солёный вкус шторма уже чувствовался на губах.

— Спустить верхние паруса! — кричал Хуан. — Оставить только фок! Кливер убрать совсем! Плотник, проверь корпус в трюме!

Матросы карабкались по вантам, боролись с рвущимися полотнищами. Ветер выл, как разъярённый зверь, волны поднимались всё выше, захлестывая бак.

— Капитан! — к Хуану подбежал юнга Педро, его глаза были расширены от страха. — Вода в трюме! Много воды!

Хуан почувствовал, как внутри всё похолодело.— Проклятье — он схватил фонарь и бросился к люку.

Внизу картина была ужасающей: вода бурлила у основания мачты, струилась между ящиками с грузом. Один из матросов, стоя по колено в воде, указывал на трещину в обшивке.— Корпус треснул, капитан! — прокричал он, перекрывая вой ветра. — Волна ударила в борт, когда мы взяли крен!

Хуан выругался сквозь зубы.— Бакштовные бадьи! — приказал он. — Всем с бадьями в трюм! Вычерпывать воду! Организовать водяную цепь! Педро, беги наверх, скажи старшему помощнику, чтобы готовил вельботы! И пусть принесут запасные доски — попробуем заделать трещину!

Юнга кивнул и бросился выполнять приказ. Хуан схватил бадью — широкое деревянное ведро с прочными ручками — и начал вычерпывать воду за борт. Рядом с ним работали ещё трое матросов — их лица были бледны, но решительны.

Они организовали водяную цепь: один зачерпывал воду бадьёй из трюма, второй передавал её вверх по трапу, третий выливал за борт через шпигаты. Ритм был изматывающим, а вода всё прибывала. Иногда приходилось использовать черпаки — небольшие ковшики для вычерпывания воды из труднодоступных мест.

— Быстрее! — хрипел Хуан. — Ещё быстрее!

Капли пота смешивались с дождевой водой на его лице. Руки дрожали от напряжения, но он не останавливался. Матросы работали молча, только изредка перебрасываясь короткими фразами:— Ещё бадью сюда!— Осторожно, не урони!— Пресвятая Дева, помоги нам!— Держись, парень, держись!

Старый канонир Рамони, крепивший орудия наверху, перекрестился и забормотал молитву:— Santa Maria, Madre de Dios, ruega por nosotros pecadores

Спустя полчаса стало ясно: вручную вычерпать воду не получится. Вода прибывала быстрее, чем её успевали удалять. Хуан поднялся на палубу.

Шторм бушевал в полную силу. Корабль бросало, как игрушку. Паруса трепетали на ветру, ванты скрипели, готовые вот-вот лопнуть.

В свете молний Хуан увидел лицо старшего помощника Родриго — тот стоял у вельботов с группой матросов. На пальце Родриго блеснуло массивное кольцо с гербом — знаком его связи с влиятельной севильской семьёй.

— Родриго! — Хуан подбежал к нему. — Мы тонем! Нужно спустить все шлюпки, пока корабль на плаву!Родриго посмотрел на него с холодной усмешкой. Его глаза блестели в свете молнии — не от страха, а от чего-то другого, чего Хуан не мог понять.

— У нас только три вельбота, капитан, — медленно произнёс он. — На всех не хватит.

— Тогда распределим людей! Стариков и раненых — первыми!

— Нет, Хуан. У меня есть план получше. — Он сделал знак матросам, и те начали спускать один из вельботов. — Эта шлюпка — для тех, кто действительно ценен. Для тех, у кого есть будущее. И связи в Севилье.Хуан замер, не веря своим ушам.

— Ты с ума сошёл? — прошипел он. — Там внизу люди!

— Жертвы неизбежны, — пожал плечами Родриго. — Такова жизнь. А теперь отойди, Хуан, или я прикажу выкинуть тебя за борт.

Хуан сжал кулаки. Он знал, что Родриго не блефует — за годы службы на « Сантьяго » тот показал себя жестоким и расчётливым человеком.

— Предатель, — выдохнул Хуан.

— Практик, — поправил его Родриго. — Прощай, капитан. Возможно, мы ещё встретимся.

Он прыгнул в вельбот, матросы оттолкнулись от борта. Хуан смотрел, как шлюпка с Родриго и его приспешниками скрывается в пелене дождя и брызг.

«Сантьяго » кренился всё сильнее. Вода уже доходила до шкафута. Хуан услышал крик:— Корабль идёт ко дну!

Он обернулся и увидел Педро — мальчик стоял, прижавшись к мачте, его губы дрожали. Рядом с ним боцман Пепе что-то шептал юнге, показывая на обломки досок.

— Педро! — Хуан подбежал к нему, схватил за руку. — Беги на корму, найди обломок мачты или доски! Что угодно, что поможет держаться на воде! Используй булинь или линь, чтобы привязать себя к обломку! И возьми этот медальон — пусть святой Яков хранит тебя!

— А вы, капитан? — прошептал юнга, сжимая медальон.— Я помогу остальным. Делай, что я сказал!

Педро кивнул и побежал. Хуан бросился к группе матросов, которые пытались спасти хоть что-то из груза.— Бросайте всё! — закричал он. — Ищите, за что можно ухватиться! Обломки, ящики, доски! Сейчас каждый кусок дерева — это жизнь! Используйте фалины, чтобы связать обломки в плот! И помолитесь, ребята! Святая Дева не оставит нас!

Корабль содрогнулся в последний раз и начал стремительно уходить под воду. Хуан схватил висящий на поручне канат и привязал его к обломку мачты.— Держитесь за это! — крикнул он матросам. — Вместе! Держимся вместе! И не забывайте молиться!

Волна накрыла «Сантьяго ». Хуан почувствовал, как его отрывает от палубы, как холодная вода тащит вниз Он вцепился в канат изо всех сил, и в последний момент его выбросило на поверхность.

Вокруг плавали обломки. Где-то рядом слышались крики, всхлипы, молитвы. Хуан вгляделся в темноту и увидел Педро — мальчик цеплялся за доску, его лицо было белым от страха, но он был жив.

Хуан с облегчением выдохнул — медальон, который он отдал мальчику, блеснул на шее Педро в свете очередной молнии.Хуан подплыл ближе, схватил юнгу за руку.— Держись рядом, Педро! — прокричал он сквозь вой ветра. — Свяжи себя с этим обломком! Быстрее!

Педро дрожащими руками обвязал булинь вокруг доски и своего туловища. Хуан помог ему затянуть узел.

Вокруг них разворачивалась страшная картина кораблекрушения. Обломки «Сантьяго» плавали в бурлящей воде — части мачт, ящики, обрывки парусов. Где-то рядом боцман Пепе цеплялся за большой кусок палубы, на котором уже сидели двое матросов. Один из них, Хосе, махал рукой Хуану:— Капитан! Сюда! Здесь устойчивее!

Хуан подтолкнул Педро в сторону импровизированного плота, затем огляделся. В нескольких метрах от них старый канонир Рамони держался за обломок реи, его губы беззвучно шевелились — он продолжал молиться. Хуан подплыл к нему, помог добраться до плота.

— Благодарю, капитан, — прохрипел Рамони.— Пресвятая Дева не оставила нас

.— Пока рано благодарить, — отозвался Хуан. — Шторм ещё не утих.

Он взобрался на плот, оглядел оставшихся в живых. Всего их было семеро: он сам, Педро, Пепе, Хосе, Рамони и ещё двое матросов — Мигель и Луис. Все выглядели измождёнными, промокшими до нитки, но живыми.

— Слушайте меня внимательно, — сказал Хуан твёрдо.

— Мы переживём эту ночь. Свяжите все обломки вместе — используйте фалини и лини. Соберите всё, что плавает рядом: доски, ящики, даже обрывки парусов могут пригодиться. Педро, проверь, есть ли в ящиках что-то съедобное или пресная вода. Рамони, продолжай молиться — сейчас это не менее важно, чем наши усилия.

Матросы принялись выполнять приказы. Мигель и Луис связывали обломки, Пепе и Хосе собирали плавающие предметы, Педро открыл небольшой ящик, в котором оказались сухари и фляга с водой.

— Капитан, здесь еда и вода! — радостно воскликнул юнга.

— Отлично, — Хуан улыбнулся впервые за эту ночь. — Раздай всем понемногу. Экономьте — неизвестно, сколько нам придётся дрейфовать.

Шторм постепенно начал ослабевать. Ветер утихал, волны становились ниже. Небо по-прежнему было затянуто тучами, но молнии сверкали уже реже. Хуан чувствовал, как усталость наваливается на него тяжёлым грузом — мышцы болели от напряжения, руки дрожали, но он не позволял себе расслабиться.

— Пепе, — обратился он к боцману, — проверь, все ли крепко связаны. Хосе, следи за горизонтом — может, увидим землю или другой корабль. Остальные — отдыхайте, но будьте начеку.

Пепе кивнул и начал проверять узлы. Хосе вглядывался в темноту, время от времени осеняя себя крестным знамением. Рамони тихо бормотал молитвы, его глаза были закрыты.

Педро подполз к Хуану, протянул ему флягу.— Выпейте, капитан. Вы спасли нас.

Хуан сделал глоток тёплой воды, посмотрел на мальчика. В глазах Педро больше не было страха — только благодарность и решимость.

— Мы спасли друг друга, Педро, — тихо сказал Хуан. — В море так бывает: один спасает другого, а потом тот спасает его. Таков закон моря.

Юнга улыбнулся и прижался к капитану, пытаясь согреться. Хуан обнял его одной рукой, другой держался за край плота. Он поднял глаза к небу — тучи начали расходиться, и в просветах показались первые звёзды.

Где-то далеко, в тепле и безопасности, Родриго, возможно, уже строил новые планы. Но Хуан об этом не думал. Сейчас его заботило только одно: пережить эту ночь и доставить своих людей в безопасное место.

Рассвет застал их всё ещё дрейфующими в открытом море, но шторм окончательно утих. Солнце взошло над горизонтом, озаряя спокойную воду и измождённые, но живые лица моряков. Хуан глубоко вдохнул свежий утренний воздух и тихо произнёс:

— Мы выжили, друзья. А раз выжили — значит, найдём путь домой.

Мигель, осматривавший обломки, вдруг выпрямился:— Капитан! Смотрите! — он указал на что-то вдали. — Парус! На горизонте парус!

Все разом повернули головы. Действительно, в утренней дымке виднелся силуэт корабля.— Это испанский флаг! — воскликнул Хосе, вглядываясь прищурившись.

— Видите? Красный крест на белом фоне!

Хуан почувствовал, как сердце забилось чаще.— Поднимем сигнал! — приказал он. — Рамони, возьми эту разорванную часть паруса — привяжи к обломку мачты. Пепе, помоги ему. Мы дадим знать, что нуждаемся в помощи!

Матросы с удвоенной энергией принялись сооружать сигнал бедствия. Вскоре над их плотом развевался импровизированный флаг — белая ткань с неровно нарисованным чёрным крестом, который Хуан успел наметить углём.— Теперь остаётся только ждать, — сказал он, обнимая Педро за плечи. — Но мы сделали всё, что могли. И Господь не оставит нас.

Корабль медленно приближался. Хуан всмотрелся в его очертания — это был небольшой торговый галеон, судя по оснастке. На его палубе уже заметили сигнал: люди суетились, готовились спустить шлюпку.

— Нас спасут, — прошептал Педро, и в его голосе прозвучала неподдельная радость.

— Да, — кивнул Хуан.