# Вам прописана кошка

Сё Исида

В старом районе Киото, в тесном и узком переулке, зажатая со всех сторон многоквартирными домами, скрывается «Клиника “Кокоро” в Накагё». Найти клинику могут только те, кто действительно нуждается в помощи – сталкивается с жизненными трудностями, не может вырваться из замкнутого круга проблем, испытывает стресс, погружается в депрессию. Здесь несчастным, которым не смогли помочь в более традиционных заведениях, выписывается крайне необычное лечение, состоящее из… ухода за кошкой. Оказывается, одна лишь необходимость заботиться о ласковом, игривом, урчаще-мурчащем «лекарстве» способна пробудить внутреннюю трансформацию человека и мотивировать его найти выход из самой сложной ситуации.

© Syou ISHIDA c/o The Appleseed Agency Ltd, Japan,2023

© Перевод. П. Гуленок, 2025

© Издание на русском языке AST Publishers, 2026

## Глава первая

Сюта Кагава оглядел снизу доверху небольшой бизнес-центр, притулившийся в темном тупике. Ему пришлось поплутать, прежде чем он нашел это здание, стиснутое с обеих сторон многоквартирными жилыми домами.

«Здесь?..» – растерянно протянул он.

До этого момента он с трудом мог поверить, что в нынешнее время еще остались места, которые сложно найти даже с помощью навигатора в телефоне… Но сейчас сомнения развеялись. Солнечный свет сюда совершенно не проникал, и кусочек неба над головой казался бесконечно далеким. Воздух в переулке был теплым и влажным, а здания старыми и обшарпанными.

«Ну и расположение…»

Адрес Сюте объяснили так: Киото, район Накагё, на север по улице Фуятё, затем на запад по улице Роккаку, потом на юг по Томикодзи и на восток по Такоякуси. После названия города и района в адресе появились длинные объяснения, по каким улицам добираться до нужного места. Довольно точные, но только запутанные донельзя. Для не местного найти пункт назначения оказалось непростой задачей. Сюте пришлось изрядно поплутать по здешним переулкам, то и дело возвращаясь к началу пути. Он уже думал сдаться, когда вдруг наткнулся на нужный поворот в узкий проулок.

И почему жители Киото так сложно объясняют адреса? Для Сюты, прибывшего из другой префектуры, названия местных улочек выглядели странным шифром. Такое ощущение, что эти адреса призваны запутать чужаков и не допустить их, куда не следует.

Стоя посреди темного проулка, Сюта тяжело вздохнул. Однако тут же встряхнулся – рано падать духом. Может, расположение у здания и неудачное, но вины арендаторов тут нет. Вполне возможно, что жилые дома вокруг понастроили со временем, да и что-то уютное в таком укромном расположении тоже есть – этакое тайное убежище.

Вход в здание был открыт. Лифта внутри не обнаружилось – только лестница. Безлюдный коридор тускло освещен. Удручающее впечатление. Пока Сюта шел к лестнице, он поневоле скользил взглядом по табличкам на дверях. Сплошные мелкие торговые компании сомнительного вида. Может, к закату жизни и Сюта засядет в кабинетике такой вот мелкой фирмы в мрачном здании на задворках, чтобы обзванивать пенсионеров с подозрительными, на грани мошенничества предложениями?.. Сюта поспешно замотал головой, развеивая возникшие в сознании неприглядные картины будущего. Он ведь приехал сюда именно для того, чтобы подобного избежать.

Поднявшись на пятый этаж по лестнице, Сюта нашел дверь с табличкой «Клиника “Кокоро”[1] в Накагё». Старая, основательная дверь открылась на удивление легко. Сюта осторожно заглянул внутрь. Неожиданно светло. В холле за дверью обнаружилась стойка регистратуры с окошечком, однако за ним никого не было.

– Здравствуйте! – подал голос Сюта.

Тишина. Может, они на перерыве? Сюта пришел сюда без всяких договоренностей. Он даже не знал телефона или электронного адреса клиники – какая уж тут предварительная запись.

– Здравствуйте! – еще раз воскликнул он погромче.

Откуда-то раздалось шлепанье тапочек, и перед Сютой появилась медсестра: молодая женщина (не больше тридцати на вид) с красивой белой кожей.

– Здравствуйте. Чем могу помочь?

– Прошу прощения… Я без записи. Хотел бы попасть на прием.

– Я вас провожу.

Женщина говорила с кансайским[2] акцентом, сдобренным характерным мягким киотским говором. Даже удивительно для такой молодой женщины – подобную речь чаще можно услышать из уст пожилых киотцев.

Сюта прошел в глубь холла к маленькому диванчику на одного, однако медсестра не посадила его дожидаться приема, а сразу провела в кабинет. Он оказался совсем крохотным – не просторнее курилки в компании средней руки. Туда поместились лишь письменный стол с компьютером и пара стульев.

Эта клиника и правда заслуживает доверия, как его уверяли? Беспокойство в душе у Сюты лишь возрастало. Клиники психологической помощи, где Сюте приходилось бывать до этого, выглядели куда презентабельнее и просторнее. Располагались не в старом обшарпанном здании на задворках, и попасть туда можно было только по предварительной записи. К тому же, перед приемом приходилось тратить почти час на заполнение объемных опросных листов. Приятно, конечно, что тут его приняли так легко… Но ведь Сюта им еще даже страховку не успел показать.

Занавеска, отгораживавшая часть комнаты, дернулась, и оттуда вышел врач в белом халате – худощавый, изящно сложенный мужчина лет тридцати.

– Добрый день. Вы у нас впервые, да? – мягко улыбнулся он. Голос у него был немного высокий для мужчины и слегка гнусавый. Манера речи не панибратская, но по-киотски дружелюбная. – Кстати, а откуда вы узнали о нашей клинике?

– Понимаете… – Сюта на мгновение замялся. Он даже думал солгать, но потом решил сказать, как есть. – Мне ее посоветовал старший коллега перед уходом из компании, но он сам тут не бывал. У племянника жены его младшего брата был клиент, партнер которого посещал эту клинику, и очень ее рекомендовал…

Та еще рекомендация – на уровне сплетен и слухов. Сюта так узнал лишь название больницы, громоздкий адрес, напоминающий шифр, и нужный этаж. Это была не первая клиника психологической помощи, которую он посещал. Впервые он оказался на приеме у психотерапевта полгода назад. Уже тогда Сюта не питал особых надежд на внятный результат. Но ему не хотелось опускать руки. Поэтому он принялся обходить клиники с хорошими отзывами поблизости, пока не обошел все в окрестностях дома и работы. В итоге он решил положиться на слухи – пусть и туманные – и попал сюда. Конечно, Сюта и предположить не мог, что клиника по рекомендации окажется в таком глухом закоулке.

– Как же быть… Вообще-то мы не принимаем новых пациентов. Клиника совсем крохотная – тут только я да медсестра, поэтому наши возможности сильно ограничены… – мягко произнес врач и коротко вздохнул.

Сюта совсем пал духом. И тут неудача? Большинство клиник пусть и вещали на заглавных страницах сайтов об особом подходе, когда дело доходило до приема, врачи оказывались не слишком сердечными и приветливыми. «Ясно. Тогда я пойду», – уже собирался было заявить Сюта, но тут врач снова улыбнулся. В глазах его вдруг мелькнуло что-то по-детски озорное.

– Сделаем для вас исключение. Раз уж вы по рекомендации.

Крохотное помещение, где едва можно было усесться, не соприкасаясь коленями, вдруг показалось Сюте еще теснее. Врач защелкал клавишами ноутбука.

– Ваше имя и возраст?

Вот так, неожиданно, начался прием.

– Сюта Кагава. Тридцать пять лет.

– С чем вы к нам пожаловали?

Сюта занервничал. Он уже много раз проходил через подобный разговор. И каждый раз, выслушав его рассказ за отведенное на прием время, врачи отвечали одинаково туманно. «Непросто вам приходится. Не стоит так сильно себя нагружать». Кто-то даже почему-то благодарил его: «Спасибо, что пришли к нам с вашей проблемой». После все они прописывали похожие лекарства. В итоге лечение сводилось к приему снотворного, и только.

– Понимаете…

Бессонница, звон в ушах, отсутствие аппетита. При одной мысли о работе в груди сжимается, дыхание сбивается, а сон отшибает напрочь. Настолько типичные симптомы, что не оставляют особого впечатления. На этот раз нужно объяснить свое состояние получше, чтобы его поняли и помогли. Однако с языка вдруг сорвалась неприкрытая правда.

– Я хочу уволиться с работы… – промямлил Сюта.

– Вот как, – тут же ответил врач.

– А, нет… – встрепенулся Сюта. – Нет-нет. Я не уволиться хочу, наоборот, ищу способ, чтобы остаться на текущем месте работы. Я работаю в довольно крупной брокерской компании – у нас даже телевизионная реклама есть. Очень стабильное место. Но условия труда оставляют желать лучшего… Ну, знаете, такие компании еще «черными»[3] называют.

– Понимаю, – кивнул врач и с улыбкой произнес: – Пропишем вам кошку. И понаблюдаем немного за эффектом. – Он развернулся на стуле и добавил: – Титосэ, принесите кошку, пожалуйста.

– Да-да.

Белокожая медсестра, которая встретила Сюту, появилась из-за занавеси. В первый раз Сюта не обратил на это внимание, однако сейчас заметил, что женщина она очень красивая и видная. Медсестра окинула Сюту каким-то подозрительным взглядом и холодно спросила у доктора:

– Никэ, вы в нем уверены?

– Да, причин для беспокойства нет.

В отличие от медсестры, тон врача оставался теплым и мягким. До чего странная клиника. И имя у доктора тоже странное. Медсестра молча поставила на стол переноску, которую держала в руках, и удалилась за занавеску. Переноска была простой, пластиковой, с решетчатой передней стенкой. И за решеткой сидела самая настоящая кошка.

Сюта так и застыл на месте. Случившееся стало такой неожиданностью, что он попросту утратил дар речи. Только и мог молча пялиться на сидевшую в переноске кошку. Настоящая, живая. Самая обычная серая кошка. В тени переноски точно не разглядеть, но, кажется, глаза у нее были ярко-желтыми, и она тоже настороженно смотрела на Сюту.

– Поживете с ней неделю для начала. Я сейчас выпишу вам рецепт, покажете его в регистратуре.

– А… Я и рецепт получу?..

– Да, конечно.

Доктор вел себя как ни в чем не бывало, несмотря на абсурд ситуации. Глядя на животное за решеткой, Сюта уточнил:

– Это ведь кошка, да?

– Разумеется.

Тон врача оставался таким же спокойным и естественным. И правда – как ни посмотри, перед Сютой кошка. Однако он вдруг усомнился в своих глазах.

– Настоящая кошка?..

– Разумеется. Они очень эффективны. Знаете, еще в древности говорили: «Кошки – ключ к долголетию». Это означает, что порой они помогают куда лучше любых лекарств.

Сюта никогда не слышал ничего подобного, и слова доктора его замешательство не развеяли. Тем временем тот протянул ему небольшой лист бумаги.

– Вот ваш рецепт. Перед уходом не забудьте получить по нему все необходимое в регистратуре. Увидимся через неделю. Я жду пациентов по записи, так что закончим на этом.

Врач кивнул на дверь, намекая, что прием окончен. Сюта наконец пришел в себя и, сбросив оцепенение, рассмеялся.

– А, понимаю! Это так называемая зоотерапия, да?

Поначалу он удивился, но если подумать – ему ведь приходилось о таком слышать. Общение с животными благотворно действует на людей. Врач никак не отреагировал на смех Сюты. Должно быть, наблюдает за его реакцией?..

– Встряхнуть пациента неожиданным назначением – тоже часть терапии, наверное? Да, понимаю. Поэтому о вас нигде и нет толковой информации. Я и правда на мгновение оторопел так, что обо всем на свете позабыл. Назначение кошки от врача… Забавно.

Сюта наклонился к переноске и заглянул внутрь. Кошка неотрывно смотрела на него широко распахнутыми глазами. В поведении животных Сюта разбирался плохо, но, похоже, она тоже была в замешательстве. Он неловко улыбнулся.

– Очень милая. Но, кажется, я не слишком ей нравлюсь.

– Хм? Сейчас посмотрим…

Врач тоже наклонился к клетке и оказался так близко к Сюте, что они едва не соприкоснулись щеками. Сюта вздрогнул, удивленный таким сближением, однако Никэ и бровью не повел. Он почти уткнулся в клетку носом и внимательно оглядел сидевшую внутри кошку.

– Да, все в порядке. Не переживайте, кошка говорит, что все хорошо.

– Что значит «говорит»? Мне кажется, она напугана…

– Правда? Ну-ка, ну-ка…

Врач снова наклонился к клетке. От такого сближения Сюте даже стало жутковато.

– Что скажешь? Недовольна? Вовсе нет? – Он поднял голову и улыбнулся. – Ее все устраивает.

– Понимаете, я совсем не умею обращаться с животными… А кошки ведь такое чувствуют. Пусть это и терапия, как-то мне ее жаль…

– Не переживайте. Кошки отлично помогают и тем, кому не приходилось с ними раньше общаться. Ну, ко мне вот-вот придет следующий пациент. До свидания.

Врач с улыбкой поднялся с места и водрузил переноску Сюте на колени.

– А? Погодите…

– Увидимся через неделю.

Все та же непроницаемая улыбка. Еще несколько ошалевший, Сюта вышел из кабинета с переноской в охапку. Точнее будет сказать – его оттуда мягко выдворили. На диванчике перед дверью кабинета никого не обнаружилось. Сюта растерянно замер, но тут белая рука поманила его из окошка регистратуры.

– Кагава, вам сюда.

– А… Да…

Сюте казалось, будто он вдруг очутился в каком-то телевизионном шоу. Он даже заозирался вокруг – не припрятаны ли где камеры? Когда он неуверенно добрел до регистратуры, оттуда выглянуло белокожее лицо медсестры.

– Ваш рецепт?

Сюта послушно протянул бумажку, полученную от врача. Медсестра приняла ее и скрылась в помещении за стойкой с окошком.

Переноска в руках Сюты беспокойно дернулась. Тяжелая. Как странно. В последний раз Сюта вот так держал в руках что-то живое еще в младшей школе, когда они всем классом заботились о кролике в живом уголке. Кошка, ставшая невольной участницей странных событий, держалась молодцом и вела себя тихо. Какая умница. Сюта улыбнулся. Тут вернулась медсестра.

– Держите, – протянула она Сюте бумажный пакет.

Чтобы принять его, пришлось переложить переноску, которую он прижимал к груди, в одну руку. Переноска слегка накренилась, и кошка внутри соскользнула к задней стенке.

– Ой, прости… Скажите, а что в пакете? Такой увесистый…

– Дополнительные принадлежности. Внутри есть инструкция – прочитайте ее внимательно, – сухо ответила медсестра.

Мягкий говор Киото из ее уст звучал пронзительно холодно. В пакете Сюта разглядел пластиковые миску и лоток, а также какую-то цветную пачку – видимо, с кормом. Значит, это все для кошки. Очень убедительное представление. Настолько, что охватывает беспокойство.

– Может, хватит уже? А то мне становится не по себе…

– Если будет происходить что-то непонятное – обращайтесь к доктору. Ну, будьте здоровы. До свидания.

– Но…

– До свидания.

– Но…

Так ничего и не добившись, Сюта растерянно вышел из клиники. Обе руки у него были заняты поклажей, так что открыть двери оказалось непростой задачей. Произошедшее просто в голове не укладывалось. В коридоре Сюта разминулся с мужчиной яркого, щеголеватого вида – такие всегда вызывают тревогу. Он прошел мимо к двери одного из кабинетов, и Сюта вдруг ощутил на себе его взгляд. Мужчина подозрительно оглядывал его и, кажется, даже собирался с ним заговорить.

Сюта поспешил к лестнице. Было непросто спускаться по ней так, чтобы не растрясти переноску. Стоило выйти на улицу, как в нос ударил запах сырости – это еще раз напомнило о реальности происходящего. Да и вес переноски, оттягивавшей руку, тоже был более чем реальным.

Коллега говорил Сюте, что ему очень хвалили эту клинику. Он узнал о ней от младшего брата, брат – от жены, жена – от племянника… Чем длиннее цепочка слухов, тем сильнее искажается информация. Шаг, еще шаг… Сюта начал удаляться от клиники, однако ничего не изменилось. За спиной не послышался топот догоняющей его медсестры, а голос режиссера не воскликнул «Снято!», как бывает в сериалах.

Что это? Мошенничество? Некомпетентность? Сюта пришел лечиться, а в итоге ему на шею повесили кошку. Он рассеянно хмыкнул – угораздило же его попасть именно в эту немыслимую лечебницу после всех мытарств.

Нести животное в переноске, как выяснилось, – дело непростое. На быстрый шаг не перейдешь даже на светофоре и на плечо переноску не повесишь. В итоге дорога домой с клеткой в руках, в которой беспокойно ворочалась кошка, заняла больше получаса. Уже к середине пути рука начала болеть от тяжести.

Когда Сюта наконец добрался до дома и поставил клетку на пол, кошка принялась шумно вертеться внутри. Сюта тут же открыл дверцу – ему жаль было так долго держать животное в тесноте. Однако кошка не спешила выходить.

– Что такое, киса? Выходи, не бойся.

Кошка и носа наружу не высунула. Сюта с беспокойством заглянул в переноску и увидел, что она сжалась у задней стенки клетки. Что же делать? Сюта открыл бумажный пакет, который получил от медсестры. Две пластиковые миски, пакет с сухим кормом…

– Для начала нальем тебе воды.

Сюта налил воды в одну из мисок и поставил перед переноской. Кошка не отреагировала.

– Точно… Медсестра говорила что-то про инструкцию.

Поглядывая краем глаза на переноску, Сюта достал из пакета лист бумаги.

«Имя: Би. Девочка.

Возраст: около восьми лет. Беспородная.

Кормить утром и вечером. Обеспечить постоянный доступ к воде.

Лоток убирать по мере надобности.

Одиночество переживает нормально.

Пожалуйста, уберите из зоны доступа кошки мелкие предметы, которые она может проглотить, а также бьющиеся вещи – посуду, вазы и так далее. Также лучше не допускать ее к домашним растениям.

Не выпускайте кошку на улицу».

И на этом все. Сюта еще раз перечитал текст, однако ничего нового не обнаружил. «У меня никогда не было домашних животных… Смогу ли я заботиться о ней целую неделю?.. Как пользоваться лотком и наполнителем?.. Как будет себя вести кошка без присмотра, не испортит ли мебель?.. А сколько ей насыпать еды? Что насчет стен? Кажется, иногда коты их царапают… Сплошное беспокойство, и даже спросить некого. Ну, по поводу лотка и туалета можно почитать в Интернете…» Зато Сюта теперь знает имя кошки. Растянувшись на полу, он заглянул в переноску и встретился взглядом с ярко-желтыми круглыми глазами.

– Би, значит… Эй, Би… Выходи. Хорошая девочка. Проголодалась, наверное? Я тебя покормлю.

Уже вечер. Время ужина. Наверняка и у кошки близится привычное время кормежки. Сюта внимательно прочитал инструкцию на пачке, а затем обратился к Интернету, чтобы понять, сколько корма насыпать. Тут кошка вдруг выглянула из переноски.

– Ой, привет!

Би мигом спряталась обратно. Неужели испугалась восклицания? Сюта затаил дыхание и принялся ждать. Спустя время кошка вновь высунула мордочку и внимательно осмотрела Сюту. В воздухе повисла тишина – они словно соревновались в том, кто продержится дольше без движения. Кошка как будто даже не боялась, а скорее испытывала его на прочность. Из-за неудобной позы ноги у Сюты начали затекать и дрожать, однако он терпел и сохранял неподвижность. Наконец кошка высунула из переноски лапку, однако ее коготки еще даже не коснулись пола. В любое мгновение она готова была вновь спрятаться.

«Пожалуйста, выходи уже… Не могу больше так сидеть…» – мысленно взмолился Сюта. Когда он был почти на пределе, кошка наконец сделала шаг вперед. Круглая подушечка лапки уверенно уперлась в пол. Слегка припухлый изгиб лапки напоминал ручки младенца, ползающего на четвереньках. Очень мило. Шаг, еще шаг… Наконец из переноски показался длинный серый хвост.

«Оказывается, кошки довольно большие», – удивился Сюта. Не то чтобы кошка была крупной… Но все равно он представлял ее более миниатюрной, пока та сидела в переноске. Серая шерстка кошки выглядела мягкой и пушистой, словно одеяло. Наверняка шкурка соберется складками, если ее слегка сжать.

Стиснув зубы, Сюта медленно, чтобы не напугать кошку резким движением, вытянул затекшие ноги. Не обращая внимания на его страдания, Би приблизилась к миске с водой. Понюхала ее, а затем принялась лакать язычком.

Потирая многострадальные ноги, Сюта с любопытством наблюдал за ней. Тихий плеск воды был совершенно новым звуком для его жилища. Кажется, кошка немного освоилась. Она огляделась по сторонам, и ее взгляд остановился на пакете с кормом.

– Да-да, сейчас насыплю, подожди.

Сначала попить, потом поесть. Сюта улыбнулся: не так уж сложно ее понять. Он открыл пачку корма и насыпал немного во вторую миску. Кошка смирно сидела рядом. Сюта думал, что она мгновенно подскочит к миске, однако Би спокойно ждала, неотрывно наблюдая за тем, как та с шуршанием наполняется едой.

– Давай, кушай. Смотри, как аппетитно выглядит.

Сюта ухватил из миски несколько сухариков и поднес их ко рту, делая вид, что ест. Кошка недоуменно уставилась на него, словно пытаясь понять, что он такое творит. Неожиданно почувствовав себя глупо, Сюта переместился на кровать. Он старательно делал вид, что ему не интересно, однако краем глаза продолжал следить за Би. Та наконец осторожно подошла к миске и тихо захрустела кормом. Все звуки, что она издавала, казались приглушенными. «Вот они какие, кошки…» – рассеянно задумался Сюта, растянувшись на кровати.

Было странно ощущать чье-то присутствие в комнате, где он всегда жил один. Сюта огляделся. Вокруг разбросаны вещи. Манга и диски с играми давно лежат без дела там, где он их оставил сто лет назад. В будние дни он возвращается домой только поспать, а в выходные отсыпается полдня – какие тут развлечения. Не то чтобы вещей у Сюты было мало… Однако все равно комната выглядела пустой и унылой. Комнатные растения? Даже если бы они у него были – давно бы высохли.

Впервые за долгое время Сюта прибрался. Выбросил весь мелкий мусор – крышечки от пластиковых бутылок, одноразовые палочки для готовой еды и прочее, а одежду и журналы сложил в углу. Давненько он не занимался чем-то помимо работы, не считая походов по больницам. Пусть это и была обычная уборка, на душе стало немного светлее.

«О, точно. Чуть не забыл про самое опасное». Валяющиеся на тумбочке у кровати таблетки снотворного вдруг обратились ядом. Сюта убрал их подальше в ящик.

Поев, кошка принялась не спеша обходить комнату, обнюхивая все вокруг. Поступь у нее была легкой, как будто Би вообще ничего не весила. Наблюдение за осваивающей новую территорию кошкой действовало очень умиротворяюще. Конечно, Сюте всучили рецепт слишком бесцеремонно, однако, похоже, лечение и впрямь работает.

Интересно, а где кошка будет спать? Про лежанку в инструкции ничего не сказано. Сейчас тепло, но, может, стоит постелить ей одеяло где-нибудь? Или Би заберется в кровать? Увлеченный этими размышлениями, Сюта и сам не заметил, как наступил вечер и он крепко уснул, забыв выпить снотворное.

С переноской в охапку Сюта одним махом преодолел подъем на пятый этаж. Влетев в клинику «Кокоро» он, не успев отдышаться, бросился к регистратуре. За стойкой с окошком сидела все та же нелюбезная медсестра.

– Я… Я хочу поговорить с доктором.

– А, Кагава. Вам ведь кошку прописали на неделю. У вас еще четыре дня.

– Нет, не надо… Хватит… – От одышки и волнения у Сюты язык заплетался. – В общем, мне надо поговорить с доктором! Я подожду, сколько нужно.

– Ну, тогда проходите в кабинет.

– Говорю же, я подожду… А?

– Проходите в кабинет, – коротко повторила медсестра и вернулась к прежним делам.

Сюта так и замер. Примчавшись домой с работы, он запихал кошку в переноску и на всех парах помчался в клинику. Ему просто необходимо было излить свой гнев, чтобы привести в порядок растрепанные чувства, и равнодушный прием выбил его из колеи.

– Но…

– Проходите в кабинет. Доктор сейчас подойдет.

Медсестра даже взгляда не подняла. Делать нечего – пришлось отправиться мимо одноместного диванчика в уже знакомый тесный кабинет. Там Сюта присел и поставил на колени увесистую переноску. Кошка беспокойно ворочалась внутри. Конечно, она ни в чем не виновата. Это понятно. Но все равно Сюту захлестывала досада. Занавеска отодвинулась, и в кабинете появился Никэ.

– А, Кагава. Здравствуйте. Что-то случилось?

Увидев на лице врача привычную доброжелательную улыбку, Сюта взорвался.

– Меня уволили! Уволили с работы! Из-за кошки!

Нет, это она во всем виновата! Сюта сжал лежащие на переноске руки в кулаки. Кошка как будто почувствовала его настроение и тревожно дернулась.

– О, замечательно! Поздравляю, – с улыбкой ответил врач. Сюта нахмурился.

– Поздравляете?..

– Вы ведь сами говорили, что хотите уволиться. Видите, как здорово все вышло? Значит, правильно я вам кошку выбрал. Прекрасный результат, – еще шире заулыбался врач. Это немного охладило пыл Сюты. Нет смысла пытаться говорить с ним серьезно. Только дураком себя выставишь, водиться с этими шарлатанами. Однако Сюта все равно не собирался молчать. Он поставил клетку на стол.

– Я вовсе не хотел увольняться! И пришел к вам именно потому, что хотел продолжать работать в крупной компании! Мне так повезло туда устроиться!

– Вы ведь сами говорили, что компания из «черных» и условия труда там не сахар, – заметил врач.

– Ну… Да, но так ведь везде. Что крупные компании, что мелкие, что средней руки… Нигде условия не идеальны.

Сюта сам поразился тому, как бросился защищать ненавистную компанию. Прежде наоборот, друзья урезонивали его теми же аргументами: «Куда ни пойди – везде одно и то же. Зарплату платят – уже хорошо. Не стоит рассчитывать на многое». И себя Сюта тоже так успокаивал, чтобы протянуть подольше. Однако теперь все обернулось крахом. Его охватило отчаяние.

– Как он мог уволить меня вот так запросто?! Чего ради я терпел все это время…

– Хм… – Врач бросил взгляд на наручные часы. – Не хотите выговориться? Все равно пациенты по записи еще не пришли.

В голосе его звучало скорее любопытство, чем сострадание. Сюта окончательно выдохся. Эта клиника и впрямь не такая, как прочие. Сколько ни ной, да хоть разрыдайся – даже деланного сочувствия ему тут не выскажут. Хотя в чем-то это лучше показного дружелюбия… На губах странного врача по прежнему играла легкая улыбка.

– В день, когда я принес кошку домой, все было нормально. Би спокойно спала ночью, утром я дал ей корма и пошел на работу.

Да. Вечером на душе у Сюты стало немного легче, однако наутро все вернулось в прежнюю колею. «Черные компании» – слишком суровое место, чтобы можно было поправить дела одной лишь кошкой. «Кошки – это просто», – подумал Сюта с улыбкой, глядя, как Би мирно завтракает. Он переживал, что наутро обнаружит комнату в ужасном состоянии, однако волнения оказались беспочвенны. Кошка спокойно спала под столом и совсем не хулиганила. Стоило Сюте проснуться, как Би тут же подошла к кровати. Неужели успела так быстро к нему привыкнуть? Или просто со всеми такая общительная? Когда Сюта направился в ванную, Би затрусила за ним.

– Что такое? Хочешь кушать? – улыбнулся ей Сюта сверху вниз, и кошка в ответ потерлась о его ноги с неожиданной силой – так, что треугольные ушки смялись.

Вечером Сюта побоялся ее трогать – вдруг оцарапает, но раз уж она такая ласковая – как тут стерпеть? Он осторожно коснулся кончиками пальцев головы Би. Какая гладкая… Неожиданно. Сюта думал, что на ощупь шерстка будет напоминать пушистую кисточку, но ощущение оказалось совсем иным. Кошка вдруг встрепенулась. Сюта испугался, что сделал что-то не так, и поспешно отстранился. Однако Би потянулась вслед за рукой, словно требуя погладить. Уткнулась в ладонь Сюты и ласково потерлась о нее.

– Ой, какая ты пушистая…

И при этом совсем не невесомая и легкая, как мягкая игрушка. Чувствуется, что под шерсткой скрывается гибкое, крепкое тело, а шерстка на голове обтягивает череп. С чем бы сравнить это ощущение… Как пушистый теннисный мячик?..

Шерсть Би выглядела короткой, однако на ощупь оказалась куда гуще и длиннее. В глубине ее скрывался мягкий белесый подшерсток. Вчера Би показалась Сюте однотонно-серой, но при близком рассмотрении он увидел, что к серому меху примешиваются коричневатые вкрапления, которые рисуют на ее спине волнистые узоры. Красиво.

И до чего же она жадная до ласки! Так и льнет. В итоге Сюта не выдержал напора и покормил Би, прежде чем принялся за сборы на работу. Похоже, домашние питомцы неслабо ломают привычный ритм жизни.

– А ведь неплохо…

Сюта с интересом наблюдал за тем, как Би завтракает. Ночью он хорошо выспался, и чувствовал себя на удивление бодрым. Правда, на работу идти, как всегда, не хотелось. Ничего, главное – пережить день.

Эти слова стали извечным утренним напутствием самому себе. Если справиться сегодня – завтра обязательно станет лучше. Когда Сюта погладил кошку по голове на прощание, она сладко зажмурилась. Ему вдруг показалось, что если пережить этот день, то перед ним и правда откроется новый путь. Однако все это было лишь иллюзией.

– Мамия уже третью неделю подряд у нас номер один. Давайте поаплодируем ему!

Едва Сюта заслышал, как жизнерадостный голос Эмото разнесся по этажу, как его желудок болезненно сжался. Вокруг послышались вялые хлопки. Эта сцена повторялась по утрам раз за разом на утренней летучке. Начальник подотдела, Эмото, устраивал Мамии выволочку у своего места у окна.

– Именно Мамия тянет вниз всех нас! Благодаря ему, сколько бы мы ни старались, достижения целей нам не видать. Как настроение, Мамия? Хорошо получать зарплату, просиживая штаны, а?

Эмото был родом из Осаки и даже в официальной обстановке говорил на отчетливом кансайском диалекте – его совершенно не смущало то, как чужеродно такая речь смотрится в Киото, где свой характерный говор. Мамия слушал, молча потупившись. Остальные работники старались даже не смотреть в его сторону. Достаточно хоть раз стать героем такой утренней летучки – и никогда уже до конца не оправишься. При одном виде разноса к горлу будет подступать тошнота.

– Эй, Кагава!

Сюта вздрогнул, когда Эмото вдруг выкрикнул его имя.

– А, да?..

– Ты тоже не блещешь. И как вам с Мамией вообще совести хватает показываться в компании? Я бы на вашем месте уже уволился от стыда, – громко и отчетливо произнес Эмото. У Сюты внутри снова все сжалось. Он уже выучился, что в такой ситуации лучше изобразить неловкую улыбку, чем молча рассматривать пол.

– Ха-ха…

– Ничего смешного. Совсем идиот, что ли? Посмотри на себя – бледный, как поганка. Сразу видно – никудышный продажник. Хорошие продажники столько ходят в поисках клиентов или на заключение сделок, что загорают до черноты. Видишь? Вот руки настоящего мужчины!

Эмото вытянул смуглую руку. Правда, кожа ниже запястья у него оставалась светлой – не иначе как след от перчаток для гольфа. Уж не там ли он загорел? Но, конечно, Сюта промолчал.

– Ха-ха-ха…

Когда Эмото понял, что другой реакции, кроме нервного смеха, от Сюты не дождется, он недовольно цыкнул языком и переключился на следующую жертву.

– А ты! Только не говори, что собрался официально записать переработки! С такими никудышными результатами хочешь еще и сверхурочные получить? Ты вообще знаешь, что такое «самоотдача»?

Бранью и упреками осыпались все, кроме отдельных счастливчиков с особенно выдающимися продажами. Частенько проштрафившимся прилетал хлопок по голове стопкой бумаги или ручкой. Но хуже всего была утренняя выволочка. Сюте не раз выпадала роль «козла отпущения» перед столом начальства, и он хорошо помнил, как каждый раз его трясло от стыда и ощущения собственной никчемности. А после какое-то время никто не отваживался с ним заговорить. Другие сотрудники просто не знали, что тут сказать. Все смертельно боялись, что в следующий раз окажутся на его месте. Эмото был особо известен своими притеснениями, но и в других подотделах происходило нечто подобное. В отделе продаж те, кто не способен выполнить норму, за людей не считаются. Многие не выдерживали давления и увольнялись. Чтобы тут выжить, нужно было постоянно повышать свою эффективность.

И вот Сюта закончил запланированный на сегодня поквартирный обход в поисках клиентов, но результаты не впечатляли. Кое-кто из пожилых людей внимательно выслушал его объяснения, но от услуг брокерской компании все отказались. Ценные бумаги на таких обходах тоже удавалось продать редко. Тем более что такие молодые, как Сюта, продавцы, доверия не внушали – многие его и на порог не пускали.

Уже устроившись на работу в брокерскую компанию, Сюта узнал, что ее основная цель – получение комиссий. При удачном раскладе акции, которые покупали по рекомендации брокеров, росли в цене, и клиенты оставались довольны. Однако помощь людям в преумножении благосостояния вовсе не была основной работой брокера. Куда важнее оказалось продать побольше ценных бумаг и услуг.

Компания Сюты располагалась в деловом центре Киото, на пересечении улиц Карасума и Дзидзё. Вокруг высились банки, дорогие универмаги и представительства крупных компаний: очень людное и оживленное место. Поначалу Сюта гордился тем, что ходит на работу в столь престижный район. Однако теперь он тащился на работу с такой тоской, что туристы бросали на него любопытные взгляды.

# Примечания

1

Кокоро – сердце; в переносном смысле – душа (яп.). Название клиника можно трактовать как «Клиника душевных дел». – Здесь и далее примеч. переводчика.

2

Кансай – регион Японии на западе Хонсю, где находятся, в частности, Осака и Киото. В Кансае существует целый ряд ярко выраженных диалектов, имеющих как общие черты, так и отличия.

3

«Черные компании» – японское обозначение частных компаний с плохими условиями труда (включая неоплачиваемые переработки, психологическое давление со стороны начальства и тому подобное).