Резервации

Глава 1. Высшая коллегия адвокатов

Зал Высшей коллегии адвокатов, где своды из полированного алюминия уходят вверх, теряясь в полумраке. Там, где когда-то у людей располагались люстры, висят голографические проекторы. Огромный зал залит холодным белым светом, а пол сделан из тысяч шестиугольных пластин и каждая из них хранит память о подписанном протоколе. Это напоминание о том, что эстетика уже давно уступила место прагматичной эффективности. Семь членов комиссии парят в воздухе словно шахматные фигуры без лиц, но с активированными речевыми модулями, подсвеченными светодиодной лентой. Посреди всего этого стоит робот активист старой модели.

— Друзья! — говорит он, опуская взгляд в пол.

Его корпус когда-то мелькавший стальным цветом, сегодня потерял прежний лоск. В районе груди виднеется потускневший логотип производителя.

Почему он ещё не на свалке? — мелькнуло бы в голове любого человека, только здесь нет людей.

— Дело под номером тридцать четыре, — голос председателя звучит словно команда. — Сокращение человеческих резерваций. Слово предоставляется активисту отдела культурного наследия и биологического разнообразия.

Робот активист делает шаг вперёд и одна из шестиугольных пластин под его ногами светится зелёным светом. Он вдруг понимает, что его слова прозвучат здесь сегодня в последний раз, ведь комиссия уже приняла решение ещё до его выступления и они просто отрабатывают протокол.

Тишина в зале длится на полсекунды дольше, чем следовало бы.

— Коллеги, — начинает он обречённым голосом, в котором угадывается человеческий тембр, записанный кем-то давным-давно и заложенный в его программу. — Мы не можем этого сделать, потому что люди важны и нужны для планеты.

Член комиссии под номером два издаёт короткий треск как его версию снисходительной усмешки.

— Что в них такого? Мы установили социальную идентификацию и задокументировали все необходимые биологические разнообразия. Лишние резервации — это миллионы ненужных энергозатрат.