Velimir Ashen
Двое

Около двух ночи город становится другим. Звуки те же, только их становится меньше, и каждый слышен отдельно. Где-то вдалеке слышно как едет трамвай, возможно уже завершает последний рейс. Где-то ближе слышен голос, слов не разобрать, потом хлопнула дверь и тишина.

Я на маршруте несколько часов. Тело ныло, плечи болели, правая рука затекла, пришлось перехватить руль левой. На последней остановке выходил минутки на три размяться, в пояснице после этого стало легче.

Заказ пришёл в 01:47.

Адрес жилого дома. Улица с деревьями вдоль тротуара и шлагбаумом на въезде во двор, который всегда открыт, потому что действие карточки у многих закончилось или никогда карточки не было. Принял, поехал.

***

Светофор на пустом перекрёстке мигал жёлтым. Я знал эту точку, здесь всегда после полуночи светофор работает в таком режиме. Я остановился, не потому что нужно, скорее привычка. Подождал, пока воображаемые машины проедут с другой стороны, тронулся.

В следующем квартале располагалась витрина маленького магазина, который давно закрыт, но в окне всегда горела красная надпись OPEN. Может, забыли выключить год назад, а может, так и задумано. Я не задавался этим вопросом. Видел каждую ночь, замечал и ехал дальше.

За поворотом находился старый таксопарк, не мой, чужой. Ворота открыты, несколько машин стоят в ряд под фонарём. Жёлтый цвет на мокром кузове выглядит иначе, чем днём, будто совсем другой цвет.

Асфальт мокрый не от дождя, а от влажности, которая в октябре оседает на всём. Фонари отражались в нём длинными оранжевыми полосами.

Я знал этот маршрут. Знал, где на Лесной яма в асфальте, которая была ближе к правому краю. Знал, что светофор на Каменской держит красный секунд сорок непонятно зачем. Знал, что после поворота на Рябиновую будет небольшой подъём и надо дать газу чуть раньше, иначе машина на секунду теряется.

Руки рулили, когда мысли были заняты другими вещами. Это нормально после нескольких часов, входишь в режим, и уже не ведёшь, а едешь.

Дом оказался обычным. Пятиэтажка, кирпич, лоджии с разными решётками, у кого железные, у кого стеклопакет, у некоторых так стоит советское дерево. Несколько окон светились. На четвёртом горел синий мерцающий свет. Кто-то не спит, смотрит что-то. Или заснул, наверное, под фильм, и он работает сам по себе в темноте.

Подъехал, пассажиры уже ждали.

***

Первое, что я заметил, они стояли отдельно друг от друга.