Smart Reading
Самые смышленые парни в комнате. Удивительный взлет и скандальное падение Enron. Бетани Маклин, Питер Элкинд. Саммари

Оригинальное название:

The Smartest Guys in the Room: The Amazing Rise and Scandalous Fall of Enron

Авторы:

Bethany McLean, Peter Elkind

Enron: американские горки в мире бизнеса

В конце 1990-х годов Enron была крупнейшей энергетической компанией США, которая за шестнадцать лет выросла в 6 500 раз – с $10 млн до $65 млрд. На рубеже нулевых Enron считалась чудом новой экономики, образцом поразительной эффективности и любимицей Уолл-стрит. Ее акции неуклонно росли. Работать в ней мечтали миллионы. А потом – всего за несколько месяцев – эта финансовая империя рухнула[1].

На первый взгляд история Enron легко укладывалась в знакомую схему: жадные топ-менеджеры, финансовые махинации, крах доверия. Будто бы катастрофа была неизбежным следствием столкновения нескольких дурных характеров. Журналисты Бетани Маклин и Питер Элкинд заподозрили, что все гораздо сложнее. Их насторожило не само падение Enron, а то, как долго компания умудрялась выглядеть безупречной – даже для тех, кто профессионально обязан был сомневаться. Изучая отчеты, сделки и внутреннюю переписку, Маклин и Элкинд столкнулись с тревожным парадоксом: Enron казалась исключительно успешной именно там, где ее бизнес становился все менее понятным.

Чем сложнее были схемы, тем увереннее рынок принимал обещания. Чем громче звучали слова о будущем, тем меньше внимания уделялось настоящему.

Это было не просто мошенничество – это была система, в которой человеческие слабости превращались в конкурентное преимущество, а сомнение считалось признаком непонимания.

Это история не о том, как Enron однажды оступилась. Это история о том, как шаг за шагом создавалась реальность, в которой опасные решения выглядели рациональными, компромиссы – временными, а успех – бесконечным.

Витрина новой экономики

Кен Лэй: простой парень, который нравится всем

Создателем и бессменным главой империи Enron был Кеннет Лэй – образцовый предприниматель, сделавший себя сам. Сын бедного баптистского проповедника, он получил образование экономиста в Университете штата Миссури – помогли займы и стипендия за блестящую учебу. Окончив университет в 1965 году, Лэй несколько лет отрабатывал образовательный кредит в энергетических компаниях, быстро завоевав репутацию умного, работоспособного и надежного специалиста.

Уже в начале 1970-х годов он оказался в Вашингтоне: сначала в составе энергетической комиссии, а затем на посту заместителя министра энергетики в Министерстве внутренних дел. К тому моменту Лэю еще не было тридцати, но он уже входил в круг ключевых экспертов администрации по энергетической политике.

В 1973 году Лэй решил заняться бизнесом. Благодаря источникам в правительстве он знал, что скоро начнется дерегулирование газовой отрасли – процесс, который должен был передать добычу и торговлю природным газом из рук государства частным компаниям.

Получив сильные рекомендации, Лэй отправился в Хьюстон – энергетическую столицу США. В течение следующих девяти лет он занимал топ-позиции в ведущих энергетических компаниях города, а в 1982 году возглавил крупную газовую компанию Transco Energy, снабжавшую природным газом Нью-Йорк, Нью-Джерси и большую часть юго-востока страны.

К середине 1980-х годов Лэй стал признанным экспертом отрасли: с ним консультировались в McKinsey и на Уолл-стрит, о нем писала деловая пресса. В 1985 году в результате серии слияний появилась компания Enron, и Кен Лэй стал ее директором.

Немного об отношениях Лэя с деньгами[2]. Он с детства привык экономить. Первые большие деньги пришли к нему, когда ему было хорошо за тридцать. Как описать это ощущение? Словно ты всю жизнь жил с удавкой на шее – и тут ее сняли. И ты впервые вдохнул полной грудью. Те, кто привык к богатству, просто с ним живут. Лэю деньги дались тяжким многолетним трудом – и каждый раз, когда был риск их потерять, его мучил страх удушья.

Джефф Скиллинг: парень с большой идеей

Джефф Скиллинг был чрезвычайно умен и очень азартен. Он начал работать еще в школе и тогда же стал играть на фондовом рынке (в основном в минус, но это его не останавливало). В 1975 году Скиллинг окончил Пенсильванский университет, а затем – Гарвардскую школу бизнеса, после чего устроился в McKinsey & Company – элитную консалтинговую фирму, где работали лучшие корпоративные стратеги США. Уже через пять лет Скиллинг стал партнером компании. Именно в McKinsey он впитал культуру индивидуализма, напора и интеллектуального снобизма.

Партнеры говорили о нем так: «Иногда ошибается, но никогда не сомневается».

В середине 1980-х годов Скиллинг открыл частную консалтинговую практику в Хьюстоне и начал работать с Enron, которая вскоре стала его основным клиентом. В 1990 году Скиллинг возглавил новое подразделение, созданное специально под него, – Enron Finance.

Скиллинг никогда не работал с газом, поэтому многие профессионалы отнеслись к его назначению скептически. Однако именно отсутствие профильного опыта оказалось преимуществом: его мышление не было сковано рамками отрасли. Ему было все равно, чем торговать – природным газом или свиной грудинкой. Он видел потребности клиентов, с одной стороны, и интересы поставщиков – с другой, а между ними – возможность заработать.

Именно Скиллинг придумал концепцию «газового банка». Суть идеи заключалась в том, чтобы превратить рынок газа в аналог финансового рынка – площадку, где торгуют не физическим продуктом, а контрактами и обязательствами. Enron из традиционной газовой компании должна была превратиться в трейдера и посредника.

На бумаге идея выглядела блестяще, но на практике производители газа не хотели связывать себя долгосрочными контрактами. Тогда Скиллинг предложил выплачивать им авансы наличными в обмен на обязательства долгосрочной поставки газа покупателям. Это решение сняло ключевое сопротивление рынка.

Умение Скиллинга видеть проблему шире, чем она казалась остальным, а затем решать ее масштабно и неординарно завораживало. Его образ мышления не только изменил Enron, но и запустил революцию во всей газовой отрасли США.

Производители и потребители начали заключать через Enron новые типы контрактов – не сделки день в день, а обязательства покупать и продавать природный газ по фиксированной цене. Инициативу подхватили конкуренты, и наконец рынок природного газа США стал активно развиваться. Почуяв прибыль, в игру включился фондовый рынок. Но у Enron были решающие преимущества:

• обширная сеть физических активов;

• способность объединять все движущиеся части и обеспечивать физическую доставку газа;

• многолетний опыт в газовом бизнесе.

«В те дни мы буквально печатали деньги», – вспоминал позже один из сотрудников.

Мастерство стратегического обольщения

К середине 1990-х годов Enron выглядела блестящей компанией – яркой, передовой. Аналитики и инвесторы массово скупали ее акции. Динамика прибыли:

• 1993 год: $387 млн;

• 1994 год: $453 млн;

• 1995 год: $520 млн.

Enron стабильно достигала или превышала целевые показатели по прибыли, и рынок реагировал ростом стоимости акций. С 1989 по 1994 год акции Enron выросли на 233 %.

Трейдеры Enron тоже «эволюционировали»: творческий энтузиазм сменился головокружением от успехов. Уверенные в собственной гениальности, они становились все более алчными и бесконтрольными, свысока поглядывая на другие подразделения компании.

Лавры успеха пожинал прежде всего Лэй. Он нравился людям, блистал, виртуозно выстраивал связи и был на короткой ноге с влиятельными бизнесменами и политиками, а также активно занимался благотворительностью и общественной деятельностью. Благодаря его усилиям Enron стала одним из ключевых спонсоров президентской компании Джорджа Буша, а семья Лэя вошла в ближний круг вашингтонской элиты.

Польза для Enron от этой светской и политической активности была колоссальной : Всемирный банк и Экспортно-импортный банк одобрили государственное финансирование в размере $7,2 млрд для 38 международных проектов Enron в 29 странах. Буш-старший помог компании получить миллиардные суммы государственных субсидий.

Не пренебрегал Лэй и прямыми стимулами: время от времени и обслуживающие компании, и их руководители получали от Enron щедрое вознаграждение.

За одну из непрозрачных сделок глава аудиторской фирмы Arthur Andersen получил $750 тысяч, а юристы из Vinson & Elkins (V&E) – $1,2 млн. Финансист Венди Грэм, жена сенатора Фила Грэма, вошла в совет директоров Enron, добившись для компании частичного ослабления регуляторного контроля.

Нужно расти быстрее

Enron Finance вместе с Enron Gas Marketing преобразовалась в Enron Capital & Trade Resources (ECT), которой руководил Скиллинг. Все, что зарабатывала ECT, вкладывалось в развитие нового бизнеса, но Скиллингу было мало: он хотел, чтобы компания росла быстрее. На то, чтобы вкладывать в производство полученную прибыль, рассчитывать не приходилось: реальных денег было не так много. Скиллинг решил пойти по пути секьюритизации – объединения кредитов и продажи их внешним инвесторам в форме ценных бумаг.

Первой в череде таких схем была сделка Cactus: Enron собрала около $900 млн, которые она обещала предоставить производителям газа, и продала пакет акций по этим сделкам группе влиятельных инвесторов, включая General Electric. Затем группа инвесторов продала газ обратно компании Enron, а та перепродала его оптовым покупателям. В результате сделки с баланса Enron был списан долг, а Скиллинг получил долгожданные деньги для ускорения роста ECT.

В 1993 году Enron заключила контракт с одним из самых уважаемых институциональных инвесторов в мире – Калифорнийской системой пенсионного обеспечения государственных служащих (CalPERS), крупнейшим государственным пенсионным фондом в стране, чей инвестиционный портфель составлял $130 млрд.

CalPERS вложила в инвестиционное партнерство $250 млн наличными. Enron взамен предоставила 250 млн собственных акций. Деньги должны были быть направлены на развитие энергетической области. Эта сделка стала для Enron еще одной ступенькой на лестнице в небо и вывела компанию в высшую лигу финансовых игроков.

Ставка на электричество: новая цель Enron

К середине 1990-х Enron была крупнейшим игроком на рынке купли-продажи контрактов по поставке природного газа: она контролировала около 20 % рынка. Но Скиллинг всегда хотел большего. Его новой грандиозной идеей была торговля электроэнергией.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Когда гений терпит поражение. Взлет и падение компании Long-Term Capital Management // Роджер Ловенстайн.

Вернуться

2

Деньги делают деньги. От зарплаты до финансовой свободы // Дмитрий Лебедев.

Вернуться