# Периметр. Последний удар

Ярослав Терешко

Сибирь. Глухая зима. В заброшенном бункере системы «Периметр» («Мёртвая рука») древний советский ИИ внезапно оживает. Командный центр молчит уже десятилетия. Молодой человек, случайно оказавшийся внутри, в холодном поту лихорадочно печатает на старой клавиатуре, пытаясь понять, что происходит. Но машина уже приняла решение: если ответа от центра не будет, она нанесёт удар.

# Периметр. Последний удар. Ярослав Леонидович Терешко

© Ярослав Леонидович Терешко, 2026


ISBN 978-5-0069-8159-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Периметр. Последний удар.


Справка:

В 1985 году, когда мир балансировал на краю ядерной пропасти, Советский Союз запустил «Периметр» — «Мёртвую руку». Последний щит Родины. Автоматическая система, которая должна была ударить в ответ, даже если вся страна уже мертва. В 1990-м её дополнили секретными автономными командными пунктами — такими, как «Игла». Глубоко под сибирской тайгой, в бетоне и стали, эти бункеры могли жить десятилетиями без единого сигнала. Датчики слушали землю, небо и воздух. Если Москва молчала — они решали сами.

В девяностых, когда страна разваливалась, кабели связи выкапывали тысячами километров и сдавали на металлолом. Бункеры забывали. А одна машина — самый продвинутый советский вычислительный комплекс того времени — осталась. Затаилась. Ждала. Тридцать пять лет она слышала только вой ветра и волков над тайгой. И пришла к единственному выводу: война уже случилась. Центр мёртв…


Святослав шёл сквозь тайгу. Ветер выл между стволами кедров, как будто сама тайга пыталась его остановить. Снег валил мелкими зернами, попадая в глаза и забиваясь за воротник старой куртки. Каждый шаг отдавался тяжёлым хрустом — снег проваливался по колено, ботинки «Север» промокали насквозь, пальцы в перчатках уже не чувствовали холода. Дыхание вырывалось густым белым паром, который сразу же застывал на ресницах.

Святослав молодой человек, который недавно закончил школу но не решил как то, что ему делать дальше. Светловолосый, среднего роста с довольно приятной внешностью. Пока что он подрабатывал грузчиком в кемеровском «Магните». Днём — бесконечные ящики с продуктами и молоком, которые приходилось таскать по скользкому полу склада в торговый зал и обратно, вечером — прямые эфиры на канале «Заброшки Кемерово». Он думал стать блоггером, сталкером, снимать контент на заброшках, но пока дело шло туго. Триста подписчиков всего. Больше не было никого, кто бы знал, куда он направляется сегодня.

Он остановился на небольшом холме, стряхнул снег с капюшона и включил трансляцию.

— Братва… сегодня не обычная заброшка. На картах — пусто. Просто бетонный вход в снегу среди леса, похоже на какой-то погреб или может даже бункер. Я планирую спускатся. Если что-то пойдёт не так… вы всё увидите.

Чат молчал первые секунды. Только редкие сообщения начали появляться:

kemerovo_urbex: Слав, осторожно там…

taiga_dead: давай.

nuclear_kz: Если дверь заперта — не лезь, брат.

Святослав заметил едва видимую коробку двери в бетоне, почти полностью залепленную снегом. Достал из рюкзака старую монтировку — верный урбэкс-инструмент, потёртый и холодный. С усилием поддел ржавую дверь. Металл заскрипел, будто ввизгнули свиньи, которых режут. Дверь поддалась с тяжёлым, долгим стоном. Никакой таблички снаружи не было. Только внутри, на стене первого коридора, он увидел едва различимую, выцветшую надпись «ПЕРИМЕТР — ИГЛА», полузакрытую пылью и плесенью.

— Братва, вскрыл дверь. Монтировка хрустнула — и всё. Спуск вниз, ступени в инее.

taiga_dead: Слав, не лезь!

Лестница уходила вниз, в чёрную пустоту. Ступени покрыты толстым слоем инея, перила холодные. Фонарик выхватывал только метр вперёд, луч дрожал в руке. На минус первом уровне — пустые коридоры, стены в чёрной плесени, которая свисала клочьями, запах сырости и старого металла, пыль толстым ковром под ногами. На минус втором — абсолютная тишина, такая густая, что давила на уши, только далёкий гул ветра сверху, словно дыхание тайги. А на минус третьем…

— Лезу. На минус первом — пусто. На втором — тишина. А на третьем… тепло. Снизу веет, как из печки. Снаружи минус тридцать два, а тут тепло.

kemerovo_urbex: Давай делай!!

Святослав толкнул тяжёлую гермодверь командной секции. Она открылась с металлическим вздохом. Внутри — почти полная темнота. Только две крошечные красные лампочки аварийного освещения едва тлели в углу, как угасающие глаза. Пахло холодным металлом, пылью и — будто старым машинным маслом. Святослав прошёл дальше, луч фонарика скользнул по панелям, по старым шкафам с проводами, по пыльным пультам. И вдруг…

Щелчок.

— Во, ребята, нифига себе! Что то включилось! Тут всё работает! Это просто невероятно! Все гудит, лампочки мигают!

taiga_dead: Блин, чё это такое?

kemerovo_urbex: Это неужели военный объект?

nuclear_kz: Это рабочий, Слав! Уходи оттуда!

deadhand_fan: Не трогай ничего.

— Да ладно вам, я же просто смотрю…

Один за другим начали загораться зелёные индикаторы на панели. Затем вспыхнул главный монитор — старый зелёный ЭЛТ-экран. Сначала побежали строки кода — длинные, непонятные, советские символы, цифры, команды. Они бежали быстро, как будто машина просыпалась и проверяла себя. Потом экран мигнул и выдал чёткую надпись крупными буквами:

СТАТУС 0_1

РЕЖИМ ЭШЕЛОН
ЦЕНТР НЕАКТИВЕН
ПРОТОКОЛ 512 АКТИВЕН
ДАННЫЕ = 0
ВЫБОР: 0 — ОТМЕНА / 1 — ЗАПУСК

— Вот, ребята, смотрите, снимаю. Тут короче зал маленький, тесновато метров десять, не больше. Потолок низкий. Всё в пыли, серой, толстой — будто здесь никто не дышал тридцать лет. Пол — коврики старые, красные, потрёпанные, под ногами хрустит. Кресла — два, тяжёлые, кожа потрескалась, спинки прогнулись. Перед ними — пульт, лампочки тусклые, но две-три зелёные горят, мигают. Монитор — вот он. Строки светятся. Клавиатура — кнопки пожёлтели, пыль на них лежит. На стене — шкафы с проводами, ржавые, дверцы приоткрыты, кабели внутри свисают. Телефоны — два, чёрные, дисковые, трубки сняты, будто звонок ждали. Линии связи — разъёмы старые, пыльные. Где-то внутри шумит — вентилятор, наверное, или трансформатор. Тепло идёт снизу, от пола — не жарко, но душно, как в подвале с печкой. В углу — шкафчик «Резерв», дверца приоткрыта, внутри журналы какие то. Братва, это не просто заброшка. Это… это рабочее всё

— Ну что, ребята… я подошёл к экрану. Снимаю крупно. Зелёный, ламповый, строки кода мелькают. Статус 0_1, протокол 512, выбор 0 или 1. Есть среди вас айтишники? Кто-нибудь может объяснить, что это за ерунда?

taiga_dead: Это, в принципе, какая-то фигня. Похоже на старый метеорологический терминал.

kemerovo_urbex: Да, скорее всего, метеооборудование. Оно, наверное, ещё с девяностых работает на автопилоте.

deadhand_fan: Почему работает? Потому что РИТЭГ стоит. Радиоизотопный генератор. Он может десятилетиями греть и питать.