Валерики в пику гарикам. Часть 3 (801 -1200)
Валерий Белов

© Валерий Белов, 2026

ISBN 978-5-0069-7788-4 (т. 3)

ISBN 978-5-0069-3469-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Настоящая книга является продолжением первых двух частей (01 — 400) и (401 — 800) общей книги «Валерики в пику гарикам» с нумерацией катренов с 1 по 1200.

Согласно п. 4 ст. 1274 ГК РФ, создание пародий на основе обнародованных произведений допускается без согласия автора. Но даже вне зависимости от этого, если кто-то захочет использовать мои четверостишия (названные Валериками) в своей творческой оригинальности, то я даю на это своё согласие на любую переработку моего оригинала как в этой жизни, так и в последующей.

Создание пародии не должно причинять вред правообладателю оригинала, однако, суды часто признают пародии законными, если они направлены на высмеивание. Судебная практика рассматривает пародию как самостоятельное произведение, созданное на основе переработки оригинала.

И если кто-то сам без греха скажет, что я каким-то образом нарушил чьё-то авторское право или правила публикаций — пусть «первым бросит в меня камень».

Мир от женщины зависит

801.

В дому жена не без причины

Правитель, всемогущий визирь.

Но слаб вне возраста мужчина,

Чей мир от женщины зависит.

802.

Как соблюдать иные пакты,

Кто на кого не нападёт,

Так можно дам любить абстрактно…

С женой сей номер не пройдёт.

803.

Кто в жизни совсем не изгой,

Никто у него не отнимет

Ни полное счастье с женой,

Ни тощую славу с другими.

804.

Когда альтернативы нет,

С поэтом жить как наказание.

Пока у муз торчит поэт,

Жена мечтает о прозаике.

805.

Когда по-прежнему верна,

А вот влеченье поостыло,

Сверхнепорочная жена

От верности своей уныла.

806.

Для па деде и прочих поз

Довольно будет балерине

Питаться лепестками роз,

Чего не скажешь о мужчине.

807.

У мужчин не зря глаза горят.

В мир интима шторку приоткрою —

Не сравнится никакой наряд

С женскою природной красотою.

808.

За спешку жаждущих пойму

В блаженство рухнуть на диване.

Кому же рваться ни к чему,

Для них вся прелесть в раздеванье.

809.

Когда развеется обман,

Что есть замужество в натуре,

Пусть будет муж козёл, баран,

Лишь бы не волк в овечьей шкуре.

810.

Женщине с мужем, однако,

Это кому как свезёт:

Друг человека — собака

Или обычный козёл.

811.

То совсем не беда в городах

И в местах, до сих пор деревенских,

Если девичий крик иногда

Вдруг мгновенно становится женским.

812.

Тем любая логика ущербна,

Что не оградит от тяжких дум.

От неё поэтому, наверно,

Напрочь отказался женский ум.

813.

Раз из-за женщин можно сесть в тюрьму,

То и корова может быть невеста —

Не по уму оно и потому

Всем бес в ребро, а не в другое место.

814.

Рожать младенцев повсеместно

Во исполнение Завета,

А что духовно, что телесно —

То женщине плевать на это.

815.

Дом сумасшедший, клиника, острог…

Тем, кто решил найти тому причины,

Шерше ля фам — сказал на это Бог —

От злонамеренных до благочинных.

816.

Тому назавтра лишь торчать в прихожей,

Кто с женщиной в прекрасные мгновенья

Считал, что может изъясняться лёжа,

А нужно было вставши на колени.

817.

Всё утро просидел мужик в болоте

И утку ожидал, как ждал бы женщину.

Принёс домой, подбивши на подлёте,

Всю общипал, сварил, а есть там нечего.

818.

Может мужчина приврать, обмануть,

Было бы чем отличиться.

Но чтобы лишнего вдруг не сболтнуть,

Нужно у женщин учиться.

819.

К мужчине, брошенному втуне,

Вернётся дама вне сомнений,

Совсем как истинный преступник

Придёт на место преступленья.

820.

Пусть на судьбу красавица не ропщет.

Вниманием мужским не обделённой

Кокетке быть обманутою проще,

Чем страшненькой для счастья урождённой.

Можно схлопотать и по мордасам

821.

Неизменны только, разве что, святцы

И мужское в неизвестность стремленье.

Если в жизни всё должно обновляться,

Тяга к женщине не исключенье.

822.

Лезть в чужие тайны явно лишне,

Глупо, непристойно и опасно.

Даже разрешенье получивши,

Можно схлопотать и по мордасам.

823.
Покуда женщин молчит
В своей одежде,
То взгляд мужской не исключит
Любой надежды.

Раздетая же донага,
Как птица в ощип,
Предстанет женщина тогда
Другой на ощупь.

824.

В беседе, вдруг попутав берега,

Имеет слабый пол все полномочья

Так обозвать, как даже попугай

Не сможет вас послать куда захочет.

825.

Как невозможно жить в России,

Расплачется иной семит,

Власть обвинит в своём бессилье,

А сам живёт, детей родит.

826.

Как женщина Россия здесь.

Евреев народила мать

С каким намереньем, бог весть,

Чтоб после жизни им не дать.

827.

Подвергнуться насилью изначально,

Чтоб добровольно отдаваться после —

Для женщины приличной, что печально,

Привычнее других синдром Стокгольмский.

828.

Плодиться, размножаться Бог велел,

Но только лишь в своём родном кибуце

Дабы тому, кто ранее подсел,

На новую отсидку не вернуться.

829.

Порой бывают женщины жестоки,

Их часто осуждают за неверность,

Но если видеть в них одни пороки,

То это лишь, чтоб скрыть свою ущербность.

830.

Кто женскую постель перетряхнуть

С пристрастием готов и с интересом,

Ему бы в психбольницу заглянуть,

Там для него уже готово место.

831.

Знает женщина, раз человек

В суете не замечен и в спешке

И ему безразличен успех,

Быть ему королевскою пешкой.

832.

Где семьи под охраной государства,

К семейным драмам толерантны судьи

И даже по статье за хулиганство

Условный срок дают семейным людям.

833.

Дошёл до откровенной низости

И Бога в этом обличил,

Кто с детства вожделенной близости

От женщин не дополучил.

834.

Есть кто без совести зазрения

Любого может обвинить,

Мораль поставить под сомнение,

Своё паскудство обелить.

835.

Где жизни нет, всё устоялось прочно,

Незыблемо — то верно лишь отчасти:

На кладбище средь поселенцев ночью

Кипят свои невидимые страсти.

836.

Кто-то жить не желая в стране,

Где его не признали таланта,

В рай загробный, поверив вполне,

Переехать готов релокантом.

837.

С химерой совести свой воз вести

Возможно только на погост.

Где мир устроен не по совести,

Итогом будет холокост.

838.

На царя покушение было,

Я в Сибири устроился мило,

Но жена вдруг сюда прикатила

И всю каторгу мне отравила.

839.

Не из альтернативной книжки,

Из высших диссидентских сфер

Мы узнаем не понаслышке —

Был русским даже Агасфер.

840.

Ещё с времён Тараса Бульбы

Палёной водкой жид торгует.

А что ему не торговать,

Ведь и ему Россия — мать.

841.

«Храпит и яростно дрожит

казацкий конь при слове «жид».

Похоже, и коню немало

От них за что-то перепало.

Приличного найти б хоть одного…

842.

За всю историю Руси

Царей хватило белобрысых,

Но только Бог её спаси

Не от курчавых, а от лысых.

843.

Есть волк и семеро козлят.

Бежать от них волчаре голым,

Когда «козлят и жиденят» —

Что делают? То бишь глаголы.

844.

Во мне так много качеств от других,

Чего там только нет…, и что с того?

Но из всех тех, кто сделался велик,

Приличного найти б хоть одного…

845.

Птиц косяки за рубеж улетели.

Но осуждать мы не станем пернатых,

Лишь отшумят над Россией метели,

Вновь возвратятся в родные пенаты.

846.

Всем на Руси осточертело

Кого-то гнать и обвинять.

С того и до евреев дела

Нет… как цыгану до коня.

847.

Там, где иной, подняв забрало,

Евреев гонит в никуда,

Жалеть изгоев не пристало

Без чувства ложного стыда.

848.
Не понять тому, конечно,
Кто с Россией не знаком,
Как еврей в посеве гречки
Пребывает васильком.

849.
В проблемах, когда дело тухло,
Есть выходы из ситуации,
И тот, который через тухес,
Верней других в момент прострации.

850.

Не поможет достаток любой,

Ни покрытое плюшем сидение —

Тем, кого достаёт геморрой,

Золотой унитаз не спасение.

851.

Возвратиться назад со щитом

Полагают и эти, и те,

Но кто всюду суётся с мечом,

Самого принесут на щите.

852.

Возможно жить рисково, как придётся,

Дерзать, блудить и заправлять арапа.

Но в нашей жизни на любого Фокса

Жиглов всегда найдётся и Шарапов.

853.

Что наша жизнь и вес её каков?

Смерть как всегда приходит не ко времени…

У Бога же в Палате мер, весов

У времени иное измерение.

854.
Если ползать, пресмыкаться
Вы по жизни не хотите,
В бабочках как оказаться
Вы у гусениц спросите.

855.
У многих, должны мы признаться,
Желание рушить Бастилии,
Идти за свободу сражаться
Рефлекс пищевой пересилит.

856.

Есть те, кто скажут: не по мне

В России жить, страну кляня.

В ней жизнь еврея как в тюрьме,

Но это родина моя.

857.

Высь — опрокинутая чаша.

Под колпаком любой народ.

Все нечистоты, как парашу,

На землю вылил небосвод.

858.

Хочется прожить свой краткий век,

Не подозревая изначально —

Даже самый мерзкий человек

Есть подобье Божье, что печально.

859.
Кричал сбежавший из страны
Про объективный взор…
С какой ни взглянешь стороны:
Предательство — позор.

860.
На деда конопатый рыжий
Не стал хвататься за лопату —
Ведь умиротворенья вспышки
Бывают и у психопатов.

861.

Всю жизнь с разбитою сопаткой

Провёл в кругу сплошных проблем,

Как подобает демократу…

А значит, есть гордиться чем.

Основание для пессимизма

862.

Если в мире жить без грызни,

Не найдётся, кого потискать.

Ведь размножиться не в грязи

Можно только с огромным риском.

863.
Господь суров, и по уму
Я не гневил Творца.
А что я повидал тюрьму,
Тому виной фарца.

864.

Зря не кичись своим приличием.

Гордыня — это смертный грех.

Лишь смерть от бытия в отличие

Избавит от несчастий всех.

865.
Что внизу, зловонье дышит
Омерзительно и затхло.
Там, пониже наклонившись,
Каждый свой отыщет запах.

866.
Отправиться в новое плаванье
И славно закончить поход
На рифах… А в тихие гавани
Вернутся кому повезёт.

867.

Когда череда бурных празднеств и будней

Своим повтореньем наскучит конкретно,

То самой главнейшей иллюзией будет,

Что жизнь — наслаждение, полное света.