# Хрустальная пирамида. Часть первая

Гамиль Махмутов

Молодой парень безумно влюбляется в красивую девушку, однако в самом разгаре романтических отношений их разлучают. Парень, преодолевая трудности, за короткий срок из стеснительного мальчика превращается в настоящего мужчину.

© Гамиль Махмутов, 2026


ISBN 978-5-0064-2709-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## глава I

Ох, как же долго тянулось время! Он ждал, когда все сотрудники офиса наконец-то разойдутся, а он останется один, чтобы поскорее подняться на кухню и спокойно перекусить. Там всегда оставалась еда охраннику на вечер. Как правило, это гарнир или макароны с соевым мясом, а также какой-нибудь салат. Вся пища здесь была вегетарианской. К чаю всегда есть в изобилии разное печенье и конфеты. Он ещё раз проверил порядок на своём рабочем месте, убрал лишние бумаги и свои рисунки, нарисованные от безделья. На столе оставались лишь радиотелефон, настольная лампа, стопка газет и журналов, а также благовония в виде ароматических палочек. Столик охраны находился неподалёку от выхода на первом этаже. На втором этаже, куда вела просторная извилистая лестница, располагались офисы и кухня.

Обязанности были довольно-таки простыми, но требовали внимания. При вызове в домофон, который находился на стене рядом со столом охраны, включался маленький мониторчик, на котором можно разглядеть посетителя. Гостей можно впускать только с одобрения сотрудников офиса. Еще не обладавшему спокойным отношением к критике со стороны окружающих, юноше это доставляло беспокойство и неудобства, так как порой приходили зрелые мужики, которые могли ввернуть резкое словцо, даже понимая, что охранник выполняет лишь инструкции.

Сам по себе он парень мечтательный, о чём-то постоянно думал и фантазировал. Бывало, что и в течение получаса ни разу никто не беспокоит и, привыкнув к тишине, он расслаблялся и уходил в себя. Причём порой так глубоко погружался в свои мысли, что даже вздрагивал, когда его пробуждал звонок телефона или домофона.

Эта должность могла бы называться и консьержем, но брали на эту работу только молодых парней и зрелых мужчин. По инструкции они должны опрятно и презентабельно выглядеть, обязательно в брюках, рубашке, пиджаке и в начищенных ботинках. Всегда быть вежливыми и приветливыми с гостями. Не позволяется никакой грубости, вместе с тем, как было ранее сказано, нельзя пропускать кого-либо в офис без предварительного согласия сотрудников. Так же с утра охранник выдаёт ключи от кабинетов сотрудникам, а в конце рабочего дня принимает их обратно. На время обеда охранника подменяет кто-то из мужчин, находящихся в офисе.

Наконец, наверху послышались весёлые голоса, хлопанье дверей, стук каблуков. Народ постепенно начинал спускаться. Первыми шли Василий Петрович и Татьяна Григорьевна. За ними остальные сотрудники, стараясь как-то аристократично шутить, высказывать разные умные мысли, с целью понравится этим важным людям. Здесь надо бы подробнее описать отношения и правила в этом необычном коллективе. Все сотрудники, работающие в этой структуре, обязаны посещать занятия, которые проходят после работы в арендованных залах. Главными идейными вдохновителями и учителями как раз и являются Василий Петрович и Татьяна Григорьевна Царёвы. Всё их окружение, надо сказать, невероятно сильно ими очаровано. Вера в магическое могущество и глубочайшую мудрость учителей очень крепка.

Организация имеет свою типографию, где выпускается разного формата литература. Это разнообразные книги, газеты, брошюры и всё от правильного питания до специальных физических упражнений. Многие статьи писали сами ученики, но лишь те, кто приближен к учителям и хорошо впитал в себя их идеологию. Были и статьи, написанные самим Василием Петровичем или Татьяной Григорьевной. Они, как правило, на разные психологические и нравственные темы. Часто в них рассказывалось о каких-то энергиях, излучаемых людьми, о том, как не терять и приобретать энергетическую силу. Всё это, вне всяких сомнений, написано очень талантливо. И каждый, кто впервые сталкивался с такого рода информацией, так или иначе, втягивался и начинал всё больше этим интересоваться. Не исключение и наш охранник. Учителя очень тонко психологически выверяли свои статьи. Было бы не лишним отметить то, что они имели не простые связи в социуме. Не даром посетителями офиса являлись и писатели, и предприниматели, и депутаты, и даже некоторые представители власти.

Все старшие ученики — несомненные приверженцы их идеологии, и в коллективе была своего рода конкуренция, где все друг перед другом имели манеру самоутверждаться, хотя это и осуждалось идеологией, но тут другое… Ведь, кто ближе к учителям, тот сильнее в знаниях, а значит можно иногда кольнуть товарища дабы тот не расслаблялся, да желательно сделать это публично на занятиях или собраниях; тут и товарищу указал на его слабость и сам возвысился в глазах других. Только положительные моменты! А всякий, кто обижался, мог подвергнуться всеобщему осуждению и осмеиванию, поскольку обида — это самое позорное и недостойное качество. Впрочем, многое ещё тут можно рассказать, но об остальном позже.

Спустившись вниз, Василий Петрович, державший под руку свою супругу, заметил на краю стола охранника книжицу. Это была маленькая брошюра, одна из тысячи, которые продавались в известном эзотерическом магазине Москвы за сущие копейки, написанная неизвестными авторами, которых в ту пору наплодилась целая армия, с броским названием «Энергетический вампиризм»

— Ух, ты! Хочешь стать энергетическим вампиром? — как бы в шутку спросил Василий Петрович.

— Нет! Я хочу их разоблачать! — сразу нашёлся парень.

— А это правильно!

Все вокруг захихикали. Казалось бы, ничего особенного сказано не было, но ощущался во всем какой-то «глубокий смысл». Василий Петрович представлял из себя достаточно крупного, статного мужчину лет сорока пяти, обладающим красивым низким баритоном и великолепной дикцией. Взгляд его был пронизывающий, какой-то орлиный. При этом он всегда весьма спокоен и все движения его экономичны. По его поведению и манерам понятно сразу, что это сильный мужчина. Такой человек никогда ничего не делает просто так, и не говорит ни чего лишнего.

Все остальные спустившиеся внимательно следили за всем и слушали.

— Ну будь здоров! — сказал Василий Петрович, отдав ключ от своего кабинета и пожал руку парню.

— До свидания! — улыбаясь, произнесла Татьяна Григорьевна.

— До свидания! — с каким-то волнением и растерянностью им обоим ответил парень.

Когда Царёвы вышли на улицу, за ними последовали и остальные, сдавая охраннику ключи от своих кабинетов. Наконец он закрыл входную дверь, наступила тишина. Выждав минут пятнадцать, на случай если кто-то вернётся за чем-нибудь по забывчивости, он переоделся в лёгкую форму и принялся разминаться. Для него, как человека, увлекающегося боевыми искусствами, это было обязательно. Сделав несколько отжиманий, приседаний и махов ногами отправился на кухню. После ужина он проверил порядок во всех комнатах кроме одной и опять спустился вниз к своему месту. Оставшаяся комната принадлежала Царёвым. Туда без надобности входить не разрешалось. Как бы и запрета официального не было, но то само собой разумеющееся. Ведь учителя непременно поймут или почувствуют, что в комнату кто-то заходил. За ними закрепилось такое всеобщее мнение, что Василий Петрович и Татьяна Григорьевна всё обо всех знают. На занятиях бывало, что они чётко угадывали недостатки учеников и при всех высказывали об этом, заставляя волноваться и краснеть. Впрочем, ко всем был индивидуальный подход: кому-то жёстко говорили, а кому-то мягко и доброжелательно.

Он зацепился вновь взглядом за свою книжку, которую особо и читать-то не хотелось, убрал её со стола к себе в сумку, чтобы больше глаза не мозолила и сел на диванчик для гостей. Он ещё раз прокрутил в голове ситуацию с Василием Петровичем, тогда парень ещё не знал какой смысл обретут эти слова в будущем.

Так он просидел с минуту, как вдруг услышал на верху какой-то шорох. Разве он не один остался? Он посидел ещё немного, надеясь, что ему показалось. Возможно, он спутал этот звук с каким-нибудь шумом, доносящимся с улицы. Но спустя ещё немного времени послышался тихий и короткий скрип двери.

— Кто здесь? — крикнул он, но ответа не последовало.

В подсобке под лестницей лежала резиновая дубинка, которую принёс шутки ради один из сменщиков. Парень поспешно её выхватил и уверенно пошёл наверх, преодолевая свой страх. Мелькнула мысль, что его могли таким образом проверять кто-то из своих. Например, пока он был на обеде, сменщик мог пропустить кого-то и тот остался в кабинете учителей. Впрочем, это довольно-таки глупая затея. А что, если это какие-то злоумышленники, которые влезли в окно или вошли через дверь, ведущую в ту часть здания, которую арендовала соседняя фирма. Эта дверь всегда была закрыта, а ключей от неё, кажется, даже и не было на вахте. Оставалось несколько ступенек до пролёта, когда он замедлил шаг, внимательно осматривая открывающееся пространство. Было абсолютно тихо и никакого намёка на чьё-либо присутствие.

— «Ну смотрите, — подумал он, — свой, не свой, шарахну дубинкой одинаково, а извинятся даже не подумаю».

Он подошёл к двери, ведущей в коридор, которая, предположительно скрипнула, она оказалась чуть-чуть приоткрытой. Припоминалось, что дверь он сам не захлопнул. Парень толкнул её, держа дубинку наготове. Он думал, что за ней кто-то стоит. Но дверь с размаху стукнулась о стену. Парень резко шагнул вперёд и тут увидел убегающую крысу!

— Ах, ты зараза! Я тебя поймаю сегодня! Устрою охоту!

У него сразу отлегло. Сомнений не было — офис пустой. Однако, он заметил одну неприятность: под дверью учителей крыса успела прогрызть ковролин, изрядно намусорив. Что ж, это ли не повод войти в эту комнату, мало ли, что ещё там внутри она натворила! Не прошло и пары минут как он вернулся с ключами и пылесосом. Убрав по-быстрому ошмётки ковролина, он решил осмотреть комнату. Первое, что бросалось в глаза это огромный дубовый стол, стоящий почти у окна. Мощные резные ножки придавали ему величественный вид. На столе стояли предметы канцелярии, календари, маленькие статуэтки будды (видимо, это чьи-то подарки), совместный портрет учителей и ароматические палочки. В комнате так же находились два книжных шкафа, заставленных книгами. Было понятно, что здесь вся мебель отнюдь не дешёвая. Кожаное кресло для гостей чёрным пятном закрывало угол комнаты. Казалось, если сядешь в него, то провалишься в чёрную дыру. В противоположном углу у стола спрятался металлический сейф. Стены украшали пара мечей и портреты Василия Петровича с разными людьми. Ощущалось, что всё в этой комнате пропитано каким-то таинственным духом и особой энергетикой. Находясь здесь, волей-неволей хотелось ходить на цыпочках и ни к чему не прикасаться, в то же время раздирало желание разглядеть каждую мелочь. Побыв минут пятнадцать в комнате, он собрался уходить, как вдруг услышал женский голос, прозвучавший внутри его головы. Голос звал его:

— Руслан!

Странно, однако, услышав своё имя, он совсем не испугался от неожиданности. Тембр голоса казался очень родным, хоть он и слышал его впервые. Его поразило собственное спокойствие.

— Кто ты? — спросил не громко парень.

Но было тихо, как прежде, лишь изредка доносился с улицы шум проезжающих мимо машин.

## Глава II

Наутро после смены Руслан отправился домой. Жил он с родителями в Подмосковье, поскольку, вернувшись из армии ещё не успел обзавестись собственным жильём, да и не особо торопился с этим. Потому, он добирался из офиса, находящегося почти в центре Москвы, до дома около двух часов. С работой тоже как-то не сильно был разборчив. Он никогда не стремился много зарабатывать, и возраст такой, что хочется надышаться свободой, которой ему так не хватало в армии. Надежду Николаевну (так звали маму Руслана), конечно же, это не устраивало. Она хотела поскорее сына сделать самостоятельным. Всё время допекала его нравоучениями и наставлениями. Все, мол, твои ровесники уже хорошо зарабатывают, помогают родителям, а ты всё дурака валяешь… Руслан каждый раз раздражался и уходил от разговора.

Вот и в этот раз, придя домой, он застал на кухне маму, хлопочущую у газовой плиты, по-видимому, готовился суп.

— Привет, мам! — снимая ботинки произнёс Руслан.

— Привет! — ответила Надежда Николаевна.

Руслан ещё не успел снять верхнюю одежду, как она поднесла ему к лицу ложку с бульоном.

— Проверь, соли достаточно?

— А это мясной бульон? — отшатнулся Руслан

— Да какая разница? — с поддельным недоумением воскликнула Надежда Николаевна. Она эту сцену разыграла специально, зная, что он не ест уже давно мясо, но рассчитывала застать врасплох.

— Для меня большая разница, ты же знаешь! — отвернулся сын продолжая раздеваться.

Надежда Николаевна швырнула ложку с бульоном в раковину и насупилась. Руслан направился в свою комнату, а вслед ему полетели слова:

— Не буду больше тебе ничего готовить! И вообще не подходи ко мне!

Он вошёл в свою комнату взял гитару и начал что-то тихонько наигрывать. А Надежда Николаевна, услышав гитару, ещё сильнее завелась, и, похоже, её уже было не остановить. Она хлопала кухонными шкафчиками, гремела посудой, а потом и вовсе начала кричать:

— Как пошёл в свою секту, так изменился до неузнаваемости. Совсем чужой стал! По дому вообще ничего не делаешь, только ешь, да спишь… и на гитаре своей играешь. Хоть бы отцу помог плитку в ванной выложить…

Руслан терпеливо ждал, когда мама успокоится. Он играл одну из своих любимых мелодий, которая должна была его сдерживать от ответной реакции, но мама окончательно разошлась. Видимо давно у ней накипело и всё о чём она думала наедине, сейчас выдавала полностью в надежде достучаться до сына. Но всё было напрасно. А в какой-то момент, не выдержав, Руслан с гитарой пошёл к кухне и специально стал громко играть, заглушая речь матери. Её это вывело окончательно, вследствие чего грязная мокрая тряпка для стола полетела в лицо сына. Он успел увернуться, и тряпка угодила в зеркало в прихожей, затем соскользнула на пол. Руслан прекратил игру и, удалившись, закрылся в своей комнате.

Такие сцены у сына с матерью в последнее время стали не редкостью. В армии он такого себе даже представить не мог. Вдали от дома он безумно тосковал по маме, писал ей душевные письма и такие же душевные получал в ответ. Он каждый раз с нетерпением ждал нового письма и, читая, получал огромную порцию домашнего тепла, которого так не хватало вдали от дома, среди жестокой дедовщины. А какие посылки присылала ему мама! Старшина даже спрашивал: она что у тебя на кондитерской фабрике работает? Там чего только не было! Различные конфеты, шоколадки, козинаки, печенье много-много всего! Правда старослужащие сержанты большую часть посылки, конечно, с позволения старшины, забирали себе, и лакомились как хищники отдельно от всех молодых в каптёрке со старшиной. У Руслана сердце кровью обливалось, что его матушка не жалела никаких денег и собирала такую дорогую посылку и всё доставалось этим сволочам. Он просил её в своих письмах не присылать столько. Но материнское сердце считало иначе. И она вновь присылала ему набитые сладостями посылки. В армии вся еда скудная на выбор, лишь каши да супы, а так хочется сладенького.

Но за какой-то год с небольшим, после дембеля, всё сильно изменилось. Обвыкшись дома рядом с родителями, он стал стремительно забывать ту тоску, которую испытывал вдали от дома, раз за разом спорил с мамой на разные темы, касаемые развития и совершенствования, постепенно становился даже противником своей мамы. Доходило до того, что в минуты ссор он испытывал даже презрение к ней. Лишь чувство долга перед родителями, засевшее где-то глубоко в подсознании, притормаживали его от радикальных словечек. Но всё же трудно передать, что испытывала Надежда Николаевна. Ей казалось, что она безвозвратно теряет своего сына. Её сердце было переполнено отчаянием. Чем же она это заслужила, ей искренне было непонятно. Ведь на собственном примере она показала сыну отношение к родителям, почитала их и ценила. Свою маму она приютила в старости у себя, хотя полно было братьев и сестёр, кто бы мог тоже о ней позаботиться.

Так почти до вечера сын и мама больше не общались. Лишь уходя из дома он всё-таки крикнул из прихожей:

— Мам, пока! …Я на занятия… Приду поздно. — после каждой фразы он делал паузы, ожидая реакции, но Надежда Николаевна молча сидела в своей комнате и смотрела телевизор. Стоя на пороге, с открытой дверью, он ещё немного ждал хоть какого-то ответа и увидел лежащую на полу тряпку, как напоминание о недавней ссоре. Похоже, что Надежда Николаевна специально не убирала её, дожидаясь прихода с работы Анатолия Ивановича (отца Руслана), чтобы это обстоятельство послужило поводом для начала разговора и своего рода вещественным доказательством накала обстановки в семье. Не дождавшись ответа, сын вышел, тихонько закрыв за собой дверь.

В организации под названием «Матрица», куда ходил заниматься Руслан, один из важнейших и часто обсуждаемых вопросов был посвящён отношениям с родственниками. Говорилось о том, что родственники сильно тормозят развитие. Они будут смеяться над вами, над тем, что вы не такой как все, что вы чудак и ненормальный. Родственники все сидят на стереотипах загнивающего общества, в каком-то болоте. А видя то, как вы развиваетесь, они будут раздражаться и стараться удержать вас рядом с собой, поэтому надо вырваться из этих оков родственных связей. А если, например, мама вам скажет, что вы ей обязаны, за что она вас родила, то отвечайте так: это ты должна быть благодарной, за то, что я родился! Руслану эта философия очень подходила.

Он как будто осознал, что находится в родительском плену и надо срочно разрывать связи, хотя бы на уровне долга перед родителями. Ведь он предлагал своей маме так же ходить на занятия и развиваться, но она не хотела. Никакие доводы не работали. Он даже говорил, что это уникальная лучшая система развития в мире. Что их семья станет самой счастливой во всей родне! Но ни что не действовало на маму, она только сильнее раздражалась и уходила всячески от разговоров. Старшие ученики, однажды выслушав откровения Руслана, сказали, что его мама вампир! Надо как можно скорее уходить от её тотального контроля. Впрочем, в «Матрице» приветствовалось, если на занятия ходят семьями.

## глава III

Когда он пришёл на занятия, спортзал был уже наполовину заполнен. Все старались занимать места поближе к той стороне, где будет стоять учитель. Руслан, приветствуя улыбкой и кивком головы своих соратников, прошёл к дальним рядам, расстелил там свой небольшой коврик и уселся на него, ожидая начала. Люди, приходящие сюда были разных возрастов, от молодых ребят до пожилых мужчин и женщин. Но общались все на равных и обращались к друг-другу только по имени, независимо от возраста. Пожалуй, одним из важных преимуществ этих занятий являлось то, что разные поколения людей были на одной волне и, благодаря этому было много общих тем для разговоров. Время приближалось к началу занятия. На входе в зал появилась Татьяна Григорьевна. Вокруг неё, как всегда, кружились старшие ученики и она, похоже, кого-то из них отчитывала, но делала это очень деликатно. Сразу, пожалуй, и не поймёшь о чём говорили, т.к. они общались не громко, да и в зале стоял небольшой гул, однако по лицу одной из учениц Руслан понял, что она сильно расстроена и похоже, что даже плачет. Такое происходило не редко, ведь работа над качествами довольно-таки тернистый путь, не всегда доставляющий радость, а зачастую, как выражаются сами занимающиеся, их плющит и колбасит. Зал продолжал заполняться учениками, которые рассаживались всё дальше и дальше от выхода. Галдёж усиливался, ученики приветствовали друг друга, шутили, смеялись. Это действительно было радостно видеть друзей-единомышленников, с которыми можно по душам поговорить. Они пожимали друг-другу руки, обнимались, что-то активно и эмоционально обсуждали. Наконец, Татьяна Григорьевна вышла к своему месту в начале зала и поприветствовала всех. Однако не все сразу обратили внимание, и гул продолжался.

— Здравствуйте! — уже громче и улыбаясь обратилась она ко всем ещё раз.

И наконец, послышались приветствия с разных уголков зала, и все довольно быстро теперь смолкли. Учитель внимательно и не спеша оглядела сидящих в зале, затем утвердительно кивнув головой, видимо что-то важное уяснив для себя, продолжила свое обращение.

— Сегодня после разминки мы проведём зачёт, я посмотрю, как вы выполняете упражнения на растяжку, йоговское дыхание и со старшими учениками будем замерять ваше поле. Разделимся на пять групп, чтобы успели пройти все.

— Так, — посмотрела она на старших, — Ольга и Инна, вы будете в том конце зала, Ирина с Евгенией в центре, а я здесь буду принимать. После того, как все пройдут зачёт — не расходимся, думаю, что будет небольшая лекция, если Василий Петрович успеет к нам приехать.

Василий Петрович не часто лично посещал занятия, поскольку всегда имел какие-то очень важные дела и встречи. А если и приезжал, то зачастую к середине или вовсе к концу занятия.

— Ну что, наверное, можно начать? — обратилась ко всем Татьяна Григорьевна и, не ожидая ответа, продолжила дальше.

— Так, сначала проведём настройку на занятие. Садимся в удобную позу, закрываем глаза.

Дальше она говорила не спеша почти усыпляющим тоном, делая большие паузы после каждой фразы.

— Отбрасываем все посторонние мысли, внимание удерживаем в нашем зале, чувствуем своих товарищей. Представляем внутри себя солнечный свет, который растворяет все негативные и негармоничные ситуации за день. Настраиваемся на то, чтобы наше сегодняшнее занятие наполнило вас положительной энергией, силой, радостью, любовью к окружающему миру. Молодцы! Дальше продолжаем самостоятельно.

В зале была такая тишина, что было слышно, как гудят лампы дневного света под потолком, как кто-то шмыгнул носом. На короткое время Руслану, сидящему, как и все с закрытыми глазами, даже показалось, будто зал совершенной пустой. Он даже почувствовал, что может заснуть, как вдруг негромкий, но внезапный голос Татьяны Григорьевны, показавшийся сквозь лёгкую дрёму оглушительным, смахнул напрочь всякую сонливость.

— Так, хорошо! Ольга давай выходи, сегодня ты. — обратилась она к одной из старших, предлагая провести разминку.

Сама тем временем отошла в сторонку и стала внимательно наблюдать за всеми. Ольга бодро взялась за разминку, настроение у ней было приподнятое, потому что на сегодня раздача нагоняев от учителей закончена и её пронесло. Она вела себя уверенно, и даже немного переигрывала, тогда как Инне было тяжко. Та ушла в дальний конец зала и спокойно занималась там. Кстати, надо сказать, что она находилась там и потому, что оттуда помогала, что называется, держать зал. Старшие вначале и конце зала замыкали поле группы, сохраняя таким образом контроль и благоприятный эмоциональный фон.

Когда разминка закончилась ученики разделились на пять групп и начался зачёт. Растяжка и йоговское дыхание никакого волнения у занимающихся не вызывали. Растяжку все делали кто как мог и особых замечаний на этот счёт старшие не делали. Йоговское дыхание худо-бедно получалось у всех. Гораздо волнительнее было измерение индивидуального поля. Ученики по очереди подходили к экзаменаторам, которые своей рукой, не касаясь, проводили снизу доверху на расстоянии пятнадцать-двадцать сантиметров от тела ученика и говорили им всё, что они видели. Тут можно было услышать о себе всё, начиная от своих негармоничных качеств, заканчивая отношениями со своими вторыми половинами, родственниками и окружающими в целом. Народ волновался, краснел, тушевался, внимательно выслушивал не только о себе, но и о других, что-то записывали в свои тетрадки. Дошла очередь до Руслана. Ему из старших досталась Ольга, та самая, что проводила разминку.

— Так, — сказала она, — ну давай посмотрим, что тут у тебя!

Руслан с улыбкой встал ровно и стал пытаться излучать только позитивные эмоции, хотя лёгкий страх присутствовал.

— Так, ну поле у тебя какое-то размазанное! Похоже ты ленишься. Дома совсем что ли не занимаешься?

— Времени не хватает, — оправдывался Руслан.

— Какая глупая отмазка. А у кого оно есть? Так, похоже с родственниками отношения у тебя натянутые! — сказала Ольга, двигая своей рукой возле колен то ближе, то дальше.

Руслан был поражён: она и вправду всё угадывала. Он решил, что тоже хочет научиться так тонко чувствовать и понимать людей. Когда рука была на уровне живота её стало отталкивать.

— Да, творческой энергии хоть отбавляй. Всё о девочках думаешь?

Подняв руку на уровень груди, Ольга констатировала, что второй половины пока нет. На уровне горла рука стала проваливаться ближе.

— Понятно, балуемся плохими словечками.

— Что? — не понял Руслан.

— Матерные слова употребляешь?

— Почти нет.

— Почти!!! — она засмеялась. — Всё с тобой понятно! Свободен!

У Руслана было ощущение, словно его при всех раздели. Он в задумчивости отошёл в сторонку. Потом стал как-то медленно бесцельно перемещаться по залу обдумывая свои недостатки и не заметил, как оказался рядом с Татьяной Григорьевной.

— Ну давай посмотрим, что у тебя, — сказала она, и начала его ощупывать дистанционно.

Руслан не успел ничего возразить и терпеливо стоял на месте еле дыша.

— Дыши спокойно, что ты волнуешься. Никто тебя не съест! — сказала Татьяна Григорьевна.

Руслан попытался расслабиться. Она несколько раз прошлась снизу вверх и обратно.

— Нормальное поле, зря переживал, — сказав это, она его отпустила.

— «Интересно, — подумал Руслан. — Одна говорит одно, другая — другое. И кто из них врёт? Конечно же Ольга. Она, похоже, просто неопытная, увлеклась!»


Василий Петрович так и не приехал. Татьяна Григорьевна решила посвятить остаток занятия ответам на вопросы. Тут, пожалуй, это выглядело, как конкурс самых смелых и необычных вопросов, где каждый из задающих хотел показать степень своей вовлечённости в процессы развития и совершенствования. Надо отдать должное, Татьяна Григорьевна очень легко и остроумно отвечала на эти вопросы. Было такое например: одна из зрелых женщин спросила, — что для здоровья лучше бег или растяжки? Учитель ответила вопросом — что лучше почки или печень?

Другая дама жаловалась на мужа, дескать, не могу его затащить на занятия, не хочет развиваться, как быть? Ответ был такой:

— Оставьте его в покое и начните с себя!

После чего в зале послышались смешки. Ещё был вопрос:

— Татьяна Григорьевна, у меня не получается прорабатывать обиду, я уже пробовала и так и этак, как у нас в книжках, всё равно она вылезает.

— Ясно! Вам надо обижаться ещё сильнее, настолько, насколько можете и ещё чуть-чуть сверху. Доведите обиду до абсурда, пока она вам не надоест. А потом посмейтесь над собой, используйте юмор. Он часто помогает в таких ситуациях.

Так прошёл остаток занятия и многие, как всегда, получили тот заряд энергии, за которым приходили. После занятия пока люди переодевались, а потом толпились у просторного выхода, многим хотелось ещё что-то меж собой обсудить и просто пообщаться. Руслан решил подойти к Ольге и задать ей один вопрос.

— Оль, я, кстати, хотел спросить: Татьяна Григорьевна тоже у меня замеряла поле, но ни чего того, что ты мне говорила, не заметила.

Ольга насторожилась.

— А зачем ты к ней подошёл?

— Я не специально, так само получилось?

— Ты, что решил меня проверить?

— Да нет, я же говорю, что не специально!

— Так, скажи мне сколько ты у нас занимаешься? — прищурив глаза спросила Ольга.

— Уже больше года, — невозмутимо ответил он.

— Ясно. Скажи мне, правда ли то, на что я тебе указала?

— Ну, в целом, да.

— Вот смотри, ты всего чуть больше года занимаешься в общей группе и абы как. Я больше пяти лет, при этом из них года три во внутренней группе. Туда, сам понимаешь, не всех берут. Поле я твоё подправила, поэтому Татьяна Григорьевна ничего не почувствовала. Скажи мне честно, для чего ты ходишь на занятия? Потусить? Приятно время провести? Что изменилось в твоей жизни в твоём мышлении за этот год?

Руслан начал было что-то говорить, но Ольга его тут же перебила и продолжила заваливать вопросами.

— Ну скажи, как ты себе представляешь развитие? Своё именно. Какая у тебя цель?

Руслан молча стоял, покраснев от собственной беспомощности перед девушкой, которая была старше его лет на пять. Она, бесспорно, умна и более опытна в этих вопросах, но краснеть перед ней было невыносимо. Он выбрал тактику молчания, поскольку на одно его оправдание она легко найдёт десять новых аргументов.

— Послушай, ну я же не спрашиваю тебя о каких-то сложных вещах, — продолжала она. — Ты не можешь ответить на простые вопросы, что уж там говорить про вторую половину. Как ты себе видишь ваше взаимодействие с точки зрения развития и совершенствования? Ах да! у тебя же никого нет!

Она методично распекала Руслана, да ещё дразнила, изображая его позу и гримасу растерянности. Он робко улыбнулся через силу и продолжил молчать. Вместе с тем он опасался того, что, в словесном поединке скатится до позорной обиды и раздражения, поэтому лучше молча стерпеть, как это было в армии и всё само закончится.

— Ну что молчишь-то? Язык проглотил? — ехидно спросила Ольга.

Руслан лишь пожал плечами. Поняв, что больше никакой реакции от него не добьётся, Ольга решила, наконец, смягчиться.

— Ну ладно, Руслан, что ты так напрягся. Всё хорошо! Я специально так накаляла, чтобы проверить твою реакцию. Просто будь собранней и поставь себе чёткие цели на ближайшее будущее и немного дальше. Ставь амбициозные цели, не бойся. И можно не стесняться обсуждать их со старшими товарищами. А вообще, имей ввиду, что подобного рода беседы будут не редкостью. Мы так помогаем друг другу, подталкивая к активным действиям. Развитие не терпит застоя. Стоять на месте — означает падать, деградировать. Развитие только в движении. Давай, крепись, не вздумай обижаться и успехов тебе! А впрочем, можешь и обидеться, смотри сам! — засмеялась Ольга и оставила Руслана.

Всю дорогу домой Руслан ехал в задумчивости. Даже проехал одну остановку на метро и пришлось возвращаться. Давно он не испытывал такого чувства унижения. Можно было бы нагрубить или как-то отшутиться, если б это было в каких-то иных условиях, но только не в этой организации. Подобное чувство он испытывал в армии, но там всё понятно. Совершенно не важно за что отчитывал бы старший по званию, но ты всегда был бы обруган матерными словами, нелицеприятными выражениями, что, пожалуй, больше показывало тупость самого офицера, на которого и обижаться-то не достойно. Но в армии одно, а на занятиях совсем другое. Такое унижение было особенным. Если бы это была какая-то незнакомая девушка на улице, Руслан бы нашёл что ответить. А тут на виду у коллектива, которым он дорожит, его ткнули лицом в грязь. При этом не смей обижаться, а то и вовсе опозоришься. Конечно, это стресс, но с этим нужно что-то делать. Надо стать умнее. Научиться находить достойные ответы и жизнь свою надо менять активнее. Теперь он чувствовал себя таким не опытным и глупым.

## глава IV

На утро Руслан решил дома не засиживаться, дабы не провоцировать новый скандал с родителями и, после лёгкого завтрака, приготовленного на скорую руку, состоящего их яичницы и бутерброда с чаем, отправился побродить в городской парк, а заодно думал потренироваться в лесочке. Одно из его давних увлечений было боевые искусства.

Как-то в детстве он по телевизору смотрел передачу о Брюсе Ли. Актёр и мастер боевых искусств произвёл на мальчика такое впечатление, что он во всём стал ему подражать, начиная от причёски, заканчивая манерами и движениями. Пока родители были на работе маленький Руслан снимал с вешалки папину рубашку, завязывал пояс от маминого халата и перед зеркалом отрабатывал движения. Это был конец восьмидесятых, закат советского союза и падение железного занавеса. По всей стране стали открываться видеосалоны, где крутили разные иностранные фильмы, в основном боевики да ужасы, не в самом лучшем качестве и озвученные одним переводчиком, но на это никто не обращал внимания. Сам факт того, что ты посмотрел американский крутой боевик тебя возвышал перед сверстниками. И в школе окружённый друзьями ты пересказывал содержание фильма, за что кто-то тебя мог угостить целой жвачкой, ну или половинкой.

Руслан, тренируясь самостоятельно, научился садиться на шпагат, делать по пятьдесят отжиманий за раз, научился делать удары в прыжке, с разворота, подсечки и разные комбинации рук и ног. Делал он всё так, как представлял себе сам. Он использовал большие подушки от дивана в качестве груши.

Однажды Руслан уговорил свою маму отдать его на какую-нибудь секцию боевых искусств. Всё, что тогда было в шаговой доступности — это секция рукопашного боя, которую вёл отставной офицер милиции в местном ДК. Там он провёл три года тренировок. Тренер отметил способности и природную предрасположенность к боевым искусствам. Мальчик обладал хорошей координацией рук и ног. Но из-за того, что занимался сам, он не чувствовал дистанцию в спаррингах. Но на секции было много практики, и многие недостатки исправились. Однако спустя три года секция закрылась, т.к. тренер переехал в другой город.

Руслан всё это вспоминал с ностальгией и грустью, что прошлого уже не вернуть. Но, как дань тем временам, он продолжал свои увлечения и тренировался, держа себя в форме.

Он уже минут пятнадцать делал разные упражнения, как вдруг рядом упала шишка. Руслан оглянулся — вокруг никого не было. Белка! Сомнений нет! Кто же ещё? В этом парке их было много. Они почти ручные. Здешние люди часто их подкармливают, местами соорудили для них кормушки, фотографируются с ними. Руслан посмотрел наверх, но никого не нашёл. Он продолжил заниматься, пока рядом не упала ещё одна шишка. — «Ах ты проказница!» — подумал он и стал искать зверька, смотря наверх. Обошёл ближайшее дерево вокруг и никого не увидел. Наконец третья шишка угодила ему по голове, но глядя вверх он почему-то её падения не увидел. Руслан резко обернулся и заметил чью-то прячущуюся фигуру за толстым деревом. «Что за детский сад» — подумал он.

— Кто там? Выходи, я тебя заметил!

Из-за дерева, хохоча и указывая пальцем на Руслана, вышел наконец его старый друг, с которым они виделись последний раз ещё до армии.

— Серёга! Ты что ли? Ну ты хулиган! — воскликнул радостно Руслан.

— Я так хотел тебе в лоб попасть и попал! — смеялся тот, подходя к Руслану.

Друзья обнялись!

— Ни чего себе ты закобанел! — отметил Руслан.

— А ты всё такой же одинокий дракон? — спросил Сергей.

— А ты что, не одинокий? — тут же вопросом ответил Руслан.

— Нет, не одинокий! Я как раз тебя искал, чтоб на свадьбу пригласить! — отрапортовал Сергей. — захожу к тебе, думаю, с утра по-любому застану дома, а тебя нет!

— А как ты понял, что я здесь?

— Папка с мамкой твои наводку дали, — сказал Сергей.

— О! Тебе на водку дали, а мне и на газировку не дают! — пошутил Руслан.

— Так просить надо на водку! — ответил Сергей. — Ну что придёшь?

— Когда?

— Через месяц. Приходи, народу не много будет, все свои. Я не люблю пиры на все миры. Так, скромненько по-домашнему.

— Приду, конечно! Только, знаешь, есть один момент…

— Что такое? Никаких моментов! — отрезал Сергей.

— Да пустяк на самом деле…

— Ну говори, что за момент?

— Я не пью спиртное, — робко произнёс Руслан.

— Как? Совсем? — удивился Сергей. — Даже пиво?

— Даже пиво.

— Ёлки палки! Ну ладно… Ну ты хотя бы салатов поешь!

— Это можно! Только без мяса, — продолжил удивлять друга Руслан.

— Слушай, ты что, реально в шаолиньский монастырь готовишься? — подкалывал Сергей.

— Да какой шаолинь… Я, просто, решил вести здоровый образ жизни. — произнёс Руслан, но по виду его сразу было понятно, что тут не всё так просто.

— Ты посмотри на себя! Какой здоровый образ жизни? Ты скоро будешь насквозь просвечиваться! Мясо-то есть надо, — утвердительно заключил Сергей. — Какой же ты мужик без мяса? А девка-то хоть у тебя есть? Или это тоже вредно?

— Да есть, есть! — врал Руслан раздражаясь.

— Ну тогда приходите вместе! — подытожил Сергей. — А здоровый образ жизни — это хорошо! — продолжал он, чувствуя, что передавил друга. — Я, наверное, тоже, как женюсь завяжу с курением, выпивка только по праздникам. Вот пиво, пожалуй, оставлю. Вечером после работы расслабиться самое то! Может пойдём прогуляемся, что тут стоять-то?

— Пойдём, — согласился Руслан.

Они шли по парку и вспоминали свои школьные годы. В ту пору они были соседями по квартире и одноклассниками. Их объединяло много приключений. Практически всё своё детство они провели вместе. Два закадычных друга, которые заступались в школе друг за друга, сами часто ссорились и сразу мирились, соперничали перед одной девчонкой, но в итоге дружба победила, а девочка подружилась с совсем другим мальчиком. Друзья же их дразнили, мол, жених да невеста. Вспоминали то, как проказничали, спуская колёса у соседских машин, как истратили три десятка яиц, бросая с балкона в дворовых кошек, как плевались рябиной из трубочек и ходили вместе в музыкальную школу учиться на баяне, да оба потом забросили.

Они вышли из леса и шагали уже по улицам города.

— Ну ладно, дружище, мне ещё кучу дел сегодня надо переделать, — сказал Сергей, протягивая другу руку.

— Давай, Серый, пока! Я, обязательно приду! — сказал Руслан, пожимая руку друга.

— И девушку свою приводи! — напомнил тот.

— Постараюсь!

— Уж постарайся!

И они разошлись в разные стороны. Не прошёл Руслан и пяти шагов как по макушке ему снова хлопнула шишка и заразительный хохот друга эхом отзывался от ближайших домов.

— Ах ты сволочь! — засмеялся Руслан. — И охота было таскать всё это время шишку в кармане?

— Оно того стоило! — радостно ответил Сергей.


Руслан вернулся домой и застал родителей за чаем. Надежда Николаевна сразу же спросила:

— С Серёжей встретились?

— Да, мам он нашёл меня в парке. На свадьбу зовёт.

Мать с отцом переглянулись, но ничего не сказали. Руслан прошёл в свою комнату, взял полотенце и отправился в душ. Увидев отвалившуюся плитку в углу, решил, что сегодня стоило бы чуть позже ею заняться. Выйдя из душа, он переоделся в свою повседневную одежду. И сел листать книжки, которые купил у себя на занятиях. Отец зашёл было в комнату, но увидев, что сын занят чтением, собрался уходить. Руслан остановил его.

— Пап, заходи, чего ты стесняешься.

— Да я так узнать, как твои дела?

— Да, нормально, пап, потихонечку. Я, кстати, хочу сегодня плиткой в ванной заняться. У нас есть клей или цемент?

— Есть, я купил! — воодушевился отец.

— Ну отлично! Я отдохну немного и начну. Там вроде не много, за сегодня управлюсь.

Спустя немного времени отец принёс и оставил в ванной мешочек с плиточным клеем, упаковку с плиткой и мастерок. Руслан развёл плиточный клей в старом тазике и начал возиться с плиткой. Спустя какое-то время подошла, наконец, Надежда Николаевна. Видно было, что она давно уже не сердится и решила заговорить с Русланом.

— Сынок, а ты не хочешь пойти учиться на водителя?

Руслан не ожидал такого вопроса.

— Не знаю мам. Мне кажется, это дорого. А у меня сейчас нет столько денег.

— Ничего, мы с папой тебе поможем!

Руслана это вдохновило. Он никогда не представлял себя за рулём, а тут внезапная такая мысль от мамы! Почему бы и нет?! Это отличная идея! Пожалуй, он мог бы и работу себе подыскать поинтереснее, с правами-то!

— Классная идея, мам, мне нравится! — подумав сказал Руслан.

— Будешь нас с папой катать потом! — улыбнулась мама.

— Ага!

— Сходи сегодня, узнай, что почём, — предложила мама.

— Добро! — отозвался Руслан, заканчивая класть плитку.

## глава V

Не прошло недели, как Руслан уже сидел за партой и слушал лекции о правилах дорожного движения. В классе кроме него было ещё человек пятнадцать. В основном это были молодые парни и девушки, начиная от двадцати лет и старше. Как ни удивительно, девушек было заметно больше. Правила дорожного движения преподавал молодой мужчина приятной внешности, но достаточно просто одетый. Правила дорожного движения он зачитывал с книжки, в каких-то местах останавливался, давая более подробные объяснения и приводя примеры. Класс был обвешан плакатами с тематическими рисунками и знаками дорожного движения. Среди учеников в классе нашлись те, кто постоянно обращал на себя внимание, выкрикивая с мест какие-то шутки по теме и не совсем, на что преподаватель реагировал очень спокойно, а порой даже участливо улыбаясь, и, понимая, что все люди в классе уже взрослые и делать им замечания как-то не удобно. Шутницами выступали пара замужних девушек, которые о наличии у них мужей сообщили ещё в своих шутках. Видно было, что они этим гордились и вели себя очень уверенно в сравнении с другими в классе.

Мужчин из учеников было всего четверо, среди которых был и Руслан. Одна из замужних дам села рядом с Русланом, это был её собственный выбор, и она делала всё, чтобы он обращал на неё внимание. Постоянно ёрзала на стуле, то и дело поправляла причёску, оглядывалась к Руслану, да ещё делая вид, что не расслышала, без конца переспрашивала у Руслана о чём сказал учитель, в общем вела себя как школьница. Он на самом деле мало её интересовал, ей просто хотелось показать всем, кто тут самая интересная и достойная внимания.

В перерывах между лекциями почти весь коллектив выходил на улицу покурить. В классе оставались лишь пять человек, в том числе Руслан. Среди тех, кто не курил была одна симпатичная и скромная девушка. Руслан сразу обратил на неё внимание, а потом заметил, как она под видом того, что смотрит в зеркальце, которое достала из своей косметички, наблюдала за ним в отражение. Заметив его взгляд, она испуганно убрала зеркальце. Но когда их глаза на мгновение встретились, они непроизвольно взаимно улыбнулись. И не известно, кто из них покраснел сильнее, однако Руслан ощутил, что взаимная симпатия словно намагнитила их обоих. С этого момента девушка занимала все его мысли.

Она была очень хороша собой, правильные черты лица, волнистые тёмные волосы, большие глаза с оттенком печали, при этом она довольно скромно одета, не вызывающе, как большинство девушек в этом классе. Позже на уроке она вновь достала зеркальце, просто посмотреться и, вспомнив предыдущий эпизод, мельком бросила взгляд на Руслана, а тот улыбаясь погрозил ей пальчиком. Бедная девушка прикрыла рот рукой чтобы не засмеяться. Дама, сидящая рядом с Русланом, это заметила и, откинувшись на спинку стула, недовольно ухмыльнулась.

На следующем перерыве, когда опять почти все вышли Руслан, осмелившись подойти к девчонке, робко попытался пошутить.

— Так, на кого работаешь?

— На ЦРУ. Да вот прокололась! — отшутилась она в ответ.

— О! Да я заметил тебя ещё на входе! Я так и подумал, что не простая… И давно в ЦРУ берут таких? — Руслан хотел сказать красивых, но постеснялся.

— Каких таких? — поинтересовалась девушка.

— Ну-у… скажем так, не опытных, — ответил Руслан и тут же мысленно назвал себя идиотом.

— А это я прикидываюсь неопытной, на самом деле я очень опытная! — парировала девушка.

Она и впрямь была как будто опытной, по крайней мере, за словом в карман не лезла.

— Ну, тогда мне надо тебя бояться! — заключил Руслан.

— Правильно! Бойся! — улыбаясь, сказала она.

— Да, пожалуй, и впрямь стоит бояться! Красивые девушки самые опасные! — наконец-то выдавил из себя комплимент Руслан.

— Ой, ну всё, тогда сдаюсь! Я больше не работаю на ЦРУ!

— О! Это всё меняет! Значит, я могу смело проводить тебя сегодня? — начал наглеть Руслан.

— Ну, если не боишься, но только не до самого дома. Просто одной страшновато идти.

— Договорились. Теперь с этой минуты я работаю на тебя личным телохранителем!

— На безвозмездной основе! — добавила она.

— Хорошо! Только я не знаю на чьё имя писать заявление о приёме на работу.

— Женя меня зовут, — как бы неохотно ответила девушка, но ей это всё нравилось.

— Понял, а меня Руслан, если что.

Тут в класс стали заходить курильщики, а довольный парень отправился на своё место.

«Ну что ж, можно себя поздравить! — думал Руслан. — Первый натиск прошёл успешно, но теперь надо как-то развивать наступление! А она и впрямь интересная. Глаза-то какие необычные! Фигурка — статуэтка! А какой юмор у ней! С такой точно не соскучишься! Но тут надо держать марку! Не мямлить. Нужно удерживать интерес к себе любым способом. А это означает развитие! Разве ни этому я учусь в Матрице!»

Умные девушки и впрямь отпугивали раньше Руслана, потому что он боялся выглядеть глупым и недостойным. Он мог конфузиться, мямлить и просто впадать в прострацию, позабыв, казалось бы, русский язык. Даже вспомнить тот эпизод с Ольгой на занятиях, как он потерял просто дар речи. А тут такой успех! Что ж, пожалуй, он вновь восстановил в себе статус-кво перед самим собой. И оставалось теперь поверить до конца в то, что он всегда такой на самом деле.

## глава VI

Прошла неделя со дня знакомства. Руслан каждый день провожал девушку до условленного места, где они расставались. Всю дорогу влюблённый молодой человек старался развлекать её, заготовив, заранее разные анекдоты и интересные истории. Женя ему нравилась всё больше и больше. Он ходил в автошколу, как на свидание. Девушка действительно была необыкновенной.

С виду в ней не было ни чего яркого, что бросалось бы в глаза, однако назвать её симпатичной можно было с уверенностью. Лицо хоть и не обладало стандартами моделей с глянцевых журналов, но было по-своему красивое и притягательное. Слегка пухленькие губы с родинкой под ними, немного задран носик и глаза необычайно красивые с оттенком какой-то печали. У ней были длинные каштановые волосы. Женя по началу была незаметна в общей массе таких же молоденьких девушек, но Руслан разглядел в ней какую-то особую красоту.

Стоит отдельно отметить, что его зацепило поведение этой девушки. Оно было как бы скромно-озорное. Какая-то шутливая бесцеремонность, которая проявлялась порой внезапно. Она могла что-то соврать без причины, шутки ради; обозвать каким-то словом, но это было вовсе не обидно, а забавно. В общении обладала какой-то лёгкостью, почти детской непосредственностью, но не легкомыслием. Такая за словом в карман не полезет, но и лишнего не скажет. Говоря проще — умная, рассудительная и с великолепным чувством юмора! Казалось бы, её выразительные глаза с налётом печали не совсем подходили к её характеру, но в сумме это давало такой эффект, от которого Руслан просто млел. Он с диким восторгом сознавал то, что добился её расположения, но очень опасался хоть чем-то испортить о себе впечатление. За партой они сидели уже вместе и скромную обоюдною симпатию ни от кого не скрывали.

Однажды дома за чаем Руслан поведал отцу, что он повстречал девушку. Отец очень положительно отреагировал и обнял сына. Когда об этом от отца узнала мама, она тоже этому обрадовалась, но по своей причине. У ней появилась надежда, что, общаясь с девушкой, её сын наконец-то позабудет про свою секту. Но до романа в полном смысле между Русланом и его девушкой ещё было совсем далеко, и он понимал, что отношения должны обязательно развиваться. Если он будет просто провожать Женю до их перекрёстка и на прощание махать ручкой, то она подумает: либо он тюфяк, либо она недостаточно его интересует, ну или ещё какая-нибудь странная причина, по которой он держит дистанцию.

Был у парня один нюанс, который всё в нём стопорил и который он намеревался исправить, а за помощью он, пожалуй, мог обратиться только к своему лучшему другу. К нему он и направился в свой выходной, надеясь застать его дома.

Дверь открыла невеста Сергея. Девушка крупная, миловидная под стать жениху.

— Здравствуйте, я Руслан — друг Сергея. Он дома? — обратился Руслан к девушке, которая успела уже осмотреть его с ног до головы.

— Здравствуйте! Серёж! Это к тебе! — крикнула она своим громким голосом.

— Кто там? — откуда-то из глубины квартиры послышался знакомый голос друга.

— Руслан! — просто ответила девушка. — Проходите, — пригласила она.

Руслан, со скромной улыбкой переминаясь с ноги на ногу, вошёл в квартиру друга, которая была уже ему знакома. В детстве он здесь бывал чуть ли не каждый день. Однако он вдруг представил всю неловкость своего положения, если Сергей не захочет поговорить с ним наедине, а в присутствии своей девушки. Но, решил действовать по ситуации и главного своего намерения пока не выдавать. Появился Сергей, который был очень рад появлению друга и поприветствовал его в своей шутливой манере:

— Здорова, Великий Дракон! Знакомьтесь! Руслан, это Ира, моя вторая половинка!

— Ну пока ещё нет! — заметила она!

— Да куда ты денешься! — уверенно вставил Сергей.

— Ириш, а это мой друг Руслан — Великий Дракон! — произнёс с пафосом Сергей.

— Великий Дракон? Почему? — посмеиваясь переспросила девушка.

— Потому что он знает приём хвост дракона! — изобразив какую-то нелепую боевую позу, пояснил друг Руслана. А тот, в свою очередь, достал из-за спины тортик и подал его хозяйке.

— А это к чаю!

— О! Это по-нашему! Ну давай, проходи! — выказывал гостеприимство Сергей.

Ирина ушла на кухню ставить чайник и накрывать на стол, а друзья отправились в комнату.

— Ну что, рассказывай, ты по делу или просто так?

— Серёг, по делу, ну как бы не супер-важному, но деликатному. Хотелось бы с тобой наедине обсудить.

— Да не вопрос! Давай тогда чайку попьем и выйдем с тобой прогуляться на пол-часика. Идёт?

— Идёт!

За чаем Руслан старался произвести приятное впечатление, похвалив хозяев за ремонт в квартире, но баламут Сергей всё переводил в шутку и почти не давал вставить слово, чем только выручил Руслана, которому и впрямь сказать было почти нечего. В целом, чаепитие прошло весело. Затем, поцеловав свою невесту, Сергей сообщил ей, что они выйдут с другом прогуляться и поболтать о своих мужских делах. На что та совершенно не обиделась.

Они вышли из дома и направились за дом в сторону гаражей, где никого из людей почти не было.

— Ну рассказывай, что у тебя стряслось? — начал выпытывать Сергей.

— Ну, тут такое дело… Я познакомился с девчонкой, классная такая, в общем очень нравится мне.

— Ну ты говорил, ещё обещал на свадьбу привести.

— Нет, это не та… — сбился Руслан.

— Уже другая?! Вот это Дракон! — удивился Сергей.

— Да не было у меня тогда никого. Это первая.

— А… вот что. Ну, продолжай, — торопил Сергей.

— В общем я её провожаю до дома, но… — Руслан замялся.

— Что?

— Обещай, что не будешь смеяться.

— Обещаю!

— Серёг, я вообще не умею целоваться, — с виноватой улыбкой произнёс Руслан.

Сергей помолчал немного. Видно, что он сдерживался, что б не улыбнуться. Но потом сказал:

— Ну, это поправимо! Давай покажу!

Сергей вытянул губы трубочкой, схватил за локоть Руслана и потянул к себе.

— Да пошёл ты! — оттолкнул Руслан друга. — Я тебе доверился, как единственному другу, а ты вот как…

Сергей, смеясь, крепко прижал к себе друга.

— Ну прости, брат, прости! Не удержался. Больше не буду, обещаю.

Руслан оттолкнул его и пошёл вперёд.

— Да стой ты… Руслан… Ну подожди… Ну врежь мне, если хочешь.

— Да, больно надо!

— Ну стой же ты, пойдём спокойно поговорим, — догнал его Сергей.

— Ты главное не тушуйся… — начал учить он. — И спешка тоже в этом не нужна. Поухаживай за ней, пригласи куда-нибудь, подари цветы…

— Да это я всё знаю — уже успокоился Руслан. — Просто если уж назначать такое серьёзное свидание, то оно должно по всем правилам закончится поцелуем.

— Ну так-то да. Ты главное сам не спеши, не торопи её. Постепенно, общаясь, делая комплименты возьми сначала за руку, обними за талию, она сама потянется к тебе, вот увидишь. А сам поцелуй-дело не хитрое, главное, что б носы не мешали! Вот как-то так…

Сергей изобразил руками два клювика и стал показывать, как надо целовать.

— Надо наверно вложить всю страсть в первый поцелуй, что б он запомнился! — предположил Руслан.

— Как раз наоборот, — возразил Сергей, — первый поцелуй должен быть нежным и лёгким, а твоя стеснительность придаст ему искренности. Поэтому не волнуйся. Когда волнуешься, то ты своей неловкости придаёшь слишком большое значение.

Сергей, задумавшись продолжал зачем-то держать клювики, а когда опомнился, заметил в окне свою Ирину, которая наблюдала за этой картиной. Руслан тоже это заметил. Переглянувшись, друзья расхохотались.

— Ну ладно, брат, извини, что я отвлекаю тебя по таким пустякам, — начал было Руслан.

— Да никакие не пустяки! Это всё очень важно! Всегда обращайся, я тебе обязательно помогу! Я не только целоваться умею! — шутил Серёга.

— Да понял, понял! Я уж дальше как-нибудь сам! — ответил Руслан, пожимая руку друга.

— Ты что, уже уходишь?

— Да пора, есть дела ещё.

— Ну давай. На свадьбу жду! Не забудь!

— Обязательно, Серёг!

— Успехов тебе, брат, на любовном фронте, смотри не подкачай. Если, что говори, кто тебя научил!

— Ага! Может ещё визитку оставишь?

## глава VII

Сидя дома у себя в комнате и листая литературу «Матрицы», Руслан опять вспомнил эпизод с другом, когда он испытал обиду. Да, позволил же себе дать слабину. Обида — это негативное качество, и он попался на него совершенно не подготовившись, хотя знал и характер своего друга, и деликатность вопроса.

Руслан ещё раз прокрутил ситуацию и вновь стал ощущать, как к нему подступало душащее чувство. Ну почему Серёга мог с ним так поступать? Ведь заранее же спросил, не будет ли смеяться, впрочем, глупо спрашивать у такого человека. Сергей имеет завидное постоянство хохмить везде, где только представится повод.

«Хорошо. Что делать? Как нас учили? Выйти из ситуации, успокоиться, абстрагироваться и наблюдать со стороны, как будто это всё не со мной, а с кем-то другим происходит.»

Руслан попытался вывести себя из ситуации, словно он третий, наблюдатель со стороны, но эмоция крепко сидела в груди и ощущалась как комок энергии.

«Так… как там дальше? Представляем солнечный луч, это божественная энергия, которая на вдохе проходит через макушку головы и проникает в самую середину этого сгустка негатива. На выдохе эта эмоция начинает растворяться. Проделываем это много раз, до тех пор, пока обида не растворится полностью, а её место не займёт радость.»

Руслан просидел за этим упражнением какое-то время пока не почувствовал, что комочка больше нет. Так, попробуем ещё раз прокрутить ситуацию, может снова вылезет… Он почувствовал, что в теле есть ещё некие ощущения, но обиды уже не осталось. Он спокойно представлял себе образ своего друга и эта ситуация даже немного веселила его. Ну, будем считать, что эту обиду перемололи. Так, ещё у меня есть страх перед девушками, я всегда переживаю, что они обо мне плохо думают, мол, недостаточно мужественный. Что ж, поработаю и с этим. Так Руслан просидел около часа, вспоминая различные ситуации, где он считал, что проявил какие-то слабости и проделывал упражнения, которым научился на занятиях.

После ситуации со старшей ученицей, когда она его пропесочила, Руслан принял решение активно работать со своими качествами и развить в себе неудержимое стремление в развитии, чтобы это стало своего рода привычкой и насущной каждодневной потребностью. Теперь можно с уверенностью сказать, что высшие силы ему для ускорения предоставили ещё и девушку. Ведь не спроста она появилась в его жизни. Значит сформировался запрос, который услышали великие силы, и в качестве дара судьбы предоставили ему возможность обрести вторую половину. Теперь оставалось научиться выстраивать с ней гармоничные отношения.

«Ну, это, в принципе, не так сложно, — думал Руслан. — У меня есть полно книг, которые мне в этом помогут. Самое сложное, пожалуй, затащить её на занятия. Она же должна тоже развиваться. Как же мы сможем жить гармонично вместе, если я буду развиваться, а Женя нет? Она будет просто с меня тянуть энергию и всё. Ведь, если один развивается, а другой нет, то тот, кто отсиживается никто иной, как энергетический вампир! Нет, я её обязательно приведу к нам, найду способ убедить. Главное делать это не спеша, поэтапно. Сначала подсуну какую-нибудь книжку, выберу удобный момент и признаюсь, что я вегетарианец, буду какие-нибудь беседы интересные с ней вести. Вербовка — дело тонкое! И потом, когда она тоже проникнется мы заживём!!! Эх, классная же она девчонка! Такая точно за пояс заткнёт и Ольгу и всех, кто там старший, не старший… Уж она то не даст себя в обиду, найдёт что сказать, как девушка девушке!»


Руслан предвкушал новую жизнь. Он рисовал себе радужные перспективы, мечтал и фантазировал как умел, безумно дорожил своим новым статусом уже не одинокого парня, а с девушкой!

«Да, — думал он, — впереди ещё столько работы. Надо запастись терпением и идти, не отступая ни вправо, ни влево, а прямо к своей цели.»

В дверь тихонько постучала Надежда Николаевна.

— Сынок, обедать будешь?

— Да мам, сейчас, пару минут ещё.

За столом уже сидели родители и обедали, одна тарелка с супом ждала Руслана. Зайдя на кухню, он молча сел. Ещё не до конца избавившись от своего хвоста фантазий, он был немного рассеян. Тут Надежда Николаевна спросила его:

— Как дела сынок, как учёба в автошколе?

— Всё хорошо мам. Объясняют доступно, вроде всё понятно.

Надежда Николаевна хотела было спросить про девушку, но подходящего момента пока не находила. Руслан тоже это чувствовал и до последнего отмалчивался.

— Сынок, — начала она, — в последнее время мы с тобой так мало общаемся, как будто чужие. А если и общаемся, то ссоримся. Неужели уже не будет как раньше? Я понимаю, что должна тебя отпустить, ты большой уже. Но я всё-таки мама.

Руслан выслушал и поразмыслив немного сказал:

— Мам, если честно, меня самого это не устраивает. Но что делать? Я изменился, у меня есть своё представление о жизни. Но разве оно плохое, я не собираюсь заниматься чем-то криминальным или употреблять наркотики, спиртное. Напротив, я просто хочу быть лучше, чем есть сейчас. А тебе это не нравится.

— Да в том-то и дело сынок, что это не твоё представление, а чужое навязанное. А что тебя не устраивает в себе самом? Разве я плохо тебя воспитала? Да, мы не богато живём, но и не нуждаемся сильно в чём-то.

— Да я о деньгах и не думаю особо.

— А вот зря сынок. Вот будет у тебя семья, как кормить собираешься?

— До семьи ещё очень далеко! — быстро перебил Руслан.

Мама выдержала паузу, затем продолжила чуть мягче.

— Да даже просто за девушкой ухаживать, думаешь не нужны деньги? Конечно, я бы на твоём месте не стала с транжирой связываться, но хотя бы в кино пригласить, цветы купить ещё что-то…

Руслану эта тема была близка, а Надежда Николаевна похоже нащупала верный тон и направление.

— Мам, я не собираюсь у вас с папой всю жизнь на шее сидеть. Вот отучусь на водителя, может и с работой что изменится. Я уже понял, что папа сказал тебе про девушку, с которой я подружился, но мы только общаемся и всё. Там ещё не о чем рассказывать. У нас пока ни чего серьёзного.

— Я поняла… и не надо, не говори ни чего. Это твоё дело, я в это не лезу. Если хочешь, кстати, пригласи её в гости. Я не против.

После этих слов образовалась какая-то пауза. Руслану последнее сказанное мамой понравилось и пока он не догадывался, что маме, на самом деле, жутко любопытно, что это за девушка с её сыном.

— Как-нибудь приглашу, посмотрим. Пока, не буду загадывать, — сказал он.

Анатолий Иванович всё это время молча ел, и не вмешивался в разговор.

## глава VIII

Уже прошло часа три, как Руслан раздал ключи офисным работникам. Одним из первых был Василий Петрович. Он, войдя с улицы, сразу предупредил Руслана, что придёт к нему человек, которого надо пропустить, не заставляя ждать внизу разрешения. Тот появился спустя час, и Руслан пропустил его беспрепятственно. Гость находился у Василия Петровича уже час, как вдруг в дверь позвонил Машков Иван — один из сотрудников офиса, сказав, что тоже к Василию Петровичу по срочному делу. Руслан впустил его, однако тот оказался не один. С ним было трое человек кавказской внешности.

— Иван, у Василия Петровича сейчас важный посетитель, к нему пока нельзя, — предупредил Руслан.

Иван был явно растерян.

— Немного подождём, мужики, — произнёс он, оглянувшись на своих спутников.

— У нас нет времени ждать, ты и так нас сильно задержал уже. — сказал бородатый мужчина и собрался было идти наверх, подталкивая Ивана, но Руслан перегородил дорогу.

— Я никого не впущу, пока не получу личного разрешения от Василия Петровича.

— Ты, щенок, уйди с дороги! — рявкнул бородач.

— Иван, кто эти люди? — спросил Руслан, не сдвинувшись с места.

— Знакомые, — замешкавшись ответил тот.

— Так, знакомые, присядьте пожалуйста на диван, а я доложу Василию Петровичу.

— Ты сейчас сам сядешь! — закричал бородач, оттолкнув с дороги Машкова и потянулся рукой к Руслану, намереваясь схватить его за горло, но закричал от боли: Руслан успел перехватить его руку, а вернее один из пальцев, и взял его на излом. Бородач от боли присел на корточки, непроизвольно повинуясь Руслану, который крепко держал, вывернув его палец.

— Назад все! За дверь! — скомандовал Руслан.

Вдруг сзади послышался голос Василия Петровича.

— Что тут происходит?

— Василий Петрович, это из-за меня! — признался сразу Машков. — у нас тут произошёл случай, я к вам за помощью.

Василий Петрович осмотрел гостей.

— Так, Руслан, отпусти человека. Иван и Вы, — обратился он к бородачу, — пойдёмте ко мне, а остальные пусть подождут внизу.

Василий Петрович проговорил это таким уверенным и властным голосом, что все подчинились. Руслан отпустил палец бородача, а другие двое сели на диван. Машков с дерзким кавказцем последовали за Василием Петровичем. Руслан сел за свой столик и, как бы смотря в сторону, держал в поле зрения гостей. Те, в свою очередь, нагло пялились на Руслана, и спустя минуту один из них с нескрываемым презрением произнёс:

— Ты очень пожалеешь, что так сделал, очень пожалеешь. Мы тебя хорошо запомнили.

Руслан молчал, не желая вступать в диалог, но всем видом показывал, что совершенно их не боится. Он сидел расслабленно, и даже зевал, аристократично прикрывая рот. И вдруг он вспомнил, что не записал в журнал посетителей.

— Молодые люди, как мне вас записать? Мы всех гостей записываем в журнал.

Гости молчали переглядываясь, но через некоторое время начали о чём-то общаться друг с другом на своём языке.

— Ладно, так и запишу, бородатый осёл и два недоумка с ним.

Те презрительно посмотрели и что-то сказали на своём языке, вероятно какое-то ругательство. Руслан только ухмыльнулся. Прошло минут десять, когда спустился бородач с Иваном, и вся компания спешно покинула офис. Затем появился Василий Петрович и позвал Руслана.

— Значит так, передай всем по смене, чтобы больше не впускали сюда Ивана Машкова. Отныне ему запрещено здесь находиться.

Затем, выдержав паузу, он добавил:

— А ты молодец!

После этих слов Василий Петрович поднялся к себе. Руслану, конечно, приятно было слышать такое от самого учителя. Он довольный сел на своё место, и ещё раз прокрутил ситуацию.

А всё-таки теперь надо быть осторожным. Эти трое похоже злопамятные, мало ли чего замыслят потом. Захотят отомстить за палец, например. Впрочем, пусть попробуют, я тогда из каждого сделаю загадку для хирурга. Ещё Руслан заметил, что в таких критических ситуациях у него практически нет страха, однако при общении с женским полом или на публике у него от куда-то берётся мандраж.

«Почему так? — подумал он. — Видимо страх перед дракой не настолько силён, как страх показаться дураком. А почему мне всё время кажется, что я глупее других? Может это не так? Да, я не могу много и красиво говорить, но разве это определяет степень ума? Возможно, для кого-то да. Опять же, мой друг Серёга, он без конца болтает, много шутит и действительно людям с ним интересней, чем с таким молчуном, как я. Но разве он умён? Действительно ли умён? Я, например, никогда не позволил бы себе посмеяться над своим другом, как это сделал он. Ведь это же глупо!

Однако ж он всегда пользовался успехом у противоположного пола. А для меня это целое достижение! Почему так? Может глупых девушек заметно больше, как и глупых парней, вот они и притягиваются друг к другу? А я молчун и мне, пожалуй, нужна молчунья.

С Женей мне, конечно, очень хорошо, она просто подарок, я и впрямь влюблён, но долго ли я протяну на своём натуженном желании без конца ей нравится. Что будет, когда я иссякну и она начнёт зевать рядом со мной. Полюбит ли она меня настоящего, такого как есть. Может, когда мы получше узнаем друг друга, у нас появится больше общих точек и тогда сами темы для общения будут на поверхности. И нам станет ещё интереснее.

А что, если наоборот? Что, если мы настолько разные, что, и впрямь, взаимный интерес быстро пропадёт? А я не хочу её терять. На фоне неё остальные девушки мне совершенно не интересны. До неё я был бы рад любому знакомству, а теперь мне больше никто не интересен.»

Тут сверху спустился Егор (тоже сотрудник офиса) подменить охрану на время обеда.

— Иди герой, перекуси! — дружелюбно скомандовал он.

— Да, было бы не плохо! — ответил Руслан и, освободив место за столиком охраны, зашагал вверх по лестнице.

На кухне сидело трое сотрудников, все они старшие ученики. Это были Ольга, Инна и Степан Сергеевич — невысокий, лысоватый мужчина.

— О! А вот и боец подоспел! — радостно произнёс Степан Сергеевич. — Садись, рассказывай, что там произошло?

— Да, собственно, ничего такого. Просто объяснил этим дядькам, что так себя вести не хорошо и всё!

— И правильно! Я бы выгнал их вместе с Машковым. Ведь догадался же привести их прямо сюда, этих мошенников-автоподставщиков! Мог бы просто ДПС вызвать, и там разобрались бы. А он струсил: сразу к Петровичу прибежал. Ладно садись, кушай. Вот девчонки, смотрите молодой, смелый. Жених!

— Ну насчёт смелого вы погорячились! — съязвила Ольга. — С девушками он не такой!

— А ты откуда знаешь? — удивился Степан Сергеевич.

— Уж я-то знаю, поверьте. Сколько у нас девушек хороших, а он всё боится к ним подойти. Не знает с какого боку.

— Что же ты, Руслан, тушуешься? Не стесняйся, будь смелее, ты думаешь они этого не хотят? Да о таком как ты, наверное, любая мечтает.

— Да есть у меня девушка, — произнёс Руслан.

Ольга с Инной переглянулись.

— Опа! Видали? — обрадовался Степан Сергеевич. — И кто же она? Наша?

— Нет, она пока не ходит на занятия, но я её как-нибудь приведу, — ответил Руслан.

— Интересно! — сказал Степан Сергеевич и, немного подумав, спросил: — А что же тебе наши совсем не нравятся? Этой ещё мозги вправлять придётся, уму-разуму учить, а наши сами кого хочешь научат.

— Ни чего вы не понимаете, Степан Сергеевич! Девочка должна быть глупее парня, а иначе с ней будет очень тяжело, а он выбрал по своему уровню. Вот и всё! — сумничала Ольга. — Интересно было бы на неё посмотреть, — добавила она.

— Посмотрите, когда приведу, — с достоинством ответил Руслан.

Он теперь почувствовал, что может и отвечать этой зазнобе.

— О! Осмелел! Вы посмотрите на него! — удивилась Ольга.

— Да что ты пристала к парню. Пусть приводит! Чем больше хороших людей будет у нас, тем лучше. Если что, подрихтуем немного, — заступился Степан Сергеевич за Руслана.

«Удивительное чувство превосходства над другими, — подумал про себя Руслан. — Чего же вы такого достигли, что собираетесь кого-то, ещё не зная кого, рихтовать?»

Далее тема разговора сменилась. Руслан молча доел свой обед, и отправился на своё рабочее место, где ждал его Егор. Тот был простым, незаносчивым парнем и нравился Руслану.

— Егор, слушай, ты как старший товарищ, подскажи, как мне быть? Мне очень нравится одна девушка, но она не ходит на занятия, она со стороны. Как мне быть? Что, если она не захочет заниматься? А я терять не хочу её. Какие тут могут быть варианты?

Егор подумал немного и предложил Руслану:

— Обратись к учителям за советом.

— Не знаю… А если меня не устроит их совет? А если я потом решу сделать по-своему, и меня потом за это будут укорять? Ведь, обращаясь к ним за советом, ты, по сути, получаешь инструкцию к действию, своего рода указание. Разве не так?

— Ну, в какой-то степени да.

— Спросить совета у друга — это одно, а совет у учителей — это уже другое. Такой совет уже можно приравнять к обязанности. А я, если честно, сомневаюсь, что они глубоко вникнут в мою ситуацию. Таких, как я, у них сотни. На кой я им сдался со своей проблемой?

— Не знаю, Руслан. У нас, если такое происходило, то кто-нибудь да покидал «Матрицу». Например, у меня такое было.

— Серьёзно? — удивился Руслан

— Да! — улыбнувшись ответил Егор, но Руслан уловил в его голосе нотки тоски. Такое, пожалуй, сложно прятать.

— Мы были женаты, — продолжал Егор, — и у нас уже есть двое детей, две девочки. Она не выдержала, обиделась, когда ей указали на её самые больные точки (те качества, которые она не смогла переработать), и она решила уйти. Ну, а я выбрал дальше идти по пути развития. Она, конечно, и на меня обиделась, — чуть ли не смеясь, говорил Егор, — но тут уж ничего не поделаешь. Представляешь, она и детей продолжает кормить мясом, этой мертвечиной. И я не один тут такой. У нас многие развелись с теми, кто не желает развиваться. Но бывает, что просто пары не совместимы по каким-то причинам. Даже если оба в нашей системе, но вместе не могут. Просто расходятся и сходятся с другими: с кем ты больше совпадаешь по своему полю. В общем, думай сам. Тут нужно твоё собственное решение. Движешься вперёд или потакаешь эгоизму своей второй половины! Конечно, сам понимаешь, если она тянет тебя вниз, то это не твоя половина.

С этими словами Егор оставил Руслана и отправился в свой кабинет.

## ГЛАВА IX

В этот раз, провожая Женю до дома после занятий, Руслан был немного задумчив, хотя старался этого не показывать. Он чувствовал, что приближался поворотный момент в отношениях, когда ему придётся понемногу раскрываться и реакция девушки тут могла быть не предсказуемой. Они шли молча, иногда переглядываясь и улыбаясь.

— Что-то ты грустный какой-то сегодня, — заметила Женя.

— Да голова с утра немного побаливает, — ответил Руслан.

— А я уж подумала, что тебе со мной скучно стало.

— Ты что?! С тобой не бывает скучно!

— Давай сейчас дойдём до моего дома, я тебе таблетку вынесу, — предложила Женя.

— Да ерунда, не стоит, — начал было Руслан, хотя забота эта ему нравилась, а голова и впрямь разболелась.

— Так, давай не будем спорить, пошли ко мне. Я буду тебя лечить, — кокетливо командовала Женя. Руслан улыбнулся и охотно сдался.

— Да, пожалуй, с тобой спорить опасно, ещё и не то может разболеться.

— Хорошо, что ты это понимаешь! — с деловым видом подметила Женя.

Зайдя в подъезд, Руслан остался ждать на этаже, а Женя вошла к себе в квартиру. Через какое-то время, она выглянула из-за двери.

— Заходи.

— А твои не будут против? — шёпотом спросил Руслан.

— Кто мои? У меня только мама. Она, наоборот, сказала тебя пригласить, — так же шёпотом ответила Женя.

Мама у Жени оказалась очень гостеприимной и доброй женщиной. Внешнего сходства с дочерью у них почти не было, но по тембру голоса и манере разговаривать они были в чём-то схожи.

— Здравствуйте! — стеснительно улыбаясь произнёс Руслан.

— Здравствуйте! А я говорю ей: что же ты гостя там оставила, пригласи хоть чайку-то попить.

— Да не удобно как-то, — скромничал Руслан.

— Да ладно, что тут неудобного? Проходи! — перешла сразу на ты мама Жени, показывая, что у них принято быть простыми, без всяких лишних любезностей. — Жень, покажи Руслану свою комнату, а я пока чайник поставлю.

Квартира у них была двухкомнатная, уютная без особых изысков, но с новой мебелью и хорошо прибрана.

— Садись где хочешь, — предложила Женя, когда они вошли в её комнату.

Руслан сел в кресло и стал осматривать всё вокруг. Комната Жени была очень уютной, не нагромождённой лишней мебелью. Всё было на своём месте, расставлено со вкусом и в идеальном порядке. Напротив её кровати был шкаф-купе, одна из дверей которого была огромным зеркалом. Кресло располагалось слева у окна, а с противоположной стороны письменный стол с книжной полкой и офисным стулом. В комнате был комодик с зеркалом и маленькими полочками, на которых располагались предметы макияжа, различные тюбики с кремами, губные помады разных цветов.

— Вот такая у меня комната, — сказала Женя.

— Очень уютно! Мне нравится! — похвалил Руслан.

— А, да! — вдруг что-то вспомнила Женя и убежала, оставив Руслана. Через минуту вернулась с таблеткой и стаканом воды. Руслан незамедлительно выпил лекарство, поблагодарив девушку, и вернул стакан.

— Ладно, посиди пока лекарство не начнёт действовать, а я пойду маме на кухне помогу, — сказала Женя и опять убежала.

На кухне, по всей видимости, шло какое-то грандиозное приготовление. Видимо мужчины в этой квартире не частые гости. Руслан прикрыл глаза и постарался расслабиться. Сидя в этом мягком кресле, в уютной комнате, и полностью расслабившись, он не заметил, как его сознание переместилось в параллельную реальность, реальность сновидений.

Ему снилось, будто бы он шёл радостный по ночным городским улицам и прохожие недоумевали, чего это он такой счастливый. А он всё шёл, прыгая от счастья и улыбаясь во весь рот. В прыжке он мог зависнуть в воздухе на неопределённое время и спуститься, когда захочется. А прохожие наблюдали за ним и злились, как это так?! Они такие несчастные, а он смеет так вести себя на зло всем! Люди стали собираться в стаю, идти за ним, но он продолжал парить от счастья. Вот уже у них в руках какие-то палки, они его стали окружать, кольцо вокруг Руслана сжималось и угроза, похоже, была неминуемая, люди замахнулись палками, собираясь нанести удары, но парень вспорхнул вверх и полетел! Он словно на невидимые подушки из плотного воздуха опирался руками, поднимаясь всё выше и выше. Люди внизу бросали в него палки и разные предметы, но они не долетали до него.

Руслан поднялся так высоко, что многоэтажные дома казались спичечными коробками, а люди как муравьи чёрными точками, снующими в разных направлениях. Руслан сверху смотрел на них и ему было искренне жаль, что они такие маленькие и несчастные. Может они и были бы добрыми, если б могли так же, как он летать. Руслан решил сделать крутой вираж, опустившись к земле и вновь подняться над домами. Дух захватывало от полёта, и он проделывал это ещё и ещё. Ощущение счастья только нарастало! Наконец, он успокоился, поднявшись снова над городом и плавно стал двигаться в сторону леса.

Шумный город отдалялся, сверкая огнями, а макушки ёлочек тянулись огромным массивом до самого горизонта, где упирались в фиолетовую полоску ушедшего заката. Откуда-то слышалось пение одинокой флейты, разливающейся эхом по бескрайнему небу. Это была красивая, протяжная мелодия, звучащая «а капелла» и несущая в себе какое-то таинство и магию. Руслан летел уже так далеко, что вокруг по всему горизонту были одни только заснеженные деревья, поблёскивая миллионами снежинок от лунного света.

Такое ощущение сказки он испытывал в далёком детстве; когда краски окружающего мира казались ярче, а волшебство ближе; когда неизвестность не пугала, а притягивала; когда сила детского любопытства была непреодолимой, а наивность ещё не знала страха и всегда за неизвестностью ожидала какой-то сказочной доброты.

Среди деревьев он увидел прогалину, где стояла одинокая избушка с горящим светом в окне. Из трубы клубился дымок, а в воздухе стоял манящий запах выпечки. Вдруг, дверь избушки отворилась и показалась женская фигура. Похоже это была мама, но совсем молодая. Она махала ему рукой зовя к себе, но Руслан не мог спуститься, почему-то у него не получалось. Она продолжала звать его к себе, и он даже услышал своё имя, это был знакомый голос, но не похожий на мамин. Но Руслан висел высоко, словно запутавшись в паутине и не мог ничего поделать. Вдруг женская фигура стала расти. Женщина превращалась в огромного монстра и тянула к нему свои длинные руки. Она продолжала звать его, но голос уже изменился, погрубел. Руслан по-прежнему не мог пошевелиться, он был словно парализован и даже не получалось кричать и издавать хоть какой-то звук. Вот эта женщина уже дотянулась до него рукой и только прикоснулась к нему, произнеся его имя, как он проснулся. Рядом стояла Женя.

— Ты как себя чувствуешь? — спросила она.

— Не знаю, я похоже уснул. А долго я спал?

— Минут пять. Я просто смотрю ты стал во сне шевелиться, дай думаю разбужу, может кошмар снится.

— Спасибо! Сон и вправду был странным. Но мне показалось, будто я целый день проспал.

— Нет, что ты. Пойдём чай пить.

Руслан неспеша встал с кресла и пошёл за Женей на кухню, захватив свой пакет, с которым пришёл. На кухонном столе было много угощений: ваза с конфетами, ваза с фруктами, поднос с нарезанным ромбиками пирогом и две чашки.

— А мама твоя не будет чай пить? — шёпотом спросил Руслан.

— Нет, это только для нас, — ответила Женя.

— Какая тут красота! Я чувствую себя каким-то очень важным гостем. Кстати, у меня для тебя есть кое-что.

Руслан достал из пакета плюшевого зайчика.

— Это тебе. Он несмотря на то, что маленький, очень храбрый!

— Какой хорошенький! — отреагировала Женя.

Она вдруг убежала с ним в комнату и быстро вернулась. У зайчика на шее появился бантик из синей ленточки.

— Так наряднее! — сказала Женя. — У меня тоже тебе будет подарочек, но после чая!

— Ой, ну заинтриговала!

Они начали пить чай. Руслан чувствовал лёгкую неловкость. Но Женя улыбалась, не давая ему повода переживать. Она пила чай прямо из кружки, тогда как Руслан наливал в блюдце и поднимал его тремя пальцами, элегантно оттопырив остальные.

— Как ты интересно пьёшь чай! — заметила Женя.

— У нас дома все так пьют.

— Забавно! Давай, давай, кушай.

Руслан скромно попробовал кусочек пирога и сразу похвалил.

— А пирог удался! Вкуснятина! Кто испёк?

— Я по-быстрому умудрилась, пока ты спал.

— Я всё-таки долго спал, да? Ну явно, ни пять минут.

— Да не очень, но пирог успел приготовиться.

— Очень вкусно! — продолжал хвалить Руслан.

— Кстати, у моего друга через пару недель свадьба. Там тоже будет очень вкусно! Пойдёшь со мной?

— Ой, так неожиданно! Я даже не знаю. Уже через две недели, — замешкалась Женя.

— Пойдём, а то мне одному там будет не удобно, — настаивал Руслан.

— А что неудобного? Там наверняка будет столько молодых девчонок. А ты такой красивый, молодой! — подкалывала Женя, проверяя реакцию.

— Одному не хочется, пойдём вместе?

— В смысле? А если я не пойду, ты тоже не пойдёшь?

Руслан замолчал ненадолго. Затем подумав произнёс:

— Выходит, что так.

— Но он же твой друг.

— Да, он друг. При чём лучший друг. Мы с ним с детства были вместе.

Выдержав небольшую паузу, Руслан продолжил: — Но ты тоже мне дорога. Согласись, я же мог не говорить тебе о свадьбе и молча пойти один, но я так не хочу. Я понимаю, что тебе хочется меня проверить. Но если у тебя нет каких-то серьёзных причин не пойти, то почему бы нам с тобой не погулять на этой свадьбе вместе?