Марина Север
Мертвые соседи

Пролог

Вечерний двор освещался светом из окон многоэтажек. Три дома — два высотой в девять этажей и одна пятиэтажка. Когда Марина вошла в подъезд собственного дома, было около одиннадцати вечера. Всю жизнь она прожила в этом месте. Здесь прошли ее детство, школьные годы и молодость. Здесь она познала радость и горе и вышла замуж за Максима.

Старый подъезд пропах кошачьей мочой и старыми потертыми ковриками, лежащими возле каждой двери. Стены, наполовину выкрашенные в синий цвет, побелка, местами отвалившаяся, лифт с прожженной кнопкой вызова, деревянные перила, ведущие на верхние этажи. Возле подъезда стояли две лавочки, а за ними —цветущие палисадники. Много кустарников и молодых деревьев.

Такой ухоженный вид был заслугой их соседки с восьмого этажа, жившей под квартирой Марины. В благоустройстве двора ей помогали дети, которых она умела собрать вокруг себя и вдохновить. Поэтому у них было красивее, чем в других микрорайонах. Соседка была вдовой и жила одна. Иногда к ней приезжал сын вместе с невесткой и внуком.

Марина жила на девятом этаже и всегда помнила те дни, когда лифт работал только до десяти вечера. Если прийти позже, то придется подниматься по лестнице пешком. Её всегда это пугало. Не на всех площадках горели лампочки. Многие жильцы их специально выкручивали, чтобы молодежь не собиралась на площадке поиграть в карты или просто погреться, особенно в зимнее время года.

Марина нажала на кнопку вызова — никакой реакции. Она поняла, что лифт почему-то не работает. Летом, во время сильной жары, такое случалось. Его отключали, чтобы охладить мотор, который перегревался. Но на улице был вечер. Странно, что еще не включили. Раньше на крышу поднималась лифтерша, тетя Маша, жившая на первом этаже. Только у нее были ключи от замка на техэтаж. Она могла запустить туда рабочих, а иногда давала ключи ребятам, чтобы девчонки позагорали на солнышке. Но это было запрещено, поэтому она всегда просила, чтобы Марина с подружками никому об этом не рассказывали.

Делать было нечего, придется подниматься пешком. Девушка заглянула наверх, между лестничными перилами. На каких-то этажах, как всегда, не горел свет на площадке. Марина почувствовала, как мурашки пробежали по спине. Ей не хотелось подниматься пешком, но деваться было некуда, нужно попасть в свою квартиру.

Пройдя первый пролет и очутившись на втором этаже, девушка почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. На третьем не горел свет. Здесь все было как всегда. Сколько она себя помнит, на этой площадке бабушка ее подруги Ольги никогда не включала лампочку, хотя ее неоднократно просили вкрутить и не выкручивать. Но старушка воспитывалась и жила еще во времена Советского Союза, в подростковом возрасте застала Великую Отечественную войну и привыкла на всем экономить.

Сделав глубокий вдох, Марина буквально пролетела третий этаж и, не сбавляя шаг, бежала, перескакивая через ступеньки, постепенно приближаясь к своей квартире. На шестом этаже ее прыть поубавилась, и она слегка притормозила, чтобы отдышаться. Здесь царил полумрак, потому что на седьмом и пятом горел свет и до шестого он хоть как-то, но доходил.

Девушка отдышалась и собралась идти дальше, но почувствовала, как легкий ветерок коснулся затылка, зашевелил волосы на голове. Марина резко обернулась, но сзади никого не было. Окна в подъезде были закрыты, вряд ли это сквозняк.

Марина буквально ощущала чье-то присутствие. Но все было тихо, только из трехкомнатной квартиры доносился тихий бубнеж включенного телевизора. Девушка слегка напряглась, пальцы рук заледенели, и в этой тишине она услышала шепот, который пронесся мимо нее, касаясь невидимой рукой. «Марина-а-а», прошелестело совсем рядом.

Девушка обернулась — никого. Марина посмотрела на лестничный пролет и побежала наверх, оставляя за собой шлейф дорогого парфюма.

Вот и ее этаж. Желтая тамбурная дверь была прикрыта, на площадке стоял сундук, накрытый цветной потертой тканью. В нем соседка, бабушка Галя, хранила картошку на зиму. Девушка подошла к своей двери и открыла ее ключом.

В квартире было темно и тихо. Так было всегда, когда она возвращалась домой поздно. В нос ударил запах перегара. Значит, отец опять напился. И в подтверждении этих мыслей тишину прорезал звук храпа из зала. Марина вздохнула и включила свет в коридоре.

Лампочка вспыхнула под потолком, и девушка вздрогнула. Она заметила краем глаза, что в кресле, в зале, кто-то сидит. Оно стояло рядом с дверным проемом, поэтому всегда можно было увидеть того, кто занимал это место. Марина посмотрела в ту сторону и увидела, что человек зашевелился, видимо, разбуженный светом. Девушка пыталась разглядеть, кто это. Но вот фигура наклонилась вперед, голова повернулась — и, сощурив глаза, Марина увидела, что в кресле сидит … мама.

Мама всю жизнь прожила с мужчиной, который мог пить неделями. Она терпела его, а когда он засыпал на диване, ей приходилось пристраиваться в кресле, потому что ей не хватало места. Диван-книжка был сдвинут, а это значит, что пока ее муж не проснется, женщине придется спать в кресле. Она никогда не приходила в комнату детей. У них в спальне стояла двуспальная кровать, потом они купили еще диван. Повзрослев, девочки спали отдельно. Даже когда отец пьяный храпел на диване, она не просила их лечь вместе, чтобы ей тоже было где прилечь, а просто садилась в кресло и дремала. Вот и сейчас было то же самое.

— Мама, — прошептала Марина, — ты что здесь делаешь?

Женщина, кряхтя, поднялась с кресла и улыбнулась. Небольшого роста, полная, со стрижкой каре, она стояла в своем коричневом халате и смотрела на старшую дочку.

После вопроса, который Марина задала, сама не зная почему, мама нахмурилась. Почему это сорвалось у нее с языка? Что может делать ее мама у себя в квартире?

Марина улыбнулась матери, расставила руки в стороны и пошла к матери, сама не понимая, зачем это делает.

— Мама, я так по тебе соскучилась, — девушка почувствовала, как слезы потекли из глаз, — почему ты нас так рано оставила?

Женщина подошла к ней и обняла, изо всех сил прижав к себе.

— Я тоже по вам соскучилась...

Марина не хотела отпускать мать, сжимая в объятиях. В голове крутилось какая-то мысль, но девушка была так рада видеть мать, что забыла обо всем. И все же что-то было не так.

— Мамочка, я так тебя люблю!

Девушка снова поймала себя на мысли, что ей что-то не нравится, но вот не могла понять, что именно. Она же у себя дома. С ней мама, отец пьяный спит в зале, сестра еще, наверное, не пришла с улицы, всё, как всегда. Тогда почему Марине что-то кажется странным?

— Марин, — прозвучал совсем рядом мужской голос.

Девушка попыталась обернуться и посмотреть, кто ее зовет, но мать крепко держала ее за талию.

— Мама, ты меня раздавишь, — Марина шмыгнула носом.

Но женщина и не пыталась отпустить дочь.

— Марина, посмотри на меня, — прозвучал снова мужской голос, который показался девушке до боли знакомым и родным.

Она перестала плакать и нахмурилась. Кто это? Ей кажется или она слышит голос мужа? И тут в голове что-то щелкнуло. Максим, мама, квартира….

Девушка попробовала отстраниться, чтобы посмотреть на женщину, которую обнимала, но та ее не отпускала. Марина попыталась вырваться. Когда ей это удалось, она вспомнила, что мать давно умерла, и оттолкнула от себя того, кто ее обнимал.

Лампочка в коридоре начала мигать, и девушка увидела перед собой что-то иное, ничуть не похожее на женщину, которая ее родила. Лампочка в коридоре начала мигать, и девушка увидела перед собой нечто, ничуть не похожее на женщину, которая ее родила. Это был истлевший труп. Тот же рост, тот же оттенок волос — но все остальное почти превратилось в прах. Из пустых глазниц и носовых отверстий выползали мерзкие черви. Высохшие руки напоминали кости со свисавшей темной кожей. Одного глаза не было, второй буквально вываливался из глазницы. Губы ссохлись и истлели, обнажив желтый оскал зубов. Сразу запахло землей и гнилью. Существо протянуло свои костлявые руки и прохрипело:

— Дочка, ты что, не узнаешь свою любимую мамочку?

Марина дернулась назад, чуть не упав, но удержалась на ногах. Девушку била мелкая дрожь, сердце было готово выпрыгнуть наружу. Как она здесь оказалась? Почему?

Ходячий мертвец тянул к ней свои руки и медленно шел вперед.

— Ну, обними же свою любимую мамочку, — тихо шептал монстр. — Неужели ты по мне не соскучилась?

Последние слова существо буквально выкрикнуло в лицо девушке и схватило ее за руку. Марина пыталась вырваться, но сущность держала ее стальной хваткой.

Тварь резко потянула ее к себе, и Марина вновь очутилась в объятиях трупа.

— Верни чужое!

Последние слова тварь прошипела в лицо девушке, а потом все закрутилось, и Марина открыла глаза. На нее смотрел перепуганный Максим.

Глава 1

Марина сидела у себя в кабинете и смотрела в окно. На дворе начало июня, школьники ушли на каникулы, некоторые из учителей — в отпуска, а у нее намечался отдых только в июле. Они с Максимом планировали отдохнуть в каком-нибудь пансионате или доме отдыха, но только после свадьбы подруги.

Сергей и Вика подали заявление в ЗАГС и уже назначили день свадьбы. Церемония была назначена на четырнадцатое июля, в субботу. А потом Вика и Сергей улетят в свадебное путешествие. Так как участковый в силу своей профессии не мог выехать за границу, они решили укрепить здоровье в Кисловодске. Купили путевки в санаторий — очень уж их манили целебные минеральные воды.

Подруга была в предвкушении предстоящей свадьбы. Они должны были с Мариной съездить в город в свадебный салон, чтобы выбрать платье для невесты, а вот у Максима была задача подобрать костюм жениху.

В целом май был насыщенный на события. Все праздники прошли в напряжении из-за нескольких смертей. Хорошо, что Степанида Витальевна осталась жива. Но ее две сестры и племянница умерли по загадочной причине, о которой знают только четверо молодых людей, живущих в этой деревне. Не считая, конечно, бабы Глаши и Дмитрия Филиппова, капитана полиции, друга и коллеги Максима.

Марина вспомнила, с каким трудом они справились с новой сущностью, из-за которой чуть не умерла ее подруга Вика. Девушка была на грани смерти, но Марина каким-то чудом смогла ей помочь, скорее по наитию, чем осознанно. Она нашла наверху, на чердаке, книгу, которую свекровь спрятала в большом зеркале. Для нее это было неожиданностью. Но, к сожалению, кто-то вырвал из этого темного фолианта несколько страниц. Марина подозревала кое-кого, точнее — бабку Матрену, хотя полной уверенности не было. Но напрямую спросить она не решалась, а баба Глаша и подавно не хотела портить дружбу с соседкой. Возможно, ждала, что та сама расскажет, зачем это сделала. Но, видимо, бабка Матрена не спешила. Женщины много лет дружили и поддерживали друг друга.

Димка, который провел две недели у бабы Глаши, почти пришел в себя. Ритуал очищения дался ему очень тяжело, особенно последние три дня. Они были самыми трудными.

Максим и Марина в эти дни не ходили к старухе, она не разрешила. Первую неделю Дима занимался физическим трудом, чтобы с потом вышло все нехорошее. Грязные мысли не посещали голову, забылось плохое, осталось только хорошее. Вечером он парился в бане, где смывал с себя всю грязь.

Следующие три дня Филиппов провел в молитвах, которые дала баба Глаша. Ему урезали питание. Никакого мяса, никаких газированных напитков, ничего жирного, жареного, сладкого. Димка ел только овощи и фрукты, иногда старуха разрешала хлеб. Но это было в последний, третий день очищения. Мужчина совсем исхудал. На следующие три дня старуха запретила ему выходить из дома и выглядывать из окон.

— Ты не должен этого делать, потому что мертвячки наблюдают за тобой. Если перестанут тебя видеть, подумают, что ты исчез, забыл о своих невестах и больше они тебе не нужны.

— Они мне и так не нужны, — буркнул Филиппов.

Баба Глаша треснула легонько его по затылку и продолжила.

— Три дня сидишь дома, буду проводить ритуал очищения.

— А я все эти дни что делал?

— Ты старших послушай и не перебивай, — ответила баба Глаша, нахмурив брови.

Она спустилась в погреб и достала оттуда свечи, несколько мешочков с сухой травой и какую-то баночку с чем-то вонючим.

— Днем будешь в доме сидеть, молча. Разговаривать нельзя. Проронишь хоть слово — все насмарку пойдет, не вылечу я тебя. У мертвячек острый слух, зоркий глаз. Они должны понять, что тебя здесь нет. Даже если что-то увидишь, даже если что-то услышишь — ни звука, ни писку, ни вздоха. Теперь, милый мой, все от тебя зависит. От твоего духа. Посмотрим, насколько ты крепок и вынослив. Это последние три дня. Если выдержишь, отстанут от тебя твои невесты, уйдут обратно, а коли нет — жить тебе всю жизнь с этим. Уж не знаю, сколько протянешь, если с ума не сойдешь.

Димка сидел белее мела. Он пытался убедить себя, что ему не страшно, но мысль о том, что придется постоянно сталкиваться с мертвыми девушками, пугала его до дрожи.

— Сегодня после двенадцати ночи ты должен три дня молчать и делать все, что скажу. Понял?

— Понял, — буркнул Филиппов.

Дальше все происходило как в аду. Димка потом рассказывал, что ему слышались голоса мертвых девушек. Они то плакали и звали его, то злились и угрожали. Баба Глаша на ночь мазала его тело вонючей мазью и накрывала тонкой простыней, чтобы Филиппов немного поспал, но ему это плохо удавалось. В дом девушки попасть не могли — старуха поставила защиту везде. Но ему казалось, что они здесь, смотрят на него, тянут к нему свои холодные мертвые руки. Он постоянно вскакивал. Несколько раз хотел закричать, но вспоминал слова старухи.

Последняя ночь была самой невыносимой. Ненароком вспомнился фильм «Вий». Но Димка и это испытание прошел. Утром, когда солнечные лучи только-только начали пробиваться в маленькое оконце, он выскочил на улицу и вдохнул свежего воздуха. Парень был счастлив. Посмотрев в сторону забора и не увидев никого, он заплакал.

— Молодец, — сказала ему баба Глаша, выходя на крыльцо, — справился. А теперь меня послушай, только внимательно, не перебивая.

Димка сидел на крылечке, закутанный в простыню, и смотрел на старуху усталыми измученными глазами.

— Мертвячек твоих мы отвадили. Нет их. По крайней мере, не вижу возле изгороди своей. Да только не знаю, как дальше будет двигаться твоя судьба.

Филиппов испуганно посмотрел на старуху.

— Что это значит?

Баба Глаша разлила чай на травах по кружкам и села рядом с парнем.

— Мы отвадили невест твоих мертвых, а вот какие еще последствия остались с той ночи, когда ты умер и возродился, не могу сказать. Не вижу. Может, опять кого видеть станешь, может, третий глаз вырастит. Не знаю.

Димка побледнел, а старуха усмехнулась.

— Ну, про третий глаз это я так, образно сказала. Может быть все, что угодно. Да ты не бойся, приходи, помогу, если смогу. А пока все, погостил — пора и честь знать. Хотя за огород и сарай спасибо. Помог старухе.

В этот же день Димка уехал домой, рассказав все Максиму и Марине. Он пытался дать старухе денег, но та не взяла. Тогда через пару дней он передал ей три огромных пакета с продуктами. Баба Глаша таким гостинцам была рада.

Марина смотрела в окно своего кабинета, вспоминая тот день, когда к ним в дом вошел Филиппов. Похудел, конечно, но это не страшно. Главное, что баба Глаша ему помогла в проблеме с мертвячками.

В школе стояла тишина. Детей не было — одни учителя и одиннадцатиклассники, приходившие готовиться к экзаменам. Иосиф Кондратьевич в последнее время редко заходил к Марине, хотя они часто встречались либо в коридоре, либо в столовой. Обедал он молча, не звал, как раньше, попить чайку, а вот Мария Степановна не отходила от него. Все Ося да Ося.

Марина заметила, что историк стал каким-то необщительным и задумчивым. Он никогда себя так не вел. В последний месяц, сразу после праздников, он вообще перестал заходить к девушке, не спрашивал, как дела. Хорошо это было или плохо, Марина еще не знала. Жизнь историка с Марией Степановной набирала обороты. Возможно, Иосифу Кондратьевичу перестало это нравиться, но девушка точно знала, что он ей никогда не пожалуется. Слишком деликатный в этих вопросах. Он сам согласился переехать жить к библиотекарше. А что там у них происходит, это уже семейное дело.

Недавно Марина вновь поднималась на чердак, чтобы все хорошо осмотреть. Ее нежелание подходить к зеркалу, в котором она нашла тайник, было понятно. Девушка побаивалась эту таинственную находку. Но книгу пришлось вернуть на место. Она сняла старую холщовую накидку, долго всматривалась в стеклянную поверхность, и когда темный водоворот закрутился, Марина медленно протянула руку и дотронулась до зеркала. Пальцы почувствовали холод стекла, но кисть с книгой легко, как будто бы это был тягучий кисель, вошла внутрь и оставила там темный фолиант. Закрыв зеркало тряпкой, девушка быстро спустилась вниз по старой лестнице. И как раз вовремя.

Максим как-то предложил ей разобрать старый хлам на чердаке, но девушка попросила его пока ничего не трогать.

После того как подруга чуть не умерла, а Марина спасла ее, она попросила Сергея ничего пока не рассказывать Максиму. Придет время, и она сама ему об этом поведает. Девушка еще сама толком не разобралась, что происходит.

Вика поправилась, и теперь будущий супруг еще больше о ней беспокоился. Они незамедлительно отвезли заявление в ЗАГС и с нетерпением ожидали дня свадьбы.

Сергей еще в прошлом году сообщил руководству, что у него бракосочетание, и взял на это время отпуск. Вике, как предпринимательнице, не нужен был официальный отпуск — она работала на себя и могла отдыхать в любое время.

В дверь постучали. Марина вздрогнула от неожиданности.

— Входите, — крикнула она.

Дверь приоткрылась и на пороге появилась Лидочка. Девушка, мать которой стала Марой, существом, убивающим не только своим дыханием, но и во сне. Так произошло с сестрами Степаниды Витальевны. Мара чуть не убила Вику, подругу Марины, и учительницу химии. Двоюродная сестра Лидии, Татьяна, не ведая того, что ее телом завладела сущность, убила во сне Зинаиду, племянницу Степаниды Витальевны и бывшую подругу секретарши.

Татьяна так хотела стать женой Арсения, мужа Зинаиды и бывшего Лидочки, что просто обезумела и попала в психиатрическую больницу. Девушка кричала, что это она убила Зину и чуть не убила Арсения. Но правду знали только Максим с Мариной, Дима Филиппов и Сергей с Викой. Ну и конечно, баба Глаша, которая пыталась вылечить Вику. Эта страшная история, тянувшаяся из деревни и переходящая в город, вновь заставила всю компанию задуматься о том, что происходит у них в поселке и что будет дальше.

— Мариночка, доброе утро. Не забудьте прийти на обед. Вы в последнее время в столовую не ходите. Случилось что-то? Не заболели?

Лидия в последнее время часто к ней заглядывала. Всё про маму рассказывала, не забывая благодарить.

— Хорошо, Лидочка. Обязательно спущусь. Вы обо мне так заботитесь! Не переживайте. Просто работы много, вот иногда и забываю.

Марина улыбнулась девушке.

— Вы как? Как на любовном фронте? Простите, если вмешиваюсь в ваше личное пространство.

Девушка натянуто улыбнулась.

— Все хорошо. Замужем я уже была, поэтому пока устраивает то, что имею.

О том, что Лидия когда-то давно была замужем, знают все, а вот о том, почему развелась, узнали совсем недавно. Марине рассказала об этом Ирина Григорьевна. А дальше, как глухой телефон. Первое время старухи шептались за спиной, но потом их что-то отвлекло, и они переключились на кого-то другого. Это и спасло Лидию от дальнейших обсуждений ее не сложившейся личной жизни.

Мать девушки чувствовала себя хорошо. Ожоги на груди зажили. Они были оставлены огненной силой Марины. Девушка переживала о случившимся. Она стала ближе к тьме и чувствовала, что сила иногда бушует внутри, когда происходит что-то нехорошее. Один раз кто-то из ребят пнул футбольный мяч и нечаянно попал в идущую Марину. Девушка почувствовала в своем теле взбунтовавшийся огонь. Ей стоило таких усилий сдержать его и не ответить мальчишке, что разум помутнел.

Это произошло в конце мая, когда прошел последний звонок и дети ушли на каникулы.

Марина тогда побежала к бабе Глаше, рассказала, что случилось, но старуха поцокала языком и дала какой-то травки, которая немного успокаивает силу, но не насовсем. Просила быть девушку осторожней, узнавала, не появилось ли что-то еще, но Марина отрицательно качала головой. Ей и этого вполне хватало. Когда от нее уехал Дима Филиппов, она пришла, чтобы забрать книгу о темных существах и различных ритуалах с ними. Марина решила убрать ее в потайное место. Девушка понимала: если разбить зеркало на чердаке, то книга потеряется навсегда. Но пока она этого не хотела. Ей нужно многое изучить, только она сама не знала зачем.

— Марина, подскажите, вы все лето будете в деревне или куда-то собираетесь? У вас отпуск вроде в июле?

Девушка удивленно посмотрела на Лидию, не понимая ее интереса, но ответила:

— Нет, после свадьбы Вики и Сергея планируем улететь отдыхать. А вы?

Марина смотрела на секретаршу, пытаясь разглядеть эмоции на ее лице, но Лидочка лишь улыбнулась.

— Пока не решили. Мы с Павлом Алексеевичем еще это не обсуждали.

Она мечтательно вздохнула, а потом вдруг резко вскочила и нахмурилась.

— Ой, что это я? Меня Ирина Григорьевна загрузила делами. Сама уехала в город, в министерство образования, а меня оставила делами заниматься. Хорошо, что хоть каникулы у детей. Извините меня, Мариночка, я к вам позже забегу.

Секретарша в своей манере упорхнула из кабинета, оставляя Марину в полной тишине.

Через пять минут в коридоре послышались голоса, женский и мужской. Наверное, Мария Степановна и Иосиф Кондратьевич шли в библиотеку, надо бы с ними поздороваться. Она встала со стула и подошла к двери, приоткрыв ее, и уже хотела выйти, как услышала голос библиотекарши:

— Ося, ну что ты такой неуклюжий? Говорила же тебе: ложись раньше! Ннет, ты все что-то выжидаешь, читаешь, изучаешь... Не стоит в твоем возрасте так долго сидеть над книгами. Как найдем то, что нужно, тогда я точно тебя отправлю….

Договорить старушка не успела, потому что Марина, стоявшая за приоткрытой дверью, нечаянно отпустила ручку, и та щелкнула, привлекая внимание парочки. Ничего не оставалось, как выйти в коридор и улыбнуться старикам. Что там хотела сказать Мария Степановна, девушка так и не узнала.

— Доброе утро! — прощебетала девушка.

Старушка как-то странно взглянула на нее, а потом растянула накрашенные губы в подобии улыбки.

— Здравствуйте, Мариночка. Как ваши дела? Мы вот с Иосифом Кондратьевичем идем чай пить.

Женщина вставила ключ в замочную скважину и начала открывать дверь. Историк снял очки и начал протирать их трясущимися руками.

— Доброе утро, Марина Константиновна. Не хотите к нам присоединиться?

Девушка видела, что мужчина как-то странно себя ведет, но в его возрасте, наверное, это нормально.

— Наверное, Мариночке некогда. Столько работы, столько работы... Правда?

Женщина посмотрела на девушку.

— Да нет. У меня есть минут двадцать свободного времени, и я могу уделить их беседе с вами и Иосифом Кондратьевичем. Тем более у вас такой вкусный чай...

Марина улыбнулась. Она лукавила: чай был обычный, в пакетиках. Просто девушке хотелось понять, что происходит с историком. Раньше он был более разговорчив, называл ее «деточка», а сейчас обращается только по имени-отчеству и не заходит уже с месяц.

Женщина недовольно посмотрела на девушку, но вновь улыбнулась и ласковым голосом сказала:

— Конечно, конечно, приходите минут через пять. Я пока чайник поставлю.

Марина обещала, что обязательно придет, но у нее зазвонил телефон, и девушке пришлось вернуться к себе в кабинет, чтобы ответить.

— Марина, привет!

В телефоне зазвучал возбужденный голос подруги.

— Мне срочно нужна твоя помощь.

— Привет, Викуля. Что случилось?

Марина насторожилась. После того как подруга чуть не умерла, она каждый раз при ее звонке чувствует какое-то странное волнение. Марина не могла объяснить почему, но ей казалось, что это еще не конец, и что-то может произойти. Даже с ее даром она не могла предвидеть будущее, но за Вику боялась больше, чем за себя. Подруга знала ее тайну, знала о ее даре. Когда они бежали по подземному тоннелю, в котором оказались, Марине пришлось применить силу. Вика тогда была шокирована, и девушка ей все рассказала. Марина взяла слово с подруги, что та никому не расскажет об этом, даже Сергею. Тот, кто хочет отобрать ее дар, может попробовать надавить на Марину через подругу. А девушка этого не хотела. Вика очень дорога ей, как и муж Максим, которого тоже чуть не убил демон Поончах.

Баба Глаша говорила, что просто так дар не может перейти к другому человеку, Марина должна захотеть его отдать. Есть специальный ритуал передачи дара, при условии, что владеющий даром не против. Но вот где его взять, никто не знает. Баба Глаша тогда не прочитала полностью книгу темных: Марина забрала ее и спрятала подальше. Негоже такому фолианту находиться у всех на виду. Вон Иосиф Кондратьевич, как только узнал, что у девушки есть старинные книги, так просто не отходил от нее — все спрашивал. Мужчина как будто с ума сошел: просил, спрашивал, даже хотел прийти в гости, чтобы самому посмотреть на раритеты, но Марина не разрешила.

Девушка тогда посмотрела все книги на чердаке, но они не представляли особой ценности. В основном это были сборники простых заговоров, при которых используют травы. Были рассказы о нечисти, но никаких призывов, колдовства и заклинаний не было. Девушка отдала историку почти все, что нашла, кроме, конечно, книги темных. Она даже не стала искать в тайнике, который находился в большом зеркале, что-то еще. Марина эту книгу со страхом вернула на место. Но она решила для себя, что однажды обязательно заглянет туда еще раз.

Пока на это не было времени.

— Марина, ты должна поехать со мной в город, чтобы выбрать свадебное платье.

Вика была возбуждена и, как всегда, в своей манере, почти кричала в трубку.

— Подожди, а тебя Сергей отпустит? Просто в последний месяц вас друг от друга не оторвать.

В трубке послышался тяжелый вздох.

— Я ему еще не говорила, но думаю, отпустит. Не могу же я с ним ехать выбирать себе наряд. Это, между прочим, плохая примета.

— Вика, давай так. Ты сначала поговори с будущим супругом и, если все нормально, я обязательно с тобой поеду. Не могу же я допустить, чтобы моя лучшая подруга выходила замуж в сарафане и галошах.

В трубке повисло молчание. Марина, не выдержав, засмеялась.

— Ты издеваешься сейчас?

— Нет, — со всей серьезностью в голосе ответила Марина. — Я просто шучу.

Вика засопела как паровоз.

— Вот ты совсем. В общем, вечером поговорю с Сергеем, и завтра собирайся. Или в субботу. Максим каждый день приезжает в деревню?

— Ну да. Редко когда остается в городе. А что?

— Хочу заехать в ту пекарню, которая возле вашего дома. Там такие пироги пекут — пальчики оближешь.

Вика замычала в трубку, а Марина вновь рассмеялась.

— Какие пироги? Ты хочешь в платье не влезть?

— Вот умеешь ты поддержать, подруга, — недовольно пробурчала Вика, — все, давай, я тебе позвоню.

Вика скинула вызов, а Марина вспомнила, что обещала зайти в библиотеку, выпить чаю с Марией Степановной и Иосифом Кондратьевичем. Она посмотрела на часы. Прошло минут десять. Девушка взяла свою кружку и вышла в коридор.

***

Лидия сидела у себя в кабинете за рабочим столом и смотрела в монитор. Мысли ее витали где-то далеко. Мать почти выздоровела, а вот у Лидии при воспоминании о том случае до сих пор бежали мурашки по телу. Она даже не думала, что ее мама узнает правду о разводе с Арсением. Бывшая подруга умерла, ее, оказывается, убила двоюродная сестра Татьяна, которая сейчас проходит лечение в психиатрической больнице.

Лидии не было жаль ни одну, ни вторую. Конечно, она не хотела смерти Зиночки, но та получила по заслугам. Есть бог на небесах. Он все видит и каждого карает за грехи.

Доказать, что ее мать причастна к смертям сестер Степаниды Витальевны, не смогли. Те умерли своей смертью: одна — во сне, вторая — в больнице от какого-то неизвестного вируса. Учительница химии пошла на поправку, но четверть закончилась без педагога. Между Лидочкой и Степанидой Витальевной никогда не было неприязни друг к другу, но после того, как женщина узнала, что мать секретарши таила злобу на всю их семью, они перестали даже здороваться.

Лидия не переживала из-за этого. Она не собиралась быть родственницей учительницы химии. Степанида Витальевна до конца мая пробыла в больнице, а потом ушла в отпуск, чтобы дома поправить свое здоровье. У нее, правда, был экзамен по химии, но ее заменил учитель из города, которого назначило Министерство образования.

В данный момент Лидочку больше всего волновали отношения с Павлом Алексеевичем. Парень делал вид, что они вместе, но в то же время сторонился девушки. Может потому, что она его старше на три года? Хотя разве возраст играет большую роль в отношениях? Лидочка никогда не была у него дома. Он всегда говорил, что снимает комнату у мужчины, в котором проживает еще какая-то женщина. Когда Лидия спрашивала, у кого именно, Павел уходил от ответа.

Девушка думала, что она нужна парню исключительно для постели. Но он каждый раз, видя, что Лидия начинает поднимать этот вопрос, говорил, как она ему нравится, что хочет провести с ней оставшуюся жизнь. Но это были только слова, никаких действий он не предпринимал. Замуж не звал, они никуда вместе не ходили, не ездили — например, в город, в кафе… Только иногда встречались у нее дома.

Когда мать Лидочки лежала три недели в больнице, Павел даже тогда посещал ее не чаще двух раз в неделю. Никогда не оставался ночевать, не приходил на ужин или обед и не помогал по хозяйству.

Когда Лидия его об этом просила, у него всегда находились какие-то дела.

Однажды девушка попросила Павла познакомить ее с его матерью. Парень сначала нахмурился, девушке даже показалось, что разозлился, но потом взял себя в руки и ответил:

— Лидия, ну зачем нам спешить? Успеешь еще, познакомишься. Думаю, она тебе понравится.

А однажды девушка, сама не зная почему, рассказала ему, что участковый Сергей и Вика, хозяйка магазина на Липовой улице, решили пожениться, и свадьба у них уже в июле.

— Вот бы и нам так, — мечтательно проговорила девушка, лежа в кровати и поглаживая парня по груди.

Реакция Павла показалась девушке странной.

Он сверкнул глазами, в которых отразились холод и злость. Потом парень вскочил с кровати и, быстро натянув одежду, сказал напоследок, выходя из комнаты:

— Ты еще не наигралась в замужество?

Девушка слышала, как хлопнула входная дверь и под окнами раздались быстрые удаляющиеся шаги.

На следующий день она подошла к нему с извинениями, но Павел улыбнулся и, притянув к себе, поцеловал. Лидия поняла, что он не обижается на ее слова, и зареклась упоминать о замужестве.

Девушка смотрела в окно кабинета, когда к ней вошла Мария Степановна.

— Здравствуйте, Лидия, — проговорила женщина, улыбаясь.

— Добрый день, Мария Степановна. Ирины Григорьевны нет, она уехала в город на совещание.

— Я знаю, деточка. Хотела вас спросить, можно ли мне уйти пораньше. Нужно на кладбище сегодня сходить. Ведь память у моего супруга завтра, а там уже травой все заросло. Прибраться хотела.

Девушка, которая все это время хмурилась, вдруг как-то собралась и затараторила в своей манере:

— Ой, конечно, Мария Степановна, идите, если надо. Ключики только не забудьте сдать тете Лиле. А то женщина пару раз жаловалась, что вы забываете это делать. Не хочется докладывать директору.

Библиотекарша заохала, закачала головой и обещала оставить ключи на вахте. Потом поблагодарила девушку и вышла из кабинета.

Лидочка знала, что у Марии Степановны давно умер муж, она как раз в городе училась. Но ей казалось, что это было осенью, а не летом. Хотя, она, может, что-то путает. Девушка открыла нужный ей файл на рабочем столе и принялась за работу. Скоро обед, а она еще не выполнила ни одного поручения Ирины Григорьевны.

Глава 2

Наступили долгожданные выходные. Марина встала раньше Максима и собиралась в город. Она обещала подруге съездить с ней, чтобы выбрать свадебное платье. Ресторан давно был оплачен, приглашения гостям разосланы, кольца куплены, а вот платья еще нет.

Максим с Сергеем поедут отдельно от девушек и точно не сегодня. В этом деле парни не особо торопятся, а вот для Вики это было сложно. Девушка чуть ли не рвала волосы на голове, не зная, что она хочет. Они с Мариной просмотрели все каталоги, залезли на разные сайты в интернет-ресурсах. Во все салоны, которые нашли на этих ресурсах. Подруге нравилось почти всё, но цены кусались.

— Не переживай, — как-то сказала Марина, — если что, я тебе добавлю. Потом отдашь.

В девять утра в дверь постучали. Марина только включила кофемашину и сделала себе бутерброд. Открыв дверь, она увидела на пороге возбужденную подругу.

— Ты почему еще не одета? — спросила Вика, уставившись на Марину большими голубыми глазами.

Пропуская подругу в дом, Марина прижала палец к губам и показала в сторону проходной. Прикрыв дверь, она махнула подруге, приглашая выпить кофе. Та с радостью согласилась.

— Мы точно не опоздаем? — спросила Вика, отпивая горячий кофе.

Марина улыбнулась.

— Поверь, салоны еще даже не открылись. Думаю, вряд ли будет стоять толпа народу, чтобы купить себе свадебное платье. Успокойся. Если что, закажем, и к твоему бракосочетанию тебе привезут его.

Подруга закатила глаза.

— Я так переживаю! Мне кажется, что не успею, платье не найду или еще что-нибудь забуду.

Потом она нахмурилась и посмотрела в окно.

Марина, заметив выражение ее лица, поставила кружку и спросила:

— Тебя что-то тревожит?

Подруга посидела молча. Через пару секунд, посмотрев на Марину, ответила:

— Мне кажется, что-то пойдет не так, или что-то обязательно случится.

Девушка нахмурилась, волнение Вики передалось и ей. Но она взяла себя в руки и, улыбнувшись, сказала:

— Ну, ты чего, подруга? Всё будет хорошо! Выйдешь ты замуж за своего Сережу и будешь жить долго и счастливо. Что за пессимизм?

— Хотелось бы в это верить, — вздохнула Вика, — но мне недавно приснился странный сон.

Марина, услышав это, слегка напряглась. В последний год ее сны — это предвестники чего-то нехорошего. Впоследствии они перерастают в монстров, которые охотятся на нее. Не став прерывать Вику, она решила выслушать подругу.

— Мне снилась моя умершая бабушка. Она здесь отдала богу душу и похоронена на местном кладбище. Мой дедушка молодым погиб на войне, поэтому бабушка поднимала свою дочь, мою маму, одна. У бабули были романы, но она так замуж и не вышла.

Вика замолчала и посмотрела в окно кухни.

— Бабушка пришла ко мне во сне такая, какой я ее запомнила. На ней было ситцевое платье и белый платочек на голове. Она улыбнулась мне и протянула руки, чтобы обнять.

Потом Вика повернулась и уже возбужденно начала говорить.

— Все было как будто по-настоящему. Она стояла на кухне и улыбалась. Я очень любила свою бабушку. Она все детство возилась со мной. Утром блинчики или каша. В школу собирала, забирала после уроков. Мои родители всегда были заняты на работе, а я единственный ребенок в семье, поэтому бабушка меня баловала. Она протянула руки и сказала: «Викуля, я так по тебе соскучилась!». У меня покатились слезы, и я ответила: «Бабулечка, я тоже по тебе соскучилась». Понимаешь, Марин, я тогда даже не думала, что это сон. Все было как будто по-настоящему.

Вика говорила быстро, как будто боялась, что забудет все, что снилось ей, на самом интересном месте.

— Я протянула руки и обняла бабушку. Она гладила меня по голове, а я вдыхала аромат, который помнила еще с детства. Аромат булочек и корицы. Мы простояли так пару минут, и я хотела отстраниться от нее, но она так сильно меня держала в объятиях, что я стала задыхаться. Я попросила бабушку отпустить меня, но та как будто не слышала — все держала и гладила. А потом резко отстранилась и схватила меня за плечи. В этот самый момент внешность ее начала меняться. Кожа стала слезать с лица, как будто оно было из воска, таяло на глазах, а голова превращалась в безобразный череп. Глаза вытекли, остались пустые глазницы. Руки превратились в сплошные кости потемневшие с годами, платье упало, и на меня теперь смотрел живой труп, сгнивший в земле. Бабушка улыбнулась беззубым ртом, из которого несло смрадом, и прошипела мне прямо в лицо: «Забери чужое, забери чужое». После этих слов я закричала от страха и проснулась. На меня безумными глазами смотрел Сергей.

Вика замолчала и уставилась большими глазами на Марину, но та не знала, что сказать. Ей самой снился странный сон несколько дней назад. Она думала, рассказывать об этом Вике или нет. Но решила, что все-таки не стоит. Девушка и так нервничает с предстоящей свадьбой. Если Марина расскажет собственный сон, в котором ей снилась умершая мать, то у подруги начнется паника. Марина улыбнулась, положила руку на ладонь Вики и ответила:

— Это всего лишь странный сон, ничего более. Все будет нормально. Ты выйдешь замуж за Сергея, нарожаешь ему детей и будешь счастлива. Поняла?

Подруга кивнула головой, а потом осторожно спросила:

— Я не поняла, о чем говорила моя бабушка-монстр. Что значит: «Забери чужое»? Что она имела в виду?

Марина отвернулась и пожала плечами.

— Да кто их знает, этих мертвецов. Вспомни Рябушкиных, они тоже все что-то просили отдать.

Разговор прервал шум открывающейся двери, и в кухню вошел Максим. Его лицо было слегка помято после сна.

— Вы еще не уехали?

Марина улыбнулась и обняла мужа.

— Нет, кофе пили. Но уже убегаем. Если не сложно, завтрак сделай себе сам.

Она чмокнула мужа, и они с Викой вышли на улицу. Жара надвигалась неумолимо быстро. Июнь выдался теплым, но на следующей неделе уже обещали дождик. Может, это и к лучшему. Хоть немного прибьет дорожную пыль и польет поля и леса, чтобы ничего не высохло.

Они сели в машину, и подруга сразу же включила кондиционер. Из радио доносилась песня группы «Руки вверх», и под эту музыку они тронулись с места, выезжая на основную дорогу. Было почти десять. В это время в городе открываются свадебные салоны, но Вика решила объехать все, чтобы найти себе то, что видела в журналах и на сайтах салонов. Главное, чтобы это было в наличии.

Они подъехали к салону под названием «Мисс Привлекательность». В витрине стояли манекены, одетые в свадебные платья. Глаза Вики тут же увеличились в размерах. Она запрыгала и захлопала в ладоши.

Девушки зашли в салон. Здесь пахло кофе. Несколько продавцов крутились возле клиентов, каковых в салоне было четверо. Видимо, пришли к самому открытию. Тоже хотели быть первыми.

— Вот видишь, — прошептала Вика на ухо Марине, — говорила тебе, надо раньше выезжать. А теперь останусь без свадебного платья...

Марина посмотрела на подругу и громко засмеялась, чем привлекла внимание присутствующих. Получив тычок в бок от Вики, девушка перестала улыбаться и сделала серьезный вид.

К ним подбежала молоденькая продавщица и попросила присесть на диванчик и немного подождать; как только она освободится, обязательно займется ими. Предложив кофе и пирожные, девушка убежала к клиентке, которая всем своим видом выражала недовольство. Это была дама под сорок, крупного телосложения. Она натянула на себя белое свадебное платье и теперь напоминала окорок, перетянутый бечевкой. Тонкая материя с трудом облегала каждую складку ее тела, грозя разорваться при первом же движении.

Вика смотрела на все это и еле сдерживала смех. Действительно, то, что происходило в салоне, вызывало улыбку. Продавщицы вели себя корректно и предлагали даме с большими объемами что-нибудь удобное. Но женщина была непреклонна. Она хотела атласное платье в пол, с открытыми руками и глубоким вырезом на груди. Помимо этого, под подолом должны быть специальные кольца-держатели для пышной юбки.

Когда будущая невеста натянула на себя все это великолепие, Вика не выдержала и засмеялась. Получилось очень громко, все присутствующие повернулись и посмотрели на них. Девушка тут же зажала рот рукой, продолжая хихикать.

Женщина, примеряющая платье, зло прищурилась и спросила:

— Я не поняла, что тут смешного?

Марина, чтобы сгладить обстановку, замахала руками и ответила:

— Извините нас, просто мы обсуждали кое-что смешное. Моя подруга не выдержала и засмеялась. Не обращайте на нас внимание.

Марина повернулась к Вике и недовольно стрельнула в нее глазами.

Женщина отвернулась обратно к зеркалу, и тут произошло то, что должно было случиться. Платье не выдержало такого напряжения и лопнуло по швам. Звук рвущейся материи эхом разнесся по салону. На мгновение наступила тишина.

Вика не выдержала и рассмеялась в голос. Продавщицы засуетились возле покупательницы, а та ругала их на чем свет стоит. Девушки с покрасневшими лицами извинялись и слушали, как будущая невеста их отчитывает.

Вика, вытирая выступившие слезы, не удержалась:

— Ну зачем вы мучаете платье? Вам же сразу сказали — нужен другой фасон.

В салоне повисла тишина. Марина увидела, как продавщицы замерли, а женщина начала наливаться краской. Схватив Вику за руку, Марина потащила ее к выходу, крикнув на ходу, что они зайдут позже.

Вылетев на улицу, она строго посмотрела на Вику.

— Что? — ответила та.

Но Марина сама начала смеяться, а потом и подруга вместе с ней.

— Поехали в другой салон, умная ты моя. В этот, если что, приедем потом, когда дамочка покинет этот магазин.

Девушки сели в машину и еще долго смеялись, пока не приехали в новый салон, в три раза больше предыдущего. В стеклянных витринах стояли манекены в разнообразных платьях: от белых свадебных до красных вечерних. Входная дверь была украшена лепниной в виде голубей с веточкой в клюве — классический, но симпатичный элемент.

Свадебный салон встретил девушек мягким светом и атмосферой уюта, где чувствовалась дороговизна изделий. Просторный зал был оформлен в пастельных легких тонах: стены украшали изящные зеркала в пол в резных рамах. По периметру располагались манекены в роскошных свадебных платьях и не только. В центре стоял небольшой круглый подиум, устланный светлым ковром, где невеста могла бы примерить наряд и почувствовать себя если не принцессой, то героиней какой-нибудь сказки.

В воздухе витал нежный, едва уловимый аромат свежих цветов, а из динамиков доносилась тихая легкая музыка, создавая хорошее настроение. На маленьких столиках были разложены каталоги с новинками сезона, кружевные белые перчатки и другие аксессуары.

Приветливые девушки-консультанты, в элегантной униформе с улыбкой предлагали клиенткам помощь в выборе наряда. Здесь же стояли небольшие диванчики, где можно было расположиться, в ожидании.

В больших примерочных кабинках царила интимная атмосфера: мягкий, слегка приглушенный свет, большие зеркала, мягкие пуфики и вешалки для платьев.

Вика была под впечатлением. Такого выбора свадебных нарядов не было ни в одном каталоге, который она смотрела на днях. Помимо этого, здесь можно было выбрать аксессуары различного происхождения. Многочисленные диадемы, ободки со стразами, жемчужное ожерелье, разнообразные браслеты, клатчи, перчатки, свадебные подвязки и многое другое, от чего сердце учащенно билось, а ладошки становились влажными. Каждая мечтает обо всех этих прекрасных вещах на свою свадьбу и, конечно же, каждая хочет быть самой красивой.

— Здравствуйте!

Из оцепенения их вывел голос подошедшей девушки.

— Доброе утро, — ответила Марина. Ее подруга все еще вздыхала, не отрывая взгляда от роскошных платьев.

— Могу я вам помочь? Что вас интересует? У нас есть широкий выбор свадебных платьев, вечерних туалетов и разнообразных аксессуаров к ним.

— Нам нужно все, — придя наконец в себя, выдохнула Вика.

Девушка в удивлении приподняла одну бровь и перевела взгляд на Марину.

— Нам необходимо подобрать свадебное платье вот на эту девушку, — Марина указала на Вику, — ну и соответственно все, что к нему полагается. Фата, диадема, если она захочет, ну и перчатки с ожерельем. Если у вас имеются белые туфли, то мы бы хотели их тоже примерить.

— Я вас поняла. Вам, может, тоже что-нибудь подобрать? Или у нас одна невеста?

— Да, — Марина смущенно улыбнулась, — невеста одна. Я уже замужем. Буду подружкой невесты.

Девушка указала в сторону, где висели разнообразные вечерние платья, и сказала:

— Вам мы тоже можем предложить что-нибудь оригинальное. У нас широкий выбор вечерних туалетов, а также разнообразные аксессуары к ним. Перчатки, клатчи, ожерелья...

— Спасибо, — ответила Марина, — я обязательно посмотрю, но пока займитесь этой девушкой. Она хотела что-то особенное. Видела в журнале и на сайте вашего салона. К сожалению, мы так и не поняли, есть ли платье в наличии.

Девушка удовлетворенно кивнула головой и предложила присесть на диванчик и посмотреть каталог. Возможно, в журнале они найдут то, что им нужно, а она пока приготовит кофе и чуть позже присоединится к ним.

Марина вздохнула. Видимо, этот день для нее будет долгим и мучительным. Но она действительно может себе подобрать что-то из вечернего туалета.

***

Вика просмотрела весь каталог и решила, что ей нравятся абсолютно все платья. Глаза разбегались, но нужно было определиться. Народ прибавлялся, и консультанты брали новых клиентов в оборот.

— Ну как, вы нашли то, что вам понравилось?

Девушка-продавец подходила к ним уже в третий раз за час, но Вика каждый раз говорила одно и то же: «дайте нам еще пару минут».

— Вы знаете, — наконец сказала Вика, — давайте просто начнем примерять, а там посмотрим. Правда, Марин?

Девушка кивнула в знак согласия, заметив, как консультант облегченно вздохнула. Заработная плата у них идет с процентов от продаж, и если она весь день проведет его с одним клиентом, то явно ничего не получит.

— Пройдемте со мной, я вам покажу наши новинки, и вы мне назовете свой размер. Потом начнем подбирать вам свадебное платье.

Вика поднялась с мягкого диванчика и проследовала за девушкой. Марина осталась на месте, листая журналы. Прошло минут пять, и она все же решила присмотреть себе вечернее платье. Она и так собиралась за ним ехать по магазинам, но раз тут тоже большой выбор, то почему бы и нет?

Девушка пошла в ту сторону, куда указала им продавец, где на манекенах и железных вешалках можно было найти разнообразные платья. С перьями, со стразами, бусинами, в пол и короткие, с огромным вырезом на спине и глубоким декольте. Цветовая гамма была настолько разнообразной, что у Марины на секунду зарябило в глазах.

Девушка медленно шла вдоль рядов с платьями, касаясь пальцами нежной ткани. Здесь были и нежный шелк, и мягкий бархат. В воздухе, щекоча нос, витал аромат свежих цветов и дорогого парфюма. Зеркала, висевшие вдоль стен, отражали стоявших вдалеке невест и ее саму. Остановившись возле очередной стойки с нарядами, она сняла с вешалки платье цвета шампанского, прикоснувшись к нежному шелку. Оно было чуть выше щиколотки, с небольшим вырезом на груди и глубоким до поясницы на спине. Платье было на широких бретельках, обтягивающим до талии и слегка расклешенным вниз.

Марине почему-то понравилось именно оно, а не другие роскошные платья, и девушка направилась с ним в примерочную. Если она будет нужна Вике, та ее позовет. Но, видимо, пока подруга справлялась сама.

Марина надела шелковое платье цвета шампанского и посмотрела на себя в зеркало. Ей казалось, что она похожа на принцессу из сказочной страны. Остались диадема и белый жемчуг на шею.

Неожиданно в зеркале за спиной Марина заметила странное отражение. Между манекенами в полумраке стояла девушка.

Её платье было белым, а лицо бледным, почти прозрачным. Глаза казались пустыми, а волосы мокрыми прядями рассыпались по плечам, как у утопленницы. Марина почувствовала, как пальцы рук заледенели, а по спине пробежали мурашки. Что это? Она вроде не спит. Девушка надеялась, что это игра света или усталость, но фигура никуда не исчезла. Она медленно подняла полупрозрачную бледную руку и указала на одно из свадебных платьев. Оно висело на манекене с длинным шлейфом и старинной вышивкой. Белые бусины украшали вырез и корсет платья.

Марина моргнула, надеясь, что фигура исчезнет, но этого не произошло. Она стояла все там же и указывала на платье с длинным шлейфом и старинной вышивкой. Девушка постояла несколько секунд с поднятой рукой, а потом резко повернулась и посмотрела на Марину. На ее страшном лице появилось подобие улыбки, показались гнилые острые зубы.

— Вам помочь? — голос консультанта вывел Марину из оцепенения.

Девушка резко обернулась — никого, только платья, манекены и тихая музыка. Сердце билось часто, и Марина снова посмотрела в зеркало. Отражение было пустым. Теперь она не могла отделаться от ощущения, что кто-то невидимый все еще стоит за ее спиной, ждет, когда она выберет то самое платье, на которое указывала мертвая девушка.

— С вами все в порядке? — снова раздался взволнованный голос консультанта.

Марина посмотрела на нее и натянуто улыбнулась.

— Да, да. Все в порядке. Где моя подруга? Не все платья еще перемерила?

Консультант улыбнулась в ответ.

— Она чуть дальше, стоит на подиуме и просит вас подойти посмотреть на нее.

Марина хотела переодеться, но решила, что стоит показать свой наряд Вике, чтобы та одобрила его.

Подруга стояла на круглом подиуме в белом свадебном платье с фатой и диадемой на голове. На руках были атласные перчатки, которые заканчивались чуть выше локтя. На шее сверкало ожерелье. Девушка выбрала шелковое платье без всяких блестящих атрибутов, страз и бусинок. Глубокое декольте красиво подчеркивало грудь Вики. Прямое платье в пол заканчивалось сзади небольшим шлейфом. Подруга выглядела изумительно. Она после болезни сильно похудела, и ее осиная талия подчеркивала стройную фигуру. Девушка смотрела на Марину и улыбалась.

— Ну как? Что скажешь?

— Вика, это просто вау. Других слов нет. Ты такая красивая, стройная! Шикарное платье для самой красивой невесты.

Подруга засмущалась.

— Ну ты сейчас наговоришь… ты тоже красивая, — Вика секунду подумала и добавила, — после меня, конечно.

Девушки засмеялись.

— А что это на тебе? Ты тоже выбрала себе наряд?

Марина отошла немного назад и покрутилась вокруг своей оси.

— Нравится?

— Оно идеально тебе подходит. Будешь самой лучшей подружкой невесты.

Их разговор прервал консультант.

— Будете брать это платье или другие примерим?

Вика посмотрела на Марину, и та кивнула головой в знак одобрения.

— Мы берем это и все, что к нему прилагается. Фата, перчатки, диадема и ожерелье. Еще хотела бы померить туфли на высокой шпильке.

— Хорошо. Пойдемте, переоденемся, и я отнесу товар на кассу. Пока его будут упаковывать, мы пройдем с вами в отдел обуви.

Вика сияла как начищенный самовар.

— Вы это платье тоже будете брать?

Теперь вопрос был адресован Марине, которая так и стояла в вечернем туалете.

— А, да. Я тоже, пожалуй, куплю себе платье. Больше ничего не нужно.

— Давайте я отнесу его на кассу.

— Спасибо, не нужно. Я сейчас переоденусь и сама с ним подойду.

Девушка-консультант не стала возражать и пошла за Викой в примерочную, а Марина вернулась обратно. Подходя ближе, она почувствовала, как сердце учащенно бьется. Мельком взглянув на свадебное платье, которое было на манекене, она передернула плечами. Оно действительно больше походило на старинное, но вряд ли это было так. Интересно, та девушка, которую Марина видела, действительно была здесь, или у нее опять разыгралось воображение? Может, сказываются усталость и нервозность, которая передается от подруги? Вика боится, что может что-то произойти перед свадьбой или во время нее. Марина тоже этого боялась. Но больше всего она переживала из-за своей силы, которую поглощает тьма.

Девушка стала замечать, что она перестает контролировать силу, и та пытается вырваться наружу. Баба Глаша обещала подумать, как утихомирить тьму и заглушить ее дар. Девушка очень страдала, имея столь огромную мощь. Она ей была не нужна.

Марина переоделась в примерочной и хотела уже было выйти, когда почувствовала, как холодный ветерок коснулся ее шеи, всколыхнул волосы и разлетелся по помещению. Девушка от неожиданности резко обернулась, но, кроме нее, никого рядом не было. Что происходит? Она дрожащими руками открыла дверцу и почувствовала легкий запах цветов, а также прохладу кондиционера. В салоне прибавилось народу, скорее всего, сотрудницы включили кондиционер на максимум. Марина улыбнулась и выдохнула. Так вот откуда этот ветерок! А она уже подумала невесть что.

Девушки встретились на кассе, оплатили товар, поблагодарили продавцов и вышли на улицу в июньскую жару. Вика купила себе туфли и была несказанно им рада. Еще бы! Они провели в этом салоне почти четыре часа. Хорошо, что подруга нашла все в одном месте, и им не пришлось посещать еще несколько свадебных салонов.

Вика нажала на брелок автомобиля и тот, моргнув фарами, говоря об отключении сигнализации, автоматически включил в салоне кондиционер.

Сложив покупки на заднее сиденье, девушки сели во внедорожник. Вика завела машину, и они медленно тронулись со стоянки возле салона.

Марина взглянула на витрину магазина и чуть не закричала. За стеклом, возле манекенов, стояла та самая девушка, которую она видела, когда примеряла платье. То же бледное лицо, провалы вместо глаз и злобная улыбка. Она смотрела на Марину, слегка наклонив голову набок. На ней было старинное свадебное платье, которое висело в салоне.

Глава 3

Девушки ехали по улице в сторону кафе-пекарни, где они уже как-то сидели вместе и пили кофе. Находилась она неподалеку от дома Марины. Периодически Максим сюда заезжает, чтобы купить пироги или другие вкусности.

На улице стояла жара, но в машине работал кондиционер. Из радиоприемника играла веселая песня, и Вика, подпевая, даже умудрялась пританцовывать в такт мелодии, держась одной рукой за руль.

Марина сидела с задумчивым видом и смотрела в окно машины. Мимо пролетали витрины супермаркетов, салонов красоты. Люди куда-то спешили в субботу в жару, даже не задумываясь о последствиях такой погоды. Очень часто рекомендуют сидеть дома, чтобы не получить солнечный удар. Пить побольше жидкости и принимать прохладный душ.

Марина никак не могла выбросить из головы существо, которое она видела в свадебном салоне. Что это было? Очередное пробуждение сущностей или какой-то знак?

Мертвая девушка в свадебном платье. Она точно была мертвой. Бледное, почти прозрачное лицо, провалы вместо глаз, спутанные волосы, свисавшие с головы, худые костлявые руки. Она смотрела на Марину, указывая на свадебное платье, которое висело на манекене. Почему именно на него, Марина не понимала. Возможно, это что-то значило. Подвенечное платье выглядело как старинное, с золотой вышивкой и бусинами на корсете. Позади был длинный шлейф. Оно привлекало внимание, но не всякая девушка могла себе это позволить. Да и ценник кусался. Но не это беспокоило сейчас Марину. Почему это существо появилось именно в свадебном салоне и днем? Обычно всякая нечисть гуляет только ночью.

Из раздумий Марину выдернул голос подруги. Оказывается, они уже приехали и встали на стоянке. Заглушив мотор, девушка выжидательно смотрела на нее.

— Подруга, — весело сказала Вика, — ты чего такая хмурая? Смотри, какая погода. Мы наконец купили мне платье, которое я хотела, да и тебе взяли. Ну, улыбнись!

Марина посмотрела на счастливое лицо Виктории и слегка улыбнулась.

— Пошли. Сейчас будет еще один релакс.

Вика вылезла из машины, Марина последовала ее примеру. На улице действительно было жарко.

Зайдя в пекарню, они нашли глазами свободный столик и сели за него. Здесь работал кондиционер.

За последнее время тут многое изменилось. В пекарне можно было насладиться не только выпечкой, но и завтраком, обедом и ужином. Видимо, хозяин кафе решил, что для такого количества посетителей можно и усовершенствовать свое заведение. От этого народу стало больше. Количество столиков увеличилось вдвое, появились официанты.

К ним подошла молоденькая девушка в бейсболке с логотипом названия кафе и темно-зеленом фартучке.

— Добрый день. Что-нибудь уже выбрали?

Вика рассматривала меню, которое лежало в папках на каждом столике.

— Как у вас тут много всего! Я в последний раз здесь была в прошлом году. Все так вкусно написано...

Марина засмеялась, а официантка улыбнулась.

— Наше кафе старается работать лучше и угодить каждому клиенту.

Вика еще раз посмотрела в меню и ответила.

— Мне, пожалуйста, стейк из барашка с молодой картошечкой и зеленым горошком. Кофе капучино, пирожное, вот это, — подруга ткнула пальцем в название, и девушка записала в блокнотик, — еще пирог с вишней, круассаны и коробочку с пончиками.

Лицо официантки вытянулось в изумлении, но она тут же спохватилась и улыбнулась.

— Последнее заверните с собой. Домой возьму, будущего мужа хочу побаловать.

Марина засмеялась, а Вика шикнула на нее.

— Вам?

Девушка повернулась к Марине и та уже хотела ответить, как слова застряли у нее в горле. Вместо молоденькой официантки на нее смотрела мертвая девушка в свадебном старом платье. Пустые черные провалы глаз уставились прямо на Марину. Тварь слегка наклонила голову набок и хищно улыбнулась, выставив напоказ свои острые гнилые зубы.

Марина побледнела, слегка дернулась назад. Руки начали леденеть. Она медленно взяла прибор, вилку, лежащую на столе. Если это тварь на нее кинется, ей придется защищаться.

— …. Марин, — донесся голос рядом.

Девушка на мгновение повернулась, а потом снова посмотрела на мертвячку, но та исчезла. На нее смотрела официантка. Девушка улыбалась и держала ручку наготове, чтобы записать заказ в блокнот.

— Марин, ты будешь делать заказ? Тебя ждут. Я очень проголодалась.

— А? Да.

Марина положила вилку, которую взяла со стола и уставилась в меню. Она на самом деле пыталась успокоить рвущийся наружу холод. Что с ней происходит, она не понимала. Как только к ней приближается опасность, руки начинают леденеть, иногда покрываясь корочкой льда. Надо срочно спросить об этом бабу Глашу.

— Ну? — уже раздраженно поторопила ее Вика, — Что решила?

Марина отложила меню.

— Мне, пожалуйста, стакан воды с лимоном.

— И все?

Вика округлила свои большие глаза в удивлении.

— Так. Ей, то же, что и мне, кроме пирогов, еще кофе латте.

Официантка кивнула, записала в блокнот заказ и убежала.

— Да что с тобой? На тебе лица нет.

Марина ни за что на свете не хотела рассказывать подруге, что видела в салоне мертвую девушку в свадебном платье. Вика и так переживает из-за предстоящего бракосочетания. Если ей рассказать, подруга может все отменить. Марина не хотела портить такой день. Вика столько к этому шла! Они с Сергеем начали встречаться еще в августе прошлого года, когда Марину посещала русалка. Именно тогда у них что-то начало назревать. А когда Сергея чуть не убил демон Поончах, он сделал ей предложение. Это было так трогательно...

Сегодня они выбрали подвенечное платье, значит, свадьбе обязательно быть. Ничто не должно этому помешать. Марина постарается больше не втягивать подругу в свои проблемы, а уж тем более — в борьбу с сущностями. Сергей тоже пытается этого избежать. В прошлый раз Вика чуть не умерла из-за демона Мары, но, слава богу, и в этот раз все обошлось. Теперь их нужно держать подальше от всего сверхъестественного.

— Марина, — раздался голос Вики, — я к тебе с просьбой.

Подруга слегка покраснела.

— Можно мы от тебя в ЗАГС поедем? Ну, в смысле из твоей квартиры? Из деревни далеко, да и жарко слишком. Гости сразу туда подтянутся. Мы утром приедем, переоденемся, а потом в ЗАГС.

Вика засмущалась, а Марина положила еще холодную руку на ее ладонь и улыбнулась.

— Ну конечно, можно.

От прикосновения Вика слегка дернулась.

— У тебя почему руки такие ледяные? Ты замерзла, что ли? Может, пересядем туда, где не так дует от кондиционера?

Марина сразу отдернула руку и спрятала ее под стол.

— Да нет, не надо. Разволновалась что-то. За тебя вот радуюсь, наверное, на этой почве ладошки стали холодными.

Девушка не хотела говорить, что, возможно, новый дар так проявляется или защитная реакция на новое существо.

— Вика, не переживай, вы можете даже у нас остаться. Если хотите.

Подруга заулыбалась, в глазах заблестели слезы.

— Спасибо большое. Только мы лучше с утра. Надо родителей еще взять с собой. Остальные сами приедут.

В это время подошла официантка, принесла воды с лимоном для Марины и сказала, что через тридцать минут подадут горячее и кофе. Пирог и круассаны с пончиками принесут в конце, в фирменном пакете пекарни.

— Марин, тогда давай я сразу платье оставлю у тебя, да и ты вещи свои занесешь. Мы еще раз примерим наряды.

Подруга с надеждой посмотрела на девушку.

— Ну конечно, давай занесем. Я хоть посмотрю, что дома у нас творится.

На том и порешили.

Через тридцать минут им принесли мясо с молодой картошечкой. Марина, забыв, что совсем недавно видела вместо официантки мертвую невесту, принялась за обед. За разговорами время пролетело незаметно. Они просидели в кафе примерно час, а потом вышли из помещения.

Дом, в котором жила Марина, был неподалеку, поэтому они добрались за считаные минуты. Припарковав свой внедорожник, Вика открыла заднюю дверь автомобиля и вытащила пакеты. Во дворе никого не было. Жара стояла страшная, поэтому все сидели по своим квартирам. К вечеру, когда солнце перестанет так палить, на улицу начнут выходить мамаши с колясками, дети и старики. Первые — подышать воздухом, пожилые люди — чтобы посплетничать.

Девушки вошли в душную квартиру, и Марина включила кондиционер.

— Дай воды, — попросила Вика.

Когда подруга напилась, они пошли в гостиную распаковывать покупки. Платье Виктории было просто ослепительно. Девушка надела его еще раз, приложила фату и сунула ноги в туфли.

— Ты как богиня, — сказала Марина, выходя из спальни в своем вечернем наряде.

— Ты на себя посмотри. Вылитая Афродита.

Подруги рассмеялись, осматривая друг друга со всех сторон. Действительно, к свадьбе они подготовились неплохо. Ресторан был выбран, в ЗАГС все документы поданы, оставалось только приехать на бракосочетание.

В этом году кафе и другие заведения были заполнены под завязку. Хорошо, что у Виктории с Сергеем не так много приглашенных — около тридцати человек. Поэтому им удалось найти летнюю веранду на это количество народу. Будь гостей чуть побольше, это стало бы проблемой. В городе не оставалось подходящих мест. Бары и клубы отпадали сразу.

Переодевшись, Марина подала вешалку, и Вика убрала платье в большой шкаф в спальной комнате. Туда же она положила все аксессуары, фату и поставила белые туфли.

Марина повесила вечернее платье на плечики и вернулась к подруге.

— Ой, как я тебе завидую! Живешь в городе, в своей квартире...

— А что тебе мешает переехать?

Вика плюхнулась на диван и откинулась на мягкую подушку.

— У меня магазин в деревне. Доход приносит, а у Сергея работа.

Марина сходила на кухню и принесла им прохладный зеленый чай.

— Вик, ну магазин может оставаться. Ты же все равно ездишь в город за продуктами. Присмотреть за ним может мама или ты сама, когда будешь сама стоять за прилавком. Сергей может здесь устроиться участковым. Вопрос остается только с квартирой.

Вика вздохнула.

— Да деньги — это не проблема. Я откладывала, у Сергея есть, на свадьбу надарят. Привыкла, наверное, я к тому месту. Но вот сейчас понимаю, что не хочу больше там жить. Но что-то все равно держит. Может, родители?

Марина придвинулась к подруге.

— Ваши родители пожили для себя, теперь и вам пора. Вы подумайте с Сергеем. Если что, Максим поможет ему с трудоустройством. А к родителям вы можете приезжать хоть когда. Тем более малыш появится.

Марина улыбнулась, а Вика слегка покраснела.

Девушки проболтали еще час, а потом начали собираться. Максим написал СМС с вопросом, когда они вернутся. А Сергей позвонил. Он теперь старается полностью контролировать будущую супругу. Не то чтобы ей это не нравилось, но иногда хотелось бы личного пространства. Но Вика с ним не спорила.

Марина спросила как-то Максима, почему Сергей буквально ходит за Викой по пятам. Муж уклончиво ответил, что участковый боится за нее. Вот когда они разберутся с тем, что происходит в деревне, тогда, возможно, что-то изменится.

Девушки вышли из дома и спустились вниз. Вика включила кондиционер в машине. Из радио полилась веселая песня, и девушка снова начала подпевать.

Через двадцать минут они выехали на трассу в сторону деревни. У обеих было хорошее настроение. Они сделали все, что собирались. Пообедали в любимой пекарне, а теперь едут домой под веселую песню.

Прошло минут пятнадцать, когда Марина первая стала замечать, что радио как-то странно работает. То песня, то шуршание. Девушка замолчала и уставилась на магнитолу. Вика продолжала петь, не обращая на это внимания.

Через минуту радио зашуршало, и Марина нахмурилась.

— Что за черт! – выругалась подруга и покрутила приемник, но ничего не изменилось.

Она постучала по радио, но оно шуршало и хрипело. Девушка выключила его и начала смотреть вперед, на дорогу. Прошло меньше минуты — и радио само включилось, вновь шурша.

Это уже было не смешно. Подруга осторожно нажала кнопку выключения, но через несколько секунд радио снова включилось. Девушка изменилась в лице. Она с испугом нажала на кнопку выключения, но в этот раз магнитола не отключилась, продолжая хрипеть. Девушки напряглись.

Вика взволновано смотрела то на дорогу, то на Марину, то на радио. Неожиданно в тишине из магнитолы послышался хриплый голос: «Верни чужое, верни чужое».

У Марины внутри все заклокотало от страха, а Вика от испуга свернула с дороги и, остановившись на обочине, выскочила из машины. Девушка отбежала на некоторое расстояние от дороги и припаркованного внедорожника, тяжело дыша и держась за грудь. Марина последовала ее примеру. Хорошо, что трасса была пустая, и за ними никто не ехал, а то у водителей возникли бы вопросы об их вменяемости. На обеих девушках, как говорится, лица не было от ужаса.

Глава 4

Димка шел по темной улице, возвращаясь домой с тренировки. Он всегда здесь ходил. Они с братом посещали бассейн вечером. Днем учились: он в школе, а брат в институте.

Но сегодня он почему-то шел один. Спортивная сумка висела за спиной, голова почти высохла. На улице было тепло, поэтому Дима не переживал, что дома его заругают, что не посушился под феном в спортивном комплексе.

На улице потемнело и уже включили фонари. Тренировка заканчивалась в десять вечера, было немного времени, чтобы переодеться, а потом все ребята шли по домам. Сегодня он был в бассейне один — брат не мог. Почему — Дима не помнил. Вчерашний разговор все еще вертелся в голове, но то, о чем они говорили, постоянно ускользало из памяти.

Димка завернул в узкий проулок, где они всегда сокращали путь, и резко остановился. Перед ним стоял парень. Он был в джинсах и майке. Молодой человек смотрел на Димку, и в свете фонаря его лицо казалось таким родным, таким знакомым!

— Ну что, привет, малявка! Ты чего так поздно домой возвращаешься? Забыл, что мама нам говорила?

Дима смотрел на парня, понимая, что это его родной брат. Только почему он с ним так разговаривает, и почему здесь и не был на тренировке?

— Привет. Я только с бассейна, а ты почему прогулял?

— Да так, занят был.

Парень направился к Димке и, подойдя, протянул руку в знак приветствия. Странно, но приятно. Старший брат редко так делал. Он всегда учил его быть взрослым, меньше соплей, больше дела. Дима протянул руку в ответ, и парень, потянув ее к себе, обнял его.

— Я так соскучился!

— Я тоже скучал. Сильно. Почему ты так рано ушел от нас? Почему бросил меня одного?

Из глаз Димы покатились слезы. Он не понимал, зачем это сказал. Ведь брат тут. Вот он, стоит перед ним, а Дима возвращается с тренировки. Они стояли, обнявшись, но как-то слишком долго. Димка попытался вырваться из объятий брата, чтобы посмотреть на него, но тот его не отпускал.

— Эй, бро. Ты слишком крепко меня держишь. Отпусти!

Парень молчал, и когда Димка попытался вырваться из объятий, старший брат резко отстранился от него, крепко держа за плечи.

Лицо, как и его тело, начало меняться. Глаза превратились в большие темные провалы, кожа буквально слезала на глазах, оставляя после себя дыры, вокруг которых проглядывала запекшаяся кровь. Зубы выпали, губы высохли, руки, державшие Диму, стали похожи на скелет. Одежда превратилось в клочья, потемневшие от времени.

Димка хотел заорать от страха, но брат, превратившийся в ходячий труп, вдруг наклонился и прошептал в самое ухо: «Забери чужое, забери чужое».

После этого в глазах потемнело, и Димка проснулся. Он посмотрел по сторонам. Это была его однокомнатная квартира, на будильнике четыре утра, а он сам сидел на диване весь вспотевший.

Это был всего лишь сон, страшный сон. Его брат давно умер, убили подонки, пырнули ножом в драке, и это все произошло на глазах Димы.

Филиппов нервно потер лицо и поднялся с дивана. Сон пропал. Он не понимал, к чему вдруг приснился брат.

Пройдя на кухню, Дима поставил чайник на плиту. Очень хотелось кофе. Этот странный сон не выходил из головы. Приняв душ, Филиппов налил себе кипятка, и по кухне разнесся аромат кофе.

Не включая свет, он сел за стол и уставился в окно. На горизонте за домами брезжил рассвет. Скоро оживет город, начнется обычная жизнь, где все куда-то спешат, что-то делают. Димке было двадцать девять лет, и ему уже давно пора завести семью. Но последние события, в которые он был втянут полгода назад, не давали ему даже познакомиться с девушкой, чтобы хотя бы начать встречаться.

В прошлом месяце он две недели прожил у старухи, которую местные считают ведьмой. Она помогла ему избавиться от мертвых «невест», которые стали его преследовать после истории с Рябушкиным. Тогда Филиппов чуть не умер или почти умер, но его спас коллега и друг Максим Давыдов. Он-то и был виновником всех событий, которые с ним произошли. Вернее, даже не Макс, а его жена. Кто-то очень хочет забрать у Марины какую-то вещь, о которой никто не знает. Хотя Димка начал в этом сомневаться. Мертвецы и другая всякая нечисть буквально преследуют девушку, пытаясь убить или запугать.

Вот и сейчас он проснулся после странных слов мертвого брата «забери чужое». Какое чужое, у кого забрать?

Парень хотел семью, но его теперь держала не только работа, но и новые обстоятельства. У старухи ему было тяжело. Но и избавиться от нечисти он хотел больше всего. Она ему сказала, что, возможно, что-то проявится снова, смерть, у которой он побывал в лапах, не оставит его просто так.

Что она имела в виду, Филиппов так и не понял. Баба Глаша просила прислушиваться к своим мыслям и действиям. Всё, что от нее зависело, она сделала. Дальше он сам.

Димка допил кофе и посмотрел на часы: начало шестого. Можно собираться на работу.

Парень помыл кружку и, натянув на себя майку и джинсы, вышел на улицу. Двор утопал в зелени. Люди еще спали, кто-то, возможно, уже встал, как и он, а кто-то в долгожданном отпуске.

Сев в машину, он включил радио и откинулся на сиденье. На улице было хорошо, прохладно, не жарко. Часа через три начнется пекло. Июнь всегда был таким, поэтому Дима наслаждался утренней прохладой. Из динамиков звучала песня какой-то известной певицы, имя которой он не помнил. Прошло минут пять, как Филиппов закрыв глаза, наслаждаясь моментом, когда приемник вдруг захрипел, зашипел, а потом наступила секундная тишина. Димка хотел уже было покрутить радио и настроить волну, как из динамика донесся хриплый мужской голос: «забери чужое, забери чужое».

Филиппов от неожиданности откинулся обратно на спинку сиденья и уставился на магнитолу. Но из динамиков вновь зазвучала песня, как будто ничего не было.

Включив зажигание, он нажал на педаль, и машина с ревом понеслась по полупустым улицам.

В дежурной части сидели парни, которые в удивлении посмотрели на него.

— Ты чего в такую рань?

Филиппов махнул рукой и поднялся к себе в кабинет. Включив чайник, он плюхнулся на свой стул и потер руками лицо. Что это было? Неужели это то, о чем говорила баба Глаша?

Нужно рассказать Максиму, может у них в деревне опять что-то происходит. Щелкнул чайник, заставив Филиппова вздрогнуть. В последнее время он стал каким-то дерганым и нервным. Поднявшись с места, Дима подошел к чайнику и хотел налить кипятку, когда резкая боль пронзила висок. Парень от неожиданности выронил свой стакан и схватился рукой за голову. В это самое время перед глазами замелькали какие-то картинки. Это происходило как в фильме, который показывают по телевизору. Только картинки шли рябью и были нечеткими.

Димка сморщился от пронзающей боли, зажмурив глаза. Он видел улицу, пешеходный переход, по которому шел мужчина. Светофор для машин горел красным. Неожиданно из переулка вылетела черная машина с тонированными стеклами. Старенькие «жигули» не стали тормозить, а пронеслись на красный сигнал светофора, сбив идущего мужчину. Машина резко повернула и скрылась за домами, оставив после себя дорожную пыль.

В этот самый момент резкая боль, которая пронзала висок, отпустила, и Филиппов открыл глаза. Рядом с ним стоял лейтенант Александр Ёжиков с испуганным лицом и тряс его за плечо. На полу лежала разбитая кружка.

— Диман, слышишь меня? Дим…

До Филиппова наконец донесся голос коллеги.

— Ты чего? Все нормально?

Димка потер виски и, моргнув несколько раз, сфокусировался на лейтенанте.

— Да. Что-то резко голова заболела. Но уже отпустило. Нормально всё.

Филиппов нагнулся и начал собирать разлетевшиеся осколки. Его слегка пошатнуло, и он поднялся.

— Давай я Марью Ивановну позову, она уже здесь. Сейчас сама все уберет.

Сашка выскочил из кабинета, а Филиппов сел за свой стол и закрыл глаза. В виске еще чувствовалась небольшая боль, которая постепенно утихала.

Что это было? Что такое он видел? Что с ним опять происходит? Может, это последствия сна? Не должно быть. Он нечетко, но видел странную картинку, правда, слегка рябило, но суть Филиппов уловил. Машина черного цвета сбила мужчину на пешеходном переходе и скрылась. Может, это его очередная фантазия или стресс. Он вчера смотрел триллер с элементами детектива, поэтому у него перед глазами и замелькали машина и человек.

Сашка вернулся назад и посмотрел на коллегу.

— Ты как?

— Нормально. Стакан разбил, теперь не из чего кофе попить.

— Есть же дежурный.

— А Терентьич из чего будет у нас чаи гонять?

— Ой, тьфу, тьфу. Не надо нам его. Если судмедэксперт здесь, значит, у нас труп. А я ой как не люблю это дело. За последний год наш город превратился в сплошные убийства с непонятными обстоятельствами.

Филиппов взглянул на коллегу, который достал из шкафчика цветную кружку и уже наливал в нее кипятка. Санчо был прав. У них такого никогда не было. Все найденные покойники умерли странным образом, и всем ставили какой-то диагноз, взятый с потолка. Хотя Филиппов знал, что происходило.

Дверь кабинета открылась, и вошел Максим.

— Привет всем.

Парень улыбался, но, когда увидел лица присутствующих, нахмурился.

— Что случилось? У нас очередной труп?

— Типун тебе на язык! Накаркаешь сейчас... Просто Димке стало плохо, он кружку уронил и разбил ее. Вот, дежурную достал, кофе ему наливаю.

Максим посмотрел на друга. Тот действительно сидел бледный и тер один висок пальцами.

— Что случилось? — спросил Давыдов, подходя к коллеге.

— Нормально все, — ответил Филиппов, показывая знаки глазами, — голова закружилась. Не выспался, наверное.

Ёжиков подошел к столу Димы и подал ему кофе. В это время зазвонил телефон и Санчо взял трубку. Прошло секунд десять, пока он слушал, что ему говорили в телефон.

— У нас труп, — сказал Сашка, поворачиваясь к коллегам. — Я так и знал, не к добру это.

— А что случилось? – спросил Максим.

— На пешеходном переходе сбили мужчину. Машина скрылась с места преступления. По словам очевидцев, черные «жигули» пронеслись на красный свет и скрылись, даже не остановившись. Судя по всему, специальный наезд на жертву.

Максим смотрел на Филиппова, замечая, как его цвет лица начинает менять оттенок с розового на бледный.

— Диман, тебе плохо?

Филиппов смотрел на коллег и не верил своим ушам. В голове гудело, а висок снова заломило. Ему казалось, что это все происходит не с ним. Совсем недавно ему казалось, что перед глазами мелькали кадры какого-то триллера или детектива, но все оказалось на самом деле. Черные «жигули»… пешеходный переход… мужчина.

***

Макс опрашивал свидетелей, которые в этот момент стояли на светофоре. Кто-то сразу уехал, а самые ответственные вызвали полицию и скорую помощь. Конечно же, номер никто не запомнил.

— Все произошло так быстро, — сказала дама средних лет в цветном платье и белой шляпе с большими полями.

— Он появился ниоткуда, — вторил ей мужчина из «Лады Приоры».

— Мы тоже хотели дорогу переходить, хорошо, что у ребенка сандалия расстегнулась. Пришлось остановиться, а то тоже попали бы под колеса этой машины, — сказала молодая женщина лет тридцати с ребенком дошкольного возраста.

— А цвет и номер машины запомнили?

К удивлению Максима, все давали разные ответы.

— Коричневый…

— Темно-зеленый…

— Мне кажется, — задумалась девушка с ребенком, — она была красная.

Максим записал показания и, когда тело забрали и увезли в морг, вернулся в отдел. Он провел почти четыре часа на вызове. Когда вернулся, Дима сидел за компьютером, а Ёжикова не было.

— Где Санчо?

Димка посмотрел на него бесцветными глазами и ответил:

— На вызове.

Голос его хрипел. Он прокашлялся и поднялся, чтобы достать какую-то папку из шкафа.

Максим проводил его задумчивым взглядом, а потом спросил:

— Дим, у тебя все нормально?

Филиппов, который протянул руку за папкой, так и остался в таком положении.

— Мне кажется, — через пару секунд ответил Филиппов, — что со мной что-то происходит.

Он повернулся и посмотрел на друга.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.