Ильгиз Гиматов
Кочерга - бросок смертельный

Дело случая

.

Наш рейсовый автобус сбавил скорость и начал постепенно принимать вправо. И, полностью сойдя с асфальтового покрытия, остановился на широкой щебеночной окантовке дороги.

Скрипнули тормоза и с шипением открылась передняя дверца.

Водитель, улыбчивый мужчина лет сорока, обошел автобус, пару раз пнул ногой в правое переднее колесо и поднялся в салон.

Объявил:

– Перекур минут пятнадцать. Колесо буду менять…

Часть пассажиров вышли из автобуса.

Я тоже решил размять ноги.

По трассе неслись два потока машин: встречный и по нашей стороне дороги.

Стоял сплошной гул. Автомобили не сбавляли скорость, с ревом пролетали в нескольких метрах от нашего автобуса, обдавая воздушными потоками и кисло-сдадкиим запахом выхлопных газов.

В нескольких десятков метров от обочины начинался березовый лесок.

Схожу с обочины. Березки при моем приближении перестали шелестеть листвой. Словно насторожились.

Боятся деревца человека, думаю. Натерпелись от него, наверное, пока прокладывалась трасса.

За спиной щелкнула зажигалка. Обернулся. Более чем пожилой мужик прикуривает сигарету. Но стариком его не назовешь. Широкие плечи. Уверенный прямой взгляд. Выдыхает дружелюбно вместе с дымком:

– Не помешаю?

– Валяй, травись, – улыбаюсь в ответ. – Сам, было, грешил этим делом.

– А я вот никак не могу бросить эту заразу… – глубоко затягивается дымом мужчина. Он весь седой. Сухое лицо в сеточке морщин. – Такая липучая зараза...

Нет, пожалуй, при ближайшем рассмотрении все же можно назвать его стариком. Довольно - таки основательно потрепанным жизнью стариком.

Молчим. Березки успокоились. Неслышно опять перебирают листочками.

– Тут, – говорит мужик, – когда прокладывали дорогу, целый лес вырубили. А сколько молодых побегов подавили! Такой мощный березняк был… Теперь лишь ошметки вдоль дороги притулились… Говорят, такие клевые грибные места были… А сейчас… Заморыши ядовитые растут в выхлопных газах.

– Что поделаешь, – говорю. – надо строить дороги. Что-то при этом теряется..

– Да, –соглашается мужчина и протягивает мне ладонь. – Марс.

Видит удивление в моих глазах и добавляет:

– Так меня зовут, – смеется. – Могу паспорт показать.

– Верю! – улыбаюсь в ответ.

Рукопожатие у бога войны крепкое, пропахшее табаком.

- Да, – говорит мой новый знакомый, – мы постоянно в жизни теряем и находим… Помню раньше эту трассу называли дорогой смерти. Сколько народу здесь побилось… Один раз, по глупости можно сказать и можно сказать по необходимости, я с одним шебутным другом тоже здесь едва… Как говорится, как вспомню, так вздрогну... Давно было дело. Уже лет тридцать прошло с той поры…

Марс обернулся на дорогу и замолчал.

Я тоже посмотрел в сторону автобуса. Ремонт продолжался. Водитель, склонившись, налегал всем телом на большой накидной ключ, пытаясь стронуть крепежную гайку на колесе. Рядом в табачном дыму сгрудились мужики из числа пассажиров.

– Сейчас резьбу сорвет, – сказал Марс. – Надо соляркой гайку чуток полить, чтобы ржавчина в резьбе размякла… И подождать чуток. Отвернется, как по маслу.

– Похоже ремонт затягивается, – говорю. – Можем дальше спокойно дышать свежим воздухом. И так, что с вами случилось давным-давно на этой трассе?

– А что? Время есть. Можно и поговорить…

Марс опять закурил, прокашлялся и начал рассказывать.

– Наше прошлое догоняет нас - сказал кто-то из великих. Не помню кто. Но жизнь убеждает, что это действительно так и бывает. В году, дай бог памяти, вроде, шестьдесят восьмом прошлого века - аккурат два года мне до армии оставалось - началась эта история. В то время я занимался борьбой. Тогда она называлась классической. Сейчас зовут греко-римской. Но это не важно… Извиняюсь за отступление.