Ирина Батаева
Девушка-птица

Ненецкая сказка

На краю земли, там, где безмолвная тундра встречается с Белым морем, стоял одинокий чум. Жила в нем девушка-птица, и звали ее Нуне.

Шептались, что принес её северный ветер: черные перья вместо волос, а глаза глубокие, как зимнее небо. Оленеводы ее побаивались и на всякий случай оставляли у порога чума дары: куски свежей оленины, туеса с брусникой и рыбу.

Нуне не помнила прошлого, словно рождена была взрослой. Она ловко могла выделать шкуру оленя, высушить на ветру мясо, приготовить нежную строганину из рыбы, приправленную соком брусники. Она ступала неслышно по снежному покрывалу зимой или оленьему мху летом, будто боялась потревожить хрупкую красоту сурового края.

Однажды, когда пурга бушевала в тундре семь долгих дней, на пороге чума появился охотник Илко с белым оленем Хабтко. Дальний путь они проделали – голова оленя клонилась к земле, пимы* у юноши совсем прохудились, а малица** была изодрана.

– Пусти погреться, хозяйка, – хриплым голосом попросил путник, и вслед за ним в чум ворвалось морозное облако.

Девушка кивнула, налила гостю чашку горячего чая из морошки. Илко выпил чай залпом, обжёгся, засмеялся – и только тут разглядел хозяйку.

– Как зовут тебя, девушка-птица? – спросил Илко. – И почему ты живешь одна в этой ледяной стране?

– Меня все зовут Нуне. Я не знаю, почему я здесь. Так было всегда.

И она вдруг запела – о тундре и сиянии небес, о стаях, что улетают на юг. Голос её звучал, как птичья трель, и был таким тёплым, что Илко вдруг понял: он не хочет уходить.

- Нуне, позволь мне остаться. Я поставлю свой чум рядом и буду тебе братом.

Каждое утро юноша уходил на промысел, а Нуне готовила еду и шила ему новую одежду. По вечерам они садились ужинать, а потом он любовался, как девушка вышивает на рукавицах и малице неведомые узоры: волны, следы зверей и птиц.