MalutkaSemen
Дело Семи Штатов

Дело Семи Штатов

Пролог. Чердак

Лето пахло пылью и старым деревом.

Я поднялся на чердак дедушкиного дома — впервые за много лет. Здесь всё осталось как в детстве: запах высохшей краски, старый сундук, велосипедное колесо без спиц, коробки с ёлочными игрушками, которые никто не вешал уже лет двадцать.

Дедушка попросил разобрать. «Стар я уже, — сказал он. — А там всякое лежит. Может, что нужное найдёшь».

Я не ожидал найти ничего важного. Фотоальбомы, старые журналы, бабушкины выкройки. Но в дальнем углу, за ржавым тазом, стояла картонная коробка — не подписанная, перевязанная бечёвкой. Я потянул за узел, бечёвка лопнула.

Внутри лежали папки. Много папок. И фотографии — чёрно-белые, с зазубренными краями, какие печатали в семидесятых. На одних были люди — мужчины в футболках с открытым воротом, женщины в широких брюках, дети на велосипедах. На других — машины. Дороги. Дома. И красные стрелки, обведённые фломастером. А ещё — полицейский значок. Старый, потускневший, с выцветшей гравировкой.

— Деда, — позвал я, перегнувшись через перила. — Что это?

Он поднялся медленно — годы давали о себе знать. Подошёл, заглянул в коробку, и я увидел, как изменилось его лицо. Оно стало жёстче. Глубже. Будто он снова оказался там — в том времени, в том кошмаре.

— А, — сказал он тихо. — Это. Я думал, выбросил.

— Что это?

Он сел на старый сундук, достал из кармана рубашки помятую пачку «Кэмела», закурил. Дым пополз к потолку, смешиваясь с пылью.

— Это дело «Семи штатов», — сказал он. — Самое большое дело в моей жизни. И самое неудачное.

— Ты говорил, что был полицейским, — я присел на корточки напротив. — Но не рассказывал...

— Не рассказывал, — перебил он. — Потому что не хотел, чтобы ты знал, каким я был. И что видел.

Он протянул руку, взял верхнюю фотографию. На ней была девушка — молодая, красивая, с распущенными светлыми волосами. Она стояла у своей машины, маленького «Фольксвагена», и улыбалась. На обороте было написано шариковой ручкой: «Сьюзен Блэк, 23 года, май 1973».

— Кто это? — спросил я.

— Она была первой, — дедушка затянулся, выпустил дым. — Но мы не знали этого тогда. Я не знал.

— Ты был на месте?

— Я нашёл её, — сказал он. — Я был первым, кто приехал на вызов.

Он замолчал. Я ждал. Дым от сигареты медленно таял в воздухе.

— Хочешь послушать? — спросил он наконец.

Я кивнул.

Он встал, подошёл к маленькому окну на чердаке, посмотрел на закат. Семьдесят третий год стоял у него в глазах — я видел это отчётливо.

— Тогда я был молодой, — начал он. — Горячий. Думал, что поймаю всех преступников мира. А потом приехал на вызов, который изменил всё.

Он повернулся ко мне, и в его голосе зазвучала та сталь, которую я слышал только в рассказах о войне.

— Садись, внук. Разговор будет долгий.

Глава 1. Первая жертва

1973 год. Невада. Май.

В то утро я пил кофе в участке и проклинал свою смену.

— Морган, — сержант бросил на стол рапорт. — У тебя вызов. Трасса 66, миль двадцать к западу. Говорят, нашли машину. Пустую.

— И что там? — я допил кофе, затушил сигарету.

— Не знаю, — сержант пожал плечами. — Поезжай, посмотри.

Я взял ключи от патрульной «Plymouth Fury», накинул куртку и вышел.

Дорога была пустой. Солнце только начинало припекать, но в мае в Неваде уже жарко. Я ехал с открытым окном, слушал, как ревёт двигатель, и думал о том, что через два часа у меня перерыв, а потом можно будет заскочить в бар.

Я не знал, что этот вызов изменит всё.

Я свернул на грунтовку, проехал ещё милю. Машина стояла в кювете. Маленький «Фольксваген», бежевый, с открытой водительской дверцей.

Я вышел, присел на корточки. Следы шин. Чужие. Большие. И кровь. Немного, но кровь.

— Диспетчер, — вызвал я по рации. — У меня машина в кювете. Похоже, водитель исчез.

— Поняла, — ответил диспетчер. — Ждите подкрепление.

Я не стал ждать. Я пошёл по следам.

Кусты, песок, камни. Следы вели от машины, потом обрывались — будто кто-то унёс её на руках. Или она ушла сама.

Я нашёл её через двести ярдов. Она лежала лицом вниз, на боку. Светлые волосы были мокрыми от крови.

— Господи, — выдохнул я.

Я перевернул её. Она была молодой. Лет двадцать три — двадцать пять. Глаза открыты, смотрят в небо. Ни крика, ни мольбы. Только удивление.

Я присел рядом, проверил пульс. Ничего.

Я поднялся, отошёл к машине. Руки дрожали. Я видел трупы раньше — аварии, перестрелки, драки. Но это было что-то другое. Это было сделано не в гневе. Не в страхе. Это было сделано... с удовольствием.

— Кто ты? — спросил я у пустоты.

Пустота не ответила.

2024 год. Чердак.

— Её звали Сьюзен, — дедушка затушил сигарету. — Сьюзен Блэк. Она была первой, но мы не знали этого тогда. Мы думали, это просто несчастный случай. Или кто-то из проезжих.

— А потом? — спросил я.

— А потом нашлась вторая, — он достал из коробки другую фотографию. — Через три недели. В другом штате.

— И вы поняли, что это серия?

— Не сразу, — дедушка покачал головой. — В семидесятых полиция между штатами почти не общалась. Бумаги, телефоны, недели ожидания. Мы не знали, что он уже убивает в другом месте.

— Как же вы догадались?

— Один парень из ФБР. Он заметил совпадения. Сказал: «Джим, это не разные убийцы. Это один человек. И он ездит на одной машине».

— На какой?

Дедушка посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то странное. Живое.

— «GTO», — сказал он. — Pontiac GTO. Шестьдесят восьмой год.

— Это что за машина?

— Одна из самых быстрых в Америке, — дедушка усмехнулся. — С мотором Ram Air II. Четыреста лошадей. Таких машин в стране было — раз, два и обчёлся. Мы думали, это будет легко.

— Но не получилось?

— Не получилось, — он достал новую сигарету. — Потому что он был умнее нас. И быстрее.

Глава 2. Призрак на трассе

1974 год. Аризона. Июнь.

К тому моменту мы знали уже о девяти жертвах. Девять девушек в шести штатах. Все — на трассах. Все — без свидетелей.

— Он не оставляет следов, — сказал агент ФБР, который приехал к нам в участок. — Ни отпечатков, ни волос, ничего. Как призрак.

— Призраков не существует, — ответил я.

— Этот существует.

Мы устроили засаду на трассе 40. Шесть полицейских машин, вертолёт, дорожный патруль. Мы перекрыли шоссе на три мили и проверяли каждую машину.

— Он не приедет, — сказал мой напарник Фрэнк, когда мы стояли у обочины и пили кофе.

— Приедет, — ответил я.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что он думает, что он умнее всех.

Мы ждали шесть часов.

Стемнело. Вертолёт улетел на дозаправку. Половина машин разъехалась. Я уже начал думать, что ошибся.

А потом я услышал его.

Низкий, раскатистый рык. V8. Не наш.

Я поднял голову. Из темноты вынырнула тень. Низкая, длинная, с четырьмя круглыми фарами, которые горели холодным белым светом.

— Это он! — закричал я. — Это чёртов GTO!

Я бросился к своей машине. Двигатель взревел, но моя «Фьюри» — старый, тяжёлый танк — не могла сравниться с ним. Он пронёсся мимо, как пуля. Я успел заметить только профиль водителя. Мужчина. Один. В тёмной куртке.

И улыбку.

— Всем постам! — орал я в рацию. — Pontiac GTO, чёрный, движется на восток! Перехватить!

— Повторите марку, — сказал диспетчер.

— GTO, мать его! GTO!

Но его уже не было.

2024 год. Чердак.

— Ты его видел? — спросил я. — Лицо?

Дедушка покачал головой.

— Только силуэт. И улыбку.

— Улыбку?

— Он улыбался, — дедушка затушил сигарету. — Как будто знал, что мы не успеем. Как будто ему нравилось, что мы смотрим ему вслед.

Он замолчал. Я ждал.

— После той ночи, — сказал он, — я не мог спать. Всё думал о нём. О его машине. О том, как он ушёл.

— Ты хотел его поймать?

— Я хотел его уничтожить, — дедушка посмотрел мне прямо в глаза. — Не посадить. Уничтожить.

В его голосе было что-то, что мне не понравилось. Какая-то тяжесть. Слишком личное.

— Деда, — спросил я. — А ты не думал, что это был кто-то из своих?

Он не ответил.

Просто смотрел в окно.

За которым темнело.

Глава 3. Вторая жертва

1974 год. Юта. Июнь. Три недели спустя.

— Морган, — сержант разбудил меня в четыре утра. — У тебя вылет.

— Куда?

— Юта. Нашли девушку. Похоже на твою.

Я не спал уже сутки, но собрался за пять минут. Самолёт до Солт-Лейк-Сити, потом два часа на полицейской машине по пустыне. Дорога была прямой, как лезвие ножа. Справа — красные скалы, слева — солёное озеро, которое блестело на солнце, как зеркало.

Место называлось «Долина монументов». Не официально — так прозвали местные. Там, где земля трескается от жары, а ветер гоняет перекати-поле.

Она лежала у подножия скалы, похожей на спящего великана.

— Зовут Эмили Паркер, — сказал местный шериф. — Двадцать лет. Студентка. Ехала в Калифорнию.

— Нашли машину?

— В сорока милях отсюда. На заправке. Свидетели говорят, её подвозил мужчина на тёмной машине.

— Какой?

— Не запомнили. Сказали — большая. Чёрная.

Я присел рядом с телом. Эмили лежала на спине, руки сложены на груди. Кто-то закрыл ей глаза. Аккуратно. Почти нежно.

— Он издевается? — спросил я.

— Не похоже, — шериф скрестил руки. — Он... заботится о ней. После того, что сделал.

Я посмотрел на её шею. Следы. Те же, что у Сьюзен.

— Это он, — сказал я. — Тот же почерк.

— Откуда знаешь?

— Он закрывает им глаза. Как будто прощается. Как будто они для него что-то значат.

Я поднялся, отошёл в сторону. Закурил. Ветер нёс песок, и он скрипел на зубах.

— Он будет убивать снова, — сказал я. — Через три недели. В другом штате.

— Откуда ты знаешь?

— Я читал про таких. У них ритм.

Я не сказал ему, что читал не в книгах. Я сказал это потому, что чувствовал. Этот человек не мог остановиться. Ему нужно было убивать. Как дышать.

2024 год. Чердак.

— Как она выглядела? — спросил я.

Дедушка достал новую сигарету, прикурил. Дым пополз к потолку.

— Как спящая, — сказал он. — Он уложил её, как куклу. Руки на груди. Глаза закрыты. Если бы не следы на шее, можно было подумать, что она просто уснула.

— Это было жестоко?

— Жестоко? — он усмехнулся. — Нет, внук. Жестоко — это когда рвут на части. А он... он убивал аккуратно. Быстро. Почти ласково. В этом и был ужас.

Он затянулся.

— Она не кричала, — сказал он. — Как и первая. Соседи по мотелю ничего не слышали. Он приходил к ним как друг. А они открывали дверь.

— И ты нашёл того, кто его видел?

— Нашёл, — дедушка выпустил дым. — Старый механик на заправке. Сказал, что запомнил машину на всю жизнь. Четыре фары. Низкая. Чёрная. И рёв, от которого закладывает уши.

— Он не запомнил номер?

— Сказал, что номера не было. Вообще. Голый бампер.

Дедушка замолчал. Я ждал.

— Через три недели, — сказал он наконец, — мы нашли третью.

Глава 4. Третья жертва

1974 год. Колорадо. Июль.

Колорадо встретил меня дождём.

Я летел туда один — ФБР ещё не подключилось, а наш участок не хотел тратить ресурсы на «очередную пропавшую». Но я знал. Я чувствовал.

Место называлось «Каньон дьявола». Ущелье, где дорога петляет между скалами, а внизу — река, быстрая и холодная даже в июле.

Её нашли на дне каньона. Сорвалась с обрыва? Или её сбросили?

— Зовут Дженнифер Лоусон, — сказал местный коронер. — Двадцать два года. Туристка.

— Как она умерла?

— Сначала задушили. Потом сбросили.

Я присел на корточки. На её лице не было страха. Только удивление. Как будто она не верила, что это происходит.

— Он закрыл ей глаза? — спросил я.

— Да, — коронер кивнул. — Кто-то прикрыл веки. Аккуратно.

— Это он, — сказал я. — Тот же.

— Уверен?

— Уверен.

Я поднялся, посмотрел наверх. Дорога проходила в сотне ярдов над нами. Он мог остановиться там, вытащить её из машины, убить и сбросить. Всё за пять минут.

— Он не боится, — сказал я. — Он делает это на виду. Ему всё равно.

— Или он знает, что мы не смотрим, — ответил коронер.

2024 год. Чердак.

— Она была третьей, — дедушка затушил сигарету. — Через три недели после Эмили.

— Как ты это выдержал?

— Никак, — он пожал плечами. — Пил. Ругался с начальством. Не спал. Но продолжал.

— Почему?

— Потому что кто-то должен был его остановить.

Он замолчал. Посмотрел на свои руки. Старые, в пигментных пятнах, с кривыми пальцами.

— Я думал, что это буду я, — сказал он тихо. — Думал, что смогу.

— А что случилось?

— А ничего, — он усмехнулся. — Он оказался умнее. И быстрее.

Он встал, подошёл к окну.

— На сегодня хватит, внук. Завтра расскажу про четвёртую.

Он начал спускаться с чердака. Я смотрел ему в спину.

— Деда, — окликнул я.

Он остановился.

— А ты не думал, что это был кто-то из полиции?

Он обернулся. На секунду мне показалось, что в его глазах мелькнул страх. Но он быстро взял себя в руки.

— Думал, — сказал он. — Но не нашёл доказательств.

Он ушёл.

А я остался сидеть на чердаке, глядя на коробку с папками.

Что-то не давало мне покоя.

Что-то в его рассказе.

Я не мог понять — что.

Глава 5. Четвёртая жертва

1974 год. Нью-Мексико. Август.

Жара стояла такая, что плавился асфальт.

Я прилетел в Альбукерке утром, взял напрокат «Ford Torino Brougham 302 Windsor V8», и поехал на юг, к границе с Мексикой. Дорога шла через пустыню — плоскую, белую, бесконечную. С обеих сторон — кактусы, редкие кусты и марево над горизонтом, которое плясало и издевалось.