Анна Одувалова
Тайна ассистентки дракона

Пролог

Незваные родственники хуже нашествия вурдалаков!

Кто бы ни придумал эту пословицу, он точно знал, о чем говорит. Не удивлюсь, если это был дорогой папочка, потому что тетушки Марбл и Мейпл, стоявшие на пороге моей уютной квартирки, сейчас как раз напоминали вурдалаков.

К слову, о папе: за широкими спинами теть я увидела и обеспокоенных и слегка сонных родителей, что окончательно добило моральный дух.

Мне конец! Надеюсь, умру быстро.

– Аделита! – Тетушка Марбл по‑хозяйски оттеснила меня с прохода и устремилась в единственную комнату, где рисковала с минуты на минуту скоропостижно скончаться от сердечного приступа. – Где ты была?! Мы приехали вечером и не могли до тебя достучаться! Пришлось немедленно вызывать твоего отца!

– Мы с новыми коллегами праздновали мое назначение…

Я сжалась и даже зажмурилась, когда к ней присоединились тетушка Мейпл, а следом и папа с мамой. Казалось, вот‑вот раздастся истошный вопль и меня за ухо оттащат обратно в родную деревню!

Но ничего не происходило.

Набравшись смелости, я заглянула в комнату и обомлела: тетушки расположились на разложенном диване, с интересом осматриваясь, а родители скромно устроились в креслах в углу.

И все.

Совсем все – больше в комнате не было ничего и никого подозрительного.

Может, мне привиделось? Я впервые в жизни попала на настоящую вечеринку в баре, вдруг галлюцинации – неотъемлемая часть похмелья?

– А что вы здесь делаете? – осторожно поинтересовалась я, размышляя, насколько наивно рассчитывать на скорый уход незваных гостей.

– Проверяем, естессна! – воскликнула тетя Марбл как само собой разумеющееся и пристально посмотрела мне в глаза.

Что она рассчитывала там увидеть? Раскаяние во всех несовершенных грехах? Так я и в совершенных не скажу чтобы сильно раскаивалась.

– Как только мы услышали, что ты переехала в город, сразу же направились к тебе! – важно кивнула тетя Мейпл.

– Мы были уверены, что ты попала в неприятности!

– С такими, как ты, всегда что‑то случается!

– И ваше поколение совершенно не умеет жить самостоятельно!

– Как ты мог, Дункан, отпустить девочку совсем одну?! – Тетя Мейпл перевела взгляд на отца.

– Гм… Она уже взрослая и хочет работать…

– Мало ли что она хочет! – всплеснула руками Марбл. – Да где это видано, чтобы молодая девица жила совсем одна?! Позор! Да она еще до зимы принесет вам в подоле!

– Ничего я не принесу! – возмутилась я.

– Молчи! – отрезала Мейпл. – Не перебивай старших, не доросла еще!

Папа открыл было рот, чтобы призвать тетушек к порядку. Будучи младшим братом, он каждый раз делал над собой неимоверное усилие, споря с сестрами. Но в этот раз все пошло совсем не по плану.

Под диваном что‑то зашуршало.

Потом кашлянуло.

Потом неведомый подкроватный монстр приподнял крышку вместе с тетушками, сидящими на ней, на несколько сантиметров.

А потом, разозлившись, с нечеловеческой силой «нечто» подняло диван, не обращая внимания на Марбл и Мейпл, укатившихся к стене и от удивления не издавших ни звука. И взору вконец ошарашенных родных явился ОН.

Ну то есть я понятия не имела, как звали полуголого мужика, который прятался у меня под диваном, но, думается, это была не главная проблема.

– Кхм… – снова откашлялся он. – Вы, конечно, извините, что прерываю, но мне нужно на работу. – И, прикрывая обтягивающие плавки, красавец с шикарной гривой черных как смоль волос уверенно прошел в коридор.

– А где…

– В шкафу, – сиплым голосом сказала я, поняв, что гость потерял одежду.

– Благодарю. Всего доброго, – раздалось из коридора.

– До свидания! – хором сказали мы.

Незваные родственники – хуже нашествия вурдалаков, а хуже незваных родственников только голый мужик под диваном умницы, красавицы (леди «Родная деревня») и отличницы Аделиты Монро.

То есть меня.

Глава 1

– Значит, так. Аделита, ты немедленно выходишь за этого господина!

– М‑м‑м… есть небольшая проблема.

– И какая же?

– Понятия не имею, кто он такой…

За что боги наслали на меня все свои кары? Объяснить появление в квартире тетушек и родителей одновременно иначе как божьей карой я не могла. И этот… имени которого я не знала… неужели не мог посидеть в диване чуть дольше?! Зачем было меня так некрасиво подставлять? Теперь из‑за этой нелепой ситуации я опаздываю в первый свой рабочий день, и меня – цитирую – «придется женить»!

На том, чьего имени я даже не знаю. И еще мне жутко стыдно. Я до сих пор помню выражение лиц родни! Они точно от меня такого не ожидали. Я же всегда была приличной девочкой, только поэтому после окончания университета с красным дипломом меня пустили в самостоятельное плавание. А тут, не успела уехать – и уже спрятала в диване левого полуголого мужика!

На этом фоне даже раскалывающаяся голова была лишь досадным неудобством. Я вообще про нее забыла, когда выскакивала из дома. А вот сейчас она напомнила о себе надсадными молоточками в висках. Зря я все же постеснялась выпить при родне зелье от похмелья. Думаю, после мужика, вылезающего из дивана, родственников не удивило бы ничего! Я думала, меня убьют на месте! Хотя теперь они хотят меня выдать замуж, но мужик оказался проворным и успел очень оперативно сбежать. Даже папа не опомнился.

Мне же пришлось тяжелее. Я улизнула лишь потому, что на короткий промежуток времени тетя Марбл и тетя Мейпл потеряли бдительность, отпаивая разгневанного родителя успокоительными каплями. Догонять меня никто не стал. Еще бы! Они же прекрасно понимали, что рано или поздно я вернусь. И вот тогда, пожалуй, меня ждет серьезное испытание. Придется объясняться.

Только что им говорить, я не знала, так как сама о вчерашнем вечере помнила ну очень немного. Но коктейли и компания были что надо. До определенного момента мне было весело и вкусно. Так в какой же момент это «весело и вкусно» превратилось в «стыдно и неловко»?

Я мчалась, не разбирая дороги, что в туфлях на шпильке было тем еще испытанием, поэтому по сторонам не смотрела, только под ноги. Не хватало еще в первый рабочий день подвернуть лодыжку, потому что каблук застрял в брусчатке на мостовой. Впрочем, это было бы логичным продолжением так с огоньком начавшегося утра!

– Ой! – Дорогу перегородила чья‑то мощная спина в светлой рубашке.

Божечки, спасибо тетушкам за утренний стресс, я хотя бы не успела накраситься, а то мое лицо отпечаталось бы прямиком на спине незнакомца, в которого я влетела на полном ходу.

– Ничего страшного, – вежливо отозвался он и обернулся, а я мысленно застонала.

Мое ночное приключение собственной персоной. Судя по скривившемуся красивому лицу, он меня тоже узнал и тоже испытал непонятную смесь неловкости с раздражением.

– Ну, я побегу? – робко спросила я и, не дожидаясь ответа, стартанула по мостовой.

Пробежала метра два и завалилась набок, теряя равновесие. Произошло то, чего я так сильно опасалась: каблук попал в трещину.

Сельская жизнь не доводит до добра. Вместо того чтобы культурно воскликнуть «ой, какая досадная неприятность!», как и полагается настоящей леди (пусть и всего лишь «Родная деревня»), я выдала весь свой обширный набор ругательств. Едва я почувствовала свободное падение, перед глазами пронеслась… нет, не вся жизнь, а незавидная картинка из будущего: как я лечу на землю, ломаю ногу, бьюсь головой и – самое страшное! – рву новенькие колготки, из‑за чего не выхожу на работу мечты в первый же день.

– Осторожно!

В последний момент боги передумали меня убивать и послали спасителя, который поймал за локоть. Впрочем, рассмотрев его, я мысленно повторила все то, что пару секунд назад выдала вслух. Что он обо мне подумает? Привезла домой, раздела, засунула в диван, потом догнала на улице и врезалась, теперь вот чуть не убилась. Или он заклеймит меня неудачницей года, или решит, что я – маньяк‑преследователь.

– Благодарю, – сухо и вежливо постаралась кивнуть я.

Очень сложно быть вежливо‑сдержанной, если только что обматерила всю улицу, как заправский погонщик стада упрямых буйволов. Но мужчина поддержал мою игру, вежливо кивнул и отступил.

А вдруг преследователь – он?! Об этом я совсем не подумала.

– Вы же не маньяк? – осторожно поинтересовалась, с подозрением осматривая незнакомца.

– Нет. С чего это ты решила? – напрягся он, посматривая на меня с толикой страха.

– Ну, про маньяков всегда говорят: «Надо же! А такой симпатичный мужчина, вежливый, всегда здоровается!»

– Но я с тобой не здоровался.

«Да и на «ты» без разрешения перешел».

Хотя… а вдруг он помнит из прошедшей ночи больше, чем я?! О боги, я снова покраснела!

Поняв, что или я немедленно ухожу, или проваливаюсь сквозь землю от стыда за дурацкий диалог, я, задрав нос, поцокала по направлению к светлому будущему и карьерному росту. Убеждая себя, что неприятности на этом закончились. Ну серьезно, после черной полосы должна же наступить белая?

Хотя иногда бывает: идет в жизни черная полоса, а присматриваешься – ан нет, все‑таки белая, черная – следующая. Определенно тот случай.

Через какое‑то время выяснилось, что мы идем в одну сторону. Я семенила на шпильках, а мужчина шел сзади, словно поддерживая легенду о таинственном маньяке. Красивом, но коварном. Интересно, ему тоже неловко? Может, он вспоминает, что было ночью? Или не хочет идти рядом, поэтому вынужден плестись в хвосте?

Когда мы проходили мимо кондитерской с огромной стеклянной витриной, я украдкой скосила глаза на отражение и поняла, что причина отставания мужика из‑под дивана оказалась куда более прозаической: он задумчиво пялился на мой зад.

Тут же прошиб холодный пот: а вдруг для первого рабочего дня платье слишком вульгарное? Новая подруга, помощница начальника, сказала, что я должна выглядеть привлекательно и одеться в корпоративные цвета – бирюзовый с золотом, потому что буду первой, кого увидят партнеры компании. Но вдруг она имела в виду что‑то более строгое?

К счастью, потенциальный маньяк вскоре скрылся за поворотом, и я выдохнула.

Надо сосредоточиться на работе!

Когда я увидела своего ночного знакомого снова, то поняла, что судьба просто надо мной издевается. Широкая спина в белоснежной, идеально отглаженной рубашке, которая словно и не валялась на дне шкафа, спешно туда запихнутая, действовала раздражающе. Почему я не могу просто забыть прошедшую ночь? Хотя ладно, я ее и так не помню. Утро! Утро мне можно не вспоминать хоть пять минут?!

Очень захотелось сделать маньяку какую‑нибудь гадость.

Мы поравнялись на мосту, ведущем прямиком к деловому кварталу Магополиса. Я мечтала работать здесь с пятнадцати лет, когда впервые приехала в столицу на экскурсию! Представляла себя успешной колдуньей, спешащей утром на работу в офис одной из парящих в воздухе башен. Конечно, едва получив диплом, я ринулась именно сюда, искать любую работу, за которую могла ухватиться!

В одной из этих башен и располагался офис «Бла‑бла‑маг», где мне предстояло работать. Вот только маньяк напрягал. Чего это ему тут надо?

«Ничего удивительного, там много кто трудится! Место престижное. Как‑никак деловой центр столицы!» – убеждала я себя, остановившись, чтобы пропустить грифонов, везущих причудливую карету, чем‑то напоминающую тыкву.

Следом прополз неповоротливый, но мощный варан с водруженным на спину грузом, а над ним неторопливо пролетела открытая магическая повозка без упряжки. У меня такие новинки все еще вызывали восхищение и интерес. В повозке сидела холеная блондинка и взирала на окружающих с легким презрением.

Впрочем, я строила громадные планы, и компания «Бла‑бла‑маг» играла в этих планах не последнюю роль. Я знала, что если буду хорошо работать, то рано или поздно смогу себе позволить если не все, то многое. Было невиданной удачей получить должность в такой солидной фирме. Да, я пока всего лишь ассистентка, но кто знает, где буду через год!

Окрыленная такими мыслями, я ринулась через дорогу, стараясь держаться за спиной маньяка. Не хотела сталкиваться с ним еще раз лицом к лицу. Хотя он явно меня заметил, но не делал больше попыток приблизиться. Оно и к лучшему, я даже не знала, что ему сказать.

«Простите, а как вас зовут?»

А мне эта информация вообще нужна?

«Извините, а не подскажете, что мы делали вчера ночью?»

А если что‑то все‑таки делали?

«Извините, не хотите на мне жениться? Нет? А придется, если не смените имя, внешность и не уедете туда, куда мои тетушки не сумеют добраться».

Боюсь, в этом случае даже если он сейчас не маньяк, то непременно им станет. А я – первой жертвой.

Когда на входе в ворота делового центра мужчина свернул налево, к остроконечной башенке с надписью «Кофе», и исчез за дверью, я в очередной раз испытала облегчение и отправилась искать в лабиринтах узких, заполненных офисами улиц свою башню. Она носила название «Радужная», и найти ее можно было, следуя по переливающимся указателям.

Мне нравился этот новый для меня мир. Здесь по новенькой брусчатке стучали каблучками ухоженные, благоухающие духами и очень деловые женщины. Гладковыбритые мужчины торопились по своим делам, сжимая пухлые папки. На каждом углу подавали кофе, запах которого пропитал все насквозь. В общем, царила атмосфера благополучной работы. Я с детства представляла себя среди таких людей – успешных и уверенных. Не то чтобы мои родители или тетушки были не уверены в себе, но их деревенская простая жизнь была лишена всякого романтизма.

Когда я наконец миновала пост охраны и, сверкнув новеньким магическим пропуском, который светился на тыльной стороне ладони, поднялась на свой этаж, на моих губах сияла улыбка. Пожалуй, только сейчас я окончательно убедилась в том, что я действительно работаю в Радужной башне! Я прошла собеседование, я пережила утренний позор и даже не опоздала в первый рабочий день! Жизнь прекрасна!

В дверь в приемную главы «Бла‑бла‑маг», компании магических перевозок, я постучалась ровно за две минуты до начала рабочего дня.

Идеально!

– Войдите… – раздался почему‑то осторожный голос помощницы начальника, Шушанны Принстон.

А когда я послушалась, вдруг резко услышала вопль:

– Ты почему так долго?! Я тут с ума сошла, а она гуляет!

– Что ты орешь? – удивилась я, ожидая увидеть роскошную красотку с шикарными кудрями, которая накануне проводила со мной собеседование.

Но приемная была совершенно пуста.

– А ты где? – растерянно спросила я. – Шушанна?

– Под столом посмотри! – потребовала она.

Я испуганно зашарила взглядом по помещению и заметила под столом взъерошенную шиншиллу, которая сидела на задних лапах, уперев короткие передние в крутые лохматые бока. Несколько секунд мы молча друг на друга смотрели. Я – удивленно, шиншилла – злобно.

– Ты… Ты… кто? – проблеяла я и вызвала новую волну недовольства пушистой говорящей зверюшки.

– Белка в пальто! Ты вообще помнишь, что вчера было?!

– Не‑е‑ет… А что я должна помнить? Где Шушанна? Она должна была меня встретить…

Наверное, это какая‑то магия. Шушанна не смогла, улетела по срочным делам и заколдовала шиншиллу, чтобы та ввела меня в курс дела.

Шиншилла вдруг забористо выругалась, и, надо сказать, это получилось у нее куда круче, чем у меня. Вот только вряд ли Шушанна заколдовала зверюшку на ругательства.

– Я надеялась, хоть ты мне расскажешь, в чем дело! Быстро бери меня, и пошли отсюда, пока шеф не пришел! Иначе он нас обеих укокошит! Меня пустит на шубу, а тебя – на улицу! И больше на работу не наймут даже гоблины!

Угроза подействовала лучше всяких аргументов. Я подхватила шиншиллу и со скоростью звука понеслась из кабинета прочь!

– А куда бежать? – спросила на лестнице.

– В сад! – подумав, ответила шиншилла. – Там сейчас никого!

Возле каждой башни, для удобства сотрудников, располагались столовая и небольшой садик, где можно было провести обед. К счастью, там сейчас действительно было пусто: народ спешил занять рабочие места. Мы облюбовали самую дальнюю скамейку, чтобы никто не заметил, как я разговариваю с шиншиллой. Ну, то есть… У нас, конечно, всякое бывает, магия порой непредсказуема, но даже в центре магического делового мира за разговоры с крысой посмотрят косо.

– Я не крыса, а белка, – раздраженно отозвалась шиншилла, когда я высказала эту светлую мысль. – И вообще…

– Что вообще?

– Что вчера было?! – голосок сорвался. Зверюшка была близка к истерике. – Как мы пошли в бар, выпить за знакомство, я помню… как отмечали твой прием на работу – тоже. А дальше?

Я вздохнула, сморщилась и выпалила:

– А дальше я проснулась дома от того, что нагрянули родственники. И проснулась с незнакомым голым мужиком!

– Ты хоть с мужиком проснулась, а я – шиншиллой!

Кажется, я начинаю верить, что это и впрямь Шушанна. Логика точно ее. Если бы проснулась шиншиллой, родственники бы просто не поняли, что я – это я, и ушли. Отлично же! И не стыдно, и замуж выдать не хотят.

– А почему ты проснулась шиншиллой? – осторожно поинтересовалась я.

– Откуда я знаю?! Точнее… Ну, вообще в моем роду были оборотни, но, дожив до тридцати лет, я как‑то не замечала за собой таких способностей. Понятия не имею, что вчера случилось, помню только, как мы приехали в бар, потом проснулась в кабинете шефа оттого, что очень чешутся зубы! Так я, прежде чем пришла в себя, чуть не перегрызла ему ножку у кресла!

– И что делать? Когда ты превратишься обратно в человека? – в ужасе поинтересовалась я. Первый рабочий день, а моя непосредственная начальница – мышь! Что может быть кошмарнее? «Голый мужик в диване», – тут же пришло на ум, но я отмахнулась от мыслей. Голый мужик уже испортил то, что мог, а сейчас под угрозой моя карьера.

– Да я не могу‑у‑у! – грустно завыла Шушанна. – Пробовала уже! Я же не оборотень, не умею!

У меня сам собой открылся рот.

– Чтобы научиться, нужна пара недель тренировок, – пояснила Шушанна осторожно. – Но обычно способности открываются лет в тринадцать, никак не в тридцать, поэтому может уйти больше времени. Дети, знаешь ли, быстрее учатся. Короче, что бы там ни случилось, это не самая большая проблема. А самая большая в том, что мне нужно сохранить эту работу! Я серьезно, Аделита, ты должна мне помочь!

– Хорошо, но как? – спросила я, понимая, что и мне тоже нужно сохранить эту работу. Очень‑очень нужно! – Ты не можешь просто объяснить шефу, что случилось, и взять отпуск? Я подтвержу твою историю!

– О, конечно, я могу сказать, что надралась в баре и стала крысой! Он будет в восторге и, безусловно, сохранит за мной место! Не смеши!

– Ты говорила, белкой, – поправила я.

Шушанна злобно клацнула зубами.

– Только вот Вестейна это совершенно не интересует. То есть он, может, и посочувствует (хотя куда вероятнее, что просто поржет). А потом рассчитает меня и срочно начнет искать замену.

– Но это как‑то… – Я нахмурилась. – Бесчеловечно.

– А он и не человек. Вестейн Винг – дракон, а драконы очень дорожат тем, что имеют. Кампания для него превыше всего. Он не задумываясь со мной попрощается. А я хочу этого не допустить.

– Потрясающий начальник, – буркнула я. – График работы с девяти утра до следующего месяца, больничные оплачиваются звездюлями, зато есть бесплатный чай. И как ты планируешь сохранить работу?

– Очень просто. Мы наврем, что я срочно отлучилась на похороны любимого дядюшки и совсем скоро вернусь, буквально через пару дней. А ты меня заменишь. Прекрасный ведь план?

– Но… погоди, ты же не сможешь вернуться через пару дней.

– Да, но смогу врать, что не вылетела из‑за непогоды или застряла в драконпорту. Ну и так далее.

– Ага, то есть если ты признаешься, что стала шиншиллой, шеф тебя уволит, а если застрянешь в жопе мира – нет?

– Нет, если моя замена будет справляться со всей работой. А ты будешь!

Последнее прозвучало угрожающе. Работать личной помощницей дракона?! О, нет‑нет‑нет, я не справлюсь! Я устраивалась ассистенткой: варить кофе, организовывать совещания, встречать посетителей и предлагать им конфетки, заказывать билеты и покупать подарки сотрудникам на праздники! А не быть правой рукой главы компании! Да я понятия не имею, чем вообще этот «Бла‑бла‑маг» занимается!

– Перевозками, – пояснила Шушанна, когда я озвучила ей все сомнения. – И ты справишься, потому что я буду тебе помогать. От и до контролировать всю работу. Тебе останется только делать то, что я говорю. Зато представь, какой это неоценимый опыт! Впрочем, выбора у тебя нет. Или ты справишься, или тебя уволят, а если тебя уволят из Радужной башни, обратно ты сюда не попадешь.

– И как я объясню, почему мне дает советы говорящая шиншилла? – несчастным голосом спросила я, понимая, что сейчас вершится моя судьба, и день, который начался так погано, продолжается так же отвратно.

– Скажи, что я – твое тотемное животное и ты боишься без меня летать. И работать. И вообще… жить. Поверь, шефу плевать, если ты не будешь ему мешать. Главное – работа.

– Не знаю… Мне кажется, я не справлюсь…

– Аделита! – Шушанна топнула лапой. – Мы пили вместе! И праздновали твое устройство на работу! Ты тоже ответственна за случившееся!

– Я?! То есть это я превратила тебя в шиншиллу?! – От возмущения у меня даже рот открылся.

– Может, и ты. Я же ничего не помню. – Надулось и так похожее на шар тотемное животное. – Поклянешься, что ты тут ни при чем?

Закусив губу, я вздохнула. Может, и при чем. Я же ничегошеньки не помню! Даже мужика в своей постели!

– Тогда давай приступать к выполнению плана. Видишь вон там будку? Это переговорник, на случай, если кто‑то из сотрудников на обеде, а начальство срочно вызывает. Можно связаться с любым офисом, если знаешь пароль. Неси меня туда!

Таскать шиншиллу было слегка страшновато: мне все казалось, я сделаю ей больно. Такая маленькая! С цепкими, но все же ужасно хрупкими лапками.

Пожалуй, это то немногое, что выделяло меня из сельского окружения: я совершенно не умела обращаться с животными. Все деревенские дети с малых лет на «ты» с курочками, коровками и прочими гусями, но только не я! Если коровка могла меня боднуть – она бодала, если курочка могла клюнуть – клевала. Один индюк несколько часов гонял меня по деревне, пока отец не пригрозил ему немедленной шинковкой в горшочек с картошкой.

Понятия не имею, что было причиной таких отношений с живностью, но на всякий случай я держалась подальше от всего, что имеет лапы или хвост.

Хотя надо признать, что шерсть у новой ипостаси Шушанны была такой же роскошной, как и ее волосы. Или, вернее, шуба, о которой я грезила несколько последних лет и мечтала купить уже в этом сезоне, накопив с зарплаты. Пожалуй, об этом Шушанне лучше не говорить.

– Так, вводи пароль! – командовала она, представления не имея о том, что я мысленно сравниваю ее с шубой мечты. – Ага, хорошо… Что‑то долго не отвечает. Повезло, что шеф сегодня опаздывает.

– Может, тоже праздновал мое поступление на работу? – вяло пошутила я.

Вся эта авантюра пугала. Хозяин компании, которая арендует помещения в Радужной башне, способен качественно испортить жизнь, если его раздраконить. Особенно если раздраконить дракона. Зря я не выяснила подробности о «Бла‑бла‑маг», ошалев от восторга. Как, при моих отношениях с живностью, сработаться с драконом? Он же тоже животное!

– Слушаю, – хмуро и хрипло отозвалось животное.

Надо сказать, при всех новомодных магических штучках в деловом квартале связь все еще хромала, и кроме голоса шефа мы слышали помехи: треск, шипение, скрежет и даже отголоски чужих разговоров.

– Господин Винг… – Шушанна откашлялась. – Я должна вам сообщить, что в связи с кончиной любимого дядюшки срочно отбыла в Сноувиргар для организации похорон и раздела наследства. К сожалению… – Она вполне натурально шмыгнула носом. – Все произошло так внезапно, что я даже не успела вас предупредить!

– Шушанна, твою же налево! А твой дядюшка не мог помереть не тогда, когда у меня расписан каждый день?!

Я чуть не уронила шиншиллу от удивления.

– Я понимаю, сколько неудобств вам доставила, господин Винг, – заливалась канарейкой пушистая обманщица. – И поэтому нашла для себя замену. Аделита…

– То есть ты не нашла времени меня предупредить, зато нашла замену?! – недовольно прервал ее шеф, и мне показалось, что сейчас наш наспех придуманный план провалится к демонам.

– Я подумала, что следует использовать доступное время, чтобы снизить потенциальные убытки из‑за сложившихся обстоятельств.

Боже, я никогда не научусь так складно и вдохновенно нести откровенные глупости.

– Господин Винг, я уверяю, Аделита – отличная помощница. Она в курсе всех дел, всех задач, проинформирована о вашем расписании и уже готовит план на сегодняшние встречи!

– И где же эта гениальная Аделита? – раздраженно поинтересовался дракон. – Что‑то я не наблюдаю ее в приемной.

– Фрахтует дракона для вечерней поездки в Фейск! – выпалила Шушанна, и я сглотнула. Кажется, достаточно громко, так как пушистая взглянула на меня с осуждением.

– Хм… что ж, в этом случае ей лучше немедленно подняться ко мне, иначе вы обе уволены!

В будке воцарилась тишина. Я хотела было уже снова пойти на попятную и смириться с тем, что работа мне не светит, но Шушанна была непреклонна.

– Немедленно беги в его кабинет! Хотя нет… стой! Сначала в столовую!

– Зачем?! Я еще и завтрак ему должна носить?!

– Нет, – смущенно отозвалась шиншилла, – яблочко мне купи. Сушеное. Очень кушать хочется.

Раньше я была невидимкой, на меня редко смотрели прохожие. Ну что особенного в молоденькой колдунье? Светлые волосы, милое личико, да таких тысячи! Но оказывается, что если ты бегаешь с шиншиллой в руках, то резко становишься ужасно интересной особой!

Я ворвалась в столовую как ураган, сердце бешено бухало в груди перед первой встречей с шефом. На мое счастье, очереди почти не было, только…

Опять маньяк! Да что это такое?!

Я втиснулась прямо перед ним и схватила пакетик с сушеными яблоками.

– Вы вместе? – сурово зыркнула женщина у прилавка.

– Да!

– Нет!

– Слушайте, вы спали у меня в диване совершенно голым и вылезли в самый неподходящий момент, вы мне должны! Меня уволят, если я немедленно не… – Я выпалила все это на одном дыхании и, только посмотрев на маньяка, поняла, что это совсем другой мужчина…

Очень похожий, но другой!

– Ой… – От ужаса я округлила глаза и все‑таки выронила шиншиллу. – Простите, я… Я…

Мужчина усмехнулся и нагнулся, чтобы поднять Шушанну.

– Знаете, так оригинально о помощи меня еще не просили… Какая хорошенькая крыска… Ай!

Ощерившись, Шушанна больно укусила мужика за палец и снова полетела бы на пол, если бы я не успела подхватить.

– Я надеюсь, она у вас не бешеная? – обиженно пробурчал незнакомец.

– Нет, что вы! Она просто боится незнакомых. Вот. – Я отдала продавщице монету. – Спасибо! Извините!

– Девушка! – крикнул он мне вслед. – Как вас зовут‑то?!

Но я уже бежала по лестнице, навстречу знакомству с начальником.

– Быстрее беги! – подгоняла меня шиншилла.

– Ешь молча, это тебе яблочек приспичило, а я на каблуках!

– Бросай и беги!

– Сейчас я тебя выброшу!

Она не дала мне даже отдышаться, едва мы добежали до приемной, погнала прямиком в кабинет шефа. Уж не знаю, что подумал Вестейн Винг, стоявший у окна с чашкой кофе, увидев растрепанную, запыхавшуюся девицу с пушистой белкой на руках, но лично я подумала вслух:

– Опять вы! Маньяк!

– Хуже, – хмыкнул дракон, который, видимо, соображал чуть быстрее, чем я. – Я – твой начальник.

Потом он со вздохом сел в кресло и… с треском улетел под стол.

– Ой‑ой‑ой… – тихо пискнула шиншилла, выронив из цепких лап кусок яблока.

Вот примерно так начался мой первый рабочий день.

Так, по всей видимости, и закончится.

Глава 2

– Мамочка… – простонала я и попятилась к двери, намереваясь позорно сбежать, но потом вспомнила, в каком настроении меня ждет та самая мамочка, которую я не к месту помянула, папочка и все прочие родственники, поэтому просто сглотнула и замерла испуганной мышкой. Картина маслом – испуганная мышка с испуганной белкой на руках. Не так я представляла себе первый день в «Бла‑бла‑маг», ой не так!

– Это что еще за дрянь? – подозрительно поинтересовался начальник из‑под стола и, едва выбрался, ткнул пальцем в шиншиллу.

– Это Шуша‑а‑а‑а, – провыла я, потому что Шушанна успела цапнуть меня за палец прежде, чем я сдала ее со всеми шиншиллячьими потрохами.

– Шуша‑а‑а‑а? – удивленно переспросил шеф.

– Шуша. Просто Шуша. Без «а‑а‑а». Белочка Шуша, – отозвалась скороговоркой я и даже протянула вперед руки с висящей в них тряпочкой Шушанной, в позе которой чувствовалась обреченность. Подозреваю, она сейчас прощалась с нашей временно общей работой. Стало стыдно.

– А что она делает на рабочем месте? Я вроде бы давал поручение нанять ассистентку. Про всяких грызунов распоряжений не было.

– Тотемное животное, – ляпнула я и прикусила язык. Боги, какой же бред я несу. Сейчас меня выгонят с позором и будут правы. Но, видимо, наше общее прошлое и совместный сон сделали Вестейна чуть мягче, и он решил все же выяснить подробности, а не гнать взашей проблемную ассистентку с мышью.

– Что‑то я у тебя его не припомню… – Вестейн прищурился и зыркнул так, что аж спина покрылась холодным потом.

– А и не надо… – торопливо ответила я. – Вообще ничего помнить не надо…

Вестейн Винг сначала внимательно посмотрел на меня, потом, с налетом брезгливости, на шиншиллу, потом на стул, уже раздраженно, и медленно кивнул.

– А вот это здравое решение. Так, значит, ты сосуд опыта, знаний и умений Шушанны? Ну что же… Закажи мне, ради всего святого, стул! Какого упыря этот‑то сломался? Ведь совсем же новый был?!

– Может, не выдержал вес? – вообще без задней мысли поинтересовалась я, а шиншилла в моих руках несчастно пискнула, всем своим пушистым видом намекая, что я идиотка. Словно я без нее об этом не догадалась.

Вестейн молчал, но так выразительно, что я снова метнулась к двери с воплем:

– Стул так стул, сейчас все будет! Вам цвет принципиален или главное, чтобы удобненько?

Вопль нагнал меня уже в коридоре:

– Сто‑о‑ой!

Я тут же затормозила, едва не влетев в косяк.

– Стою. Замерла. Жду.

– Ты что думала, стул – это единственное задание на сегодня? Да у нас весь день расписан по минутам!

– Я вообще не думала, – протараторила я.

– А это вот зря. Еще раз не подумаешь – уволю и тебя, и Шушанну, и весь ваш тотемный зоопарк. Уяснила?

– Да, уяснила. Слушаю… – Я кивнула и едва не добавила «повинуюсь», но решила, что это уже перебор.

– Вечером мы отправляемся в Фейск, нужно проверить, все ли готово для демонстрации. Макет, голограммы, расчеты… Ночуем там же, но об этом, думаю, Шушанна сказала. Единственное… Я тут подумал… Нам не нужно заказывать дракона, есть идея лучше. И заметь, эта идея должна была прийти в голову тебе, кто у нас помощница?

– Ассистентка, – педантично поправила я.

– Хорошо, это должно было прийти в голову Шушанне, но ты же ее заменяешь? Значит, тебе. Так вот, не сбивай меня! Дракон не нужен.

Шиншилла в моих руках завозилась, явно собираясь что‑то ляпнуть. Пришлось зажать ей морду рукой. Так эта нахалка умудрилась тяпнуть меня за палец! Как получилось не заорать, не знаю.

– Та‑ак… – осторожно протянула я, пытаясь за этим междометием скрыть болезненное «ой» и кровожадное желание сшить из новой подружки воротник для тетушки Мейпл. – Дракон нам не нужен, поняла. А что нужно?

– Нам нужен червь, естественно!

При этом Вестейн так посмотрел на меня, словно даже ребенок бы понял, что ему нужен червь. А я не поняла. Нужен червь – иди да ешь немытые яблоки, я‑то тут при чем?

Оказывается, очень даже при чем.

– Так, дорогая моя, давай, просыпайся, это надо было сделать еще два часа назад, когда заявился твой курятник. Мы занимаемся перевозками. Понимаешь? И мы едем в Фейск, чтобы что? Правильно, чтобы впарить им наши новые цистерны для перевозки амброзии. А их перевозит кто? Правильно, подземные черви. Вот поедем на демонстрацию на черве, заодно и покажем цистерны в деле. Найми червя, пусть прицепят к нему груз – и вечером выдвинемся, к утру будем на месте. Это логично, упырь тебя раздери, мы будем рассказывать о том, как быстро и круто доставляем товар при помощи подземных червей, но сами при этом прилетим на драконе? Нет. Это неправильно, Бронируем червя.

– Но… – начала я, но Вестейн уже стоял ко мне спиной, погрузившись в документы.

– Ты еще тут? Бегом! Осталось мало времени. И не забудь про стул.

– Н… – начала я, но шиншилла снова тяпнула меня за палец, всем видом показывая, что с начальством лучше не спорить.

– Но у меня клаустрофобия, – пробормотала я, едва мы оказались в коридоре.

– А вот про фобии лучше забудь, – посоветовала мне Шушанна. – И побежали. Червя арендовать сложнее, чем дракона. Там, знаешь ли, не предусмотрены индивидуальные трансферы к феям. Придет же в голову! На черве на презентацию! – бухтела шиншилла, распушив хвост.

– Может, скажем, что червя нет? – с надеждой проныла я. – Всех на рыбалку извели…

– Ты что? Хорошая ассистентка – это та, у которой есть все, даже червяки. Давай, Аделита, работай, пока есть такая возможность! У Вестейна можно очень быстро ее лишиться. А мы этого не хотим!

И мы начали работать. Институт меня к этому не готовил, жизнь и мама – тоже. И великое счастье, что в этот сложный миг рядом оказалась Шушанна, которая даже в образе шиншиллы поражала своей деятельностью и сообразительностью. Стоило признаться, я просто не могла одновременно решать сразу столько задач и передвигаться с такой скоростью, подписывая документы, встречая посетителей и решая текущие вопросы, которые сыпались на мою бедную голову ежеминутно.

Шушанна очень быстро нашла нам червя, обсудила все детали по переговорнику, и мне пришлось только сбегать и поставить в бухгалтерии несколько печатей. К обеду ноги горели, и спас только спрей «антиусталость» – величайшее изобретение зельеваров.

Выезд был назначен сегодня, на восемь вечера. Я и предположить не могла, что меня порадует то, что рабочий день из восьмичасового превратился в двадцатичетырехчасовой. Перспектива возвращения домой пугала больше, чем бесконечная работа.

Даже не оставалось времени подумать о том, каким таким чудесным образом мы с шефом оказались вчера в одной постели. Он, судя по всему, решил делать вид, будто ничего особенного не случилось, а я признаваться в том, что напилась до чертиков и все забыла, не спешила – было стыдно.

Я отнесла Вестейну папки с презентацией, получила за то, что папку принесла, а стул – нет, и понеслась дальше, на поиски идеального вместилища начальственной задницы.

Шушанна приноровилась и почти не падала с моего плеча, которое облюбовала как насест. Ее заносило только на поворотах, но все три раза я успевала поймать свою пушистую начальницу.

В таком виде мы и носились по деловому центру от переговорника к переговорнику, договаривались о встречах в лучших салонах мебели и пытались успеть сделать все в кратчайшие сроки.

К пяти вечера я была выжата как лимон и хотела умереть где‑нибудь в уголочке. Хотелось есть, спать, ну или хотя бы кофе, и если кофе добыть получилось и я даже выпила его, пока мы шли из одного здания в другое, то забежать и пообедать я уже не успевала. Я устала от людей и эмоций, страшно боялась накосячить и снова получить от шефа, молилась всем богам, чтобы он не стал вспоминать наше утреннее знакомство при Шушанне, но все равно находила минутку, чтобы попищать от восторга. Я работаю! В магическом офисе! Как взрослая! А усталость – это проходящее.

– Ай! – взвизгнула шиншилла и свалилась с плеча в мои заботливо подставленные руки.

Мимо нас на полной скорости пронесся мужик, врезался плечом и, не извинившись, помчался дальше. Я, ошалев от такой наглости, рявкнула:

– Можно и поосторожнее!

Мужчина встретился со мной взглядом, тут же отвернулся и двинулся дальше, а я выругалась. Носятся как лоси!

– Ой‑ой! Как он на нас недобро посмотрел! – Шушанна завозилась у меня в руках и проводила испуганным взглядом хама, скрывшегося за поворотом. Его взгляд и меня пробрал насквозь, но мысли занимал стул, поэтому я просто не придала столкновению значения. Угроза, исходящая от начальника, была более материальной. Не достану стул, меня уволят! Или отругают. Или отругают и уволят.

– Подумаешь, посмотрел! – фыркнула я. – Наплевать на него.

– Нет! – уперлась Шушанна и продемонстрировала мне солидный клок шерсти в коротких лапках. – Я даже линяю. Кстати, я заметила: когда нервничаю, начинаю линять. Это вообще не опасно? Вдруг когда я снова стану человеком, то буду ЛЫСЫМ человеком?! Пойдем зайдем в аптеку за витаминками, а?

– В звериную, – не удержалась и вставила я.

– Ой, да все равно. Я не хочу линять! Просто представь лысую шиншиллу! Весь офис разбежится. Пошли!

– Стул. Нам надо найти этот долбаный стул! Мы три салона обошли! Тебе все не нравятся.

– Мне вообще все равно, а вот Вестейну – нет. А еще деревянную ножку я снова могу сгрызть, поэтому нам нужны металлические. Это как‑то непроизвольно происходит.

– Ага, а металлические тебе не нравятся, потому что грызть невкусно.

– Они неудобные!

– Да откуда ты знаешь, что они неудобные?! С виду вполне нормальные.

– Поверь мне, Аделита! Это в твоей деревне любая поверхность, где нет навоза, – стул. В прошлый раз я поменяла четыре замечательных кресла, прежде чем Вестейн одобрил. Теперь точно знаю, что ему нужно.

– И да, мы видели точно такой, как стоял у него в кабинете! – Я закатила глаза. – Ты его забраковала!

– Ножки. Там деревянные ножки! А нам нужны металлические.

– Вот и сиди тогда без витаминок! – взвыла я и потопала дальше. – Нам осталось три часа до конца рабочего дня и шесть – до выезда. А у меня даже нет сменной одежды. Надо заскочить домой и взять хотя бы платье, иначе как я буду помогать на презентации?

– Да… – глубокомысленно заметила шиншилла. – А еще мне клетку. Я видела в витрине такую розовенькую. И витаминки.

– Шушанна, стул!

– Да, стул тоже нужен, – согласилась она. – Но магазин товаров для животных вон, видишь вывеску? Через дорогу! И там есть розовая клетка. Правда. Я заметила, когда мы шли мимо.

– А стул там есть?

– Какая ты занудная, Аделита! Не завидую мужику, который с тобой проснулся! Наверняка ты заставила его съесть мисочку овсяной кашки и погладила ему рубашечку! Кстати, а как его зовут? Симпатичный? Что у вас было?

– Ладно, – буркнула я. – Пошли за клеткой.

– И за витаминками, – добавила довольная мохнатая манипуляторша.

Здоровенная розовая клетка, шиншилла, стул, пакет с витаминами и кормом – как прикажете все это дотащить хрупкой ассистентке?! И зачем я послушалась Шушанну, предложившую сэкономить на доставке?

– Все, что сэкономишь, можно потратить на вкусняшки в офис! – привела она железный аргумент.

Я уже не хотела никаких вкусняшек и готова была сама приплатить, чтобы кто‑то допер все до офиса. Зато шиншилла гордо восседала на спинке стула, который я, пыхтя, тащила в сторону Радужной башни под удивленными взглядами прохожих. Благо хоть идти было недалеко.

– Ну а что, если мы не донесем? – поинтересовалась я, чувствуя, что выбиваюсь из сил. Хоть останавливайся и проси помощи у проходящих мимо мужчин.

– Как не донесем? – удивилась шиншилла. – Мы не можем не донести! Донесем, и быстро. Осталось сорок минут! Нужно торопиться! Не успеем до конца рабочего дня, придется задержаться, опоздаем на червя – уволит!

– Мне кажется, у сегодняшнего дня просто нет другого исхода. Может, сдадимся? – жалобно пробормотала я.

– Что значит – сдадимся? – испугалась Шушанна. – Нет. Мы не можем сдаться, я почти накопила на первоначальный взнос за башенку в жилом комплексе «Эльфийская мечта», так что беги быстрее!

И я побежала, решив, что раз мечта эльфийская, от нее отказываться точно нельзя. Жаль, что она не моя, а свою я пока не придумала. Мечтать, чтобы родственники куда‑нибудь испарились из квартиры, как‑то мелко, а других желаний просто не осталось.

Силы были на пределе, когда я ввалилась в кабинет Вестейна, и за пределом – в следующую секунду, когда я кинула в шефа стулом. Вышло эффектно, хоть и не специально, я просто пыталась преодолеть препятствие в виде останков старого стула, демонстративно выставленных в проход. К счастью, Вестейн Винг обладал хорошей реакцией и поймал не только стул, но и слетевшую с него розовую шиншиллячью клетку.

– Простите… – пробормотала я, запихивая рассыпавшийся корм обратно в пакет и отчаянно краснея.

– Знаешь что, Аделита… – мрачно начал мужчина.

– Уволена, да? – обреченно поинтересовалась я и услышала странный звук слева. Это Шушанна уронила на стол карандаш, который уже успела обгрызть.

– Да нет, за что? – удивился Вестейн. – Стул купила, правда, я предпочел бы, чтобы в меня им не кидали. Червя зафрахтовала, экипаж заказала…

Падающий второй раз карандаш услужливо подсказал, что нет. Что‑то с Шушанной мы все же забыли. К счастью, начальник об этом не знал.

– Вот если ты не угомонишь своего зверя, то будешь близка к увольнению. Она жрет мои канцтовары!

И не только канцтовары. Хорошо, что шеф не додумался связать обломившуюся ножку и пушистую жопу с зубами.

– Нет! Все будет отлично! Шуша так больше делать не будет! – Последнюю фразу я произнесла с заметным нажимом. Схватила Шушанну, клетку и запихнула туда сопротивляющуюся мышь, которая почему‑то уверяла, что она белка.

– Свободна, и не забудь разобрать папку с документами. Там из бухгалтерии принесли. Лежит на твоем столе. Если бы ты не была занята покупкой всякой не относящейся к работе ерунды, то знала бы об этом и уже все сделала. На чем мы едем на вокзал?

– Я уточню через пару минут, – пискнула я и, пока не появилось новых вопросов, выскочила из кабинета в приемную, искренне веря, что я за пятнадцать минут смогу найти того, кто отвезет нас на вокзал, и разберу эту треклятую папку с документами! Этот день вообще когда‑нибудь закончится? И станет ли следующий менее насыщенным? Может быть, деревенская жизнь среди навоза, мух и бескрайних полей не так уж и плоха? Пожалуй, я вернусь к этому вопросу позже. Например, завтра или через неделю…

Вестейн

Эта ночь была особенной.

Я, мать ее, выспался. А надеялся, между против, на совершенно обратное.

В детстве мама говорила, что самое важное – встать с той ноги. Поэтому не стоит ожидать чего‑то хорошего от дня, в котором ты встал не из того дивана.

Вообще все началось довольно прилично и многообещающе.

Зайдя после работы в бар, я решил, что непременно уеду из него с какой‑нибудь красоткой. Мы выпьем, проведем вместе горячую и бурную ночь, а наутро расстанемся, словно ничего и не было. Это проверенный временем способ быстро расслабиться и с новыми силами грызться за место под солнцем.

Но в этот раз все пошло не так. В будний день вообще сложно отыскать кого‑то стоящего среди одиноких девушек, согласных на необременительную ночь. Ничего приличного я так и не нашел, а натолкнувшись на изрядно пьяненькую помощницу Шушанну, решил, что пора валить, пока налоговая в полном составе не явилась на корпоратив.

Я без труда нашел свободный экипаж, запряженный стаей черных воронов, плюхнулся внутрь кабины, и тут открылась противоположная дверь.

Сначала вошла бутылка шампанского. Потом – очаровательная хрупкая блондинка с большущими наивными глазами. Впрочем, наивность слегка терялась на фоне того, что куколка была В ХЛАМ. В дрова. В драбадан. В нулину. То есть почти как я.

Она плюхнулась на сиденье и невнятно пробормотала адрес, половину из которого я не расслышал.

– Кхм… девушка, этот экипаж занят, – сказал я.

Куколка повернула голову, пошевелила бровками, пытаясь сообразить, к чему ее привел неожиданный сюжетный поворот. Потом тяжко вздохнула и смиренно протянула мне бутылку.

– Бушь? – заплетающимся языком, но совершенно искренне предложила она.

А я что? Буду, конечно. Тем более шампанское было вполне себе приличным. Отчего бы не выпить хорошего алкоголя в приятной компании?

Пока мы передавали друг другу бутылку и напивались еще сильнее, выяснилось, что едем к ней. А «к ней» – это чуть ли не в соседнюю деревню, на самую окраину города, в небогатый райончик, где в основном сдают квартиры приезжим. Долгая дорога с лихвой компенсировалась общим весельем.

А вот когда шампанское кончилось и наступило похмелье, стало не смешно.

Мы едва добрались до постели, раздеваясь на ходу. От нетерпения дрожали руки. Я еще никогда не чувствовал такого всепоглощающего желания… поспать.

У новой незнакомой (я ведь даже не спросил ее имени!) спалось хорошо, несмотря на старенький (зато огромный) скрипящий диван и крошечную квартирку. Я бы проспал всю работу к упырям собачьим, если бы не…

– Кто ты?! Где я?! Почему ты здесь?! Нет времени!

Куколка изо всех сил трясла меня за плечо, но из‑за природной субтильности скорее тряслась сама. Пока я соображал, что происходит и за какие грехи мне назначили наказание в виде подъема в пять утра, девица лихорадочно собирала по полу одежду.

– А что, собственно, случилось? – сонно и хрипло поинтересовался я.

– Родственники приехали! Немедленно прячься!

Я задумчиво оглядел конуру, в которой не смог бы спрятаться даже таракан, что уж говорить про дракона во цвете лет.

– Куда?! – уточнил флегматично, не думая даже вставать. Не мои же родственники нагрянули. Да и от своих я не прячусь. Не в том возрасте.

– Да хоть куда! Если не спрячешься, тебя сначала убьют, потом посадят, а потом заставят жениться!

Угроза заставила пересмотреть позицию. Жениться на девице облегченного поведения, с которой у меня даже ничего не было, кроме пары‑тройки часов хорошего сна, в планы не входило. Впрочем, играть в дурацкие игры – тоже. Но зачем‑то (я спросонья почти не соображаю) я залез в диван. Крышка закрылась с трудом, а когда ее прижали две пышные тетушкины задницы, я понял, что дело плохо. Ну не рассчитаны диваны на то, чтобы в них прятался дракон! Обычно хозяйки хранят в диванах постельное белье, любимый бабушкин сервиз или, на худой конец, помидоры, но никак не голого мужика.

В общем, я быстро понял, что пора с этим цирком заканчивать. Вряд ли в ближайшем будущем я захочу пойти в бар, чтобы снять там девочку на ночь. Не приведите боги, обо всем узнает брат, и тогда я навеки потеряю свой статус самого успешного и влиятельного дракона из рода Вингов.

Но как он узнает? Я никогда не проболтаюсь, а у куколки нет шансов встретиться со мной снова.

Ну, это я так думал.

Угораздило же Шушанну взять на работу именно ее! Нам давно требовалась ассистентка. Принеси, подай, отойди, не мешай – и все такое. Шушанна прекрасно справлялась с организаторской работой и была моей левой рукой (правой я все же управлял сам), но в приемную требовалась симпатичная девочка, умеющая варить кофе и встречать гостей.

Когда я раз десять столкнулся с куколкой по дороге на работу, то не придал этому значения и даже развеселился, наблюдая, как она испуганно семенит, явно куда‑то опаздывая. Забавные зверушки, эти человеческие женщины. Может, поэтому они и привлекают меня куда больше дракониц. В отличие от брата, к слову: он вообще считает их кем‑то вроде домашних котов. Милые, забавные, но не более.

Чертов расист этот Истон. Я обязан получить контракт у фей и обставить его!

Наше с братом противостояние началось с неудачной шутки отца. Устав от нашего постоянного соперничества, доходящего до кровопролития и откусанных хвостов, отец в сердцах взмолился, чтобы мы направили нашу энергию в полезное русло.

И мы, неожиданно даже для самих себя, направили.

У каждого – по компании магических перевозок, и тот, чья станет лидером на рынке, получит славу и почет в семейно‑драконьих кругах. А неудачник будет заклеймен позором и навсегда закроет клыкастую пасть.

Над названиями долго не думали. Я основал «Бла‑бла‑маг» и обставил брата, забрав Радужную башню. А Истон обозвался «Ля‑ля‑ля‑маг» и почти полностью захватил пассажирские перевозки эконом‑класса на драконах. Мой шанс – специальные грузоперевозки. Получу контракт с феями, потом с северными землями, потом найду способ доставлять грузы в подводные города, а после грузов захвачу пассажирские перевозки ВСЕМИ способами, за исключением драконьих.

Угораздило же дядюшку Шушанны преставиться именно сейчас! А ее саму – прислать мне в помощь куколку с крысой. Хотя Шушанна и обещала, что куколка достаточно компетентна, чтобы не порушить мне все дело, я в этом сильно сомневался. Да она стул искала весь день, а вернулась с ядреной розовой клеткой!

И теперь унеслась домой за вещами, потому что – цитирую – «не ожидала, что в первый же рабочий день ее пошлют в командировку».

Я бы на ее месте ожидал, что ее просто пошлют. Если опоздает на червя, найду и сожру.

Вот все хорошо в человеческой ипостаси дракона. Во‑первых, это способность восстанавливать силы за несколько часов. В облике дракона нужно проспать не менее суток, расход магии просто огромный, а если превратиться в человека, хватит и пары часов. Ну, это в том случае, если не доводить до полного истощения, когда сил нет даже обратиться.

Во‑вторых, это природное драконье обаяние, которое позволяет как клеить человеческих девиц, так и уламывать партнеров на сотрудничество. Жаль, что с магическими расами это не работает.

В‑третьих, конечно, статус и уважение. Драконы – одни из самых сильных существ, а наши роды самые богатые. Есть небольшой минус в виде чрезмерно раздутого эго, жажды соперничества и легкой (а иногда и не легкой) тирании, но…

Все это меркнет перед одним‑единственным минусом.

Мы обожаем есть.

Драконы не могут без еды. Это их слабость и страсть. Еда. Много вкусной еды. Еда дает энергию, которая позволяет превращаться. Еда дает чувство удовлетворения. Еда дает нам привлекательные человеческие тела. Дракон должен есть, и так как в драконьем обличье расходы еды непозволительно огромны, есть он должен в теле человеческом часто и вкусно.

Если дракон вовремя не поел, из обаятельного и притягательного мужчины он превращается в голодную тварь, неспособную смотреть на мир с позитивом.

Прямо как я сейчас.

За весь день, увы, ни разу не удалось поесть. Перед демонстрациями всегда так. Нужно подготовить макеты для выступления, пробежаться по тезисам, убедиться, что в случае одобрения контракта все траты на первичное обслуживание есть в бюджете. А в случае с Истоном еще и придумать, как подать компанию выгоднее, потому что уж этот поганец найдет, чем удивить фей.

Всегда это бесило: на торгах выигрывает не тот, кто по всем критериям лучше, и даже не тот, кто предлагает самую низкую цену, а тот, кто качественнее развлечет партнеров. Вот и приходится выдумывать разные трюки. Приехать на черве – прекрасный способ поднять лояльность фей. Они ценят тех, кто не использует тяжелый труд разумных существ наподобие них. С другой стороны, безопасность амброзии и прибыль от ее перевозки они ценят больше, поэтому нельзя сбрасывать со счетов и другие аргументы.

Жаль, не удалось выяснить, что задумал Истон. И очень жаль, что не получилось хоть что‑то поесть. Шушанна обычно предполагала, что перед командировкой я могу быть занят, и организовывала хотя бы перекус. Но сегодня в ее столе не осталось даже яблочка, я обшарил его весь!

Почему я не организовал компанию по доставке еды?! Почему никто ее не организовал?! Это же золотая жила!

Клянусь, я даже на шиншиллу куколки смотрел с легким гастрономическим интересом! Если она опоздает на червя, я ее придушу! И шиншиллу тоже!

Подземные черви – очень дешевый и не слишком комфортный вид магического транспорта. Уж в сравнении с драконами – так точно. Медленно, темно и слегка жутковато. Но зато безопасно, не вредит окружающей среде, ну и дешево. Я еще никогда не ездил на пассажирском черве, но что там может быть такого ужасного? Зато в газетах наверняка напишут что‑то вроде «Представитель «Бла‑бла‑маг» Вестейн Винг приятно удивил аскетизмом и заботой об окружающем мире, в то время как Истон Винг из «Ля‑ля‑ля‑маг» явился в сопровождении целой делегации драконов и слуг, из‑за чего не снискал уважения жителей Фейска и не получил выгодный контракт». Прекрасно же! Эти мысли даже заставили улыбнуться и на миг забыть о голоде.

Если сбудутся, я даже расщедрюсь и подарю брату бутылочку коллекционного вина. С этикеткой ручной работы, на которой каллиграфией выведено: «Поздравляю! Ты облажался!»

– Господин, до отправления червя осталось пять минут, – с улыбкой сказала проводница.

А до увольнения Аделиты вместе с Шушанной – меньше минуты.

– Простите! Простите, простите! – Голос куколки звонко пронесся по платформе. Она бежала из последних сил, таща в руках здоровенную сумку, набитую непонятно чем, и клетку с шиншиллой. – Успела! Фух! Насилу вырвалась!

– Что, новые родственники приехали?

Аделита устало махнула рукой и печально вздохнула.

– Старые остались. А это страшнее.

– А эта крыса обязательно должна ехать с нами? – поинтересовался я, кивнув на клетку. Не то чтобы меня откровенно раздражал зверь, просто сейчас я испытывал потребность наехать хоть на кого‑то. Куколка с пушистой тварью были отличной мишенью.

– Конечно. – Аделита, надо отдать ей должное, не растерялась. – Тотемное животное должно быть с хозяином, а то какое же оно тотемное? Кстати, она считает себя белкой, и лучше бы вам считать так же. Шушенька очень нервная.

– А я очень злой! – рявкнул я. – Будем проверять, кто одержит победу в неравной схватке. Нервный пушной зверек или злобный дракон?

Куколка округлила глаза и на всякий случай прижала клетку к себе и поспешила сменить неудобную тему.

– Ой, а можно вас попросить подержать вещи? – спросила она. – Я сбегаю к голове и посмотрю! Никогда не видела пассажирского червя!

– Нельзя! – рявкнул я. – Быстро внутрь, пока я тебя не уволил, а крысу не сожрал!

Я даже развеселился, наблюдая за тем, как шустро Аделита нырнула по лесенке в кабину на спине червя. Я полез за ней и выругался сквозь зубы: для кого они делают эти вагоны?! Будь я на пару дюймов выше, я бы бился макушкой о потолок! Да и в проходе я едва помещался, то и дело сбивая косяки.

– Так… Один, два, три, четвертое купе… Ой!

Что‑то мне не понравилось это ее испуганное «ой».

Куколка застряла в дверях купе, и, чтобы заглянуть внутрь, мне пришлось сунуть голову поверх ее плеча. Да, здесь было от чего прийти в замешательство: купе было маленьким. По мнению владельцев туннелей, червями, видимо, путешествовали исключительно упыри‑коротышки, которым не привыкать спать в маленьких гробиках.

Две полки крепились к стене одна над другой. Вдоль другой стены была полка для багажа, а между ними – крошечный столик.

Аделита поставила клетку с шиншиллой на багажную полку и осторожно присела рядом. Даже для нее теснота и уныние червяного купе оказались слишком.

– А‑а‑а… а как мы будем спать?

– Как голуби, на жердочке.

– А вы сверху или я?

– А сначала ты, потом я, потом стоя! – рыкнул я, чувствуя, что раздражение достигло предела.

– Да что вы злой‑то такой! – возмущенно тряхнула светлыми кудрями Аделита.

– А ты не беси голодного дракона!

Она удивленно захлопала ресницами.

– А вы… голо‑о‑одный… А если я вас покормлю, вы будете приветливее?

– Где ты тут еду найдешь? Крысу свою зажаришь? Так в ней мяса мало, одна шерсть.

Куколка, к моему удивлению, с головой зарылась в сумку. На столик перекочевали вареные яички, завернутая в пергаментную бумагу ароматная копченая курочка, сушеные яблоки, кекс с изюмом, нарезанное ломтиками вяленое мясо, сыр и четыре плюшки с сахаром. А в довершение – кувшин с компотом.

Я задумчиво посмотрел на небольшую с виду сумочку, в которую уместилось все это богатство, а куколка смущенно покраснела.

– Я пошла домой, чтобы захватить вещи, а там тетушки… Пришлось рассказать, что я еду в командировку, – и вот.

Она беспомощно развела руками над столом, с которого вот‑вот норовила упасть курочка.

Шиншилла истерично забегала по клетке, поднимая в воздух какую‑то шелуху.

– Чего это она? – поинтересовался я с подозрением. Только еще свихнувшейся крысы нам не хватает.

– Яблочек хочет, – вздохнула куколка.

Прекрасно. Шиншилле – яблочки, дракону – все остальное. Эта ассистентка даже начинает мне нравиться. Хотя… может, нанять вместо нее тетушек?

Глава 3

Наблюдая за шефом, с аппетитом уплетающим вареные яйца, курочку, кекс и компот одновременно, я испытывала странное, доселе неведомое умиление. Как‑то так мама радовалась, когда папа ужинал после тяжелого дня, нахваливая наваристый суп. Тогда я не понимала, что умильного в том, как взрослый мужик ест, – он же делает это каждый день! А сейчас, к собственному удивлению, испытала моральное удовлетворение. И еще облегчение.

Когда бежала на червя, боялась, что умру со стыда, явившись в командировку с мешочком еды. Только привитое с детства уважение к съестному не позволило выкинуть всю выданную тетушками снедь по дороге. Я хорошо помнила годы неурожая. Но в черве не было холодных шкафов для хранения продуктов, и натертая деревенскими травами копченая курочка через пару часов начала бы неимоверно вонять. План был такой: найти самое голодное купе (червями часто ездят студенты в отдаленные регионы) и скормить все им.

Кто же знал, что самым голодным купе окажется наше! Но, пожалуй, так даже лучше. Бежать никуда не нужно и можно не переживать: Вестейн быстро уничтожил все, что могло испортиться. Я только слегка сочувствовала его будущей супруге. Все знают, что прокормить дракона сложно, но я не думала, что настолько! Впрочем, он же неплохо зарабатывает. Можно, в конце концов, нанять кухарку. Не только же мои тетушки любят и умеют готовить.

Шушанна на что‑то обиделась. Я сунула ей в клетку сушеных яблочек, а она повернулась мохнатой задницей и совсем не по‑шиншилльски засопела. Что это с ней?

Впрочем, у меня были и другие поводы для раздумий. И нет, это вовсе не тетушки и родители, которые, когда я вернулась домой, попытались учинить мне допрос. Про них я думать совершенно не хотела, но их образы сами постоянно всплывали у меня в голове.

– Ни на какую работу ты не пойдешь! – отрезала тетушка Марбл, скрестив руки на выдающейся груди.

– Это совершенно очевидно, Аделита, столица – не для тебя, – поддакнула тетушка Мейпл, воинственно выставив второй подбородок.

– Здесь слишком распущенные нравы. Много соблазнов для такой девочки, как ты.

– Подумай о будущем! Где вот нам теперь искать того господина, воспользовавшегося твоей наивностью?

– Будем тебя жанить! – припечатала Марбл.

– А не то останешься в девках до старости.

– Как вы, – ляпнула шиншилла, и в квартире повисла напряженная тишина.

– Кто это сказал?! – прищурилась тетушка Мейпл, подозрительно обведя мою комнатушку воинственным взглядом.

Я пожала плечами. Лучше пусть думают, что у них голоса в голове, чем узнают про Шушанну. Тогда сохранить секрет точно не получится. Это пока тетушки в столице никого не знают, но пройдет пара дней – а судя по всему, они и не планируют уезжать из моей квартиры, – и весь город будет в курсе приезда моей родни.

Но в одном я была Шуше благодарна: пока обалдевшие от внезапного откровения тетушки молчали, я успела толкнуть вдохновляющую речь.

– Боюсь, я не могу уехать домой. И определенно должна ехать в командировку. Ведь я подписала серьезный столичный контракт, за невыполнение которого господин Винг – он дракон, кстати, – меня крупно оштрафует. Придется продать дом, огород, курочек, коровок, а может, и всю деревню, чтобы расплатиться.

Тетушки побледнели, мама ахнула. Только папа что‑то заподозрил, но мудро промолчал.

– Бедная Аделита! – воскликнула Марбл.

– Какие ужасные нравы! – охнула Мейпл.

– Столица никого не щадит!

– И что же, ты всю ночь будешь ехать в Фейск? Одна‑одинешенька? Без еды?!

Я не стала уточнять, что еду с шефом, потому что иначе тетушек не испугал бы даже контракт, за нарушение которого отхлещут розгами на дворцовой площади, но украдкой выдохнула. На сегодня работа спасена, и женитьба откладывается на неопределенный срок. По возвращении придется что‑то придумать, просто так они не уедут. Может, сыграть фиктивную свадьбу?

Но совсем не долгие сборы припасов от заботливых родственников едва не привели меня к опозданию. Кое‑кто задержал меня еще раньше, когда я выбегала из Радужной башни домой, чтобы собрать вещи и переодеться.

– Эй! Девочка с шиншиллой! Подожди! Да стой же ты!

Тот красавчик из столовой, которого я сначала приняла за маньяка Вестейна, стремглав несся по лестнице вниз, чтобы меня перехватить. Я ужасно нервничала и боялась опоздать, но не устояла перед любопытством!

– Привет, – улыбнулся он. – А я тебя везде ищу. Представляешь, никто не знает, где работает девушка с шиншиллой.

– Я новенькая. Первый день в «Бла‑бла‑маг».

– А я из соседней башни. Тоже мало кого здесь знаю. И я тут подумал… не хочешь сходить на кофе?

– Сходить на кофе? – как дурочка переспросила я.

У него были удивительной красоты глаза. Светло‑карие, отливающие золотом. Никогда таких не видела, наверное поэтому и тупила безбожно.

– Ну да. После работы встретимся, прогуляемся, поужинаем. Свидание. Можешь взять с собой шиншиллу.

Свидание? С красавчиком из самого центра магического города?!

– С удовольствием! Только мне очень нужно бежать, я уезжаю в командировку! Мы можем встретиться, когда я вернусь?

– Конечно. А когда это будет?

И тут я поняла, что понятия не имею, когда мы с шефом вернемся из Фейска. Он, может, и говорил, но в первый рабочий день меня захлестнуло столько эмоций, что из головы все куда‑то вылетело.

– Понял. Каждый день на обед буду ходить в ту столовую, где мы с тобой встретились. Как вернешься – приходи тоже.

Как романтично! Я залилась краской и поспешно отвела взгляд.

– Договорились.

– Тогда беги в свою командировку. Шиншилле привет. – Он подмигнул клетке с Шушанной.

– Быстрее! – шикнула она, когда мужчина отошел. – Опоздаешь!

Уже подбегая к стоянке экипажей, я поняла, что даже не спросила его имя. Но все равно чувствовала себя совершенно счастливой, в отличие от Шушанны. Ее, похоже, сильно разозлило назначенное мне свидание, но почему, я поняла много позже.

Жаль, не удалось посмотреть на червя, было ужасно любопытно! Я никогда на них не ездила, все родные жили в зоне досягаемости экипажей, а черви в основном возили в самые отдаленные точки мира, куда добраться на драконе было бы баснословно дорого.

Наконец Вестейн наелся и заметно подобрел. Он даже попытался погладить Шушу, задумчиво сюсюкая при этом:

– Ути какая мы‑ы‑ышка…

Но шиншилла злобно клацнула зубами возле его пальца и снова отвернулась. Ого, не пощадила даже любимого шефа! Что это с ней? Или, может быть, она сейчас просто воплотила мечту, которую лелеяла не один год, но не могла осуществить в человеческом обличье?

Некоторое время я пыталась пялиться в окно, но там не было ничего интересного: темный подземный тоннель даже не освещался. Изредка мы выползали к станциям или в широкие тоннели, встречаясь с другими червями, но даже на сравнительно небольшой скорости я не успевала ничего толком рассмотреть. Только сильно разболелась голова.

– Все, пора спать, – объявил шеф. – Завтра с утра буду гонять, только попробуй что‑нибудь испортить.

– Не за что. – Надулась я и скрестила руки на груди.

– Что? – Вест удивленно поднял брови.

– Не стоит благодарности за ужин.

– Действительно не стоит. А вот тетушкам обязательно передам баночку амброзии. Милейшие женщины.

Давай, передай, не забудь еще подписаться как «мужик из дивана» и непременно оставь визиточку. Тогда милейшие женщины явятся в «Бла‑бла‑маг» и придется прятаться от них по всем укромным уголкам. Возможно, после этого некоторые научатся правильно адресовать свои «спасибы».

Но этого я говорить не стала и решила примитивно обидеться.

– Ладно, куколка, не сопи, – добродушно усмехнулся Вестейн. – Ложись внизу.

Он, наверное, сразу же пожалел о собственном благородстве, но я не стала упрямиться. Перспектива лезть на вторую полку и там, на высоте полутора метров над полом, на узенькой койке, пытаться уснуть под мерные (а иногда не очень) раскачивания червя? Нет уж!

– Выйдите, я переоденусь!

Шеф закатил глаза, но послушно вышел в коридор. К счастью, хотя бы к этой неловкости я была готова и захватила очень теплую и очень целомудренную пижамку из мягкой темно‑синей ткани. Вестейн вернулся, как раз когда я надевала рубашку, и счастье, что при этом я стояла к нему спиной! Пусть лучше мою грудь увидят пассажиры случайно попавшегося на пути червя, чем начальник.

Хотя он, может, ее и видел уже…

Вестейн ничего не сказал, но лицо у него было хитрое вплоть до момента, когда я забралась под одеяло и закуталась до самого носа. А вот начальник не отличался стеснительностью. Он легко и просто стянул ботинки, рубашку, штаны (на этом моменте я покраснела и отвернулась к стене) и на руках подтянулся на верхнюю полку.

Старое дерево жалобно заскрипело и просело на добрый десяток сантиметров. Я сглотнула. Хватило воображения представить, как ночью эта полка с треском ломается, и здоровая туша накачанного дракона вместе с койкой оставляет от меня мокрое место. Это будет очень печальное завершение моей карьеры. Печальнее, чем если меня просто уволят.

– Кхм… Господин Винг…

– М‑м‑м? – раздалось сонно.

– А можно все‑таки я сверху?

– Залезай. Только не буди.

– Что?

Для верности я еще и постучала снизу по полке.

– Аделита, кончай уже! – рявкнул Вестейн. – Моя благодарность к тебе стремительно заканчивается! Я спать хочу! А злее голодного дракона только дракон, которого не вовремя разбудили!

– Полка очень хлипкая. Если вы ночью упадете, у моей шиншиллы больше не будет тотемного человека.

Он протяжно вздохнул, что‑то пробормотал – и снова заскрипел, сползая.

– Хорошо, спи наверху.

Я с облегчением вскочила и принялась складывать постель. Шеф смотрел на это со смесью удивления и раздражения.

– Что ты делаешь, упырь тебя раздери?!

– Меняю постельку.

– ЗАЧЕМ?!

– Это негигиенично.

– Боги, Аделита, я принимаю душ дважды в день! Ты что, не моешься?

– Моюсь, конечно, как вы могли так подумать?

– Заразная?

– Нет!

– Так оставь уже простыню на месте и лезь наверх, я хочу выспаться!

От испуга я выронила подушку и сама не поняла, как оказалась наверху. От его подушки исходил приятный ненавязчивый аромат парфюма. Спать не хотелось, после тяжелого и насыщенного дня я чувствовала себя как те крошечные собачки, которые от переизбытка эмоций не способны сидеть на месте. «И постоянно писаются», – некстати промелькнуло в голове, но, к счастью, мне пока не хотелось.

Вестейн спал, Шуша тоже. Я так и не поняла, на что она обиделась так сильно, что даже пропустила ужин. Постепенно сон сморил и меня. Оказалось, что спать под мерное укачивание очень даже уютно. Пожалуй, единственным минусом было то, что никак не удавалось заснуть по‑настоящему, крепко. Уж очень страшно было шевелиться на верхней полке.

Мы то и дело останавливались на подземных станциях. Пассажиры выходили и заходили, до нас доносились негромкие голоса. Пару раз в купе кто‑то засовывал нос, но, увидев оба занятых места, тут же исчезал. На одной из стоянок, очень долгой, я окончательно провалилась в сон.

И проснулась от легких покусываний пальцев.

– Аделита, вставай! – услышала я, открыв глаза.

– Шушанна? Что такое? – сонно встрепенулась я и уставилась на шиншиллу, у которой были очень уж выразительно‑выпученные глаза. Они загадочно блестели во тьме.

– Вставай и слезай немедленно, иначе упадешь!

– Чего? Что случилось?!

Даже в темноте я увидела на морде Шуши слегка виноватое выражение.

– Я это… ну… крепления сгрызла.

– Чего ты сделала?!

– Сгрызла крепления твоей полки! Они же деревянные! Я не специально, просто была очень голодная. Решила выбраться из клетки и поискать яблочки, а дальше все как в тумане. Очнулась – а я уже догрызаю… Вставай быстрее, она сейчас упадет прямо на Вестейна!

Я чуть ли не кубарем скатилась с полки и взвизгнула – пол был адски холодным! Мы с Шушей дружно замерли, но Вестейн только перевернулся на другой бок. Купе пассажирского червя не отличалось тишиной, здесь все скрипело так, словно Шушанна погрызла не крепления, а основы мироздания.

– Надеюсь, до его полки ты не добралась?

– Нет! Найди мне яблочек, я есть хочу!

– А я – спать! Где я теперь буду ночевать? На багажной полке?! На столике?!

– Поспишь сидя! Это лучше, чем убить шефа, упав на него сверху.

На этот счет мне было что сказать, но я не стала. Нашла в сумке пакет с яблочками и сунула Шуше. Она бодро зашуршала, а затем раздалось довольно громкое «грызь‑грызь».

– Ты издеваешься? – поинтересовалась я.

– Куфать офень хофесся…

– А нечего было дуться и пропускать ужин. Твой шеф, между прочим, обладает отменным аппетитом.

– О, у него во всех сферах жизни аппетит отменный, – философски отозвалась шиншилла.

От неожиданности я открыла рот (и еще покраснела, но в темноте, к счастью, было незаметно).

– Ты и тут успела…

– То, о чем ты подумала, я не успевала. Но часто заказывала букеты и подарки его бабам. Драконы, знаешь ли, довольно ветреные существа.

– А я слышала, они верные, и если влюбляются, то на всю жизнь.

– Да, только вот влюбляются они крайне редко. И в основном в дракониц. Люди для них – развлечения, игрушки, необременительные романы. Поэтому драконы гуляют от души, прежде чем женятся. Так что не особо тут хвастайся своей курочкой. Лучше ты будешь помощницей дракона и поимеешь хорошую зарплату, чем тебя поимеет дракон и будешь безработной.

На этой глубокой мысли Шушанна снова увлеклась едой, а я устало зевнула и попыталась устроиться, привалившись к нашим с шефом сумкам спиной. Вышло только хуже, в спине что‑то щелкнуло, и я, не удержавшись, охнула.

– Аделита? – сонно пробормотал шеф. – Уже приехали?

– Не‑е‑ет… – на выдохе простонала я, чувствуя, как защемленные позвонки злорадно скрипят, и чудится в этом скрипе: «Тебе уже не восемна‑а‑адцать…»

Да, не восемнадцать! Мне двадцать два, это что, самый возраст для радикулита?!

– А что ты делаешь внизу? И почему ты в такой странной позе?

Вестейн начал вставать. Ослепленная неожиданной и обидной болью, я не слишком внимательно за ним наблюдала, а вот Шуша оцепенела, встопорщила хвост и выронила из лап недоеденный кусок яблока. Поднимаясь, Вест схватился за полку над головой, чтобы придать себе устойчивости. Полка хрустнула – и грохнулась прямиком на дракона.

Мат, раздавшийся откуда‑то из завала, наверняка перебудил всех пассажиров червя.

От страха, что сейчас меня обвинят в покушении на начальника и уволят, я забыла о боли и бросилась откапывать шефа. Но он с легкостью, недоступной человеку, отшвырнул полку.

Ну как отшвырнул… попытался, потому что в купе едва хватало место развернуться двум пассажирам, и полка отскочила от стены, грохнувшись на Вестейна снова. Соседние купе обогатились еще на пару‑тройку новых матерных слов.

– Боги, я линяю… – пискнула Шуша.

– Аделита! Что вы сотворили с полкой?!

– Я?! Она сама упала! Я не виновата, что здесь такие крепления! Она вдруг как‑то странно зашаталась, я слезла посмотреть, что случилось, а вы за нее схватились и уронили! Где я теперь буду спать?!

– А, то есть я во всем виноват? – ошарашенно поинтересовался шеф, видимо, не ожидающий от меня такой словесной подставы.

– Ну не во всем…

– Сейчас я схожу к проводнику.

Шеф принялся быстро одеваться.

– И попрошу нас переселить. А ты собери вещи, чтобы ничего не забыть.

Когда дверь за ним закрылась, едва живая Шушанна прошептала:

– Кажется, нас пока что не уволят…

– За что? – хмыкнула я. – Он же не знает, кто сгрыз полку. Вот если узнает – тогда точно уволит. Но я ему не скажу, ты по легенде вообще тварюшка неразговорчивая. Какие проблемы?

– Ха! Предыдущую помощницу Вестейн уволил за то, что она положила ему в кофе сахар! А с момента твоего появления под Вестом сломался стул и рухнула полка – да я вообще в шоке от того, что он тебя еще не выгнал! Клянусь хвостом, когда я вернусь, он попробует за тобой приударить! Только непреодолимое желание затащить девушку в постель способно заставить Вестейна быть душкой.

– Осторожнее клянись хвостом, – посоветовала я. – Может, он у тебя поэтому так стремительно лысеет, а вовсе не от нервов?

А что? Не признаваться же, что затаскивать меня в постель уже не надо – я и так там побывала. Ничего, правда, не помню, но вряд ли мы с начальником напились в баре, приехали ко мне и просто уснули.

Я не успела толком собраться, как Вестейн вернулся еще мрачнее прежнего.

– Мест нет, – огорошил он.

– Как нет? – зачем‑то переспросила я, словно ждала, что сейчас он рассмеется и добавит: «Шучу, пошли в соседнее купе, там есть джакузи».

– Вот так. Все купе заняты. Все полки, включая багажные, – тоже. Есть коврик в коридоре, но там не лучше, чем у нас.

– И что делать? – испуганно уточнила я. И правда, необходимость ехать в замкнутом маленьком помещении со злым начальником пугала до чертиков. – Мы же не виноваты, что упала полка. Они должны решить проблему!

– Они вернут деньги за билет.

– Потрясающе, но где мне спать?

Вестейн пожал плечами и задумчиво оглядел купе.

– Давай уберем сумки с багажной полки, положим на нее упавшую полку – и будет почти люкс‑купе.

Этим и занялись. Клетку с Шушанной пришлось повесить на крючок для одежды, что ей жутко не понравилось. На выразительной мордахе явственно читался страх, но даже он не заставил ее заговорить при шефе. Я и сама поглядывала на клетку с опаской, но вскоре рассудила, что если шиншилла и грохнется, ничего с ней не произойдет. Может, от страха снова превратится в человека.

Правда, как объяснять присутствие голой Шушанны с клеткой на интересном месте в купе и что с ней делать, я как‑то не придумала.

В результате перестановки по купе стало почти невозможно ходить: сумки заняли весь крошечный клочок пола. Зато на узкую багажную полку мы приспособили оторвавшуюся верхнюю. И получилось вполне приличное купе.

– Хм‑м‑м… – задумчиво протянул Вестейн.

– Что «хм»?

– Думаю, во сколько встанет разработать вагон комфорт‑класса с двумя нижними полками. Если сделать интерьер поживее и наладить обслуживание, можно раскрутить неплохой аттракцион. Да, долететь драконом быстро и комфортно, но дорого и опасно. А здесь ниже земли не упадешь, цены приемлемые.

– А еще можно сделать купе чуть больше и повесить по две полки на каждую стену. А напротив купе еще воткнуть две боковушки.

– А в чем улучшение?

– Не знаю. – Я пожала плечами. – Просто интересно, когда здесь случится первое убийство из‑за вонючих носков или громкого чавканья.

– Запиши все, что я сказал, – велел Вестейн. – Ну и то, что ты выдала, тоже. Так, на всякий случай!

Он не стал заморачиваться с постелью, просто бросил на импровизированную койку подушку и улегся, любезно уступив мне нормальную полку.

Вот только багажная полка была слишком узкой для таких извращений. Брошенная сверху койка не выдержала и накренилась, а Вестейн чуть было не улетел под стол.

– Давайте тут лучше я лягу! Я легкая, и центр тяжести в другом месте!

– И шило в нем же, – недовольно буркнул шеф, но все‑таки вернулся обратно к себе, а я с опаской прилегла и замерла – упаду или нет?

К счастью, полка выдержала. Пришлось вжаться в стену, но в остальном я комфортно вытянулась и даже начала засыпать.

На очередной остановке дверь купе вдруг открылась, и со мной взглядом встретился странный мужик, при виде которого почему‑то замутило. Он словно не ожидал увидеть кого‑то в купе и, когда Вестейн начал подниматься, чтобы спросить, в чем, собственно, дело, поспешно скрылся.

Мерное покачивание снова начало убаюкивать.

– Сувен‑и‑и‑иры‑ы‑ы! – Проводница заглянула к нам с веселенькой корзинкой, полной брелочков, ручек, блокнотиков и керамических червячков. – Мальчики‑девочки, сувениры не хотите? Открыточки от фонда помощи драконам?

– Я – дракон! – заорал Вестейн дурным голосом. – Я! Я спать хочу! Помогите мне, а?! Засуньте свои открыточки и валите отсюда, дайте перед работой выспаться!

– А вы не кричите, мужчина, – недовольно поджала губы проводница. – А не то со стражниками на ближайшей станции вас высадим.

С этими словами она захлопнула дверь.

Потянуло откуда‑то запахом копченостей, рыбки и специй. Я всерьез начала сомневаться, что вообще усну в эту ночь. К запаху добавились соответствующие звуки: за стенкой с моей стороны провозглашали тосты, а со стороны Вестейна раздавались недвусмысленные стоны и ритмичное покачивание.

Шеф громко постучал в стену.

– Любитесь грустнее, полку сломаете!

Новые звуки раздались уже из нашего купе: Шушу наверху, в болтающейся клетке, укачивало и тошнило.

Посмотрев на все это безобразие, Вестейн замысловато выругался и снова натянул штаны.

– Вы куда? – спросила я.

– К соседям! – рявкнул он в ответ. – Третьим буду! Куда я, по‑твоему, могу здесь ходить? Только в уборную!

Я смущенно умолкла и принялась снимать клетку с крючка.

– И зачем я съела столько яблок… – простонала бедная помощница.

Пришлось клетку с ней водрузить на столик. О спокойном сне я уже не мечтала, только раздумывала, как бы добыть кофейку. На станции, может, выйти и сбегать? Но от мысли, что червь уедет, пока я разыскиваю кофе, прошиб холодный пот, и я решила так не экспериментировать.

Вестейн вернулся на удивление быстро, еще более злой, чем был до этого.

– Туалеты закрыты! – сообщил он. – Скоро станция! Откроют через час после стоянки. Я что, умер и попал в драконий ад?!

Я проглотила комментарий, что как‑то странно представлять ад в виде отсутствия туалета, навязчивой рекламы сувениров и любвеобильных соседей.

Вестейн устало опустился на полку, потер глаза и как‑то даже немного жалобно спросил:

– У тебя еще еда осталась?

– Яблочки. И кекс.

В кои‑то веки я порадовалась, что у меня есть такие предусмотрительные, не знающие границ разумного тетушки. Если бы у меня не получалось вовремя кидать в Вестейна едой, боюсь, нас бы с Шушанной уже уволили.

– Доставай! – скомандовал начальник, посматривающий на меня с нездоровой жадностью.

Яблочек, впрочем, было на донышке, и вопросы относительно состояния Шуши отпали. Если она помрет в этом обличье, обожравшись, пусть завещает мне свой гардероб. Сама хвалилась коллекцией туфель.

Очередная стоянка оказалась длинной, это был какой‑то небольшой городок. Кто‑то высаживался, кто‑то заходил, но наши окна выходили на соседний тоннель, где я вдруг увидела нечто очень интересное.

– Ой, а что это? – спросила у Веста, совершенно неприлично показывая за окно пальцем.

Шеф оторвался от кекса и посмотрел туда, куда я показывала. Там мимо нашего червя бодро и гуськом бежали здоровенные муравьи, груженные тюками, коробками, канистрами и мешками.

– Это грузовые муравьи. Еще один вид грузового транспорта. У них есть свои плюсы, хотя лично мне черви кажутся более…

Он осекся на полуслове. Большая часть груза была упакована в два цвета – оранжевый и белый. Даже на панцирях некоторых муравьев красовались большие яркие буквы:

«Ля‑ля‑ля‑маг».

А два последних, самых маленьких, муравьишки тащили растяжку с кричащей надписью «Вестейн Винг – неудачник!».

Шеф резко поднялся, едва не стукнувшись макушкой о потолок.

– Быстро! Мы выходим!

– Что… Как выходим?! Кто это был?!

– Шевелись, у нас мало времени! Я сказал, мы выходим из этого ползучего дурдома и ищем летающий! Если хочешь сохранить работу, мы должны быть в Фейске раньше их!

Мы с Шушей не успели глазом моргнуть, как Вестейн почти силком вытащил нас на холодную, обдуваемую со всех тоннелей подземную платформу. Я тут же замерзла, промокла – было очень сыро – и возненавидела весь мир, а шефа – в частности.

– Я же в пижаме! Как я пойду в пижаме?!

– Переоденешься, когда достанем дракона. Идем!

Но если пижама в кромешной тьме еще могла сойти за модный столичный костюм, то идти босиком я решительно отказывалась! Непонятно только, почему это так взбесило Вестейна. Пока я надевала туфли, он с выражением крайнего раздражения нетерпеливо притоптывал.

Лифт доставил нас на поверхность, где, к счастью, оказалось не так мерзко и влажно. Хорошо, что я хотя бы не продрогла до костей, ночь выдалась теплая.

А еще звездная, лунная, тихая и – этот факт меня изрядно напряг – совершенно безлюдная. Старый деревянный, покосившийся вход на платформу, больше напоминающий деревенский сортир, рассыпающаяся в труху скамейка. И чистое, бескрайнее поле. Всюду, куда хватало взгляда, простирались не то маковые, не то лавандовые поля.

– А… а как мы отсюда выберемся? – спросила я, повернувшись к шефу.

– Дойдем до деревни и наймем дракона.

– Но здесь нет никакой деревни…

– Есть. Ты просто ее не видишь.

Мы с Шушей посмотрели на Вестейна как на сумасшедшего. По‑моему, в любой работе момент, когда ты начинаешь видеть воображаемые деревни, – повод обратиться к целителю.

Заметив мой взгляд, шеф закатил глаза и пояснил:

– Мое зрение в три раза острее твоего. Вон там деревня, довольно крупная. Обычно в таких есть хоть один дракон. В данной деревне есть тот дракон, который довезет нас в Фейск быстрее, чем эти…

Начальник поморщился и неопределенно махнул рукой.

– Дойдем до деревни, которую даже не видно?! – скептически уточнила я, как‑то теряя пиетет перед начальником. Наверное, на меня так бессонная ночь действовала. – И сколько до нее идти? Прямо через поля, через три дня налево?!

– Аделита, хватит возмущаться. Я плачу тебе бешеные деньги за внеурочную работу, и заметь, даже не заставляю тащить макеты. Возьми свою крысобелку – и иди за мной, вот и вся задача.

– Бешеные деньги, – пробурчала я. – Пока у меня из бешеного только шиншилла.

– Хорошо, выдам тебе аванс, как только прилетим в Фейск.

Я приободрилась и зашагала активнее. Аванс – это хорошо! Аванс – это приятно. Феи славятся не только амброзией, но и по праву Фейск считается столицей моды. Их ткани – что‑то с чем‑то, и даже если мне хватит всего лишь на носовой платок из фейского шелка, я все равно обязана его купить! А кушать можно… Вон, как Шуша, яблочки или яства теть. Сильно сомневаюсь, что они оставят кровиночку одну, голодную, в полном опасностей городе.

Идти молча было скучно. Вволю помечтав о походе по магазинам, теплой мягкой постельке и превращении Шушанны обратно в человека (что означало бы конец моей пытки должностью помощницы), я пристала к Вестейну.

– А что это были за муравьи? И почему они назвали вас неудачником?

Бамс!

Это Шуша в попытке привлечь мое внимание сделала вид, будто упала в обморок. Кажется, она пыталась предупредить, что шеф не любит расспросы. А что делать? Я вот не люблю чесать в ночи через поле, одетая в пижаму, в туфлях на каблуке, но кто меня спрашивал о пристрастиях?

– Это конкуренты? Что такое «Ля‑ля‑ля‑маг»? Какое‑то странное название, глупое.

Вест хмыкнул, будто соглашаясь.

– Хотя ваше не лучше. «Бла‑бла‑маг»… вам что, было лень придумывать?

Раздался скрип зубов и новый грохот из клетки – Шуша, кажется, на этот раз упала в обморок всерьез. А начальство изволило промолчать, только покосилось в мою сторону недобро, но я сделала вид, что не заметила. Могу же не заметить прожигающий взгляд и недовольное сопение?

Наконец показалась деревня. Хотя по размерам она скорее смахивала на небольшой провинциальный городок. Здесь даже были многоквартирные дома наподобие того, в котором я снимала апартаменты. Вот только в том, что здесь есть дракон, я сильно сомневалась. Как правило, небольшие городки не могли позволить себе дракона, у них просто не было средств платить ему.

Разумеется, посреди ночи город спал и выглядел мертвым. Разве что из парочки приоткрытых дверей таверн в центре доносилась музыка, но в основном он производил впечатление спокойного и увядающего места. Фасады зданий облупились, крепостная стена рушилась – и никто не спешил ее восстанавливать. А разномастные неказистые вывески теснились, залезая друг на друга, практически везде.

Возле здания мэрии мы остановились и задрали головы, выискивая нужное объявление. «Кожевник» перекрывал вывеску «Ювелир».

– Вон! – я ткнула в крошечную табличку.

Вывеска кузнеца, криво налепленная поверх нужной, съедала окончание, превращая услуги дракона в загадочное «Драк». Но это определенно было то, что нам нужно!

– Иди зафрахтуй дракона, – сказал Вестейн. – Я подожду здесь. Только оставь крысу, у них все здание деревянное, не хватало еще лишить местного мэра резиденции.

– Почему это я должна идти?

– Помимо того, что ты – моя ассистентка?

– Я в пижаме!

– А я дракон. Если пойду я, они спросят, почему я сам не могу доставить нас в нужное место.

– А кстати… – опешила я. – Почему?

– Я тебе что, ездовая собака?! – взорвался шеф. – Я – владелец фирмы, а не тележка! Найди уже нам транспорт, Аделита, я тебя как начальник прошу!

– Не пойду, пока не расскажете, почему мы сошли с червя, и что за муравьи, и почему назвали вас неудачником!

Для верности я еще и топнула ножкой. Проверять, не скончалась ли там Шуша от сердечного приступа, не стала. Как по мне, она сильно избаловала шефа.

– Слушайте, я все понимаю. Обязанности, ненормированный рабочий день, командировки, личные поручения и так далее. Вы щедро платите за то, чтобы я… точнее, мы с Шушанной брали на себя все ваши заботы. Но не находите ли вы, господин Винг, что если мы сошли с пути в чистом поле и я стою в пижаме, которую вы не дали мне снять, в незнакомом городе посреди ночи, то из начальника и подчиненной мы превращаемся в товарищей с общей целью? Я нанималась помогать вам в приемной, а не бегать по полям и лесам!

– Верно. Это должна делать Шушанна, но она прислала тебя.

– Шушанна пусть сама решает свои проблемы. Может, ей такие приключения нравятся? Разные бывают пристрастия, знаете ли. Некоторым нравится, когда их стегают плеткой, некоторые обожают подглядывать за соседями, а кто‑то вполне может с удовольствием мерзнуть с вами в бессонную ночь, но точно не я. И никакая доплата не компенсирует моим тетушкам горе, если я сейчас простужусь, заболею и умру во цвете лет вместе с любимой шиншиллой.

Если она там до сих пор не сдохла от ужаса, естественно. Впрочем, эту светлую мысль я решила не озвучивать.

Я думала, Вестейн разозлится, даст мне по темечку и тут же, в лавандовом поле, и прикопает, но он, к моему удивлению, вздохнул:

– Ладно, в чем‑то ты права. «Ля‑ля‑ля‑маг» – это компания моего брата, Истона. У нас спор: чья фирма будет успешнее, тот получит самую большую часть родового наследства. Я думал, он полетит на драконе, но муравьи – сильный ход, а еще они могут задержать червя, если им хорошенько заплатят. Ума не приложу, как Истон узнал, что мы едем в Фейск на черве!

– Хорошо, – кивнула я. – Сейчас будет дракон. Давайте денег!

Вестейн удивленно моргнул.

– Что, и все? Эта причина тебя устроила?

– Ну да. Я выросла в большой деревенской семье, я знаю, что такое соперничество.

– Может, тогда захватишь нам еще и завтрак?

– Не наглейте.

– А это уже есть в твоих обязанностях.

– Тогда захвачу.

Получив мешочек с монетами, я припустила к мэрии, молясь, чтобы дракон был свободен и согласился отвезти голодного собрата, девицу в пижаме и шиншиллу в обмороке в Фейск.

Посреди ночи, само собой, в мэрии сидела только дежурная девушка. Вернее, она лежала, накрывшись курточкой, и сладко спала. Я испытала все виды мук совести, прежде чем ее разбудить. Сначала покашляла, потом осторожно постучала по стойке, и только когда это не принесло результата, позвонила в звонок.

Девушка резко вскочила и бешено заозиралась. С трудом сфокусировав на мне взгляд, она зевнула и поморщилась. И я правда ей очень сочувствовала. Но себе сочувствовала больше. Хотелось есть, спать, переодеться и уволиться.

– Я вас слушаю, – сонно буркнула дежурная.

– Здравствуйте! Меня зовут Аделита Монро, и я – помощница господина Винга. У нас вышла неприятность с червем, на котором мы ехали в Фейск. Его… м‑м‑м… задержали муравьи. Я могу арендовать дракона до Фейска? Я видела у вас вывеску.

– Нет. Не можете.

Девушка не проявила к моему рассказу никакого внимания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.