Исправительные работы

Глава

Павел то и дело ёрзал, силясь найти удобную позу, но стул явно делали, не задумываясь о комфорте. На кой его вообще сюда притащили?! До этого все допросы проходили прямо в камере — ИИ просто подключался к одному из дронов-охранников. Обычная практика. Нейросети непредвзяты, последовательны и легко замечают малейшее расхождение в показаниях. В этот раз дрон привычным безэмоциональным голосом велел выйти из камеры и долго водил Павла по пустым коридорам, подсказывая дорогу с помощью лазерной указки. Неужели обстоятельства дела сочли достаточно необычными, чтобы снизойти до видеозвонка? В коморке, куда его в итоге привели, не оказалось экранов или иной техники. Тусклая лампа под потолком, пара жёстких стульев, разделённых узким металлическим столом. Последний намертво прикручен к полу. Всё как в криминальном кино начала века. Из картинки выбивался только зависший под потолком дрон.

Неужели с ним будут общаться лично?! Если и так, то они не очень-то торопятся. Решили «помариновать», чтобы занервничал? Хотел бы он сказать, что ничего из этого не выйдет, но… Тишина, нарушаемая лишь тихим жужжанием дрона, давила на нервы. Так ещё из-за проклятого стула в пояснице поселилась ноющая боль. Встать и размяться не вариант — охранный бот сочтёт за неповиновение и вдарит шокером. Павел заёрзал ещё решительнее. Ничего не изменилось ни на йоту, и он еле слышно выругался. За левым ухом тут же вспыхнул нестерпимый зуд, и пальцы сами потянулись туда — чесать, яростно скребя по коже. Ногти то и дело цепляли крохотный шрам. Проклятье! Когда чип вставили в голову, Павел ничего там не чувствовал. Теперь, когда его извлекли, стоило разозлиться, и за ухом просыпался навязчивый зуд.

Усилием воли он переборол желание чесать ещё и ещё, одёрнул руку от головы и… Вздрогнул от неожиданности. В полушаге от второго стула стоял высокий незнакомец. Как он вошёл так бесшумно?! Короткие светлые волосы аккуратно зачёсаны набок, на губах — лёгкая усмешка, хотя во взгляде не читалось и толики веселья. Дрон подлетел ближе и повис у него над плечом. Охранял.

— Добрый день, господин Штольц. Прошу прощения, если напугал, — заговорив, незнакомец аккуратно подтянул к себе стул и сел. Поёрзал. Удобной позы не нашёл, но виду не подал. — Можете называть меня офицер Чжан.

Да чёрта с два это его настоящая фамилия! С такой-то внешностью!

— Здравствуйте! — буркнул Павел.

Офицер Чжан некоторое время сидел молча. Голубые, с совершенно неазиатским разрезом, глаза несколько раз меняли оттенок. Похоже, линзы дополненной реальности активно проецировали какие-то данные. Наконец, он заговорил.

— Расскажите о случившемся на «Полимер-Нова».

Станция «Нова»-то тут при чём? Он издевается?! Стоило почувствовать раздражение, и тонкий шрам за ухом вновь принялся зудеть. Не без труда, но Павел подавил желание почесаться.

— Я по-прежнему считаю, что техники были виноваты не меньше меня!

***

Пальцы Павла двигались по сенсорной клавиатуре с небывалой скоростью, но едва поспевали за скачущими всё быстрее мыслями. Такое с ним периодически случалось — приходило внезапное озарение, а вместе с ним — непреодолимое желание всё тут же проверить. В такие моменты Павел забывал обо всём, кроме работы. Вскоре он ввёл в компьютер все необходимые данные и запустил ИИ-симуляцию. Несколько секунд он смотрел на бегающие по мониторам строчки данных, не веря, что теперь остаётся только ждать. Затем отвернулся от экранов, и взгляд тут же упёрся в большую голографическую модель сложной молекулы, медленно вращающейся посреди отсека. Павел невольно залюбовался ею. Это должно сработать! Он искал подходящий катализатор уже второй месяц и чувствовал, что близок к успеху как никогда до этого…

— Я на своего парня так не смотрю, а он у меня ещё тот красавчик!

Павел еле сдержался, чтобы не подпрыгнуть — настолько неожиданно прозвучал звонкий, чуть насмешливый голос. Он резко повернулся.

— Крис! Так и до инфаркта довести можно!

Девушка стояла на пороге отсека, серые глаза задорно поглядывали на Павла из-под спадающей сверху золотистой чёлки. Небольшой коллектив «Полимер-Нова» своего юного сисадмина просто обожал. Как специалист она могла заткнуть за пояс многих более опытных коллег и с ней попросту приятно общаться — жизнерадостная, острая на язык, бойкая. Однако в этот раз Павел сразу почувствовал, что она не поболтать пришла.

— Что-то случилось?

Крис вздохнула и машинально поправила чёлку.

— Мне пришло уведомление о твоём запросе для нейросетки. Тебе не хватит токенов, чтобы завершить симуляцию сегодня.

Проклятье! Ладонь сжалась в кулак, но Павел поборол желание хорошенько почему-нибудь врезать. В эту секунду компьютер издал противный звуковой сигнал. На экране всплыло окошко с текстом: «Квота токенов исчерпана на 98%. Данные для симуляции слишком объёмны. Запрос отложен. Попробуйте снова через 18 часов».

Восемнадцать часов?!

— А теперь ты похож на моего братишку, когда ему запрещают сидеть в виртуалке, — заявила Крис.

Павел повернулся от экранов в её сторону так резко, будто собирался накинуться.

— Воу, полегче! — девушка выставила перед собой ладонь. — Ты же знаешь, я много раз писала прошение об увеличении нам квот. Это не моя вина.

Павел медленно кивнул. Квоты на токены кажутся разумной мерой, но… Они здесь наукой занимаются, в конце-то концов!

— Считай, что у тебя законный перерыв, — заявила Крис.

Павел рассеяно кивнул и медленно повернулся обратно к мониторам. Поняв, что он ушёл в свои мысли, девушка лишь хмыкнула и поспешила уйти. Технический персонал уже давно привык к чудачествам научной команды «Новы».

Уведомление о токенах по-прежнему мигало на экранах. Восемнадцать часов! Даже с учётом сна — слишком долгое ожидание. Хм. А так уж ему нужен этот чёртов ИИ?! Можно ведь спуститься на уровень ниже, в лабораторию, и провести эксперимент в реальности. Павел хмыкнул. Регламент запрещал вот так сразу переходить к работе с реагентами. ИИ-симуляция помогала избежать ошибок и существенно экономила время и ресурсы. Но сейчас-то наоборот — глупая задержка! Кого будут интересовать регламенты, если он окажется прав? Меньше получаса на подготовку лаборатории и оборудования. На сам опыт и того меньше. Ждать почти сутки?! Вот уж нет!

Спустившись в лабораторию, Павел сообразил ещё кое-что — не получится просто поручить всё автоматике. Управляющий лабораторией компьютер обязательно запросит результаты симуляций. Которых нет. Придётся делать самому. Вручную. Ха! Губы сами собой растягиваются в улыбку. Да он же соскучился по такой работе! Конечно, в расчётах и моделировании есть своя прелесть, но возможность самому повозиться в лаборатории выпадает не так часто.

Настроение стремительно улучшалось. Никаких задержек из-за дурацких токенов, приятная возня с оборудованием и реагентами, так ещё и новый катализатор может сработать! Павел представил, как предоставит доклад об успехе руководству, и заулыбался пуще прежнего. На «Полимер-Нове» он пытался решить проблему микрометеоритов, регулярно бомбардирующих обшивку станций. Идеальное решение — самовосстанавливающийся материал, но имеющаяся формула не годилась. Пробоины затягивались так медленно, что за это же время к ним успевали добраться привычные дроны-ремонтники. Нужен был катализатор, и в этот раз он, кажется, его нашёл.

Как бы Павлу не хотелось проверить всё как можно скорее, он не позволил себе излишне торопиться. Хватит на сегодня нарушенных регламентов и правил. Трижды перепроверить параметры синтеза нужного вещества. Запустить процесс, а параллельно с этим — подготовить полимерную плёнку. Выждать необходимое время, плюс одна контрольная минута. Облачиться в защитный костюм. Пора!