Дядя Петя в домике. Большой сборник рассказов.

Один, Один и ещё раз Один!

Рассказ 1.

Часы прозвенели ровно пять, и он вышел из квартиры на проспект. Пять пятнадцать? Нет! Ровно пять. И ещё минут двадцать он покружил у набережной канала, чтобы скоротать и без того мучительно долгий вечер. Упёршись взглядом в дом напротив, господин начал считать окна. Один, два, три, четыре, пять Больше? Нет! Ровно пять. Затем господин оглядел даму в паре с молодым человеком и мальчика с собакой по кличке Д., безустанно повторяя:

— Ну, хоть один, зато живой.

И дошёл господин до Гостиного двора. А там лежали на прилавке ветчина, бесчисленные варёные да жареные купаты и колбасы. Раздолье голодному глазу, а что уж говорить? И желудку!

— Сударь, одну палку колбасы, — указав рукой, он спешно полез в карман за бумажником.

— Одну не продаём. Сегодня акция «Один, один и ещё один». Берите сразу три, — замысловато ответил продавец.

— Не свежая что ли, раз по три продают? — бормотал под нос господин, перебирая купюры в бумажнике. — Но прошу позволить, зачем же мне три палки колбасы, если я один?

— Одну не продаём! — возразил продавец.

— Зачем же мне три, если меня дома «Один»! И то не всегда — с грустью он вспомнил об одиночестве, которое почему-то всё чаще приходит к нему в гости и гораздо больнее всего ранит в людных местах. Словно они служат напоминанием. Но сами, не зная, привносят в жизни друг друга флер или так уж и быть, отражение своего присутствия в судьбе господина. Как водная гладь отражает кусты да лебедей. Продавец, однозначно покрутив головой в сторону и натянув улыбку, отчего и усы как-то задорно приподнялись, спросил уже следующего покупателя:

— Чего желаете? У нас сегодня акция!

— Хорошо! — воскликнул мужчина. — Пакуйте три, да хоть шесть! Пакуйте!

И сложили ему шесть палок разной колбасы. И ветчины впридачу положили. Углицкую колбасу любил особенно наш господин и грезил ей половину пути к дому. А во второй половине остановился и надумал: «Раз я так уж одинок, то пусть мальчишка колбасы поест, собаку угостит посмеет, да барышня какая-нибудь обрадуется наверняка».

Однако вечерело. Мальчишка уже сидел в одном из тех окон, что так кропотливо считал господин. А дама и ещё другая, и с десяток похожих на него людей суетились в своих прекрасных домах и квартирах. Кто-то бегал по кухне, готовя к замечательному ужину большой праздничный стол. Но не он. Господин стоял и смотрел, смотрел, и нечаянно маленькая капля слезы прокатилась по его выбритой щеке.

На следующий день, в тот же час, он вышел из подъезда, как вдруг солнце осветило жёлтую опавшую листву. И сосед непривычно рано возвращался домой. И столь праздничным настроением он обладал, что завёл разговор и с нашим господином.

— Какое прелестное у вас пальто!

— На неделе исполнилось лет уж восемь как.

— А выглядит как новое!

— Весело в шкафу.

— А почему?

— Им разве что листья подметать да грязь собирать. До того оно длинное.

— И всё же, красивое! — его лицо приобрело приятную ухмылку, словно он съел пару шоколадных трюфелей. Закончив незатейливый разговор кивком, они разошлись.

Господин снова купил мясных изделий, кажется, тоже шесть. Не считая, он указывал пальцем на прилавок, чего бы завернуть с собой. И, зайдя на длинную набережную, увидел того прекрасного мальчишку с собакой по кличке Д. Откуда же он знал, что Д.? И всё же он скрытен, но не глуп, и его острый слух давал знать о всех уличных новостях ранее обычного.

А! Вот же! Это она! Та дама, что прогуливалась вчера, — воскликнул, пусть и вполголоса, господин. Он подошёл к даме. Её словно прозрачное платье напоминало силуэт ангела. Ангела с нежными чертами лица.

— Могу ли поделиться радостью?

— Разумеется, — приветливо ответила дама.

— Поздравьте меня, я написал статью!

— Какое прекрасное событие. Вы критик?

— Разве что своей жизни, — усмехнулся господин и отвёл глаза в сторону.

— Я купил излишне много продуктов. Не окажете ли честь забрать ту часть, что отведена вам? — Не дожидаясь ответа, господин протянул ей гостинец. Заметив, что мальчишка с уже дорогим его сердцу любимцем Д. собирается домой, он, спешно попрощавшись, побежал вперёд, запинаясь о своё же пальто.

— Подождите! Стойте! — вдруг воскликнул в полный голос господин. Мальчишка оглянулся и оттянул поводок назад.

— Добрый вечер. Что-то случилось?

— Добрый вечер, — он погладил изрядно добрую собаку Д. с золотой, как сама осень, шерстью, которая переливалась в последних лучах вечернего солнца.

— Я видел, что вы часто прогуливаетесь здесь с собакой. Я бы хотел угостить вас гостинцами, если позволите. Он протянул средних размеров корзину и поставил прямо на дорожку. Д. тут же помчался нюхать и без того прелестный аромат мясных угощений.

— Я приобрёл непозволительно большое количество продуктов.

— Почему же вы сами не съедите?

— Поскольку я живу один, то и трети от целого мне будет много. Прошу, угощайтесь сами и, конечно, дайте отведать и прелестному Д.

— Благодарю.

Не раз ещё они виделись, гуляя по набережной. Д. теперь, узнавая господина, бежала радостно навстречу. Мальчишка, проходя мимо, желал доброго вечера. А дама мягко преклоняла голову в ответ. И так неделя за неделей почему-то расцветал осенний Петербург. Дожди окатывали улицы вместе с людьми, листья мешались под ногами, — то и дело слышал он от прохожих. А в его глазах воцарила удивительно золотая осень, и солнце выглядывало каждый вечер, словно ожидая следующего выхода господина.

На импровизированной ярмарке, которая простояла две недели, теперь уже приятели набрали свежего рассыпного чая. Больше восьми тканевых мешочков упаковали им с собой. Лёгкий звон посуды слышался сквозь зал. Фарфоровые чашки с блюдцами известного завода и чайник то и дело шатались в руках мальчишки. И в кухне с большими окнами в грозу раздавались отзвуки молний. Будто и они хотели ворваться в тёплое пристанище на чай.

— А молния не проберётся к вам в квартиру? — взволнованно спросил мальчик.

— Разве что шаровая, — серьёзно ответил господин, а затем посмеявшись продолжил, — Да откуда ж ей тут взяться? Окна-то закрыты, — заверил он друзей.

Вдруг дама приподнялась с места и взяла со стола тонкую рукопись из пары листов.

— У меня для вас подарок, — слегка улыбаясь, произнесла она, — это рассказ о вас. И я бы хотела его прочитать.

Она неторопливо, слово за словом, вела глазами по листу, будто объясняя ученикам урок. Прошёл час, второй. Они выпили уже весь чай, и дама окончила прозу.

— Дурацкий рассказ, — сказал господин неожиданно для себя, словно мысль вырвалась вслух.

— Как же? Так обзываете, будто и не вы герой произведения! — Возразил мальчик.

— А я герой?

— А как вы думаете? — Загадочно улыбнулась дама.

— А что ж с того, если и впрямь дурацкий? — теперь уже со смехом озвучил мальчик.

Его звонкий голос так развеселил приятелей, что они все безудержно начали смеяться. Давно, да кажется, никогда не видела эта квартира столь радостных людей.

— Вы по-прежнему несчастны? — жалостно вопросил мальчик, краснея и волнуясь в ожидании ответа.

— Вы по-прежнему несчастны? — Повторила вслед за ним дама.

— Счастлив! Как не был никогда!

Конец.

2025г.

Рассказ 2 .

(Не)Известный человек

Неизвестный человек встаёт в 4 утра, просыпаясь и того раньше. Он чистит зубы и заправляет кровать, чтобы лечь в неё снова. Неизвестный человек, а ныне известный, думает наперебой, где кофе стоит, где кухня, а где балкон, ведь квартиру он видит раз в один век. Образно говоря, разумеется.Неизвестный человек, а ныне известный, смотрит в зеркало, как в окно. Себя он там не видит, а кто-то другой глядит на него. Кто-то более старый, или более усталый? Более зрелый, точнее сказать! Ему уже давным-давно не двадцать пять.

Неизвестный человек, а ныне известный, жизнью доволен и знатно гордится ею! Да только пресытился всей. Неизвестный человек стал известным, плоды трудов пожиная. Известный человек сел на кровать и вздумал вспомнить о чём мечтал. Сбылись ли мечты? А много их было? Немного, всего лишь одна. И всё принесла, и всё сбылось, да только один он, как и его мечта.

Неизвестный человек, а ныне известный, открыл ящик письменного стола, а из него взлетела, как птица, маленькая записка одна. А этот человек удивлённым взглядом разглядел надпись на ней. Взял её в руки, эту записку, и сел на кресло за столом. Он прочитал её, и горько стало на душе неизвестного человека. И встал тихонько он, и вышел из залы, глазами всё так же что-то ища. А мир показался ему бесконечным и необозримым одним взглядом. А может быть, молодость искал, а может кого-то иного, подумай, не ты ль тот человек?...

"25"

Я не писатель, н и поэт ,

Не знаю цифры 25 .

Мне далеко до этих лет ,

Всю юность гордую шагать .

Цветок увял, погасли свечи ,

А я ломаю рифму, стих.

Пройдут года, ступает вечность

25? Нет. Уже старик.

25 октября 2020

Конец.

2026 г.

Рассказ 3 .

Ангел в округах П.

Один из Ангелов, что сошёл с купола Казанского Собора, бродил по городу, по старым площадям. Набрел на красный замок с зелёной крышей, да там и остался, поскольку выбраться не смог, держало его что-то.

В новогодние праздники там устраивали торжественные вечера, смех лился рекой, и звёзды сияли в небе. Только одна маленькая девочка всё рассматривала удивительно сказочные убранства. Выйдя из комнаты с гостями, она поднялась по широкой лестнице и пошла гулять по замку одна.

Во дворце на праздничной ели кружилась юлой маленькая фарфоровая балерина в нежно-голубой пачке, опоясанной сиреневой корсажной лентой. Плотная ткань свисала до самого пола, непривычно завиваясь в кудри. Шаги позади услышала девочка, лента на её глазах раскрутилась, как крысиный хвостик, и затем приняла свою тугую форму вновь. Большое окно залы распахнулось, и снежная метель задула свечу в её маленькой ручке. Девочка вскрикнула тонким голоском от страха и спряталась у стенки прямо за колючее дерево. Интересу её не было предела, она то и дело водила до глупости смешными глазками по тёмному залу, то вглядываясь в углы, то жмурясь и кряхтя в предчувствии испуга. Белый, почти молочного цвета силуэт выбежал из другой комнаты, слегка паря над полом почти в сантиметре. Он спешно закрыл окно рукой, поднял упавшую с подоконника вязаную белую салфетку и поставил под горшок с фиалками, которые только распустились в лиловом цвете. Шорох послышался за ёлкой, ветви гуляли одна за другой, и дерево пошатнулось в сторону. Силуэт оглянулся, рассмотрел праздничный атрибут, а затем, повернувшись другим боком, медленно подплывал к новогодней ели. Он подошёл ближе и чуть было не запнулся о игрушечную балерину, она едва ли не разбилась. Он склонился и поднял взял игрушку одной рукой, а из-за ветвей на него смотрели два милых детских глаза. Силуэт опешил и засуетился, как вдруг дверь открылась, а женский голос протяжно звал:

— Настя, ты где? Пора домой!

Силуэт вместе с игрушкой мигом испарился в другую комнату. А девочка, выйдя из-за ёлки, отряхнула кружевное платье, да колготки и побежала на голос. Запах хвои шлейфом нёсся за ней.

В Михайловском замке, мимо которого родители вели её домой, целую неделю шёл праздник, дяди и тёти, родственники, друзья собирались в нём. И только одной Насте нужно было раньше всех явиться домой, чтобы вовремя лечь спать. Дабы не пропустить мнимые уроки фортепиано по утрам, а затем до самого заката играть в саду. Павлина Георгиевна, будем называть её так, со слов детей, конечно, рассказывала много чего интересного на музыкальных уроках своих. Да вдруг, почти как нарочно, зашла о легендах петербургских речь. Что ходят призраки императорских особ по старым домам, да чаю испивают с гостями. Взяла она в руки чашку с блюдцем да начала показывать, как правильно пить чай.

— Вот так! — она оставила блюдце на коленях, взяв чашечку тремя пальцами, аккуратно прислонила к губам.

Вечером девочка проходила мимо Михайловского замка, высматривая приведение Павла I или Петра I.

— Да кто ж это мог быть?! — думала она, — Кто-то очень д-добрый?...

В следующий вечер Настасья снова сбежала от родителей в загадочную залу, украшенную гирляндами с большими жёлтого цвета лампами. Только вот они совсем не светили, кажется, нить и вовсе была отключена от электричества.

— Точно! Вон и вилка валяется на полу! — сказала девочка и указала кукольно-пухлым пальчиком на провода.

Она ещё раз оглядела потолок с запылённой, но вполне себе ухоженной люстрой, с которой свисали почти прозрачные капли хрусталя. Время близилось к знаменательному часу, девочка опомнилась и поспешила приступить к делам. Подставив к подоконнику стул, она открыла настежь окно. Вязаные салфетки разбросала по полу, а с нижних веток сняла и разложила по углам ёлочные игрушки. Вдруг часы неожиданно рано пробили званный час. Настасья оторопела, но шустрыми перебежками добралась до угла, в котором была одна единственная розетка.

Что-то странное творилось там за стеной. Молочный силуэт выскользнул из соседней комнаты! Он что-то бормотал и, кажется, даже ругался себе под нос. Он захлопнул окно так, что стекла задрожали, а игрушки на полу подпрыгнули! Он обернулся и в ужасе схватился за голову!

— Что же это такое? — воскликнул силуэт тонким голоском, затем оправился и продолжил, — Кто! Кто натворил такой кошмар?! Хозяева? Ну! Ну я покажу им как!... Как?...

Он дошёл до ёлки, подбирая игрушки, закрутил обратно ленты на поясе балерины и поднял салфетки. По земной традиции он вытер лоб, выдохнул и сел прямо в воздухе, словно на кресле. Одна игрушка блеснула у стены фольгированной обёрткой, он встал и потащился к ней, устало перебирая ногами. Тут зажглась гирлянда! Светом окатило зал, одна за другой разгорелись жёлтые лампы, словно свечи на торте. Молочный силуэт удивлённо наблюдал за каждой загорающейся лампочкой, затем вдохнул и обрёл человеческий облик.

— Ты кто такой? — спросил тонкий голосок.

Силуэт опустил взгляд и разглядел ребёнка, надо же, девочку! В недоумении он растерялся и отошёл от игрушки, сделав несколько шагов назад.

— А вы? Вы разве не знаете, что без взрослых одной гулять в странных местах нельзя?

Девочка молча кивнула, подняла игрушку и сжала в руках.

— А если бы... — продолжил он, — Если бы на тебя упала ёлка! А если бы продуло сквозняком? А вдруг, ты вывалишься из окна? И кто в этом будет виноват?

— Кто?

— Я! — силуэт взял из её рук игрушку и пошёл к ёлке.

— А кто вы? Вы хозяин этого замка? — переминая пальцы, спросила она, — Вы здесь погибли и поэтому навсегда останетесь бродить среди коридоров, потому что не можете найти покой?

— Почему? — удивлённо обернулся он.

— Ну так во всех сказках написано, легендах, историях там...

— Попроси родителей не читать тебе сказки.

Силуэт повесил игрушку на самую верхнюю ветвь, воспарив над полом, затем спустился и оглядел ёлку.

— Красивая! — поджав руки, сказал он, — Два дня украшал! И хоть кто бы «Спасибо» сказал.

— Спасибо.

— А?

— Спасибо, говорю, — подошла к нему Настасья.

— А, не за что, — он склонил голову, но вспомнил о времени и лёгким парящим шагом помчался в комнату за стеной.

— Подождите! Стойте! Нет! Куда вы бежите? А ну стоять! — бойко кричала девочка ему вслед.

— Ну что ты пристала? Иди, прогуляйся до родителей.

— Нет!

— А то я тебя сам доведу!

— Ведите!

— Не могу!

— Почему?

— Потому что, в сущности, э-э-э... меня вроде бы никто, ну... не видит? Не видел, во всяком случае, до этого вечера.

— А как вас зовут?

— Я - Ангел.

Силуэт остановился прямо у дверной арки и, застыв в шаге от полутьмы, припомнил одну историю, которая произошла давным-давно... Настасья коснулась его прозрачной ноги маленькой ладонью, и холод пробежал мурашками по руке.