Ян Орос

КОШЕЗАВЫ, ИЛИ ИСТОРИЯ ПРОШЛОЙ ЖИЗНИ КОТА БАТО

Аннотация

УДК 821.161.1-93

ББК 84(2Рос=Рус)6-44

Орос Я.

Кошезавры. История прошлой жизни кота Бато / Я. Орос. – М.: Экспо, 2026.: илл.

ISBN 978-5-00269-287-3

Что если у котов есть тайная история прошлых жизней, о которой их хозяева даже не подозревают?

В этой книге кот Бато рассказывает своей хозяйке о самой необычной из них. Будучи уличным котом, он оказывается на городской свалке – опасном мире, где правят псы и крысы, а выживание требует смелости и хитрости. Там он встречает нового друга – отравленного химическими отходами кота Фрэнка и его странных детёнышей – кошезавров, которые однажды загадочно исчезают. В их поисках Бато проходит через множество испытаний, выпускает мутантов из лаборатории, попадает в плен гигантских крыс, знакомится с разными странными существами, обитающими в скрытых от человеческих глаз местах. В конце концов ему приходится отправиться в Царство теней, чтобы вернуть к жизни маленького и очень милого кошезавра по имени Рик. Удастся ли ему выжить и возвратиться обратно?

Введение

Посвящается моим детям, Луке и Софии,

моим внимательным слушателям,

благодаря которым родилась эта история.

– Бато, что будет с тобой, когда ты умрешь?

– О, этого никто не знает. А что? Я тебе уже надоел?

– Нет, что ты! Просто все когда-то умирают.

– У кошек это не совсем так, мы умираем и снова рождаемся, и так – 9 раз.

– А потом что?

– Потом мы попадаем в Царство Аида, врата которого охраняет плешивый пёс Цербер.

– И что дальше?

– Ничего, он не дает нам туда зайти, съедает целиком и полностью.

– Какой ужас! Он такой жестокий!

– Нет, просто очень голодный. Раньше люди подкармливали его медовыми пирогами, когда ходили в Аид на экскурсии, но теперь вход туда забыт, и бедолаге ничего не остается, как питаться несчастными котами.

– И совсем ничего нельзя сделать?

– Раньше можно было подкупить Цербера какой-нибудь вкуснятиной, как я сделал в прошлой жизни, но теперь, говорят, без QR-кода туда не пройти.

– Ты был в Царстве Аида?! Зачем же ты пошел туда?

– О, это долгая история, которую нельзя рассказывать.

– Нет, расскажи сейчас же!

– Боюсь, что не получится, ведь ты не посвящена в таинства жизни уличных котов.

– Тогда посвяти меня!

– Не могу.

– Тогда я не буду тебя больше кормить.

– Нет, не говори так, это слишком жестоко. Знала бы ты, как много я голодал в своих прошлых жизнях.

– Тогда что мешает тебе посвятить меня в таинства?

– Ты еще слишком мала, а рассказ мой слишком длинный, местами грустный, местами страшный.

– Обещаю, что не буду бояться, только расскажи! Ну пожалуйста…

– Ладно, уговорила, расскажу немного. Мне придется начать со своего раннего детства, поведать про друзей и врагов, про кошезавров и бегство мутантов из лаборатории, про подземное царство гигантских крыс и коварного чародея Бира, про порталы в страну динозавров. То будет долгая история, которая займет не один вечер, и, может быть, потом я смогу тебе рассказать что-нибудь и про Царство Аида. Ты готова слушать?

– Да!!!

– Ох, горе мне горе, никогда еще уши человека не оскверняли таинства прошлых кошачьих жизней.

Глава 1

Вырываясь из пасти смерти

Отца своего я никогда не видел, а мать свою я помню лишь по запаху молока и теплу ее мягкой шерсти, в которой я находил убежище от зимних морозов. Её не стало, когда мои глаза только-только начинали отличать свет от тьмы, а зубы еще не знали грубой пищи. И напрасно я кричал и звал ее своим пронзительным звонким голоском, в надежде, что она отзовется откуда-то издалека и снова окутает меня теплом и уютом. Что с ней случилось, я не знаю, но когда в третий раз свет сменил тьму, голод побудил меня выбраться из укромного жилища и пойти в страну незнакомых и таинственных запахов. Через небольшую щель я вылез из подвала дома и впервые оказался на улице.

Ощущение сырости и холода щекотливо пробежало по моей спине, захотелось вернуться обратно, но меня манил запах чего-то съедобного, и вскоре он привел меня к огромным мусорным бакам. Я был слишком мал, чтобы запрыгнуть внутрь, поэтому долгое время приходилось довольствоваться тем, что оттуда вываливалось, когда они переполнялись. В те далекие дни гигантский железный монстр-мусоровоз был чуть ли не главным моим врагом. Иногда он посещал наш двор слишком рано, и тогда я оставался голодным на несколько дней. Я с завистью наблюдал, как взрослые коты ловко заныривали внутрь и подолгу оставались там, выбирая все самое свежее и вкусное. Пробовал залезть туда и я, но еще долгое время мне не хватало ни роста, ни силы лап.

Одним ранним весенним утром мне удалось в прыжке зацепиться за верх бака, повиснув на передних лапах. Изо всех сил, проворно перебирая задними конечностями, я упрямо карабкался, и в конце концов забрался на край и через мгновение, потеряв равновесие, грохнулся внутрь. Моей радости не было предела, я готов был там жить, но пир длился недолго. Неожиданно надо мной навис старый облезлый кот и яростно прошипел:

– Это мой бак, вон отсюда, пока я не разорвал тебя в клочья!

Я испугался, выскочил наружу и помчался обратно в свой темный укромный подвал, неся в зубах свой первый деликатес – склизкую колбасную шкурку. Я до сих пор помню какая она была на вкус, будто съел ее вчера!

Несмотря на предупреждение старого кота, я все же продолжил наведываться в тот бак. Конфликт был неизбежен, и он случился ночью, когда я задержался там непозволительно долго.

– Опять ты! – прохрипел хозяин бака, свирепо сверкая глазами. – Я же говорил тебе не приходить сюда. Теперь тебе конец!

Он обрушился на меня сверху камнем, как орел налетает на мышь, в одно мгновение прижав своим тяжелым телом, и я ощутил его горячее зловонное дыхание прямо у меня на шее. Наверное, мне настал бы конец, если бы мусорный пакет подо мной внезапно не лопнул, подарив мне шанс на жизнь. Выскользнув из вражеских когтей, я стал яростно бороться. Клубы шерсти и куски мусора вихрями смерча кружили вокруг нас, когти хрустели, зубы скрипели. В конце концов старик сдал. Обессилев, он рухнул трухлявым деревом, настолько внезапно и неожиданно, что я на мгновение потерял его из вида. Он лежал, тяжело дыша, у моих ног, его сердце часто билось, и я готов был упасть рядом, но радость спасения возвращала ко мне силы. Прежде чем покинуть злосчастный бак, который чуть ли не стал для меня могилой, я вплотную приблизился к поверженному противнику и, высокомерно поставив на его ослабевающее тело лапу, произнес:

– Знай же, что тебя победил молодой кот по имени Бато. Теперь это мой бак.

Внезапно глаза старика открылись и пронзили меня каким-то странным взглядом, идущим сквозь. Внутри все содрогнулось, и меня охватил необъяснимый страх. Я отдернул лапу и попятился назад. Тихим, еле слышным, но полным уверенности голосом, старик прошипел:

– Да будь ты проклят, Бато!

Я выскочил из контейнера и помчался прочь по пустынному двору, но взгляд старого кота продолжал преследовать меня, мне казалось, будто его тень гонится за мной. Еще долго я не мог избавиться от этого ощущения, время от времени мне казалось, что кот наблюдает за мной из темных щелей в фундаментах домов. Лишь спустя несколько месяцев я смог стереть из своей памяти неприятное воспоминание пронизывающего взгляда.

Прошел год, я вырос, став самым крупным котом во дворе. Уже никто не мог помешать мне нырять в контейнеры в любое время, поэтому мне доставались самые лакомые кусочки. Эх, и что я там только не находил: вкуснейшие колбасы, сыры, кости, обросшие мясом. Вдоволь наевшись, я проводил теплые летние вечера в веселой компании дворовых кошек и котов. В это время я чувствовал себя по-настоящему счастливым, и, казалось, жизнь так и будет течь светлой рекой радости и изобилия до самой старости, но неожиданная случайность внезапно изменила все.

Однажды ночью я забрался вглубь того самого злосчастного бака, пытаясь добраться до ароматного пакета, лежащего на дне. Когда мои зубы жадно вцепились в склизкую ароматную куриную грудку, послышался грохот. В испуге я начал выкарабкиваться наружу, но мои лапы беспомощно вязли в рыхлых пакетах. Откуда ни возьмись передо мной снова возник взгляд того самого старого кота, и меня охватила паника. Я беспомощно метался из стороны в сторону, не понимая, где верх, а где низ, тем временем какая-то непреодолимая сила поднимала меня вместе с баком высоко-высоко, и, на мгновение остановившись, внезапно опрокинула вместе со всем содержимым. Я покатился кубарем, словно с горы и рухнул в бездну мусорных пакетов. Чем больше я старался выбраться, тем глубже проваливался внутрь, словно в болото. Вскоре я почувствовал, что меня везут неизвестно куда, я сдался и замер в ожидании. Изнурительно долгая дорога закончилась тем же, с чего и началась: я ощутил, что снова поднимаюсь в воздух и съезжаю куда-то вниз вместе с моими соседями, мусорными пакетами.

Приземлившись в мягкую гущу мусора, я осмотрелся вокруг: груды благоухающих отходов тянулись далеко вдаль и уходили за горизонт. У меня закружилась голова от их ароматов. «Рай, настоящий кошачий рай!», – промелькнуло у меня в голове. Страх перед неизвестностью уступил место восторгу и любопытству, лапы проворно и легко понесли меня от одной кучи к другой. И чего там только не было! Когда я вцепился зубами в первую попавшуюся жирную колбасу, приправленную порядочным слоем ароматной плесени, я вдруг почувствовал, что за мной кто-то наблюдает.

Собаки, крупные, откормленные, длинные и массивные, пристально смотрели на меня, замерев от любопытства и удивления. Запах их шерсти, поджаренной на палящем летнем солнце, неприятно ударил мне в нос, перебив аппетит, и в тот же миг в голове промелькнуло «беги». Еще бы одно мгновение, и одна из этих бестий накинулась бы на меня, но я вовремя нырнул в ближайшую кучу и, словно мышь, стал пробираться вглубь мусора. Сверху был слышен недовольный лай и завывания, хруст когтистых лап и частое прерывистое дыхание. Я проворно пробирался вперед, с упорством крота прорывая себе туннель спасения. Вскоре я понял, что ушел от погони, но все же продолжил сидеть в укрытии, боясь показаться наружу. И только с наступлением ночи, я высунул голову. «Время пришло, – подумал я, – теперь собаки меня точно не поймают».

Я отправился в гастрономическое путешествие по бескрайним просторам кошачьего рая, но оно длилось не долго: вскоре проснулись другие враги кошек – крысиные братства. Одна крыса – это не беда, но когда их много, и они набрасываются сзади, сбоку, сверху, с ними в одиночку не совладать, а я был один в окружении этих ужасных существ. Зная очень хорошо их повадки, я ринулся в сторону и пропал во мраке ночи.

Среди безжизненных, высохших, разорванных мусорных пакетов сидел я в одиночестве где-то на окраине кошачьего рая, на душе было холодно, грустно и темно. Вечером мои друзья коты собирались по обыкновению вместе, пели друг другу песни о своих былых приключениях под сладкое мурлыканье кошечек, а я был здесь совершенно один, и даже некому было поведать все, что произошло со мной сегодня. «Ладно, – подумал я, – найду я и здесь себе компанию». С такими мыслями я зарылся поглубже, чтобы меня никто не нашел, свернулся в комочек и уснул.

Глава 2

Уродливый друг

Мое первое утро на свалке началось неожиданно рано – с грохота подъезжающих мусоровозов. Словно назойливые мухи, они слетались со всего города и тревожили мой сладкий утренний сон. Но вот все стихло, мои глаза снова сомкнулись, мое тело свернулось плотным калачиком, и я уже начал было видеть первые сны, как вдруг почувствовал, что становится слишком жарко. Утренние лучи летнего солнца нагрели мусор так сильно, что мне стало совсем нечем дышать. Когда мусор раскаляется, он становится по-особенному пахучим, и, к моему невезению, в куче, где я заночевал, запахи были совсем невыносимы. Видимо, ее содержимое было уже не второй и даже не третьей свежести, а какой-то запредельной тухлости. Спать стало тяжко, я проворно выкарабкался наружу, и, стряхнув с себя закостеневшую кожуру фруктов и картофельные очистки, тотчас же пустился в путь.

Проворно перепрыгивая с пакета на пакет, я оглядывался по сторонам в надежде увидеть хоть одного кота, я глубоко втягивал воздух, пытаясь уловить тонкий аромат кошачьей шерсти, но крепкий запах залежавшегося мусора перебивал все вокруг. Внезапно в нос ударил какой-то странный сладко-горький аромат чего-то неизвестного, я втягивал воздух все больше и больше, пытаясь разобрать, что же это могло быть, но тщетно. И тогда я решил идти прямо на этот запах. Было страшно, но любопытство пересиливало страх, и я крался по следам этого странного аромата. Наконец мой взгляд остановился на проворно двигающемся кончике хвоста, который уж очень походил на кошачий. Через несколько прыжков я был уже рядом. Но то, что я увидел, совсем не порадовало меня, я содрогнулся и мгновенно отпрыгнул в сторону.

Существо, стоявшее передо мною, выглядело устрашающе: шерсть его практически выпала, обнажив костлявое туловище зеленоватого оттенка, длинная шея незаметно переходила в продолговатую лысую голову, а спина была покрыта странными наростами. «Ой, какой уродец», – подумал тогда я, еще не предполагая, что уже совсем скоро это создание станет моим лучшим и единственным другом. Уродец посмотрел на меня, вытянув свою длинную шею, и произнес приветливым голосом:

– Мяу.

– Кто ты? – прошипел я, презрительно прищурив глаза.

– Меня зовут Фрэнк. Я – кот, как и ты. Я вижу, тебя пугает мой вид, но еще не так давно я был красивым пушистым котом, чем-то похожим на тебя.

– И что же с тобой стало? Тебя покусали ядовитые блохи? Или ты побывал в плену у крыс? А может собаки пытались съесть тебя, но тебе удалось вырваться? – произнес я насмешливо, все еще не веря, что передо мной и вправду кот.

– Ох, нет, все гораздо, гораздо печальнее и загадочнее, – сказав это, Фрэнк опустил взгляд и отвернулся, немного помолчав, продолжил, смотря куда-то вдаль. – Когда-то я был самым красивым котом в этом месте, у меня было много друзей и подруг. А теперь посмотри, что со мной стало!

– Да, ты выглядишь как оживший полусгнивший труп кота.

– И все потому, что однажды в то место, где я спал, зарывшись в мусор, вылили зловонную жижу из странных машин, – произнес он с обидой, яростно сверкнув глазами. – Ты и сейчас можешь ощутить ее запах, он не покидает меня ни на минуту. Ох, надо было сразу бежать, бежать подальше, но я не смог покинуть это место, ведь оно считалось самым лучшим кошачьим пристанищем на всей городской свалке, еще мой дед завоевал его для нашей семьи.

– Неужто тебя нельзя вылечить?

– Говорят, это уже необратимо. Я посетил лучших врачекотов на свалке, все они лишь покачивали головами и говорили, что кошачья наука никогда не сталкивалась с такими странными недугами. Но я знаю, что я не одинок, здесь бывают и еще более странные существа. Но что делаешь здесь ты, молодой и красивый, в этом убогом месте?

– Я приехал сюда вчера в кузове мусоровоза. Сначала меня почти поймали псы, а потом напали крысы. Посмотри, теперь у меня не хватает волос на кончике хвоста.

– Ох, это все ерунда, – тяжело вздохнул Фрэнк, – знал бы ты, как это больно, когда у тебя вылезает вся шерсть, когда у тебя вытягивается шея, и искривляется голова.

Действительно, на собеседнике совсем не было шерсти. Последние волосы грубо торчали на кончике хвоста, а шея казалась длиннее обычной кошачьей, может быть, если бы на ней были волосы, она бы и сошла за обычную, но сейчас она напоминала змею, только что проглотившую жертву.

– А знаешь, что самое ужасное? – произнес Фрэнк нерешительно. – Недавно я стал отцом шестерых котят, и все они такие же уродливые. Кошка-мать сбежала в первый же день, испугавшись их вида, теперь я не знаю, что с ними делать.

От этих слов мою душу внезапно охватила грусть, я вспомнил свое голодное детство в одиночестве, в холодном сыром подвале, и мне стало ужасно жалко этих бедолаг. Я решил, что обязательно должен им помочь.

– Ты хотя бы кормишь их, Фрэнк?

– Пытаюсь, но они не хотят есть то, что ем я. Мне кажется, им нужно что-то свежее.

– Как же так, выходит они у тебя голодные!

– Да, и я совсем не знаю, что с этим делать.

– Покажи мне их, мне не терпится с ними познакомиться.

Фрэнк замешкался, его хвост недовольно дернулся, казалось, он чего-то опасается, но внимательно посмотрев на меня и немного подумав, он все же согласился.

– Хорошо. Ты же здесь новенький, никого не знаешь, поэтому ты никому не расскажешь, где они живут, верно?

– Конечно. Зато я смогу тебе помочь прокормить их.

– Тогда пойдем, – произнес Фрэнк нерешительно. – Хотя, подожди, давай отправимся туда с наступлением темноты, по крайней мере нас не так просто будет заметить.

– А ты уверен, что они доживут до вечера?

– Конечно, ты даже не представляешь, сколько в них сил и энергии.

– Тогда пойду раздобуду для них что-нибудь съедобное, – решительно произнес я и отправился на поиски пропитания.

Я шел туда, куда вел меня мой чуткий опытный нюх, натренированный голодом. Пакеты становились все более и более свежими, многие из них уже были вскрыты воронами и собаками и волнами махрились на ветру, другие лежали нетронутыми, их черные спины блестели под лучами яркого дневного солнца. Запах свежих деликатесов становился все сильнее и сильнее, но как только мой живот застонал в предвкушении банкета, мой нос учуял нечто инородное. Я остановился и замер – пахло псами. Со всех сторон один за другим начали появляться искривленные хвосты, они выныривали словно хорьки и снова исчезали за холмами мусора. Я прижался к земле и продолжил осторожно красться вперед на полусогнутых лапах, будто собираясь напасть на мышь, пока не оказался около семейства недавно привезенных мешков. Проворно вспоров когтем ближайший из них, я нырнул с головой внутрь, и мне очень сильно повезло: там была целая стайка зелёных сарделек, слизистых и ароматных. Ах, какой деликатес! Не зря мой чуткий нюх привел меня сюда. Закусив покрепче хвостик от сарделек, я потащил их туда, где мы расстались с Фрэнком. С трудом я нашел то место, слишком много было резких запахов, мешавших двигаться по следу. К сожалению, моего нового друга там не было. «Он не мог бросить меня и уйти», – подумал я.

– Фрэнк! Фрэээээнк! – Протяжно позвал я его. И тут я увидел знакомый обглоданный хвост, змеей извивавшийся над мусором. Да, это должно быть он! Я ринулся в его сторону, перепрыгивая с пакета на пакет, и вскоре оказался рядом.

– Ты что, не слышишь, как я тебя зову? – недовольно произнес я, положив сардельки рядом.

– О, какое лакомство! Это всё мне? – радостно воскликнул Фрэнк и уставился на добычу, словно хищник на пойманную жертву.

– Нет, друг, это всё для твоих детишек.

Фрэнк тяжело вздохнул и, с неохотой отведя голодный взгляд от сарделек, произнес:

– Хорошо, давай попробуем скормить им это, но если они откажутся, обещай, что отдашь все мне.

Я согласился, и Фрэнк, махнув своим облезлым хвостом, ловко перескочил на соседний мешок, и повел меня по запутанным лабиринтам в свое логово.

Глава 3

Странные дети Фрэнка

Тьма начала окутывать городскую свалку, поспешно скрывая все ее неряшливые изъяны. Погрузившись во мрак, она стала походить на поверхность какой-то иной планеты, покрытой то ли болотными кочками, то ли холмиками-жилищами гномов, из которых тут и там выглядывали чудные существа. Я с любопытством рассматривал их странные силуэты, стараясь при этом не отставать от моего шустрого проводника.

В самом неприглядном месте, куда бы не забрался даже самый забитый кот, стоял большой полусгнивший ящик, черный от плесени и дурно пахнущий.

– Что это, Фрэнк? Ты не мог найти получше жилище своим выкормышам?

– Нет, это единственное, что подошло им по размеру.

Я заглянул внутрь и застыл от удивления: на дне ящика суетливо копошились пятеро невиданных существ. Они фыркали, пыхтели, попискивали, неуклюже тыкались мордочками друг об друга, совсем как обыкновенные котята, но при этом кошачьего в них было очень мало. В глаза бросалась их грубая, пупырчатая кожа, она плотно обтягивала их пухлые тела, выделяя массивные кости позвоночника. На спине одного из них виднелись бугры-наросты, другой имел такие же, только на хвосте. Лапы у всех были толстые, короткие, с когтистыми пальцами на концах. Лишь ушастые головы, слегка покрытые короткой ворсистой шерстью, делали их чем-то похожими на котят.

Много странных созданий породила земля, но эти превзошли все мои ожидания. И, быть может, я бы оставил их на произвол судьбы, удовлетворив свое любопытство и не питая к ним ничего, кроме омерзения, если бы один из них не поднял голову и не посмотрел на меня своими большими голубыми глазами цвета ясного летнего неба. В его грустном, обреченном взгляде вдруг появился отблеск надежды, я замер, будто опасаясь вспугнуть это мимолетное мгновение чуда, но еще не окрепшая шея детеныша оказалась не в силах долго держать столь тяжкую ношу, и его голова рухнула вниз. Уставший малыш пролежал без движения еще какое-то время, а потом снова начал хаотично скитаться по дну ящика. Я еще долго пристально всматривался в его неуклюжие движения, ожидая, что он снова посмотрит на меня, прежде чем нашел в себе силы заговорить с Фрэнком:

– А где же шестой? Ты же сказал их шесть.

– Это очень-очень грустно, но шестого я потерял, а он был так похож на меня.

– Он умер?

– Нет, сбежал.

– Не удивительно! Ведь им же здесь так мало места. Нужно найти им жилище побольше. К тому же, Фрэнк, ты их явно не докармливаешь.

– Ты же знаешь, проблема в том, что они ничего не едят. А насчет жилища ты прав, я уже не раз думал об этом.

– Просто ты их кормишь объедками, поэтому они и не едят. Никто не в силах устоять перед ароматом упругих склизких сарделек второй свежести. Сейчас ты увидишь, какой аппетит у твоих изголодавшихся выкормышей.

С такими словами я бросил лакомство на дно ящика, но детеныши вместо того, чтобы жадно накинуться на него, как подобает подрастающим хищникам, лишь лениво слизали зеленоватый налет плесени, потом отвернулись и продолжили ко- пошиться.

– Этого не может быть, Фрэнк, они не едят даже свежайшие деликатесы!

– А я тебе о чем говорил? Теперь убедился в этом сам?

– Но ведь так они умрут! Их нужно срочно кормить.

– Только чем?

– Знаешь, Фрэнк, не обижайся, но они совсем не похожи на тебя. Я думаю, они вообще не твои дети. Нужно срочно выяснить, что это за существа, и что они едят.

– Интересная идея, но как ты ее осуществишь, Бато? Ты же неграмотный и совсем не разбираешься в экзотических видах животных.

– Да, ты прав, но в городе есть очень много умников. Они слушают разговоры своих хозяев и становятся выдающимися котами-мыслителями. Они важно ходят по улице и пренебрежительно смотрят на нас, уличных бродяг.

– И где же ты таких найдешь?

– На улицах города!

– И как же ты туда попадешь?

– Так же, как попал сюда, я отправлюсь туда на одной из тех машин, которые привозят мусор. Я найду кота-умника, и узнаю у него, кем являются эти странные создания.

– Хорошо, тогда я пойду искать им новый дом, в этом им будет уже скоро очень тесно.

– Как же ты оставишь их совсем одних? Они издают такие странные звуки, боюсь, кто-то может услышать их и найти.

– Не переживай, в это место не заходят даже самые отчаянные коты.

Сказав это, Фрэнк проворно нырнул в ящик и ловко выхватил зубами связку сарделек, которую я заботливо добыл для его детей, но меня это уже не интересовало, потому что вдалеке я заметил одну из тех машин, что привозит мусор, и стремительно кинулся к ней.

Глава 4

Счастливый кот-умник

Мусоровозы прибывали один за другим, шумно и неуклюже опрокидывали свои пахучие кузова и поспешно уезжали. Место оказалось очень опасное: на свежий мусор сбегалось много собак. Именно они претендовали на всё самое свежайшее и вкусное. «Да, не просто будет осуществить задуманное», – подумал я, в отчаянии провожая взглядом удаляющиеся машины. И вдруг у меня созрел план: «Если я не могу запрыгнуть в мусоровозы там, где они разгружаются, я сделаю это подальше, там, где они покидают это место», – решил я. Подъехала очередная машина, неряшливо опрокинула свой кузов, встряхнула им и начала отъезжать. Я бросился к ней, но она опередила меня, стремительно набрав скорость. Я бежал изо всех сил, и как только на первом повороте машина замедлилась, я вскочил прямо на нее, но моим когтям некуда было зацепится, и я рухнул на землю.

Следующий мусоровоз я уже встречал лицом к лицу. Водитель, увидев меня, притормозил и посигналил, я отскочил в сторону, и когда машина медленно проезжала мимо, я прыгнул на ее выпирающий бампер, оттолкнулся от него и ловко пробрался внутрь. В кузове было пусто, темно, холодно, сыро и как-то по-особенному одиноко. Лишь запахи мусорных пакетов призраками блуждали вокруг меня, обостряя и без того сильное чувство голода. Рев двигателя разогнавшегося мусоровоза, скрип рессор и гул колес сливались в единый шум, заполняющий все вокруг. Внезапно я почувствовал себя будто бы в урчащем брюхе железного монстра, мне стало не по себе, я высунулся наружу и осмотрелся вокруг.