Максим Волков
Мы все ищем Бога

От автора.

Человек – это единственное создание, позабывшее не только своё предназначение, но и Того, Кем оно было сотворено. Все творения Божии точно знают для чего были созданы и только людям неведомо зачем они здесь. Всё встаёт на свои места, когда человек находит Бога. Следовательно, понять своё истинное предназначение можно только обретя в своём сердце Господа.

Почему в нас есть это стремление – найти себя, своё предназначение? Потому, что это верный путь к Богу, ибо наше предназначение – это Его план в отношении каждого из нас. Это наша жизненная задача, поставленная свыше.

Если наше сердце духовно не омертвело, оно будет искать себя и Бога, т.к. это и есть смысл пути. Кто обрёл Господа в сердце своём, непременно найдёт и своё истинное место в жизни, способствующее его спасению. Ибо главный замысел Всевышнего в отношении нас – спасение наших душ.

Среди нас есть искренне верующие, искренне ищущие, делающие вид, что верующие, блуждающие или неопределившиеся, убежденные атеисты, сознательные противники Бога и даже безразличные.

Последние сродни живым мертвецам, которым безразлична их собственная вечная учесть. Живому человеку невозможно быть безразличным к своей участи, к тому же вечной. Безразличие – это какая-то тяжелая форма болезни души, вроде нарколепсии или шизофрении. Ибо, даже таракану не всё равно, кинут его в печку или за печку.

Однако, подсознательное стремление найти Бога присутствует у всех в той или иной мере. Потому, что Бог – это источник жизни и истины. К Нему бессознательно тянется всё живое. Однако, лишь человек способен заблуждаться и вместо Бога поклоняться праху земному в виде золотого тельца, высоко стоящего кресла, великой идеи и прочей чепухи.

Вместе с тем, когда человек находит своё истинное место в жизни, Господь бывает так близко, что нужно иметь крайне близорукое, черствое и гордое сердце, чтобы не почувствовать Его присутствия рядом.

Кто нашел своё призвание в жизни, не всегда обретает и Бога по собственному жестокосердию и гордости. Кто же найдет прежде Бога, всегда обретает и свой истинный путь.

Предисловие.

Сколько себя помню, Бог всегда интересовал меня. Кто Он, где Он, откуда появился, зачем всё это создал? Эти и другие вопросы возникали у меня с раннего детства.

Тогда я не знал, что Бог всегда даёт ответы на вопросы, которые для нас по-настоящему важны. Однако, мы сами часто не желаем видеть очевидное и тогда Господь подбирает новые способы открыть нам глаза. Как жаль, что очень часто мы упрямо продолжаем жмуриться.

Бог – единственный источник истины. Кто ищет себя, непременно соприкасается с Богом на своём пути. В Нём, как в свете истины открывается то, что мы не можем найти, бродя в темноте и натыкаясь на препятствия, причиняющие нам боль.

Бог не дает прельстительных ответов на вопросы. Как правило, они довольно очевидны, даже обыденны, без всяческих прикрас и эффектных прелестей. Эти ответы нам часто не по вкусу, т.к. они слишком банальны, а нам так хочется побольше яркой поэтичной сказки в жизни и поменьше скучной серой прозы.

Всем нам так хочется, чтобы Вседержитель чудесным образом засвидетельствовал нам Своё почтение, заверив, что мы не таковы, как прочие людишки и потому заслуживаем особенного отношения.

Если бы мы так не считали, то умели бы ценить то, что имеем и искренне благодарить Того, Кто всем нас этим одарил. Но мы предпочитаем невзрачной истине обольстительную ложь в яркой привлекательной обертке.

Свет истины нас пугает потому, что мы привыкли жить во тьме. Мы с удовольствием проглотили блестящую наживку и существуем в лживом мире фальшивых иллюзий, мня себя хозяевами собственной жизни.

Современные люди практически утратили связь со Всевышним, хотя Он всё так же рядом, как и был всегда. Мы уже сильно сомневаемся, что Бог действительно нас может слышать и отвечать на наши вопросы и мольбы о помощи. Тем не менее, это постоянно происходит.

Быстрее всего Господь отвечает людям, которые искренне хотят получить честный ответ. На лукавые вопросы Бог не отвечает. Он видит, когда человек всё равно прикинется, что ничего не понял, закрыв уши и глаза, и не желает понимать того, что не соответствует его ожиданиям.

Наша душа, словно спящая принцесса, ждущая поцелуя принца, чтобы пробудиться ото сна и обрести жизнь. Принц уже пришел, готов поцеловать её и ждёт только согласия, ибо Он кроток и смирен духом.

Глава 1.

В моей семье к религии было отношение неоднозначное. Мама крещеная по обычаю в детстве, но выросшая в атеистической семье, глава которой был убежденным искренним коммунистом. Сама она, во времена моего детства и юности, не была не коммунисткой, ни атеисткой, её религиозный вопрос вообще не интересовал. Заботы обо мне, единственном ребёнке в семье, семейные хлопоты и проблемы, а также любимая работа поглощали всё её время и мысли.

Отец был православным, верующим, но не воцерковленным человеком. Он ежедневно молился, изредка мы бывали с ним в храмах, но на службах практически не были совсем.

На тему веры с отцом разговаривать было невозможно. Когда я пытался выяснить, какие-то важные вопросы для себя, он начинал сильно нервничать и прерывал разговор. Очевидно, ему было неприятно говорить со мной на эту тему и в конце концов я перестал его о чем-либо спрашивать. Позже я понял, что он просто сам очень мало знал, да и не особенно этим интересовался. Единственное, что он говорил, что Бог несомненно есть, был и всегда будет.

Как не удивительно, именно мама познакомила меня с основой православной веры, читая мне детскую Библию, которую подарил мне отец. В Бога я искренне поверил с самого раннего детства и в этом, безусловно, заслуга моих родителей.

Еще с детсадовского возраста у меня возникали вопросы: Кто такой Бог? Как Он выглядит? Как это понять, Он был всегда? Где Он живет? Откуда взялся и т.д. Ответов на них мне никто давать и не пытался, но вопросы остались жить где-то во мне.

В юности я даже разговаривал о Боге с некоторыми мальчишками во дворе. Говорил им, что Он есть. Никто не верил. В те далекие советские времена, когда в стране свирепствовали дикие эпидемии перестройки и атеизмобесия, Бог большинству людей казался чем-то лишним, даже смешным. Талоны на сахар раздобыть, кусок мяса зубами урвать, джинсы отхватить – это понятно. Бог же был для многих чем-то странным и даже неприличным. Этого слова стыдились!

***

Однажды, когда я учился в первом классе, поспорил с одним товарищем, который требовал доказательств существования Бога, что на следующий день получу по всем предметам пятерки, что и будет являться доказательством Божией помощи.

Дело в том, что в школе я учился весьма скверно с первого класса, можно сказать, с двойки на тройку. Сплошные пятерки были только по физкультуре. Поэтому, получить их по всем предметам было для меня подвигом и настоящим чудом.

Помню, что искренне просил Бога о помощи, чтобы помог мне на следующий день. Молитва была совершенно искренней, т.к. для меня эти пятерки ценности не имели никакой. Мне было совершенно неинтересно в школе и на оценки наплевать. Меня вполне устраивала тройка, лишь бы никто особенно не доставал.

Подготовившись, как мог, весь следующий день я тянул руку на всех уроках, на совесть стараясь доказать однокласснику истинность бытия Божия, чем здорово удивил, как учительницу, так и весь класс. К сожалению, я совершенно не помню удалось ли мне выиграть пари, но я очень старался.

***

Взрослея, я стал думать о Боге меньше, чем в раннем детстве. Пришло даже сумрачное время, когда у меня возникали сомнения в Его существовании. Это произошло потому, что я сделал стандартную ошибку, заключающуюся в том, что поведение людей, считающих себя православными, я перенес на саму веру. Как-будто вера виновата, что кто-то ведёт себя, совершенно ей не соответствуя.

Такое парадоксальное умозаключение делают умопомрачительное количество, казалось бы, здравомыслящих взрослых людей. Типичная позиция: «Не доверяю православной вере, потому что какие-то батюшки ездят на дорогих авто и не соответствующе своему сану себя ведут».

Вот и я подхватил это заразное, лишенное всякого здравого смысла, заблуждение. Было несколько факторов, способствующих моему отпадению от православной веры. Одним из них было неподобающее христианину поведение отца, по причине которого они с мамой расстались, когда мне было десять лет.

Антихристианское поведение отца поколебало саму основу моего детского ранимого духовного мира. Он дал большую трещину, отбросившую большую тень на христианство. Слава Всевышнему, позже я осознал свою ошибку и от всей души раскаялся в ней.

Лже-попы, коих несравнимо меньше, чем разговоров о них, разъезжающие на дорогих авто, кроющие матом прихожан и делающие на вере деньги, давно стали для меня по другую сторону от православной веры.

Иудушка из Господ Головлевых ведь тоже искренне верил, что поступает, так сказать, в рамках православно – правового поля.

Как выглядит их личная вера, если она вообще есть, мне не ведомо, для этого нужно быть таким же. Одно очевидно, подобного рода люди кто угодно, только не христиане, что бы о себе не мнили.

Мошенники есть в любой человеческой сфере, духовная не исключение. Но, разве стоит пилить прекрасную здоровую яблоню со множеством спелых и вкусных плодов, если среди этих плодов найдется несколько гнилых? Разве не безумство это?

Отца я искренне давно простил и знаю, что он во многом кается. Более того, я понял, что мой отход от веры тоже был частью Божиего промысла во благо мне. Иначе я не знал бы то, что мне известно теперь и не смог бы поделиться своим опытом.

Трудно понять и принять, что человеку все дается во благо. Только с верой можно увидеть это благо, принять и искренне поблагодарить за него. Тогда во всем есть смысл и мир в душе.

Мои родители идеальны для меня. Благодаря им я имею тот опыт, который имею и искренне благодарю их и Бога за них!

Глава 2.

Со временем у меня возникло несколько серьёзных религиозных вопросов, которые способствовали моему отходу от православной веры. Я просто не мог продолжать бездумно верить. Моя детская вера зашла в тупик, возникла необходимость в осознанности.

Ответить на эти вопросы было просто некому. Интернета ещё не было в помине, сотовых телефонов тоже, компьютеры я видел только в кабинете информатики в школе, с мониторами на вроде ящиков. Средневековые времена, да и только, а ведь всё это было, казалось бы, ещё совсем недавно.

Задать вопросы нашему священнику я не хотел. Просто однажды, когда он приходил освещать нашу квартиру, я упомянул в разговоре, что хочу пойти учиться на психолога, на что тот совершенно серьезно заметил: «Они же мало денег получают!»

Немного удивившись, я было сказал, что хочу людям помогать, но в душе батюшки, как мне показалось, это не нашло никакого отклика.

Батюшка этот был настоятелем нашей церкви. Он был очень активным и деловым человеком, построил новый храм, поставил на прилегающей территории детскую площадку, иконную лавку и даже цветочный магазин. Но вот обращаться к нему с вопросами духовного плана лично у меня желания не возникало. Что-то мне подсказывало, что нужных мне ответов я от него не получу.

Случалось мне бывать и в других храмах, да батюшки в них как-то всегда были так заняты, окружены людьми, что я просто не решался подойти к ним с вопросами. Особенно после того, как один священник, не без раздражения, как-то сказал, что ему некогда со мной разговаривать. Больше я попыток не делал. В итоге у меня создалось впечатление, что в православной церкви я никому со своими вопросами не нужен. У священников есть дела куда поважнее, чем выслушивать их.

Не удивительно, что в то время развелось огромное количество сект, разных лжеучений, экстрасенсов, астрологов, колдунов и прочих мошенников всех мастей.

Однажды, довелось мне побывать в «логове» дианетиков. Туда меня почти силой затащила мама. Не знаю, кто ей сказал, что там решат наши проблемы, но она почему-то очень на это надеялась.

От этих дианетиков я насилу ноги унес, столько внимания к моей скромной персоне, как будто одного меня здесь всегда только и ждали. Пришлось поклясться чуть не на крови, что приду еще и купить у них книжку, чтобы отпустили.

Про свидетелей Иеговы лучше вообще в слух не говорить, не то тут же постучатся в дверь. После чего будут истово стараться причинить вам массу добра, дадут книжек, пригласят в гости.

Приходилось мне общаться и с баптистом или пятидесятником. От него узнал, что их образ жизни куда более похож на христианский. Они не пьют, не курят, не посещают увеселительных мест, не играют в компьютерные приставки и азартные игры, не блудят, чтут Бога, изучают Священное Писание, живут общиной, ходят друг к другу в гости, собираются вместе, говорят о Боге и на разные духовные темы, просто мирно беседуют, вместе молятся, пьют чай, помогают друг-другу чем могут. Можно сказать, ведут подлинно христианский образ жизни, каким он был во времена первых христиан, как известно из Священного Писания. Как жаль, что у православных ничего подобного нет до сих пор.

Меня очень подкупала их дружность и вполне христианский образ жизни. Я, было, уже готов был примкнуть к ним, но что-то меня останавливало. Казалось бы, все замечательно, но как будто что-то важное упущено. Я не понимал тогда что, но нутром чуял, что что-то не так.

Позже я понял, что самое важное, чего не хватает всем этим баптистам, свидетелям Иеговы и прочим – это искреннего покаянного чувства, без которого спасения невозможно и которым одним, даже вместо всего прочего, можно спастись.

Дьявольски хитро устроены все эти заманчивые общества. В них есть абсолютно всё, кроме того, без чего все остальное – прах, заманчивая ширма, за которой спрятаны врата ведущие в погибель. Разве возможны такие случайности?

Кто имел опыт общения с баптистами и свидетелями Иеговы, те знают, что это люди вполне довольные собой. Они точно знают, что живут праведно и, как правило, не сомневаются, что попадут в Рай, который вполне заслуживают, ибо считают себя избранными.

Фарисеи, которых так обличал Господь Иисус Христос, имели подобный образ мыслей. Соблюдай закон и у Бога не будет никакой возможности не допустить тебя в Рай. Всевышний тут, как бы заложник Своих собственных законов, от которых Ему уже не отвертеться.

В православии напротив, великие святые, которые боятся, что Господь осудит их на вечную муку, т.к. считают себя достойными этого, и молят Его о прощении и продлении дней для более глубокого покаяния!

Православие – это религия покаяния. Ничего подобного нет и никогда не было в истории человечества. Другими словами, главное не в соблюдении законов, а в чистом сердце, омытом слезами подлинного раскаяния.

Можно всю жизнь скрупулёзно соблюдать все законы и иметь, при этом, гордое, надменное сердце, совершенно чуждое духу христианского учения, основанному на искренней деятельной любви к Богу и ближнему.

При этом, можно быть последним из грешников и искренне раскаяться от всей души до самоосуждения перед самой смертью, уже вися на заслуженном кресте и возопить ко Господу моля о прощении. И нет такого греха, который превысил бы меру Божественной любви.

Однако, наивно тешиться надеждой, что можно Бога сердцеведца обмануть. Кто возомнит подобное, или внезапно умирает или повреждается умом.

Глава 3.

Крутились стрелки отпущенных мне в жизни лет. Я искал себя, свою религию и ответы на мои вопросы. Проще говоря, я искал истину, источник которой Бог. Хотя, уже не был так свято убеждён в Его существовании, как в детстве.

Порой я очень огорчался, что Бог меня не слышит и не даёт того, в чём я так сильно нуждаюсь, о чём прошу. Молчание Господа порой доводило меня почти до отчаяния и тогда у меня возникал примерно такой монолог: «Так не должно быть! Если Ты наш Небесный Отец, всемогущий и любящий, как говорят, то почему Ты глух к моим мольбам? Может Тебе всё равно? Да Тебя просто нет вовсе!»

Несколько раз у меня случались сильные эмоциональные всплески, когда кажется, что в жизни всё идёт не так, как надо и ничего не получается. Я ощущал себя изгоем, не нужным даже Богу. Мне было жаль себя, я злился, было даже плакал, говорил в пространство, что не желаю больше жить, обвинял Бога в своих неудачах и в том, что Он создал меня и вообще весь мир не так, как надо. Я отвергал Его, желая отомстить и причинить Ему боль.

Всем тем, что происходило в моём сердце, я ни с кем никогда не делился. Окружающие даже представить не могли, что иногда во мне творилось. При этом, от сверстников я особенно не отличался. Много время проводил на улице в дворовых компаниях.

Внешне я был таким же, как все, но внутреннее чувство какого-то одиночества говорило мне о том, что во мне что-то устроено иначе и это меня огорчало.

Иногда я сильно ощущал своё одиночество по причине того, что мне не с кем было поделиться тем, что у меня внутри. Поэтому, я был наедине с Богом, которого не понимал, в котором сомневался, которого во многом обвинял, с которым делился самым сокровенным, которого пытался спровоцировать на действия, чтобы убедиться, что Он есть и который, как это ни парадоксально, оставался для меня единственным близким другом, знавшим все мои тайны и стремления души.

Один Господь Бог знал, какие страсти во мне порой бушевали, и какая напряженная духовная жизнь во мне подчас происходила. Моя душа нуждалась в покое.

Сначала мне казалось, что мои потребности носят по большей части приземлённый характер. Я думал, что если получу желаемое, то моё внутреннее напряжение исчезнет и я буду доволен жизнью и собой.

Со временем я понял, что удовлетворение мирских желаний для меня не главное. Я стремился обрести нечто такое внутри, что дало бы мне душевный покой и главные ориентиры в жизни, вокруг чего всё остальное будет вращаться.

Однажды, я сильно переживал уже не помню по какому поводу, обращался к Богу, укорял Его, обвиняя в безразличии и жестокости, после чего, со злости и раздражения, отказал Ему в существовании.

Лежа на кровати, мне хотелось просто исчезнуть из этого мира. Поразительно, как нормальный здоровый человек способен довести себя до такого состояния, когда он искренне не видит смысла в жизни и хотел бы даже прекратить её. Самое удивительное в этом то, что для того, чтобы вогнать себя в такое тупиковое состояние не требуется ровным счётом никаких серьёзных оснований, по крайней мере, молодому человеку, каким я тогда был.

Не знаю, что это такое, юношеский максимализм, взрыв гормонов, неспособность отличать важное от второстепенного, доведенная до каких-то крайних точек острота эмоционального восприятия, личные особенности нервной системы или влияние демонических сил. Склоняюсь к тому, что всё в той или иной степени могло иметь место быть.

Одно очевидно, что люди, не имеющие в жизни путеводных ориентиров и твёрдого духовного стержня, наиболее надёжным из которых может являться религия, постоянно находятся в группе риска, более подвержены стрессу, соответственно, более склонны к депрессивным состояниям.

Подростки и молодые люди, зачастую ещё духовно не определившиеся в жизни и не нашедшие своих ориентиров, представляют наиболее уязвимую в этом плане категорию населения.

Кроме того, несомненно, существуют силы, которые могут иметь на человека самое серьёзное влияние, сгущая краски событий и стимулируя усиление эмоций. Они так же могут оказывать влияние на направление мыслей человека, устремляя их в нужное им русло и стараясь омрачить душевное состояние.

Враждебные силы сдерживаются только Божественной благодатью, которая у каждого человека разная, в зависимости от характера взаимоотношений с источником благодати, Богом. К тем, кто полон этой благодатью, тёмные силы могут приблизиться только по попущению Божию, для их испытания и совершенствования. Таких людей мы зовём святыми.

Все остальные люди постоянно подвержены воздействию враждебно настроенных сил, кто в большей, кто в меньшей степени. Однако, все мы по собственной воле решаем идти у них на поводу или нет.

Совершенно не могут противиться силам зла только одержимые люди, которыми полностью овладел дух злобы, совершенно подчинив их волю. Нечто подобное бывает практически со всеми нами иногда. Чем чаще такое бывает, тем сильнее мы подвержены влиянию демонических сил.

Не будь у нас защиты Божией благодатью, ничто бы не смогло удержать всех нас от абсолютного падения и самоистребления.

Существует лишь единственное средство ограничить силу влияния тьмы на нас – заручиться поддержкой и заступничеством Небесных Сил. Для этого необходимо войти в постоянное общение с Богом через молитву и духовную жизнь внутри Церкви Христовой.

Итак, когда мой мир в очередной раз дал капитальную трещину по всей ватерлинии, валяясь на кровати в полном эмоциональном опустошении, я чувствовал, что иду ко дну и спасения ждать неоткуда. Как вдруг, произошло нечто чудесное.

Я почувствовал невыразимое утешение внутри. Как будто моё сердце, до краёв наполненное желчью вперемежку с колотым льдом, заполнил живой, тёплый и радостный солнечный свет.

Как возрадовалась моя душа и ожило, согретое благодатным теплом сердце! Слёзы, прямо из растопленного льда в сердце хлынули ручьём из глаз, я не мог и не хотел их сдерживать.

Во мне не было сомнений, что утешение дал Бог. Радость переполняла меня, я благодарил Его, просил прощения, изливал Ему свою душу. Я чувствовал, что Он рядом, слышит каждое моё слово и радуется вместе со мной.

Думаю, что если бы я попросил о чём-то Господа в тот момент, Он бы наверняка исполнил, если это не было для меня губительно. Однако, мне было так хорошо, что не приходило в голову просить ещё о чём-то. В этот момент у меня было всё, что нужно, в чём я так нуждался. Я знал, что Бог есть, Он со мной и был счастлив.

После этого момента во мне что-то немного изменилось. То, что раньше меня очень сильно задевало и причиняло сильную боль, больше не действовало на меня так разрушительно. Можно сказать, что я стал более эмоционально устойчив.

***

Жизнь продолжалась, я почитывал различную литературу: по восточным религиям, философии, популярной психологии, эзотерике, различным новомодным учениям. Подобной литературы перечитал я великое множество. Кое-что серьезно изучал и пытался практиковать. Транссерфинг реальности, например, какие-то методики, медитации, техники, самовнушения и т.д.

В итоге, всё, чего я достиг, при помощи этих «чудодейственных» знаний – сильное эмоциональное истощение, апатия, угнетенное состояние духа. Я разочаровался во всем.

Однако, настоящим откровением для меня стала сатанинская библия Лавея. Уже не помню посоветовал ли мне её кто почитать, или я сам как-то наткнулся в интернете, да это и не суть важно. Мне просто было интересно узнать, о чем там пишут.

Как это не дико звучит для нынешнего убежденного православного христианина, я очень благодарен этой книге, она открыла мне глаза на многое. Точнее, разумеется, Господь через нее мне многое открыл. Поразительно, как Вседержитель даже такие душе-вредные и опасные вещи может обращать во благо!

Сутью этой книги был совершенно идентичный дух со всеми новомодными, на тот момент, учениями и взглядами прогрессивных «учителей» всех мастей, от эзотериков, экстрасенсов и целителей до маститых психологов и некоторых ученых.

Суть сатанизма, как и всех этих, не побоюсь этого слова, неосатанинских учений, скрывающих свою истинную сущность под разными красивыми масками, легко выразить в нескольких заповедях: «Возлюби себя всем сердцем, всей душой и всем разумением своим». Вторая, равная ей: «Ты – бог. Себе одному поклоняйся и себе одному служи. Да не будет у тебя бога, кроме тебя самого.»

Потрясающе, не правда ли!? Не о том же ли сладко поют нам все поголовно «просветители» человечества от основателей популярных учений, исцеливших себя и изменивших свою жизнь, до самых рядовых психологов, твердящих в один голос, как нужно себя любить, ценить, прощать, принимать, холить и лелеять и только тогда мы будем здоровы и счастливы.

Во всех этих учениях всё внимание и любовь направлены на себя. При этом, вроде как, подразумевается, что, возлюбив себя таким, какой ты есть, со всеми недостатками, настолько наполнишься любовью к себе, что и вокруг всех сразу ей одаришь.

Замечательно, конечно. Правда, никогда не видел себялюба, одаривающего своей любовью всех вокруг. Это нечто за пределами здравого смысла.

Прочитав название книжицы, я был совершенно уверен, что в ней сплошная чернуха, с описаниями, как служить сатане, творить злые дела, приносить в жертву кошек и прочая мерзость. Хотя, признаюсь, книгу читал в электронном виде, по диагонали и не полностью, т.к. ничего нового для себя не открыл. Проходили уже у разных «просветителей» человечества.

Какого же было мое удивление, когда оказалось, что библия Лавея невероятно притягательное и заманчивое учение, в особенности для молодых людей. Оно, как змея, осторожно заползает в душу, стараясь проникнуть в самое сердце, чтобы затаиться там и со временем вырасти в бесконтрольного монстра, который пожрет своего хозяина.

Сатанинская библия весьма притягательна. В ней каждый найдёт то, что он хочет услышать. Возникает ощущение, что тебе поют дифирамбы, внушают, как ты хорош и самодостаточен, не нужен тебе никто, это ты всем нужен. Крылатое от Воланда: «Сами всё предложат и сами всё дадут!» – как нельзя более точно выражает смысл того, о чём в ней сказано.

Начинаешь трепетать и сладко прельщаться этими словами, словно сердце Евы в Райском Саду в беседе с искусителем.

Последний, кстати, в этой книге вовсе не занимает центральное место. Никто не призывает ему служить и творить всякие глупости. Напротив, многое из того, о чём там говорится, совершенно созвучно современным гуманистическим теориям и учениями, восхваляющим и превозносящим человека до обожествления.

Каково? Думал увидеть какой-то эзотерический старомодный суррогат, а нашёл вполне современный духу времени свеженький ультра-гуманизм в ярко черной блестящей лакированной стильной обертке, как новенький Мерседес.

Причем, там и против Бога то ничего нет. Его там просто вообще нет. Бог там один – человек.

Так и мерещится лысая черепушка бывшего вождя, вещающего с лукавым прищуром: «Так кто там, товагищи, пготив гуманизма? Гастгелять засганцев!»

Сегодняшний гуманизм похлеще вчерашнего коммунизма, пожалуй. Если тогда было хотя бы «мы», то сегодня «Я» и только «Я».

Людям сегодня без разницы, кто их учит. Личность гуру мало кого интересует. Не так важна даже эффективность учения. Решающее значение имеет популярность учителя.

Наставник сегодня – какой-то языческий фетиш, потершись о который, люди надеются притянуть на себя его популярность и успешность. Нахально правит баллом языческий божок самолюбия, бахвальства и самообожания. Этакая самодовольная жаба, считающая себя центром Вселенной, ярчайшей звездой небосклона. Вчера ещё этого стыдились, сегодня этим гордятся.

Глава 4.

Однажды, мне попалась книга «Звенящие кедры России» В. Мегре. Она мне показалась светочем среди всех учений. Читается буквально на одном дыхании. Я был, что называется, прельщен, воспринял эту книгу, как откровение свыше, просто впитал её в себя. После чего, нашел все книги этой серии и прочитал с великим удовольствием. Как следствие, естественно, решил заделаться язычником.

С этого момента я постарался, на сколько возможно, изменить свою жизнь в соответствии с теми принципами, о которых говорилось в этих мягких замечательных книжицах. Я перестал есть мясо, хотя, сколько себя помню, это всегда был мой любимый продукт, без которого я просто жить не мог. Совершенно перестал употреблять алкоголь, больше не баловался табаком, что случалось, по-новому стал смотреть на многие вещи и на жизнь в целом.

Кроме того, я буквально загорелся мечтой создать своё родовое поместье. В сущности, вполне здравая, интересная мысль, если не воспринимать рекомендации слишком буквально, а руководствоваться разумом.

Конечно же мне хотелось найти единомышленников, близких по духу и убеждениям. Интернета тогда всё ещё не было, сотовые телефоны только начинали появляться и были у единиц. Поэтому, сделать это было далеко не просто.

Среди моих приятелей близких мне по духу и интересам не наблюдалось совершенно. В следствии чего, по большому счету, я жил мечтами о будущем.

***

Как-то раз я прогуливался в парке Коломенское. Мне нравилось бродить там одному, погрузившись в свои мысли, идеи и мечты. Ноги привели меня к старинным камням в овраге. Это известное место, где я многократно бывал.

Находятся они в конце длинного глубокого оврага и называются Девий камень и Гусь-камень. О них я ровным счетом ничего не знал, кроме того, что они древние и здесь бывают язычники, т.к. ленточками густо обвязаны ближайшие к камням деревья, а это их тема.

Дело было вечером, народу в этот раз здесь не было, кроме одной пожилой женщины. Она стояла босиком на камне и, воздев руки к небу молилась.

Мне, конечно, стало интересно, т.к. такого я еще не видел. Поэтому, забыв про правила приличия, я стал наблюдать за ней. Спустя какое-то время мне стало скучновато, и я отважился спросить её:

– Извините! А вы что делаете?

Женщина махнула на меня рукой, не мешай, мол, выходить на связь с Космосом, и продолжила молитву.

Я стал ждать. Через несколько минут женщина, видимо, поняв, что уходить я не собираюсь, решила вернуться из астрала на грешную землю. После чего, сползая с камня, сказала: «Я молюсь нашим богам».

Понятное дело, я спросил каким. Женщина что-то поведала мне о языческих богах. Затем, рассказала о этих камнях.

Камень, на котором она молилась, символизирует женское начало. Он необычный, поверхность покрыта, как будто пузырями. Каждый пузырь символизирует определенный орган тела женщины. Можно на него встать и попросить об исцелении, если этот орган недужен.

Ниже расположен камень, символизирующий мужское начало, на нем молятся мужчины, и он так же может восстанавливать здоровье.

Камни эти – лишь верхушки больших столбов, которые не раз пытались выкорчевать, чтобы искоренить язычество, но никогда не удавалось даже сдвинуть их с места.

Рядом с этими камнями два священных целебных источника пить из которых воду очень полезно.

Что из всего этого правда – понятия не имею.

Женщина набрала две канистры воды из источников, я помог ей донести их до дома, пока она рассказывала мне про языческую веру. На прощание она дала мне телефон кота Баюна. Так звали языческого волхва, к которому она рекомендовала обратиться.

В разговоре язычница яростно обвиняла христианство в насилии над язычниками. Говорила, что огнем и мечем была навязана чуждая и враждебная нам вера. Тысячи язычников, не захотевших принять христианскую веру, были люто казнены, сожжены заживо, пролились реки невинной крови и т.д.

Все это говорит о том, что христианство лишь прикидывается добреньким. На самом же деле, нет на свете более жестокой и авторитарной религии, поработившей половину планеты.

Кроме того, она рассказала, что сама, по заданию её наставника, жила в монастыре послушницей, где исполняла непосильную работу, впроголодь питалась, терпела всяческие унижения, чтобы понять, что такое на самом деле христианская вера.

Разговор с язычницей наполнил мое сердце желчью против христианства. Я решил, что в нем корень зла и был полон решимости порвать все, что меня с ним связывало и стать непримиримым врагом этой ложной жестокой веры.

Глава 5.

Прежде всего, я решил избавиться от стоявших доме икон. Их было несколько в маминой комнате. Я поговорил об этом с мамой, но она наотрез отказалась выкидывать их. Хотя особенно верующей вовсе не была и вряд ли молилась тогда. В церкви мы тоже давным-давно не были.

Ни раз я подступал к маме с убеждениями, что иконы мы должны выкинуть, но она всякий раз отказывалась. Я не хотел выкидывать её вещи без разрешения, но что-то меня так и подталкивало это сделать, чтобы очистить нашу квартиру от этого зла.

Как-то раз, на меня в очередной раз буквально накатило желание разделаться с иконами, как будто они мне покоя не давали. Хочу их выкинуть и всё тут. И вот, однажды, решил я это сделать без маминого согласия, втихую.

Помню, тихонько захожу в мамину комнату, пока она на кухне готовит, беру икону Николая Чудотворца, с намерением вынести её из дома и выкинуть в мусорку, и тут раздается звонок в дверь. Я поставил икону, чтобы мама не заметила. Через несколько минут она входит в комнату, держа в руках складень из двух икон и говорит:

– Заходил немой парень, предложил иконки освещенные купить, я взяла.

Нахмурившись, я выпалил: – Зачем на эту ерунду деньги тратить?

– Да они дешевые, – сказала мама. – Посмотри за то какие красивые!

При этом, мама протянула мне иконки и я, чисто машинально, взял их в руки и посмотрел, хотя не собирался это делать.

На меня смотрели абсолютно живые, кроткие, всё понимающие и всё прощающие глаза двух самых прекрасных на свете ликов Иисуса Христа и Пресвятой Богородицы. Мои глаза как будто встретились с глазами Христа Спасителя, и я не мог от них оторваться, не мог насмотреться.

Затем я почувствовал, как в мое сердце вошло тепло, и оно оттаяло, ожило. Слезы готовы были брызнуть у меня из глаз. Я отвернулся, быстро ушел в свою комнату и закрыл дверь. После чего, слёзы просто хлынули из глаз ручьём.

Это было что-то фантастическое. Я давно не плакал вовсе, да и вообще происходило это крайне редко, да ещё без каких-либо причин. Тут было что-то странное, я не понимал, что со мной происходит. Слезы льются, а сердце, словно ото льда освобождается, оживает.

Не могу сказать, что это было, но я почувствовал, что мой дом посетил Господь и исцелил моё сердце от тяжкого духовного недуга. Он снова сделал мое сердце живым.

Невозможно передать, как всё во мне мгновенно преобразилось, как затрепетало моё сердце птичкой, вылетело из клетки и возрадовалось своей свободе и новой жизни.

Я уже не мог расстаться с этими иконами, Казанской Пресвятой Богородицы и Спаса Нерукотворного. Попросил у мамы оставить их себе. Она очень удивилась и, конечно, согласилась.

Эти иконы спасли меня от страшного поступка, за который неминуемо пришлось бы расплачиваться. Я часто просто смотрел на них и возрождался к жизни, хоть и не думал об этом.

Пусть хоть целый свет теперь твердит, что иконы – творение рук человеческих, нельзя им поклоняться – мне плевать. Просто я знаю, что они святые.

Это событие стало поворотным моментом в моей жизни к источнику жизни, к Богу и моей родной вере, православию.

Однако, в храм после этого случая я ещё ходить не начал и молился только своими словами иногда. Мне просто стало хорошо, покойно на душе и легко жить, что я и делал.

К сожалению, довольно скоро это благостное состояние прошло. Хотя, мне кажется, что-то от него во мне осталось навсегда.

Глава 6.

В то время я работал на производстве изделий из ПВХ оператором линии. Один из ребят у нас был воцерковленным православным христианином. Однажды, он принес кому-то из парней почитать книгу и положил её на стол в раздевалке.

Моя смена кончилась, я чуть задержался, поэтому переодевался в раздевалке один. Стол, на котором лежала книга, находился у меня за спиной. Вдруг, мне показалось, что книга открылась. Я обернулся, так и есть, обложка перевёрнута. Мне показалось это странным. Хоть книга и была в мягком переплёте, но никакого сквозняка не было.

Проверив обложку, я убедился, что сама она открыться не могла, разве что от ветерка, но всё было закрыто наглухо.

Я прочитал название книги: «Житие Матроны Московской». Затем я, как-то автоматически перевернул страницу. Глаза скользнули по тексту и побежали по буквам. Первую страницу я прочитал стоя. Перевернув её, я присел на стул и продолжил чтение.

Спустя полчаса в раздевалку зашел сменщик.

– О! А ты чего, еще не ушел? – удивился он. Я не ответил и даже не оторвался от книги. Спустя еще какое-то время в раздевалку зашел другой парень.

– О! Ты ещё здесь!?

Я не отвечал, целиком погрузившись в чтение. Еще через какое-то время зашли они оба. Окнули, как полагается, посмеялись, пошутили и ушли. Я читал.

В тот раз я впервые в жизни читал житие святого человека. Никогда не предполагал, что это может быть так увлекательно. Мне почему-то казалось, что духовная литература, в том числе жития святых – это что-то крайне скучное и нудное, далекое от реальной жизни и напрочь лишенное художественности. Нечто вроде сухого изложения автобиографии со скучными устаревшими поучениями людей, которые бесконечно далеки от нас и нашей действительности и потому малопонятные и бесполезные.

Какого же было моё удивление, когда я просто не смог оторваться от книги и прочитал её всю разом. Душа её с какой-то жадностью впитала, словно родниковой водицы напилась. Такого со мной ни разу до этого не было.

Затем я встал и мысленно попросил матушку Матрону ответить на мои главные духовные вопросы. После чего оделся и пошел домой.

До дома мне было идти пешком минут двадцать. Я уже прошел около половины пути, ни о чем не думая, просто отдыхая, как вдруг, стало происходить нечто странное.

Мне трудно это объяснить, к тому же прошло уже не мало лет с того момента. Но я, вдруг, получил ответы на все свои вопросы, да ещё мгновенно. После чего, мой мозг стал обрабатывать полученную информацию и осознавать её или усваивать. Это было нечто вроде озарений. Вдруг, понимаешь ответ на свой вопрос, затем следующий и т.д. Я не задавал вопросы мысленно. Просто приходила на ум информация в качестве моментального знания. Моими в эти моменты были только примерно такие мысленные восклицания:

– Ух-ты! Надо-же! Ах вот оно что! Вот в чем дело!

Всего за несколько минут, еще не дойдя до дома, я уяснил ответы на все свои вопросы, которые долгие годы не давали мне покоя. Я уже, признаться, начал их подзабывать и вдруг они, как по команде, выстроились предо мной, и каждый отчитался за себя самостоятельно.

Конечно, каждый это происшествие объяснит по-своему, но для меня сомнений не было и нет. Я знаю, что на вопросы отвечал не я, а та, которую я искренне об этом попросил. Так ясно и мгновенно мыслить я не умел ни до, ни после инцидента. Да, и помимо этого, легла на сердце такая искренняя и глубокая благодарность матушке Матроне, что весь оставшийся путь до дома, да и после, я только и твердил в уме: «Спасибо тебе, матушка Матрона!» Ничуть не сомневаясь в том, кто мне помог.

С тех пор у меня возникало ещё множество духовных вопросов. Ответы на них я находил в духовной литературе, к чему-то приходил самостоятельно. Спустя много лет я открыл для себя видеолекции дорогих моему сердцу выдающихся проповедников современности А. И. Осипова и А.Ю. Ткачева. Они внесли огромный вклад в моё духовное развитие, прояснили множество важных моментов касательно духовной жизни, за что я очень им благодарен.

Глава 7.

В тот день, когда Господь вразумил меня, посредством матушки Матроны, произошло моё возвращение в лоно православной Церкви. Когда же я узнал, что мощи матушки находятся в Москве, в каком-то часе езды от меня, то сразу решил ехать к ней, чтобы поблагодарить и приложиться к её святым мощам, что и сделал в первый же свой выходной.

Парень, которому принадлежала книга, предупредил, что народу в монастыре к мощам матушки Матроны бывает очень много, особенно в выходные дни. Люди сюда приезжают со всей России. День, когда я приехал, был отнюдь не исключением.

В монастыре было две очереди одна другой страшнее, к иконе матушки Матроны и к её мощам. Всё же я решился отстоять обе. Оделся я довольно легко, а на улице была зима, морозно. Поэтому, очень скоро я уже начал подмерзать, но решил стоять во что бы то не стало.

Люди поочередно выходили из очереди, заходили в храм греться и я последовал их примеру. Сначала стоять было просто мучением. Помимо холода, так же как в церкви на службе, первое время сильно донимают мысли, чувства, нетерпение, хочется сбежать.

На службе в храме раздражают звонящие телефоны, снующие люди со свечками, бабки, вечно протискивающиеся неведомо куда или сующие тебе свечи, чтобы передать кому-то, раздражают голосящие дети, бегающие по храму, сильно раздражают зеваки, вертящие головой во все стороны и блуждающие задумчивым взором по твоему лицу, ужасно раздражают кумушки, пришедшие в храм пошушукаться в тепле, дико раздражают люди, вплотную встающие перед тобой так, что тебе не только не поклониться, руку не поднять для крестного знамения. При этом, вокруг вполне хватает места и легко можно встать так, чтобы никому не мешать.

Почему они это делают? Потому, что священники совершенно не воспитывают свою паству. Не считают это необходимым. Как можно назвать батюшкой священника, не заботящегося о самом элементарном воспитании своих чад? Это простой церковный служащий, а не батюшка. Почему люди не знают элементарных норм поведения в храме? Потому что их этому никто никогда не учил.

Бывает так, что чуть не половину службы вместо того, чтобы молиться Богу, сдерживаешь и успокаиваешь себя.

Спустя какое-то время после начала службы постепенно успокаиваешься, разум проясняется, сердце смягчается, раздражение проходит и тогда начинаешь молиться.

Заметил, что этот момент наступает тем быстрее, чем чаще ходишь в церковь на службу и чем больше стараешься сосредоточиться на молитве, не позволяя себе летать в облаках и крутить головой по сторонам. Жаль нельзя вставить беруши в уши и слышать только голос священника.

Разумеется, этого момента крайне сложно достичь, когда продолжают воздействовать посторонние раздражающие факторы, о которых было сказано выше.

К сожалению, не знаю, как правильно молиться на службе таким, как я, которые службы не знают. Из того, что читает священник, мало что слышно и понятно. Отрывочные фразы, которые удаётся расслышать и уразуметь, не позволяют обрести целостный смысл.

Однако, это совсем не мешает молиться словами, идущими из сердца. К примеру, как-то так: «Господи, Иисусе Христе, сыне Божий, прости меня, грешного и помилуй! Грешу без остановки даже стоя в Твоём храме. Только и делаю, что осуждаю всех вокруг, злюсь, раздражаюсь, точно собака злая. Нет во мне ни капли кротости и смирения. Молиться не умею, телом здесь стою, а мысли, где только не носятся. Прости меня, Господи, за все прости! Вразуми меня, дурака гордого, самолюбивого и наставь на путь истинный! Сердце моё смягчи, ближних любить и прощать научи! Матерь Божия, помилуй меня грешного, худшего из рабов твоих, смирению и кротости меня научи. Не оставь меня без помощи и заступничества Твоего! Слава Тебе, Господи, за всё!»

После того, как всё, что на душу легло, высказалось, можно молиться Иисусовой молитвой: «Господи, Иисусе Христе, сыне Божий, помилуй мя грешного!» Это позволяет хотя бы стараться оставаться мыслями на службе, а не улететь куда-то вдаль.

***

Однако, вернёмся в очередь.

Оглядевшись, я обнаружил, что у всех, кроме меня, цветы. Все надеются и верят в помощь матушки Матроны и идут, идут нескончаемым потоком со всей России каждый Божий день. Стоят люди от мала до велика, и калеки, и старушки скрюченные, и молодые, кто с просьбой, а кто уже с благодарностью.

Мало по малу люди перестали вызывать внутреннее напряжение, исчезло ложное стеснение, ощущение себя чужим, не в своей тарелке. Стало появляться сочувствие людям, а затем и ощущение некой общности, единения с окружающими, как будто они мне уже не совсем чужие. У нас есть нечто общее, сокровенное, объединяющее всех нас. Подумалось даже: «Матушка Матрона, моли Бога о нас!»

Спустя ещё какое-то время, я уже здорово продрог, но на душе было тепло и хорошо, хотелось молиться.

Никогда в жизни мне так хорошо не стоялось в очереди, как у матушки Матроны Московской. Благословенны эти очереди! Если бы их не было, что-то очень важное было бы утрачено.

Не помню, чтобы раньше, стоя в какой-нибудь очереди, я испытывал радость. Здесь я чувствовал её всегда, каждый приезд, не смотря на холод и уставшие ноги.

Точно не помню, сколько я простоял в тот раз, часов пять или шесть, но усталость и холод здесь воспринимаются как-то иначе, с радостью. Видимо, поэтому намного легче.

Еще ни раз я приезжал к матушке Матронушке уже с цветами, благодарил, просил и снова благодарил. Бывал я здесь во все времена года и всегда испытывал всё ту же душевную радость и теплоту.

Сюда можно приехать просто для того, чтобы, стоя в очереди, послушать тишину внутри себя и насладиться миром в сердце.

Кстати говоря, святая Матронушка вовсе не исполняла всех моих хотелок, слава Богу. По её молитвам, Господь дал мне то, в чем я действительно нуждался и о чём просил, но тогда, когда я к этому созрел.

Лично знаю не мало людей, которым матушка Матрона помогала очевидным и чудесным образом. Для моей семьи святая Матрона Московская сделала очень много. Мы всегда помним об этом, очень благодарим и любим её. Мы совершенно точно знаем, что она не оставляет без помощи приходящих к ней с благими намерениями.

Такое великое чудо находится в центре Москвы, известное и почитаемое по всей Руси, а множество москвичей им преступно пренебрегают.

Глава 8.

После Матронушки я ездил в Троице-Сергиеву Лавру. Помолился, приложился к усыпальницам великих святых Руси, поклонился им, попросил их молитв и святого благословения.

В Лавре мне понравилось, но впечатление осталось двоякое. Монастырь красивый, древний, святой, но монастырского духа я здесь не ощутил. Слишком суетно, множество людей ходят просто как в музее старины. Сувенирные магазины, трапезные-кафешки, группы с экскурсоводами, иностранцы с переводчиками и т.п. Всё это, разумеется, понятно. Один из древнейших духовных центров России, живой и действующий памятник православной веры и истории отечества. Не понятен лишь памятник Ленину напротив входа в монастырь. Смотришь на него и недоумеваешь: «Бесноватого-то зачем перед монастырём оставили?»

Вовсе не хочу сказать, что был разочарован монастырем. Увидеть своими глазами красоту и величие древней святой обители самого игумена всея Руси, прикоснуться к этой реликвии, помолиться у мощей самого Сергия Радонежского – всё это бесценно и совершенно необходимо каждому русскому человеку.

Однако, духа иного мира в этих стенах у меня ощутить так и не вышло. Не получилось внутренне отрешиться от мира с его бесконечным количеством внешних раздражителей. Как тут живут монахи – совершенно не понятно. Суета, чуть не как на Красной площади.

***

Прочитав книгу о житии батюшки Серафима Саровского, я отправился к нему в гости, в Дивеево с паломнической группой от нашего храма.

Дело было летом. Мы приехали ранним утром, солнце только начинало свое очередное восхождение, было сумрачно. Прежде всего, мы отправились в обход святого места по канавке Богородицы.

Мне запомнилась полная тишина, то и дело нарушаемая громким, резким, крайне неприятным карканьем воронья. Они мешали слушать тишину, своё сердце и молиться. Было что-то дико дисгармоничное в этом противном карканье в святых стенах.

После канавки, мы пошли в храм. Здесь уже шла первая ранняя служба, на которой молились одни монашки. Особенную, таинственную тишину слабоосвещённого храма нарушали лишь тихие слова молитвы и доносящееся с улицы монотонно – скрипучее карканье.

С благоговейным трепетом смотрел я на совсем молоденьких девушек в черном, отрекшихся от мира, от семьи, от простого человеческого счастья, чтобы служить Богу. Какую любовь к Господу и крепость веры нужно иметь, чтобы отважиться на это!

Невольно представив себя на их месте, я ощутил щемящую сердце тоску до мурашек по телу, которую усугубляло доносящееся с улицы заунывное: «Каррр – каррр…» Меня невольно передёрнуло, как при ознобе, появилось чувство неловкости, словно я на похоронах во всем белом. Захотелось удалиться, не мешать совершаться этой святой молитвенной жертве своими любопытными глазами.