Сергей Скурихин
На внешней, на дальней

Астероид поблёскивал в свете корабельного прожектора. Антон синхронизировал с ним скорость и невольно засмотрелся на эту глыбу замерзшей воды – воды, в которой так нуждалась их маленькая база на Тритоне. Его затянувшаяся «охота» подходила к своему логическому концу, и пилоту хотелось пусть на чуть-чуть, но продлить волнующий момент.

– Ты от Облака ушёл, ты от Пояса ушёл, но от меня, ледяной колобок, тебе не уйти! – шутливо пропел Антон и дал команду бортовому искину на захват космического скитальца…

Уже вовсю обживались Луна и Марс, уже стояли первые базы на Каллисто и Титане, и очень нужно было закрепиться здесь – у самой дальней из внешних планет Солнечной системы. Пять молодых семейных пар стали первыми землянами, что так далеко оторвались от родного дома. А доставил их всех сюда – криосейсмологов, астрофизиков, радиста, врача и начальника базы – он, Антон, пилот транспортника «Дельфин». Правда, тогда он и не подозревал, что вскоре будет вынужден переквалифицироваться в охотника за ледяными астероидами.

Конечно, замёрзшая вода на Тритоне имелась, но только скрывалась та под пластами азотного льда, и, к несчастью, толщина последних оказалась намного больше прогнозной. Когда же автомат с супер-буром, отправленный к ним на выручку, потерпел крушение, вся их маленькая команда разом поняла, что в ближайшей перспективе рассчитывать может лишь на собственные силы. Запасы привезённой воды, как и мощности для её воспроизводства, были ограничены, но зато у них имелся целый транспортный корабль с внушительным грузовым отсеком…

– Гравитация в грузовом отключена? – уточнил Антон.

– Да, – ответил искин.

– Выведи картинку оттуда.

– Пожалуйста…

– Хорош красавец, а? – спросил пилот, когда налюбовался добычей.

– Вряд ли форму этого астероида можно признать совершенной, – честно признался искин.

– Да, ладно тебе… – Антон уже привык к прямолинейности электронного помощника, поэтому дискуссий с ним старался избегать: – Тонн под десять будет!

– Точную массу объекта смогу назвать после сканирования, – искин тоже хорошо изучил своего пилота и общение вёл строго по делу, если, конечно, не было установки на разговор по душам.

– Хорошо. Тогда выставляй фиксаторы и поэтапно включай гравитацию в отсеке.

– Выполняю.

Антон откинулся на спинку кресла и перевёл взгляд на приборную панель ручного режима управления. Там, на свободном месте между переключателями и шкалами, была прикреплена фотография его Даши. Именно фотография, в деревянной рамке, по-старинному. Антон улыбнулся. У жены шёл восьмой месяц беременности, и скоро их первенец станет новым колонистом – четвёртым ребёнком, родившимся на Тритоне…

– Семь тысяч восемьсот девяносто два килограмма и семьдесят семь грамм, – сообщил искин, прервав грёзы «без пяти минут» отца.

– Хорошо, – ответил пилот, но нотка досады в его голосе – он ожидал большего – не ускользнула от электронного помощника: – Химический состав?

– Примеси металлов и их соединений – около пяти процентов. Практически чистый лёд.

– Отлично! – Антон сразу повеселел.

– Не совсем, командир.

Обращение «командир» искин использовал только в тех случаях, когда сам находился в затруднительном положении.

– Что такое? – Пилот внутренне напрягся.

– Структура льда вообще насчитывает около двух десятков модификаций. Но структура данного льда науке неизвестна, – ответил искин так, словно прочитал выдержку из справочника.

– И что это значит? Вода из него будет пригодна для использования?

– Полагаю, да. После небольшой очистки.

– Тогда в чём проблема? – спросил Антон, чувствуя, что начинает раздражаться.

– Данный лёд по составу можно классифицировать как неравномернозернистый, – продолжил доклад искин: – В нём присутствуют мелкозернистые кристаллы, а также кристаллы средней и крупной зернистости. Подобное нередко встречается и на Земле, и в космосе. Но здесь размеры кристаллов внутри каждой фракции практически идентичны, чего невозможно достичь при естественных условиях образования льда. Более того, эти разновеликие кристаллы создают последовательности, аналогов которым я не нашёл ни в одном доступном источнике.

– Твои предложения?

– Предлагаю запустить обработку данных сканирования на квантовом компьютере.

Антон поморщился. Нет, квантовик базы не то чтоб был сильно загружен, да и вопрос обеспечения водой имел для всех самый высокий приоритет. Просто Антон уже настроился рапортовать о безусловном успехе, а тут в его роль добытчика и спасителя, во всех смыслах приятную и понятную, добавлялась какая-то новая и не очень понятная линия.

– Хорошо. Готовь материалы для отправки и вызови базу.

– Выполняю.

Раздался короткий щелчок, а следом за ним – отфильтрованный от радиопомех мужской голос:

– Привет, Антон.

– Герман Алексеевич, вы?

– Нет, это Ливадный. Сейчас я его позову…

Начальник базы был старше Антона всего на два года, но пилот, как и остальные члены миссии, всегда обращался к тому строго по имени-отчеству. Спустя пару минут руководство вышло на связь:

– Здравствуй, Антон. Какие новости?

– Приветствую, Герман Алексеевич. Везу восьмитонник.

– Прекрасно!

– Не совсем, – выдавил Антон, ловя себя на мысли, что повторяет недавний разговор с искином, только уже с позиции докладчика: – По составу наш астероид – чистый лёд. Но вот структура у последнего какая-то странная, неизвестная науке. В общем, моему искину требуется помощь старшего квантового собрата. Поддержите, Герман Алексеевич?

– Хм… Сейчас на нём запущен обсчёт новой сейсмологической модели, – не сразу ответил начальник, – но раз такое дело, подвинем. Отправляй данные. У тебя всё?