Ильгиз Гиматов
Не называй меня Муму

Кошка Мура умерла от горя

ГЕРА

День обещает быть жарким. Солнце с утра сочилось малиновым светом. Но к девяти утра стало ослепительно белым. Гера подставляет его теплым лучам лицо. Через пару часов станет на возможным сидеть вот так расслабленно у котельной.

Мебелька уже наполнилась рабочими. Цеха ожили. Перебивая друг друга, заверещали станки, завизжали циркулярные пилы.

Но это где-то за пределами сознания Геры. Он на суточной смене в фабричной кочегарке. И поэтому его мозг настроен вбирать только голос кочегарки – шелест его шнеков, подающих опилки в печь и всхлипы насосов, нагнетающих горячую воду в линии, ведущие в сушильные камеры и в цех покраски. А для каких целей летом еще нужна кочегарка?

ТОНЬКА – МНОГОСТАНОЧНИЦА

– Здравствуйте, дядя Гера! – раздается молодой женский голос. – Че наша Мура еще не родила?

Гера отворачивается от солнца.

– Родила. А куда ей деваться. Родить нельзя погодить. Сама уже не смогла погодить три раза

– Ну вы скажете, дядя Гера… Прямо-таки покраснела вся… Я тут ей колбаски принесла.

– Иди корми, если будет есть. От моей тушенки она отказалась. Ей молока надо…

– Завтра принесу, дядя Гера. А сколько котят?

– Пять штук. Один к одному, как тугие сосисочки. Там в коробочке у печки Мура их сложила. Иди уж смотри…

Гера провожает взглядом девчонку.