# Дебютируй или умри. Том 1

Токсу Пэк

Встречайте увлекательную корейскую новеллу про выживание и айдолов, легшую в основу популярного одноименного вебтуна, покорившего множество сердец!

Рю Гону, 29-летний студент, учащийся на государственного служащего, на следующий день после проваленного экзамена внезапно просыпается в незнакомом теле в отеле. Более того, он еще и переместился во времени на три года назад, а настоящего Рю Гону в этом мире не существует. Теперь его зовут Пак Мундэ, и, как в типичном романе с системой и перерождением, перед ним появляется окно статуса с заданием. Нет никаких ограничений для прокачки, но успеха достичь кажется невозможно, потому что всего за год нынешний Пак Мундэ должен либо дебютировать, либо умереть. В этом ему может помочь невероятно популярное шоу «Акционерное общество Айдолов: Повторные торги», чей новый сезон стартует в одно время с его перемещением. Имея знания из будущего об этой программе, Пак Мундэ выстраивает привлекательный образ для зрителей, выступает на сцене с другими участниками, а также неутомимо прокачивает свои навыки – и все это для того, чтобы дебютировать и выжить.

Для широкого круга читателей.

백덕수

데뷔 못 하면 죽는 병 걸림 1

Debut or Die Vol.1


© DS.Back/KWBOOKS

Original Korean edition published by KWBOOKS

Russian Translation Copyright © 2026 AST Publishers Ltd.

ALL RIGHTS RESERVED

This translated edition was published by arrangement with KWBOOKS

© ООО «Издательство АСТ», 2026

© Носов А. С., пер., 2026

* * *

## Глава 1

Ты открыл глаза, и на тебя смотрит незнакомый потолок? По всем законам жанра это должно означать, что тебя переместило в другой мир. Но со мной такого произойти не могло. Просто я почему-то очнулся в номере какого-то захудалого мотеля.

– О-о-о…

Казалось, что голова вот-вот расколется. Я зажал лоб рукой и с трудом поднялся. Затхлое одеяло сползло к ногам.

Так… Восстановим картину случившегося. Похоже, я снова завалил экзамен для поступления на госслужбу, напился в одиночку и уснул. Но как, черт возьми, я дополз из своей квартирки до мотеля?

– Совсем сбрендил…

Выругавшись на самого себя, я поплелся в туалет, чтобы ополоснуться и заодно поглядеть на свое отражение. Ничего особенного я увидеть не ожидал: и так ясно, что там пьяный, измотанный абитуриент. Но, посмотрев в зеркало, я с грохотом рухнул на пол.

– Угх!.. Б****…

Мат вырвался сам. Не веря в происходящее, я стиснул зубы. Дрожащими руками я откинул волосы и снова посмотрел в зеркало. Оттуда на меня по-прежнему смотрело чужое лицо. Тощий, изящный подросток, почти ребенок.

Стараясь не впасть в панику, я глубоко вздохнул. Сигарету бы. А ведь я бросил.

– Ох…

Только теперь до меня дошло, что даже голос изменился. Аж язык захотелось прикусить.

Что, черт возьми, вообще происходит?

Собрав последние силы, я смог заставить чужое тело осмотреть номер. На кровати лежала записка – явно похожая на предсмертную – и пустой пузырек от таблеток. Похоже, этот парень пытался отравиться снотворным.

Я пробежал записку глазами: сирота, бросил учебу, обижен на мир, не видит перспектив, и потому уходит из жизни. Рот налился горечью. Поменяться телами и остаться сиротой, серьезно?

На дешевом туалетном столике лежал кошелек. Внутри несколько купюр и удостоверение личности моего нового тела.


[Пак Мундэ 0×1215 – 3××××××]


– Тройка[1]…

«И правда совсем зеленый».

Я присмотрелся к фото на карточке. На документе Пак Мундэ выглядел лучше, чем только что в зеркале, хоть и довольно мрачно. Тем не менее для такого типа лицо было вполне приличным – молодое, даже миловидное. Это сколько ему, двадцать три? Думал, моложе будет.

– …

Так, нет, мне сейчас не об этом нужно думать.

С усилием я заставил мысли переключиться в более серьезном направлении. В целом теперь я примерно понимаю, что произошло. Получилось даже немного успокоиться. Теперь осталось понять, где мое старое тело и что с этим всем делать. Может, в моем теле этот неудачливый самоубийца?

Я схватил кошелек, открыл дверь мотеля. И застыл. За окном прямо передо мной падал снег. А до того, как я отрубился, был июль.

– Боже.

Я сглотнул, бросился обратно в номер и схватил настольный календарь.


[декабрь 202×]


Дата трехлетней давности. В глазах помутнело. На этот раз успокоиться вышло быстрее – перемещение в прошлое оказалось для меня не таким большим шоком, как смена тела. Я сел на край кровати и глубоко вздохнул.

«И вот хотя бы один выигрышный лотерейный номер запомнил…»

И вдруг в голове пронеслась мысль, от которой стало уж совсем не по себе: «А что, если это не прошлое, а вообще совершенно другой мир?» Сумасшедшая мысль, но в этой безумной ситуации она звучала на удивление убедительно. Кажется, я видел что-то похожее в вэбтунах. Все эти комиксы про бесстрашных героев, которые сражаются в других мирах с чудовищами?

– Окно состояния?.. – глухо пробормотал я. Голос прозвучал совсем не по-героически. В комиксах у героя возникло бы окно с характеристиками. Но передо мной, разумеется, никаких окошек не открылось. Черт. Я с досадой стукнул по кровати. И чего я вообще ожидал, идиот…


[Имя: Пак Мундэ (Рю Гону)]

Уровень: 0

Никнейм: нет

Вокал: C

Танцы: —

Внешность: C

Таланты: —

Особенности: Безграничный потенциал

Появилось?!

Я свалился с кровати.

– Угх!

Боль в спине уже не могла остановить поток мыслей.

«А окно-то совсем не такое, как я ожидал…»

* * *

– …

Если до появления окна статуса я еще мог подумать, что все происходящее – это лишь чья-то злая шутка, то прямое нарушение всех законов физики прямо на моих глазах заставило поверить в реальность моих злоключений. Так что, на удивление, появление окна смогло меня наконец полностью успокоить.

Сейчас я уже вылез из мотеля и сидел в ближайшем компьютерном клубе: проверял, просто ли я переместился во времени или оказался в другом мире.

Первым делом я, разумеется, попробовал позвонить со стойки регистрации в мотеле на свой старый телефон. Автоответчик сказал «такого номера не существует». В студенческий аккаунт войти нельзя, а странички в соцсетях, которые я заводил для учебы, исчезли. Получается, в этом мире «я» как бы и не существую. Впрочем, особо грустить по этому поводу не приходится. Родители погибли в аварии, когда я был в средней школе, к концу старшей перестали выходить на связь и остальные родственники. Никаких других связей у меня особо и не было, да и те, что были, растерялись с годами подготовки к экзаменам. Учитывая, сколько лет я потратил на эту подготовку, без моего старого тела этот мир ничего и не потерял бы.

– Ваша лапша с ветчиной.

– О, спасибо.

Закончив с этой хладнокровной оценкой своей прошлой жизни, я взял поднос и, шумно втянув палочками лапшу, открыл поисковик.

Хм, три года назад… Как раз когда я решил по-серьезному засесть за учебу. В тот год я перестал оплачивать телефон и отключил дома интернет, так что новости из прошлого не казались особенно знакомыми, хотя и казались вполне похожими на правду. Все было плюс-минус как из моей реальности трехлетней давности. На глаза попадалось все то же, что было в тренде тогда – те же игры, фильмы, песни, айдолы…

Айдолы.

– Хм.

Я положил палочки в пустую миску из-под лапши и скрестил руки.

То окно статуса… По описанию ну явно под айдолов заточено. Не знаю, как я оказался в этом теле, но, может, его бывший хозяин был как-то связан с музыкой? Был трейни[2] или хотя бы мечтал стать знаменитостью? Или, может, дело в моих собственных университетских похождениях? Без понятия. Как бы то ни было, если инструмент есть, глупо им не воспользоваться.

– Мой статус.

Почти шепотом пробормотал я. Тут же в поле зрения опять всплыло полупрозрачное табло. Вокал – «С», внешность – тоже «С». Остальное пусто.

«Может, в остальных пусто, потому что я это еще не пробовал?»

Нет, не стоит об этом сейчас думать – мне было совершенно не до плясок, да и харизму было показывать некому.

«Ладно, проверю тогда хотя бы то, что есть».

В памяти всплыла вывеска караоке, которую я видел у входа в компьютерный клуб.

* * *

– О-о.

Ну, ранг «С» оказался не таким уж и низким. Пелось мне неплохо. Голос приятный, звучный, подача чистая – словом, чувствовалась хорошая база. Таланта явно хватало.

Но куда больше удивило другое – появление нового окошка.


[Новое достижение! <Первая попытка>]

Уровень 0 → 1

Получено 1 очко!


– Достижение?

Стоило мне пробормотать, как всплыло новое окно.


Прогресс достижений

Десять попыток (0/10)

Сто попыток (0/100)

Первый раз (0/1)

Десять раз (0/10)

…


Окно можно было прокрутить вниз, и, сколько бы я ни крутил, список, кажется, не собирался заканчиваться. Чистая гриндилка[3]. Чем дальше вниз, тем более абсурдно большими становились цифры. Половина пунктов в списке была пустой. Может, пока заблокированы?

Интерес подостыл, и я закрыл окошко. Но раз уж дали какие-то очки, стало любопытно, на что их можно потратить. Я снова вызвал окно статуса.

Внизу появилась новая строка: «Доступные очки: 1».

– Добавить 1 очко в «Вокал».

Строка изменилась прямо у меня на глазах.


Имя: Пак Мундэ (Рю Гону)

Уровень: 1

Никнейм: отсутствует

Вокал: C+

Танцы: —

Внешность: C

Таланты: —

Особенности: Безграничный потенциал


Вокал сразу поднялся до «C+». И что, правда будет какое-то улучшение?

Я сразу выбрал только что спетую песню и попробовал еще раз. Результат ошарашил.

– А ведь неплохо получилось?

Разница и правда была: пелось легче, звук стал более выверенный, будто гортань сама вдруг выучила правильную технику исполнения. Кстати, та «способность» из окна статуса…

– Безграничный потенциал, значит?..

У обычных людей результат всегда зависит от врожденных способностей: можно трудиться хоть до упаду, но всегда есть лимит, который одними стараниями не преодолеть. Моя же «особенность» прямо утверждала обратное: никакого потолка, эффективность от усилий – запредельная. И, что главное, навыки, как я только что проверил на практике, и правда росли.

Задумавшись, я стал почесывать подбородок.

Айдол… Получается, это путь, который уготован моему новому телу?

Тут же поверх окна статуса выскочило уведомление.

– !..


Аномалия статуса!

Аномалия статуса: «Дебют или смерть» активировано!


Под огненно-красным заголовком побежал текст:


«Дебют или смерть»: Не сумев дебютировать в качестве айдола за отведенное время, вы умрете.

Оставшееся время: D-365.


– Что?!

Бред какой-то. Но от дурного предчувствия теперь было не отделаться. Я уже оказался в чужом теле, так что ситуация и так была сумасшедшей. Нельзя было исключать, что вскоре случится что-то еще более странное.

Как только я дочитал, странное уведомление исчезло. И, конечно же, к моему статусу добавился новый пункт.


Имя: Пак Мундэ (Рю Гону)

Уровень: 1

Никнейм: нет

Вокал: C+

Танцы: —

Внешность: C

Таланты: —

Особенности: Безграничный потенциал

!Аномалия статуса: Дебют или смерть


Неужели это правда?

– Вот б****… – выругался я и зажал руками голову. Пробило холодным потом. Если улучшение вокала сработало в реальной жизни, то и это проклятая «Аномалия статуса» тоже вполне может.

«Почему вообще вдруг появилось это уведомление? Неужели потому, что я подумал об айдолах?» Просто смешно. Но тут же закралась другая мысль: «А вдруг это наказание за то, что я в свое время барыжил фанкамами?»

Ну да, айдолы. На самом деле я в эту сферу был по личным обстоятельствам весьма глубоко погружен. В универе я неплохо зарабатывал тем, что помогал записывать выступления. Ну и в процессе приходилось проворачивать и кое-какие другие дела. За время работы я довольно многое повидал, ну и, конечно, до меня доходили самые разные слухи индустрии. А поскольку на съемках я работал довольно долго, в какой-то момент даже, непонятно зачем, втянулся, стал сам изучать, что там у айдолов к чему. Кое-какая база в этой сфере у меня была.

Я провел рукой по лицу, стирая холодный пот, скрестил руки на груди и уставился на окно статуса. Что это все значит – понятия не имею. Бред. Аж злоба берет. Но умирать я точно не собираюсь. Значит, нужно взять себя в руки.

«Ну что ж, предыдущая жизнь пошла на свалку, а взамен мне дали новый старт. Да еще и с такими выгодными условиями, грех жаловаться».

К тому же, если я хочу разобраться, как меня вообще затянуло в это тело, все равно придется дальше пользоваться окном состояния.

– Хм.

Сеанс саморационализации закончен. Я усмехнулся перекошенной, чуть безумной улыбкой.

«А ведь три года назад как раз гремело то айдол-шоу на выживание».

«Акционерное общество Айдолов». Это шоу тогда было как раз на пике популярности. После появления программ, для которых набирали десятки или даже сотни трейни, а потом отсеивали их с помощью зрительского голосования, похожие передачи стали штамповать, как на конвейере. «АО Айдолов» было как раз одним из таких шоу, но кое-что, все же, их от других программ-клонов еще отличало. «АОА» оказалось куда более хищным в своем капиталистическом размахе.

Вот рекламный слоган первого сезона: «Акции вашего айдола растут прямо пропорционально вашим вложениям!» Иными словами, хочешь поддержать участника – плати. Чем больше денег вбухал, тем больше голосов у тебя в руках.

Сейчас как раз должен был идти третий сезон. Второй с треском провалился, его стыдливо вычеркнули из истории и вернулись с подзаголовком «Повторные торги». Многие тогда смеялись и предсказывали, что проект окончательно загнется.

А я? Да я в то время вообще ничего не думал, только зубрил к экзаменам.

Как бы то ни было, все пошло иначе: третий сезон выстрелил по полной.

Вокруг шоу крутились скандалы и потоки негатива, но рейтинги били рекорды. В итоге проект выпустил мужскую группу, которая ворвалась в чарты с 80 тысячами уникальных слушателей и продала 600 тысяч копий дебютного альбома.

В общем, я решил, что и мне нужно попасть в «АОА».


Сегодня я сделал первый шаг на пути к своей новой цели.

– Все, готово! Сбоку, как просили, почти не трогал.

– Спасибо.

«Ну хоть немного привел себя в порядок», – отметил я про себя, глядя на аккуратную стрижку в зеркале парикмахерской. Лицо больше не выглядело таким изнеможденным и замученным, чему могло способствовать и то, что последние несколько дней я хорошо ел и много спал. Теперь можно было спокойно убрать длинную челку и открыть лоб. Как раз в этот момент женщина, которой делали химзавивку в соседнем кресле, решила подбодрить:

– Ой, вам так идет! Прямо расцвели!

Я поблагодарил ее и пошел к кассе расплачиваться. «Хорошо хоть на счету нашлись кое-какие деньги», – подумал я. Наверное, это страховка родителей, которой Пак Мундэ так и не воспользовался. Прости, но придется потратить мне…

«Может, когда поднакоплю, чтобы восполнить изначальную сумму, пожертвовать ее в какой-нибудь детский фонд…» От этой мысли стало горьковато. Я уже успел собрать документы, оформить новый телефон и поузнавать всякое про жизнь своего нового тела. Судя по всему, свое самоубийство Мундэ распланировал заранее – он заранее снял жилье (с долгами по аренде, так что депозит почти не вернули), расторг контракт на мобильный.

«И даже выбрал для этого собственный день рождения…» Наверное, жить ему действительно не хотелось. Впрочем, я его понимаю. Я и сам когда-то был на грани.

«Надеюсь, он теперь в хорошем месте». Мысленно помянув Мундэ, я закончил с воспоминаниями и толкнул дверь салона. Был уже почти полдень, слепило солнце. До возвращения в мотель еще многое нужно было успеть.

«Надеюсь, все получится».

Благодаря опыту из прошлой жизни я был уже неплохо знаком с «АОА» – знал, какие у шоу цели, состав дебютантов и даже заглавную тему программы. Конечно, до перемещения в новое тело я больше был занят экзаменами и кое-какие детали могли от меня ускользнуть, но я был уверен, что шанса лучше, чем «АОА», у меня не будет. На шоу такого масштаба будет достаточно пройти хотя бы во второй тур, уже можно будет зацепиться за какую-нибудь некрупную продюсерскую компанию. Была только одна загвоздка: открытые прослушивания на этот сезон уже завершились.

«Но, думаю, я знаю, что может мне помочь».

И я был готов воспользоваться любым шансом. Цель проста – хотя набор давно закончен, я обязан стать участником «АОА».

«И сделать это за неделю».

Не через телеканал, а через местное караоке.

* * *

– «АОА»? А, та программа с айдолами. Там одна из сценаристок – полный псих.

Парень на вечеринке университетского фото-кружка, хихикая, делился сплетнями. Мол, родственник работает на телевидении и рассказал всякое. Никогда не переносил таких сплетников.

– Говорят, она там участников прямо по караоке искала. Ну, возле телецентра, как там этот район называется… Сонсу-дон? Короче, эта сценаристка обходила тамошние караоке и зазывала на шоу обычных людей. Потом ей, говорят, досталось от продюсеров, мол, зеленая еще, а уже самовольничает. Ну не дура, а?

Тот парень после этого еще долго разглагольствовал на похожие темы. На пьянках болтовня – дело привычное, но чтобы так безостановочно и скучно вдалбливать на посиделках чушь всему клубу – редкость.

«Кто вообще этого типа позвал?»

«Больше его точно не берем».

«Согласен».

Мы обменялись взглядами, и всем все стало ясно. Разумеется, я тоже не поверил в его бредни. Да и вообще, халявный алкоголь был куда интереснее. Но неожиданно нашелся человек, подтвердивший историю сплетника.

– Та обычная девушка, которую нашли через караоке, – это Ли Гоюн.

– А?..

Ли Гоюн – айдол, дебютировавшая в первом сезоне. Нежная внешность, жизнерадостная, задорная, с забавным акцентом – она быстро завоевала популярность именно этим сочетанием.

– Ух ты, эта та дебютантка?

– Ага.

– О… А откуда вы знаете?

Старшекурсница с журфака, уже почти выпускница, спокойно продолжила:

– Та «дура-сценаристка» – моя онни[4].

Сплетник тут же запнулся и замолчал. Со всех сторон на него посыпались насмешки и презрительные взгляды.

– Э-э, ха-ха, нет, я не в том смысле…

– И потом, никакой продюсер ее не отчитывал. Ей, наоборот, зарплату повысили.

– … – после этого парень умолк и тихо сидел на месте. За что я был ему даже благодарен – пить стало куда приятнее.

Вообще, ситуация вышла достаточно колоритной, чтобы отложиться в памяти. Та старшекурсница, кажется, еще потом сказала, что если на кастинге для шоу не набиралось достаточно участников, подходящих продюсерам, то донабор в местных караоке вели еще около недели.

– Разве уличные певцы для этого не лучше? И искать удобнее.

– Там слишком много тех, кто и так мечтает о сцене, поэтому их как раз стараются обходить стороной. А обычные люди, наоборот, в таких шоу как глоток свежего воздуха.


Ну да, у таких передач ведь цель не только в том, чтобы отобрать тех, кто непременно сможет выбиться в шоу-биз, но и в том, чтобы придать передаче больше драмы. Поэтому наивных простачков брали сознательно – для зрелищности. В конце концов, ими всегда можно было пожертвовать в угоду рейтингам.

«Но сейчас важно не это».

Главное, что и в третьем сезоне та самая сценаристка, скорее всего, продолжает набирать участников через караоке.

«Кто же откажется от такого проверенного метода?»

Даже наоборот, после провала второго сезона кастинг наверняка просел, и теперь им, небось, приходится хвататься за любую возможность, чтобы набрать достаточное количество людей.

Ладно, посмотрим на вещи трезво. Этот Пак Мундэ, конечно, тощеват, но внешность вполне приличная, рост тоже нормальный, да и поет неплохо. В общем, шансы есть. Осталось только…

«Нужно поднять несколько уровней».

Начну с достижений за тренировки, а полученные очки вкачаю в вокал и все остальное. Нужно быть во всеоружии.

Я взял микрофон, выбрал песню. И, прежде чем начать, краем глаза посмотрел на дверь моей кабинки. Та была полностью прозрачная. Видимо, это караоке ориентировалось в своих дизайнерских решениях на молодую аудиторию – открытые пространства, много стекла, все по последней моде. А заодно можно было подглядывать в отдельные комнаты. Именно поэтому я, собственно, и выбрал это место.

Все логично. Сценаристка, на которую я надеялся, и без того наверняка завалена работой по подготовке программы. Если она и будет лично выбираться в люди, чтобы присмотреть подходящих «обывателей», то наверняка где-то недалеко от телецентра и там, где можно быстро посмотреть на потенциальных кандидатов.

«Значит, сейчас это караоке – лучший вариант».

Я без колебаний забил сразу десяток песен в очередь и, пропуская инструментальные вступления, запел.

* * *

[Новое достижение! <Десять попыток>]

Уровень 1 → 2

Получено 1 очко!


Вскоре одно достижение – «Спеть 10 песен» – было закрыто.

Супер, все идет по плану.

Очко снова ушло в вокал – и показатель поднялся с «C+» до «B-». Проверил результат на той же песне.

Хм. На этот раз изменения чувствовались куда ярче. Голос стал глубже, мощнее. Похоже, при смене буквы скачок идет более заметный. Если так, то на старте характеристики будут расти очень быстро. Но сейчас было важно не это.

– А, да, вот моя визитка.

Так сразу? Даже не думал, что меня заприметят так быстро. Я уже даже начал думать, что надо приходить попозже. Удачно, конечно, получилось.

У девушки в очках, которая протягивала мне визитку, было уставшее лицо, но разговаривала она нарочито бодро. Похоже, старалась произвести хорошее впечатление – видимо, мое пение ее зацепило.

Я взял карточку. Как я и думал.


[Рю Сорин]


Ту старшекурсницу с журфака звали Рю Соджин. «Ну да, явно сестры[5]».

– А как вас зовут?

– Пак Мундэ.

– Красивое имя. Подумайте серьезно, ладно? У вас явно звездный потенциал. Наша программа как раз таких и ищет.

– Спасибо, – ответил я сдержанно. Слишком живой интерес выглядел бы подозрительно, будто я специально охотился за этой встречей. На кастинге все равно всех прогоняют через анкеты и фильтры, но уж слишком рьяных «охотников» они наверняка сразу отсекают.

Похоже, я выбрал верную тактику – женщина заговорила еще охотнее:

– У вас и внешность отличная, и поете отлично, в нашей программе вы точно выстрелите. Хм, может, прямо сегодня съездим и снимем тестовое видео?

– Что, простите?

Она явно решила не тянуть кота за хвост:

– Да давайте съездим сейчас, позвоните родителям, скажите, мол, сына позвали на телевидение, они наверняка только обрадуются.

– У меня нет родителей…

В глазах Рю Соджин мелькнула искорка интереса. Видимо, сразу решила, что из меня получится отличный материал для шоу. В таких передачах личные драмы – товар номер один. Зрители могут сколько угодно ругать телевидение за слезовыжимание, но рейтинги это все равно всегда только повышает. Упускать такой шанс сценаристка явно не собиралась. Однако почти сразу она вернула лицу мягкость и сочувствие:

– Ой… простите, зря я так сказала.

– Все в порядке.

– Да вы просто подумайте, это же экскурсия на телестудию! Не каждый день ведь такая возможность выпадает!

– Хм…

Пора соглашаться.

Я сделал вид, что сомневаюсь, выдержал паузу и медленно кивнул. Лицо женщины моментально просветлело.

– Отличное решение! Телецентр здесь совсем рядом!

Ну что, первая цель достигнута. Я и не думал, что все получится так легко.


В студии, куда меня чуть не заволочила сценаристка, ничего особенно интересного не произошло. Короткое интервью перед камерой – и все. Станцевать не попросили даже для формы, ну и, естественно, не дали никаких советов пойти в танцевальную школу. Судя по всему, моя роль в шоу была предопределена. Ну и ладно. Главное, что мое имя появилось в списке участников. Но был и неожиданный момент: дата первой съемки оказалась куда ближе, чем я рассчитывал.

– Через десять дней?..

– Именно. Вы, так сказать, успели в самый последний вагон. Обычно в программы вроде нашей так просто не попасть, но вам повезло! Уж слишком хорошо вы подходите под наш формат.

«Ага, конечно. Судя по всему, кто-то из участников выбыл из шоу в последний момент, вот и носятся по караоке в поисках замены», – подумал я с ленивым раздражением. Слова ведь ничего не стоят – можно приправить их любыми комплиментами. А потом, как только отыграю свою роль, в ту же секунду сделают вид, будто и знать меня не знали. На телевидение попросить участника на выход ничего не стоит. К тому же обычному-то человеку легко втихаря сказать: «Готовься: через десять дней съемки и оценочная песня». Вот если бы такие условия поставили кому-нибудь из более серьезных участников, их агентства наверняка подняли бы крик.

Но я, в общем-то, был к такому готов.

– Хорошо, спасибо, – сказал я, состроив дурачка и слегка покивав, словно нервничая из-за ранних съемок. Сценаристку мое покорное согласие оставило довольной.

– Это мы вам должны сказать спасибо! Тогда я еще свяжусь с вами обговорить остальные детали.

Судя по всему, меня выгоняли.

Я вышел из телецентра и тут же составил план на предстоящие десять дней. Времени было мало – похоже, придется действовать решительнее, чем я собирался.

* * *

После десяти суматошных дней наконец настал первый день съемок. По законам жанра любое шоу на выживание начинается с индивидуальной оценки участников.

Первая оценка. Кто хоть раз смотрел такие передачи, знает, насколько важным может оказаться первое впечатление от участников – нередко именно по нему судят вплоть до самого конца программы. Так что, если на этом этапе ты ничем особенным не отличаешься, нужно во что бы то ни стало сделать выступление запоминающимся.

Можно даже провалиться, лишь бы громко. Ну да, тебя сначала все обсмеют, но это тоже неплохой вариант для дальнейшего роста. А вот если себя не проявишь, то просто возьмут и вырежут из эфира, а это уже приговор. Я, конечно, надеялся, что обойдется без провалов, но…

– Помните свой номер? Будем вызывать по ним. Идите по коридору – и на сцену.

Съемки начались с того, что всех заставили по одному выходить на сцену. Неестественные походки участников потом наверняка окажутся в тизере программы, а всего на 40-секундный ролик мы потратили больше двух часов. Что, правда, неудивительно при 77 участниках.

«Да тут одни дети», – подумал я, окинув взглядом ребят, что сидели со мной в помещении за сценой, которое с натяжкой можно было назвать комнатой ожидания. Мой изначальный запал немного угас. У меня, конечно, были мое окно состояния и опыт прошлой жизни, но в этой толпе школьников мне вдруг стало неловко, что я вообще собираюсь стать айдолом.

– Кхм, здравствуйте.

Несколько парней в комнате ходили туда-сюда и пытались заговорить со случайными людьми, и сейчас ко мне подошел как раз один из них. Не уверен, специально ли он пытался наладить знакомство или просто хотел поболтать с кем-нибудь на радостях. Важнее было, что выглядел он не старше лет пятнадцати.

«Да уж, дожил, завожу знакомства с малолетками…»

– Вы один пришли на прослушивание?

– Да.

– Круто, я тоже. Э-э… а вам сколько лет?

– Двадцать.

Скостив себе девять лет, я почувствовал себя немного неловко, но одновременно неожиданно приятно.

– А у вас агентство есть?

– Нет.

– А, ясно! Обычно в «АОА» все приходят от агентств, вот и решил узнать, откуда вы…

– У меня изначально не было его.

– Ага… понятно.

Школьник сразу потерял ко мне интерес и, закончив фразу, бросился к следующему человеку. Уже видно, что парень схватил суть игры, такие быстро идут вперед. Конечно, подобную расчетливость придется прятать от камер, но, думаю, с этим он как-нибудь разберется сам. С ума сойти, конечно, даже детишки уже настолько прагматичные. На секунду я подумал, не сошел ли с ума, ввязавшись в это все, но отступать было поздно.

– Переходим на другую площадку!

Наконец началась основная часть съемок. Чувствуя себя сурикатом, я поплелся за толпой школьников и встал у края сцены, на которой проводили первый этап прослушиваний, и стал ждать своей очереди.

Меня вызвали примерно в середине списка.

* * *

– Участник Ли Седжин-Б… 15 место! Можете садиться.

– Спасибо!

Парень на сцене вежливо поклонился. Его отправили на шоу от одного агентства с еще тремя участниками. Он явно справился лучше, чем его коллеги, но растопить сердца продюсеров явно не смог.

«Это уже слишком…»

Сценаристка Рю Сорин, нахмурившись, вертела в руках шариковую ручку. В третьем сезоне бюджет программы сократился, что было неудивительно, учитывая провал второго. И сам перезапуск-то еле-еле удалось протащить.

Продюсеры работали над тем, чтобы стереть тень предыдущего сезона – чего стоило только это нелепое добавление про «Повторные торги» в название шоу. На самой съемочной площадке чувствовалось, что вся команда работает на успех, но этих усилий было явно недостаточно, чтобы полностью возместить прошлые неудачи.

Одним из главных показателей прошлого провала был, конечно, пул участников. Самых подготовленных ребят перехватили другие программы, и чтобы дотянуть список до 77, решили набирать всех, кто выглядел хоть немного презентабельно. В итоге, конечно, процент «никаких» участников поднялся до опасной отметки. А если будет слишком тухло, то уже никакой монтаж не спасет. В корейских айдол-шоу зрителю почти невозможно навязать человека без таланта, как такого ни упакуй, рано или поздно люди понимают, что фантик пустой, и на программу обрушивается лавина критики. И не скандальной критики, способствующей рейтингам, а просто досады и раздражения: «неинтересно», «обманули». Костяк дебютной команды руководству шоу удалось собрать, но без темных лошадок держать программу на плаву им будет ох как не просто.

«И этот такой же».

Следующим на сцену должен был выйти полный новичок, которого нашли всего за десять дней до съемок. Один из утвержденных участников попался на пьяной езде, пришлось срочно заменить. Особых ожиданий никто не питал.

«Как там его зовут… Хотя все равно потом еще объявят».

У парня был неплохой голос, приятная внешность и подходящая для ТВ личная история. Стандарты отбора из-за срочности пришлось понизить, что и дало парню шанс. Но даже так – максимум, что можно сказать: чуть лучше запасных.

«Ну… зрителям будет с кем сравнить остальных участников».

Судьи со скучающим видом пробежались по анкете новичка. Кроме семейных обстоятельств – ничего особенного. Рю Сорин сама поймала себя на мысли: «Может, было бы даже хорошо, если бы он сейчас облажался, хоть скандальчик получим». Пара катастрофически слабых участников не повредит – шоу ведь держится на эмоциях. А насмешки, как известно, тоже форма внимания.

Обычный парень, готовившийся всего десять дней, да еще и в одиночку, имел все шансы показать на сцене какую-нибудь потрясающую нелепость. Рю Сорин, слегка прищурившись, бросила короткий взгляд на участника:

– Можете подниматься на сцену!

Новичок вышел к микрофону, и Рю Сорин смогла рассмотреть его поближе. К счастью, визажисты постарались, и лицо смотрелось куда приличнее, чем при их первой встрече. Но вот общее впечатление… Вид у парня был то ли скучающий, то ли подавленный, в любом случае странно отстраненный. Раньше она думала, что это связано с его семейной историей, но раз он и перед десятками камер выглядит так же – значит, дело в другом?

На самом деле участник уже не раз бывал на массовых съемках в качестве статиста и к камерам давно привык. Но об этом сценаристка знать не могла, вот и продолжала гадать: «Просто не показывает, что волнуется?» Впрочем, ее это особенно не заботило. Если он бездарь, то можно будет выставить его как самоуверенного новичка – зритель быстро подхватит такую картинку. Она уже прикидывала, под каким соусом можно будет его подать.

Тем временем на сцене к парню обратился ведущий:

– Представьтесь, пожалуйста.

– Здравствуйте, меня зовут Пак Мундэ.

В судейском ряду послышались сдавленные смешки и легкое фырканье.

– Это все? – с полуиронией спросил через микрофон один из судей-мужчин, явно недовольный столь коротким представлением. Но Пак Мундэ будто и не заметил придирки и просто кивнул, не изменив своему серьезному выражению лица.

– Да. Мне пока особо не о чем рассказывать.

В жюри раздался смешок.

– Ого, ну и кадр попался!

– Забавно, забавно…

Микрофоны заботливо улавливали все перешептывания судей.

– А, ну да, в анкете и правда совсем пусто.

– Ага.

Казалось, еще чуть-чуть – и прозвучит что-то в духе: «И зачем вы вообще пришли?» Но судьи, видимо, решили придержать такие реплики на потом, когда эффект будет сильнее, и стали чуть серьезнее. А сценаристы, напротив, оживились: «Хм, кое-какой материал для монтажа, может, и выйдет».

– Ну что ж, давайте посмотрим, что вы подготовили.

– Хорошо.

С некоторым злорадством участник взял из рук ассистента микрофон. Через несколько секунд зазвучала инструментальная партия. Все разом нахмурились.

«Что?.. Он эту песню собирается петь?»

По залу разлился мягкий и чувственный аккомпанемент. Судьи стали перешептываться.

– А?..

– Это же T-Holic?

Когда-то этот бойз-бэнд собирал все главные премии три года подряд, но потом группа ушла на вынужденный перерыв – призыв в армию проредил ряды участников. Лейбл тогда сделал ставку на младшего, еще не призванного в армию главного вокалиста, и выпустил его мини-альбом, на котором особенно сильным вышел заглавный трек. Со временем, правда, стало понятно, что настоящая жемчужина альбома была не заглавная композиция, а одна из песен, которая шла к ней в довесок – Party in me. Песня неожиданно стала набирать популярность и даже поднялась до топ-три музыкальных чартов. Изначальным толчком послужила рекомендация известной соло-певицы в соцсетях, потом трек стал появляться в развлекательных шоу.

Пышный живой саунд, изящные синтезаторы, легкое, но запоминающееся звучание – в итоге волна популярности позволила треку надолго закрепиться в музыкальных программах студенческих фестивалей и даже попасть в годовой топ-сто.

И сейчас в студии явно звучала именно Party in me, те же аккорды, тот же мягкий чувственный мотив.

Да, песня отличная, в умелом исполнении – так вообще конфетка.

Но выбор странный. «С чего он вообще решил, что сможет ее спеть?»

Для дебюта, как казалось, песня совсем уж не подходила. В «выживалках» обычно пели либо хиты айдолов, которые были в тот момент на пике славы, либо широко известные песни более зрелых артистов. Party in me же явно выпадала из обеих категорий, так что обычно в таких программах ее никто не пел. Тем более что пик ее популярности уже несколько лет как прошел. От новичка ничего, кроме банальностей, никто не ждал, вот ему и не сказали заранее, что конкретно нужно петь. Неожиданно, конечно. Вообще-то о выборе песен продюсерам было известно заранее, но заблаговременно проверять, что будет петь каждый из 77-ми участников никто не хотел, вот и получилось, что получилось.

«Песня ни туда ни сюда… И как это потом монтировать, чтобы нормально сочеталось с другими участниками…» – Рю Сорин раздраженно начала стучать ручкой по блокноту. Судьи, которых выбор композиции вначале удивил, теперь лишь с ленцой дожидались конца вступления.

И тут Пак Мундэ запел:


– Я помню себя, которого раньше знал,

Себя, который лучился и сиял.

И в череде измученных, слабых дней,

Даже в конце бесконечных будней.

Внутри изранена душа,

Это ведь я, о-о,

Да, я.

It's me.


– !..

А неплохо.

С первых строк, с этого сбивчивого ритма, переходящего в полушепот, все прозвучало чисто. Легко и естественно. На слух – безукоризненно. Немногие знают, что эта песня только кажется простой: чаще всего исполнители теряют тонкие смещения ритма и сбиваются. Внешняя легкость песни тогда сразу оборачивается провалом – зрителю кажется, что такое не споет только полный любитель. Но этот парень безошибочно попадал в каждую дробную долю сложного ритма.

«Дан, та-дан, тан, дан, да-ан, та-дан».

– !..

Один из судей, который машинально отбивал ритм по столу, невольно вздрогнул. Совпадение оказалось идеальным.

Даже тем, кто от всех тонкостей дробных долей был максимально далек, было видно, что пел Пак Мундэ отлично – голос уж слишком точно ложился на аккомпанемент.

«И сам тембр тоже ничего?..» Дело было не просто в силе голоса, но еще и в красоте и объемной глубине тембра.

«В караоке он разве так пел?» – Рю Сорин попыталась вспомнить их первую встречу. Нет, вроде бы тогда было по-другому. Если бы он сразу так пел, она бы с ним на кастинге провела гораздо больше времени. Может, даже помогла бы с выбором песни. «Это он за десять дней так прибавил?»

Тем временем песня перешла от куплета к предприпеву.


– Поэтому я…

Должен увековечить себя.

Нельзя забывать.

Нельзя снова упускать.

Запомни навсегда,

Все, что было, да.


Мелодия поднималась по ступеням вверх, словно по эскалатору, но даже здесь в вокале не появилось ни грамма фальши. Даже дыхание у Мундэ было совершенно естественным, как будто исполнение не доставляло ему никакого труда. На этом этапе сценаристка заметила, как изменились лица судей. Полное изумление.


– Ну же, радуйся сейчас,

Этот миг – твой звездный час.

Не забывай, не стирай.

Празднуй, мечтай!

That's the party in me.

Веселись до зари,

Ведь каждый день – это твоя party! О-о!

Let's PARTY!


Высокие ноты взмывали свободно и легко, будто еще как минимум одна октава оставалась в запасе. Звучало чисто и естественно, вокал не переходил в крик и больше напоминал мягкий речитативный поток – идеальное попадание для этой песни.

Рю Сорин теперь оставалось только усмехнуться: «Ну и хорошо, будет материал для главного вокала. Как раз не хватало певцов… Вот это удача! Мой глазомер – ну просто блеск. Идешь по улице, хватаешь – и такое сокровище попадается».

Затем начался второй куплет, где мелодия оставалась той же, но переходила в другой ритм, а потом начался бридж[6] и последний припев с изменением тональности. Но даже здесь новичок справился на отлично.

Высокие ноты последнего куплета прошли сквозь зал, словно пустив через головы слушателей электрический разряд. Отличный финал, не слишком наигранный, но достаточно мощный. И вот песня вернулась к первой строке, словно снова обращаясь напрямую к слушателю.

– Я помню себя, которого раньше знал…


Дотянув все таким же чистым голосом до последней ноты и подождав, пока стихнет аккомпанемент, Пак Мундэ поклонился. Потом, слегка растерянно, добавил:

– Спасибо…

Повисла короткая тишина. Рю Сорин крепко сжала ручку: «Да. Такого парня нельзя упускать». И пока она переоценивала его позицию в шоу, судьи уже взволнованно тянулись к микрофонам.

– Вот это да, ну даете, Мундэ!

– Ага.

– Вы ведь сами понимаете, что отлично справились?

– Я просто старался петь как мог…

Другой судья перехватил слово:

– Нет, такое простым старанием не объяснить. Это врожденное. У вас талант.

Это был хореограф, известный своей прямотой. Он прищурился и улыбнулся, было видно, что ему и правда понравилось. Конечно, на камеру он мог немного и преувеличить, но слов на ветер он никогда не бросал.

Пак Мундэ, внешне сдержанный, остался доволен комментариями. Он снова поклонился. Похвалы сыпались одна за другой. Особенно выделялась сольная вокалистка Мюди, которую пригласили на роль тренера: ее глаза буквально светились.

– Прежде всего, у вас очень хороший тембр. И техника отличная, голос звучит очень чисто.

– Точно-точно, будто прямо возле уха поет…

– Вот-вот.

Остальные судьи тоже были согласны. Мюди закивала и быстро добавила:

– С вашими данными можно взять почти любую песню, очень важный талант для айдола. Ничего лишнего, голос, так сказать, не замусоренный. Думаю, у вас отличные перспективы. Честно.

– Спасибо.

– Мундэ, вы правда сами по себе, без агентства? Вы, кажется, говорили, что никакого опыта у вас нет. Вот смотрю анкету – действительно, все пусто.

– Да. Пока что нет…

Тут вмешался молодой судья – участник известной мужской айдол-группы, из которой совсем недавно, в сезон перезаключения контрактов, ушли двое участников.

– Так вы вообще никогда не занимались музыкой?

– Нет.

– Совсем? Даже в обычной музыкалке?

Пак Мундэ молча покачал головой.

Задавший вопрос судья посмотрел на него с удивлением и легким недоверием. А Мюди снова широко улыбнулась:

– Да-да, иногда лучше дождаться одного серьезного предложения, чем связываться с кем попало. Уверена, хорошие агентства сами к вам придут!

– Спасибо вам за добрые слова.

В этот момент сценаристка вдруг вспомнила: Мюди ведь как раз работает в агентстве, которое сейчас готовит запуск новой мужской группы. «Ну да, у нее, помню, и доля в этом агентстве есть…»

Рю Сорин снова посмотрела на новичка. Тот продолжал вежливо кланяться, хотя, казалось, поток комплиментов его не очень-то и впечатлил. Затем ее взгляд вновь вернулся к восторженным судьям. «Что-то здесь не так», – вдруг почувствовала сценаристка. Ощущения были странные, и облечь их во что-то конкретное ей не удавалось, но уж слишком легко судьи «проглотили» новичка. Нет, конечно, такой сильный участник пойдет шоу только на пользу, но как будто чего-то не хватало…

Она подперла рукой подбородок и вдруг заметила микрофон в руках Пак Мундэ. Тут ее осенило: «Так он ведь толком и не танцевал!»

Да, кое-какие движения делал. Но сама песня изначально не требовала полноценной хореографии, было достаточно нескольких простых движений – поднять руку в такт, шагнуть пару раз. Танцоры на фоне могли и исполнить что-нибудь более впечатляющее, а солист вполне мог отделаться намеками. Видимо, в случае с Пак Мундэ безупречного вокала и пары легких жестов хватило, чтобы зрители сами начинали дорисовывать ему воображаемую танцевальную поддержку, которая была в оригинальном исполнении.

Ну и сам трек, конечно, помогал – концептуальная композиция от мастеров своего дела. Получалось, что, фактически вытянув номер одним лишь вокалом, участник сумел еще и избежать коварного вопроса: «А вы точно хотите быть айдолом?» Иными словами, из всех возможных выборов Пак Мундэ сделал лучший. «Такое точное попадание… У него точно нет музыкального опыта?»

Рю Сорин разглядывала Мундэ с внезапно нахлынувшим неудовольствием. Словно ее только что развели. Будто угадав ее мысли, микрофон подняла одна из судей – Ённин, участница Saint-U. Эта женская группа в свое время прославилась клипом, где участницы, с неизменными улыбками, выделывали акробатические трюки под проливным дождем.

– В вашем номере совсем не было хореографии. Можете ли вы еще отдельно показать, как танцуете?

Сценаристке хотелось зааплодировать.

* * *

«Ну все».

Последние несколько дней я до одури пел только эту песню и старался как можно быстрее поднять побольше уровней – результат явно себя оправдал. Все свободные очки я вложил в вокальные навыки – теперь раздел «вокал» в моем окне статуса выглядит так:


[Вокал: A-]


Это был очевидный выбор. В Корее, если не умеешь петь, серьезным исполнителем тебе никогда не стать, будь ты айдолом или кем угодно еще. Танцевальные навыки можно наработать, но если не умеешь петь, это будет слышно даже под фонограмму. Кроме того, среди трейни обычно гораздо меньше тех, кто стремится стать главным вокалистом – обычно всех больше тянет на роль главных танцоров. А значит, если с самого начала закрепить за собой позицию основного вокалиста, шанс попасть в финальный состав дебютной группы будет значительно выше.

Следующий момент – выбор песни для прослушивания. Судя по тому, что негативных комментариев от судей почти не было, моя стратегия сработала. Она заключалась в том, чтобы заранее предугадать критику, которую мне могли бы высказать, и отсеять все песни, которые могли бы вызвать такую реакцию.

«Почему вы так плохо танцуете?» – удалить все песни с полноценной хореографией. «Вы вообще не танцуете?» – удалить все баллады. «Вы действительно неплохо поете. Но как-то вы не вписываетесь в образ айдола?» – все, кроме айдольских песен, отправилось в корзину. «Эта композиция слишком тяжелая для сольного исполнения, вам не кажется?» – аранжировки я все равно делать не умею, так что все песни для трех и более участников вычеркнул. «Вас неизбежно будут сравнивать с оригиналом!» – значит, никаких песен моложе трех лет. Из оставшегося я выбрал самую популярную. Да, стратегия была действительно неплохой. Только я начал думать, что уже так смогу проскользнуть в следующий этап… Но всегда найдется тот, кого не проведешь.

Я встретился взглядом с судьей, державшей микрофон. Лицо было знакомым. Именно благодаря ей я узнал, что съемки айдолов могут приносить деньги, и смог заплатить за второй семестр первого курса в университете.

«Ну, ее старания тоже тогда заметили именно благодаря моему вирусному фанкаму с акробатикой. Так что это был вин-вин». Но это наше взаимодействие совсем не обещало стать взаимовыгодным.

– Я понимаю, что вы не проходили тренинг, но все же это первый тур, нужно проверить ваши базовые данные, правильно? Раз уж вы пришли на прослушивание, думаю, хотя бы одну песню вы подготовили.

Здесь ляпнуть что-то вроде «Я ничего не подготовил» – самоубийство. Лучше уж молчать, чем такое сказать.

– Да. Тогда… Вот эту песню можно?

Один из сотрудников быстро подбежал к сцене и поманил меня рукой. Я подошел и тихо сказал, какой трек включить. Камера повернулась за нами, засняв, как сотрудник вздрогнул от неожиданности. Думаю, после такого полностью меня из эфира уже не вырежут.

«Не зря старался».

Пространство студии наполнила живая, ритмичная минусовка.

– ?!

Знакомая каждому в стране мелодия понеслась вперед, следом последовал задорный вокал. Я занял самую знаковую стартовую позу, которую помнил.

Один из судей, как раз взявший бутылку воды, поперхнулся.


– И я, и я! Люблю тебя~

Сердце бьется! И душа поет!

POP! POP!

Ритм взрывается вокруг~

Чувство это наполняет грудь!


Раз-два-три – за простыми движениями серьезно продолжала наблюдать, кивая в такт, только запросившая танец Ённин. Кажется, из всех судей настоящим профессионалом здесь была лишь она.

Начался куплет, который могла бы исполнить половина моих ровесников:


– POP! POP!

Мой попкорн! (Oh Yeah!)

Над моим сердцем у тебя~

Кон-кон-кон-кон!

Контроль~

# Примечания

1

По первой цифре после дефиса на корейском удостоверении личности можно установить пол родился ли человек до или после 2000. частности, мужчин, родившихся после 2000., первой после дефиса будет идти тройка. Цифры до дефиса соответствуют дате рождения человека формате ггммдд». ПакМундэ, например, родился 15 декабря 200×.

2

Трейни – это будущий айдол, который проходит подготовку в агентстве перед официальным дебютом.

3

Гриндилка (от англ. grind – монотонная работа) – это жанр или тип компьютерных игр, игровой процесс которых строится на повторении однотипных действий ради получения опыта или валюты.

4

Корейское уважительное обращение, которое девушка или женщина использует, чтобы назвать свою сестру, подругу, знакомую или коллегу, которая старше ее по возрасту.

5

В Корее детям одного поколения часто дают имена с повторяющимися слогами.

6

Раздел музыкального произведения, контрастный по своему содержанию окружающим разделам подготавливающий переход (или возвращение) основной музыкальной теме.