# Коля ничего не боится

Валентина Филиппенко

Коля Репетуров учится в 5 классе, занимается джиу-джитсу, воспитывает кота, а еще у него есть Клуб Смелых. Вместе с друзьями он учится смотреть страхам в глаза: читает стихи со сцены, прыгает с турника, рассказывает родителям о своих проделках и заходит в самые-самые темные комнаты…

Но работа клуба мешает целому отделу в Министерстве Мечт, Иллюзий и Страхов. Поэтому в один из вечеров Агент № 3 появляется в комнате Коли…

Кажется, что Коля может справиться с любым кошмаром и трудностями в школе, построить и пройти полосу препятствий, поспорить с учителем ОБЖ и даже дать интервью. Сумеет ли он разобраться со своим самым большим страхом?

Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436–ФЗ от 29.12.2010 г.)


Литературно-художественное издание

Для среднего школьного возраста


Главный редактор: Лана Богомаз

Руководитель проекта: Дарья Михайлова

Литературный редактор: Мария Замятина

Арт-директор: Таня Галябович

Корректоры: Екатерина Баженова, Зоя Скобелкина

Компьютерная вёрстка: Ольга Макаренко, Александра Агеева

Иллюстрации: Евдокия До


© Текст, В. Филиппенко, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2026

* * *


Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.


> Посвящается всем моим страхам,

> которые тоже хотели мне помочь


## 1

В тот вечер я долго не мог уснуть и вертелся в кровати. Можно было даже подумать, что в бока и в шею мне упирались камни, но мне мешало спать не одеяло или сбившаяся простынь. Кое-что другое.

Это был страх, мой самый-самый большой страх, какой только мог вместиться на чердаке под крышей, в школьном дворе или в моей голове. И вы ни за что не угадаете, чего я боялся, пока не дочитаете эту книгу до конца. Уж поверьте!

Страшно? Подождите, еще рано. Все только начинается.


Мои родители только легли спать и громко, уютно сопели (а папа даже храпел). Я слышал это очень хорошо через стенку. В пятый раз перевернул подушку и глянул в окно. Кот Лаки сидел на подоконнике и следил за пустой улицей и фонарями. Он у нас почти лысый и при этом кучерявый, поэтому сквозь его уши просвечивался тот самый фонарь. Лаки мог бы быть котом Бэтмена, если бы у Бэтмена был кот.

Вот он повернулся и посмотрел на меня внимательно, как умеют только очень умные коты. Если бы он мог говорить, то наверняка сказал бы:

– Кхм, кхм! Пора представить и этого мальчика.

И продолжил бы:

– Коля Репетуров, одиннадцать лет, учится в пятом классе. Серый пояс по джиу-джитсу, сломанный нос, сломанный палец и три валентинки на 14 февраля.

Про валентинки, Лаки, ты, конечно, зря. Лучше бы сказал про мой Клуб Смелых. В нем сейчас пять человек: Витя – мой одноклассник, Женя – из седьмого класса, Марго – из третьего, а еще в клубе есть почетный гость – мой дедушка Толя. И кот – кот Лаки.

Два раза в неделю мы с ребятами собираемся за школой, где стоит электрическая будка и пахнет булками с кухни. Или у меня дома, когда холодно. Дедушка к нам присоединяется редко, Лаки – иногда. Меня часто просят взять кого-нибудь еще в наш клуб, но я уже расчертил три листа в тетрадке на пять столбцов, поэтому до мая «расширяться» мы не будем.

Что мы делаем, когда собираемся? Прыгаем через лужи, тренируем выносливость, берем в руки пауков и богомолов, заходим в темные комнаты, забираемся на крыши, читаем вслух стихи, которые написали сами, и раз в месяц сдаем анализ крови. И много чего еще другого делаем, в общем. Мой папа в шутку называет нас «биохакеры», но вообще мы просто смелые. Клуб Смелых.

Я вот люблю играть с собаками, приручать их – я прямо мастер в этом деле. И прыгать сальто – с гимнастики умею. А еще я не боюсь зубных врачей. Бегаю быстро и по брусьям лажу отлично. Но так я, кажется, совсем не усну. Поэтому хватит на сегодня. Гасите фонарики и телефоны. Спокойной ночи!


P. S. Темноты под кроватью я тоже не боюсь!


## 2

Привет! Как ваши дела? Вы уже пришли из школы или еще сидите на уроке?

Ответьте честно, я не расскажу вашим мамам и бабушкам.

Я вот сижу на подоконнике на первом этаже школы и оттираю с кроссовка зеленую гуашь. И не потому, что меня оставили после уроков, нет! А потому, что у меня будут брать интервью.

Так получилось, что наша учительница внеклассного чтения и руководитель школьного театрального кружка еще и журналистка. Правда, по ней этого не скажешь: у нее лицо не учительницы, а девочки. Сложно представить, что Ксения Александровна пишет статьи для сайтов и ставит у нас целые спектакли. Но она пишет и ставит. В общем, она придумала сделать статью про наш Клуб Смелых. Узнала о нем… не от меня, а от Марго. Мы все вместе просто пришли на репетицию новогоднего праздника и стали с трясущимися коленками читать стихи со сцены (Жека даже собственного сочинения). Коленки у нас, конечно, тряслись, но в обмороки мы не падали и текст от волнения не позабывали. Ксения Александровна так нас хвалила и звала в театральный кружок, что Марго не сдержалась и выдала нас. После этого Ксения Александровна предложила написать статью о клубе.


Гуашь с кроссовки оттерлась, и как раз Ксения Александровна появилась в конце коридора. Хотите узнать, как я буду давать интервью?

Я тоже хочу, потому что раньше я этого никогда не делал. Но я не волнуюсь: ладошки у меня не мокрые, коленки не трясутся, подбородок и голос тоже. Я даже не хочу есть, пить или в туалет. Хотя… в туалет лучше бы сходить.

Мы зашли в кабинет черчения. Он был свободный и весьма атмосферный.

– Весьма атмосферный, – сказала Ксения Александровна каким-то театральным голосом и достала из сумки телефон – он у нее был большой и раскладной, будто книга.

– Интервью вы будете делать? – спросил я.

– Не совсем, – заговорщически подмигнула мне учительница. – Это будет чат-бот! Наша новая разработка: самый смелый мальчик в школе готов поговорить с созданием, которое ничего не знает про страхи. А?

Ксения Александровна указала мне на стул и открыла какое-то приложение в телефоне. На экране запульсировал микрофон, и цифровой голос, скорее женский, чем мужской, поздоровался с нами:

– Добрый день! Меня зовут Марина, и сегодня мы поговорим с вами… – Тут бот будто задумался, а Ксения Александровна подсказала: «Мы поговорим с Колей о страхах».

Дальше она обратилась уже не к телефону, а ко мне:

– Коля, других ребят из клуба постараемся расспросить, если понадобится, тоже. Что у вас по плану «тренировок»?

Я открыл тетрадь с планом тренировок, которую, конечно, взял с собой:

– Завтра мы будем брать в руки червяков. После дождя их много, по ним ходят и ездят самокаты и машины. Поэтому мы перенесем их на клумбы. А в пятницу – легкотня: будем смотреть ужастики!

– Отлично! – просияла Ксения Александровна, снова подмигнула мне и вышла из класса.

На минуту в кабинете черчения повисла тишина. И после, словно выстрел, раздался вопрос:

– Чего же ты боишься, Коля?


## 3

– Чего боюсь? Ничего… – смутился я сначала. Микрофон «Марины» заволновался и, подождав, пока я еще что-нибудь скажу (а я ничего не говорил!), продолжил:

– Я слышала, что люди всегда чего-то боятся. Это заложено в вас природой. Не так ли?

– Так, – кивнул я. И вспомнил, как в сентябре рассказывал ребятам, что узнал от папы про страхи. Что они и правда частично инстинкты, то есть мозг и тело буквально сами решают, чего бояться, а чего – нет. И что страхи были придуманы для защиты: чтобы человек не совался в кусты к кабану без палки с огнем или ночью не бродил по лесу, когда тигры всякие охотятся.

Марина, выслушав мой ответ, отвесила мне искусственноинтеллектовский комплимент:

– Ты очень разумный мальчик для своих десяти лет…

– Мне одиннадцать, – уточнил я.

– Для своих одиннадцати лет, – извинилась Марина. – Расскажи про Клуб Смелых.

– Ну… Мой папа знает точно, что если работать над собой, то можно жить без страхов и ничего не бояться. Он рассказал мне, что нужно делать со страхами. И фабиями. И я решил рассказать об этом друзьям.

– Фобиями, – поправила меня бот. И продолжила: – То есть клуб придумал твой папа?

– Нет! – Я аж подпрыгнул на стуле. – Он просто психотерапевт.

Это слово я учился выговаривать долго. И отличать психологов и психотерапевтов от психиатров тоже. В халате ходит только психиатр, и он выписывает таблетки, все остальные – как мой папа – ходят в чем захотят и выписывают домашние задания. Медленно жевать яблоко, принимать холодный душ, записывать сны – вот это вот все.

– Как интересно, – будто все же было неинтересно, проговорила Марина. – Это папа научил тебя бороться со страхами?

– Да. Вернее, нет. Со страхами не надо бороться, – поднял нос я. – Им надо смотреть в глаза и… это секретная информация, что с ними надо делать дальше.

– А ты не готов поделиться с нами парой секретов?


Вы помните, что у меня серый пояс по джиу-джитсу? Я вам сейчас еще кое-что расскажу: я играю в шахматы. В шахматах есть такая штука – «дебют». В игре сначала каждый соперник разыгрывает дебют. Это такой план шагов, который сразу – или не сразу – можно разглядеть и угадать. Вариантов дебюта бывает много. Мы говорили как-то с папой и тренером по джи-джи, что в любом сражении на самом деле есть дебют. Я так хорошо эту идею понял, что теперь, когда кто-то в классе выходит к доске, или на том же джиу-джитсу, или даже когда мама утром ставит завтрак на стол – вижу дебюты. И сейчас бот Марина явно разыграла свой отработанный дебют. Вернее, пошла по пути, которому ее научили люди. Но мне для бота – да и для людей – ничего не жалко.

– Эх, Марина… Вот тебе самый главный секрет: страх надо понять! Не просто трястись, когда сдаешь кровь или говоришь бабушке, что ее ватрушки невкусные. Его нужно у-ви-деть! И обычно после того, как страх поймешь и победишь, случается что-то очень важное. За ним всегда что-то скрывается…

– Что важного может случиться? – отреагировала Марина.

– Я боялся делать клуб. Думал, что надо мной будут смеяться. Потому что это не что-то в интернете делать или играть в приставку, а надо в земле ковыряться и по турнику лазить. А вот ты сейчас у меня интервью берешь! Круто же, да?

– Да! – скрипуче засмеялся бот, словно ножом по стеклу провели.

Тут в кабинет заглянула Ксения Александровна. Она кивнула мне и снова скрылась за дверью. В этот момент я сам обрадовался всему, что сделал, что со мной случилось за последнее время… На конкурсе чтецов я Пушкина читал, на коленке мне два шва летом наложили, деду предложил сыграть в шахматы – и он у меня выиграл, но я не расстроился… Я много всего еще рассказал боту про страхи и ребят, про наши тренировки, и даже думал еще рассказать про мой дом для жизни без страхов. И про родителей… Но передумал.

Вам – расскажу: у меня не дом для жизни без страхов, а чердак. Туда нужно забираться по веревочной лестнице, которая опускается, если дернуть за специальную ручку у окна. На чердаке хранится мой тостер, в котором можно поджарить хлеб сразу с арахисовой пастой, есть кресло-обниматор, самоохлаждающаяся подушка и система хранения носков по парам. И кинопроектор…

Зато я рассказал Марине про кота Лаки. Бот слушала меня, надеюсь, внимательно, поблагодарила за рассказ, и микрофон ее заволновался.

– Но на мой вопрос ты все же не ответил…

– На какой? – удивился я.

– Чего ты боишься, Коля?


## 4

Большое-большое здание с овальной крышей, будто стадион или космическая база, было окружено парком и высоким забором. В окнах, вытянувшихся лентами по этажам, виднелись столы и рабочие места сотрудников. На-сто-я-щих спецагентов.

И не просто разведчиков или устраивающих заговоры шпионов. Мы с вами попали в место, где рождаются Вера, Вдохновение, Предрассудки и даже Сны – то есть в Министерство Мечт, Иллюзий и Страхов.

На верхних этажах этого яйцеподобного здания сидели сотрудники отделов Сновидений и Больших идей. Иллюзии, Мечты и Навязчивые желания обитали в центре здания. А вот Страхи руководство засунуло в подвал.

Прямо сейчас, в 12:03, с опозданием на три минуты, в кабинете директора отдела Детских страхов началось совещание. Ужас Ужасный, тощий бледный человечек в галстуке и рубашке в полоску, закрыл жалюзи, сощурившись. И хотя «окна» в помещении были всего лишь углублениями в стене, за которой могла быть только земля и никакой лужайки с гортензиями, Мистер Ужас Ужасный был очень серьезен. И даже закрыл на замок дверь, проверив ручку.

В общем, в небольшой комнате вокруг квадратного стола уже сидели Страхи. Кружки с кофе, планшеты и бейджики лежали перед ними.

Страх № 2, толстый и веселый агент, наклонился к другу Страху № 3 и в шутку спросил:

– Раз уж у нас сегодня такое важное совещание почти при свечах, давай я тебя наконец спрошу: тебе не кажется, что стол в нашей переговорке – для пинг-понга?

Действительно, кружки, планшеты и бейджики агентов лежали на белой линии разметки стола, и даже крепление для сетки торчало ровно на его середине.