Из ветра и огня
Владимир Кудрявцев

© Владимир Кудрявцев, 2026

ISBN 978-5-0069-6331-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Из ветра и огня
Глава 1

За окном уютного домика шел снег. Не просто мелкий снежок. Разыгралась настоящая буря. Словно тучное, большое облако зацепила колкая ветка и проделала в нем дыру. Из окошка глядел гном.

– Да… – сказал он.

А зима знать не знала, что живет в родимом доме гном по имени Уфретин Валенок. Да-да, не смейтесь, именно Валенок. Попробуйте зимой помахать киркой в дырявых валенках! А Уф (как называют его друзья) в своем деле мастак. Как-то раз сработал валенки для воеводы Грамма. Вот уж постарался, так постарался! Что за валенки! Ай-ай, диво, а не валенки.

Жил гном в теплом и просторном домике у высокой ели. Настала студеная пора, и Уф часто сидел у камина в старом, дедовском кресле. Вот и в этот вечер он, вытянув ноги на скамейку, гладил своего верного кота Татоню. Довольный котейка мурлыкал, лежа на хозяйских ногах.

Уфретин только наклонился к поленьям, сложенным подле камина, как постучали. Гном оставил дрова в покое, схватил со стены увесистый дедовский топор и подкрался к двери. «Тук-тук» раздалось еще раз. Уфретин не трус, но в такую погоду вряд ли кто выйдет на улицу без нужды, если только задумал недоброе.

И снова «тук-тук». Гонимый, то ли желанием помочь, то ли простым любопытством Уф распахнул дверь и вскинул топор над своей круглой головой. Татоня юркнул под кресло и уставился на незнакомца. К счастью дедовский топор благополучно слетел с черенка и громко звякнул об пол.

– Доброй ночи, достопочтенный гном, – сказал высокий странник в темно-синем плаще с капюшоном.

Мгновение Уфретин молчал, а затем ответил:

– А вам хорошего ночлега в такую непогодь. Простите меня за топор, – гном смутился и тут же предложил, – Что же мы стоим у порога? Экий я хозяин!

Уфретин помог гостю снять плащ и усадил его к камину.

– Спасибо. Вы пустили меня в свой дом, – сказал странник, тут же на его колени запрыгнул кот.

– Татоня… – спохватился Уф.

– Все хорошо. Он мне не мешает. Давайте я сяду, где попроще, – странник огляделся, – На стул.

– Да вы что, – отказался гном, схватил стул и уселся.

– Я не назвал имени, – гость встал, – Нобар.

Уфретин тоже назвался.

– Так что же привело вас к нам в Дальний Курень? – спросил гном.

– Это долгий рассказ, – предупредил Нобар.

– Долгие беседы, в зимнюю пору, у теплого камина и с горячим чаем! Что может быть приятнее, – воскликнул Уфретин и протопал на кухню. Пошарив на столе, принес чайник и повесил его над огнем в камине. Затем пододвинул круглый столик к Нобару. Из спальни притащил еще одно кресло, нашел в сундуках скатерть.

Пока хозяин суетился, Татоня уснул на коленях Нобара, свернувшись в клубок. Гость молча смотрел в огонь.

– Ну, вот пожалуйте, – Уфретин поставил расписные чашки, деревянную миску с хрустящим печеньем, блюдце с медом и поднос с ломтями белого хлеба.

– Вы угощайтесь, поешьте. Мед хороший в этом году. Попробуйте, – потчевал хозяин, сняв чайник и разливая чай, – Так что привело вас в наши края? Отчего в такую пору.

– Я шел в Нижний Лес, но буря заставила постучаться к вам, – ответил гость и, пригубив чай, продолжил, – Я хочу найти спутников и с ними направиться на север к Мерзлым горам. Там попасть сквозь пещеры в подземный город гномов Налдерет.

– В этих горах давно нет моего народа, – перебил гном и смутился, – Ох, как не вежливо.

– Неправда, – сказал Нобар, – Много лет назад на прекрасный и величественный город, что воздвигли умелые руки, кто-то наложил заклятие. Заклятие сильное и нет волшебника, способного его снять. Все в том городе застыли, словно их обратили в камень. Рынки утихли, кузнечный молот смолк, угасли тигли, больше не слышно ни кирки, ни резца. Шумный город накрыла тишина и он ждет когда его освободят.

– Так они сидят там под горами? – изумился Уф.

– Не все так думают. Многие уверены что все выдумка. Говорят, что город покинут много поколений назад.

– Нет. Надобно им как-то подсобить, – сказал гном. Татоня приоткрыл левый глаз.

– Вот и мне не дает покоя их судьба, – отозвался Нобар. Котейка снова крепко уснул, – И как ни мало вы можете сделать, мой друг, и это важно.

– Куда мне до геройства, до подземных городов и до своего деда. Вот он был вояка. Добрый вояка был! Уж топором любил помахать, а я вот нет. Мое дело валенки валять! Хе-хе! – прокряхтел гном.

– Тут дом. Я много ходил, бывал на разной земле. И прожил долго, но до сих пор дивлюсь. Все никак не могу: надышатся утром сырым ветром, напоенным туманом, насмотреться на зеленые сосны и ели, что прячутся под снежными перинами, налюбоваться на ласковый закат, – Нобар мгновение молчал, – Я скажу по секрету, есть у меня на примете спутник в Нижнем Лесу и человек тоже есть. А уж если я решил спасти подземный город, то сделаю.

– Так. А в чем ваше дело? – спросил гном.

– Помочь. Мне ничего не нужно, – молвил Нобар.

– Добро, – кивнул гном, – Завтра буря стихнет, и снега с утра чистить вплоть до обеда. Сугробов навалит по самое не балуйся. Угодишь в такой и выбраться не сможешь.

– Ваш народ, Уфретин, трудолюбив. А что до снега на улице, – Нобар обернулся и посмотрел в окно (которое совсем замело), – Скажу, что завтра будет ясно и морозно. А солнце засветит ярко. Не пропустите его первых лучей.

– Да о чем говорим? Когда я не поднимался с постели с первыми лучами? – возмутился Уфретин, – Завтра с утра полно дел. Спать мне некогда. Но поговорить со странником из дальних краев редкая удача. Расскажите мне откуда вы? Где родина?

– Я скажу. Но обещайте меня больше не расспрашивать. Я измотан ходьбой и непогодой.

– Добро, – согласился гном.

– Моя родина далеко. На юге за горами и лесами, за реками и озерами. Так приключилось, что я решил освободить гномов. Эта забота теперь на моих плечах. В каких местах я не оказывался бы, я всегда помню о своем доме. Нигде больше я не знаю такого чистого неба и яркого солнца. Нигде не дуют столь вольные ветра, нигде не зеленеют травы весной, так как у меня дома. Там навеки останется мое сердце. Туда я стремлюсь всей душой, – Нобар провел рукою по глазам, – Но не сейчас. Хороши же мы будем, если станем отворачиваться от своего долга.

– А по какой такой причине целый город околдовали? На что такое злодейство?

– Порой, чтобы дурное случилось, довольно чтобы добро сидело сложа руки. Но это не ответ. Я не знаю причины и не знаю, кто это сделал.

– А как вы намерены освободить их от недуга, коль скоро нет волшбы, что избавила бы Налдерет?

– Я не все могу рассказывать. Я должен быть осторожен. Есть у меня и недруги.

– Неужели кто-то может мешать благородному делу?

– И много. Но не станем поминать их перед сном.

– Коли я обещал, так на боковую, – закряхтел гном.

Самым согласным был Татоня. Кот потянулся, когда Нобар встал с кресла, а затем свернулся в клубок и снова заснул. За стенами домика шумела пурга, порой так завывая, что Татоне становилось страшно.

Как и обещал, Уф встал с первыми лучами. Надел коричневый кафтан и штаны, подбросил поленьев в камин, затем натянул теплые носки и пошел на кухню. Растопил печь. Всю ночь спавший кот, услышав звук посуды, открыл глаза и побежал к ногам хозяина.

– Вот и ты, – сказал гном, а кот мяукнул, – Погоди, потом с тобой.

С этими словами Уфретин открыл крышку в полу посреди кухни и спустился в погребок. Там из дубовой кадки наложил в чашку засоленную капусту, набрал картошки и заскрипел по ступенькам назад. Помыл, почистил, сложил в чугунок и поставил в печь. Татоня не понимал, что делает хозяин, но не переставал мяукать и крутится в ногах. Да так что, Уф чуть не падал, стараясь не наступить на лапу или хвост. Пришлось налить ему вчерашнего молока, чтобы угомонился. Промыв капусту, Уфретин поставил ее на стол у камина и направился будить гостя. Нобар уже проснулся и оделся.

– Доброе утро, – сказал Уф.

– И вам.

– Идемте к столу.

– Простите, но я должен идти.

– Как? Без завтрака?

– Нет. Не могу, – сказал Нобар, накидывая плащ, – Удачи вам, дорогой Уфретин, и спасибо за радушный прием.

– И вам всего хорошего, – едва успел ответить гном, как странник уже скрипнул калиткой и пропал за сугробами.

– Ну вот. Мы снова вдвоем, Татоня, – улыбнулся Уф и затворил дверь, поежившись от холода.

Уф позавтракал. Татоня пошел гулять, а Уфретин, надев теплую шапку-ушанку и тулуп, да рукавицы с валенками, вышел и, взявшись за лопату, принялся швырять снег. Ловко выходит. И радоваться бы, а нет.

– Эдак всегда бывает, когда гости уходят, – Уф отмахнулся от грустных мыслей и решил сходить за хлебом к Хугорду, пекарю.

Спускаясь по тропе, гном осматривал проделки метели и мороза. Деревья сплошь покрыл густой иней. Каждый дом в снегу, а некоторые вовсе засыпало.

– Доброе утро, достопочтенный Хугорд, – сказал Уф рубящему дрова гному в овчинном тулупе.

– И тебе хорошего дня, Уф, – отозвался пекарь, – Что сегодня возьмешь? Хлеба или пирогов? Сегодня я с капустой испек.

– Пожалуй, и то и то, – решил Уфретин и протянул пекарю пару валенок, – Доделал их еще вчера, но было поздно нести.

– Добро, – обрадовался Хугорд, – Сейчас заверну хлеб и пирог. Быстро метнувшись за дверь, гном вернулся со свертком в руках:

– Вот, бери, – сказал пекарь и задумался.

– Что такое? – спросил Уфретин.

– Говорят, к тебе заходил какой-то странник. Вроде как шел с севера. Высокий в темном плаще. Ночью был и вроде ушел утром.

– Здесь на одной горе чихнешь, с другой тебе здоровья желают. Я думал, никто его не заметил.

– Так что? Был? – глаза пекаря загорелись. Гномы охочи до загадок и тайн.

– Попал в метель я и пустил. Не на морозе же ему стоять! – отмахнулся Уф.

– Нет, так просто не отделаешься хитрец. А ну выкладывай, о чем говорили?

– О погоде, о видах на урожай даже о моем коте. О чем еще?

– Ну, ладно-ладно. Как скажешь. Удачного дня, Уфретин.

– И тебе, – кивнул Уф и пошел домой.

Захлопнув дверь, повесил тулуп в прихожей, зашел на кухню, положил пирог на стол и вскоре пообедал. Попозже принялся мастерить валенки, так и просидел Уфретин до вечера, пока не вернулся Татоня. Отужинав, кот и его хозяин снова сидели в кресле. Татоня спал, а гном читал книгу «Истории народов». Уф читал ее не впервой. Имена героев тех времен врезались в память: Асгод, Тумбол, Агвид. Если Асгод и Тумбол гномы, то Агвид – человек.

С уходом Нобара Уф загрустил. Но за окном успокоилась погода, мороз спал, ветер утих. В родном окошке чернели деревья и невысокие изгороди. На заборе каждый вечер сидел Татоня, ждал, когда пустят домой. А в ответ на скрип двери прыгал вниз и стрелой заносился в тепло. Долгими вечерами Уфретин дремал вместе с верным котом, а бывало, засиживался в гостях за чаем и медовыми коврижками. Так прошел день, другой и третий.

Было темно, когда стук разбудил задремавшего гнома.

– Кто там? – спросил Уфретин.

– Простите, что разбудил, достопочтенный гном, – ответил Нобар.

Уф открыл дверь и застыл в изумлении. Поначалу показалось, что пепельные волосы Нобара сверкают как в волшебных преданиях, но на поверку это оказался осевший на волосы снег, искрящийся в бледном свете. Над плечом странника высоко в небе висела полная луна.

– Перед уходом решил навестить.

– Милости прошу. Может подогреть чая? – предложил Уф.

– Спасибо, но не нужно.

Нобар повесил плащ на колышек, поставил к стене меч в ножнах и бросил на пол тощую дорожную сумку.

Уф подбросил дров в огонь и нечаянно наступил на хвост Татоне, который спал на ковре. Гном извинился и пропал на мгновение на кухне, откуда принес чайник с водой. Хотя Нобар и торопился, Уф усадил его перед огнем.

– Не хотел уходить, ни сказав и слова. Я один из владык Великого Леса. Странствую много лет и помогаю тем, кто нуждается в помощи. А таких много и на севере, и на юге. Мне доводилось знаться с королями и колдунами, видеть драконье пламя и бездонные пропасти. Но признаюсь, я с радостью жил бы у себя дома без всяких приключений.

– Великий Лес очень далеко.

– Да. И я давно там не был. В самом сердце леса в высокой башне живет моя сестра.

– Отчего же не проведаете? – спросил Уф, – Она, поди, была бы рада.

– Это длинная дорога. А когда-то давно я давал клятвы и обещания, которые надо исполнить. Мне тягостно от нарушенного слова.

– Вот оно как выходит. И так плохо, и так не хорошо, – Уфретин поднялся. Принес чашки и скоро в них заурчал кипяток.

– Надо чего к чаю, – предложил Уф.

– Не надо. Я согреюсь и пойду. Время не терпит, – настоял Нобар, – Оттянуть начало можно только к худшему.

– Оно верно. Так нашелся герой среди моих земляков али нет? Вот уж виданное ли дело у нас его искать. Признаться, как-то не вышло среди местного народа великих воинов. Да и с мудростью у нас абы как.

– А как же храброе сердце и верная рука? – спросил Нобар.

– Эдак вы утешить хотите? – засмеялся гном, – Дескать, надо быть храбрым и честным, тогда и героем будешь? И в сказания попадешь. Но я смеюсь не со зла, не гневайтесь. Но коли мы простой народ что дурного? Не особливо мы годны до великих деяний. Нам по силам труд поменьше.

– И все же я верю, что нашел себе спутника, – указал Нобар.

– Стало быть, нашелся? Ох, и чудно! Поглядел бы я на него. Ума не приложу, кто бы это мог быть. Но хорошо, что ваши поиски увенчались успехом. А где же он? Ужели на улице ждет? – Уф вскочил было к двери.

– Нет. Он пока еще дома, – пояснил Нобар, – Но пойдем мы вместе.

– И как? Куда?

– На север. Сначала выйду на озеро, а потом перейду горы.

Допив чай и обговорив дорогу, Нобар стал собираться. Уф уговаривал посидеть еще.

– Уже рассвело, я должен идти. До новой встречи, дорогой Уфретин, – сказал Нобар и ушел.

– Вот и все, Татонь, – вздохнул гном, а его взор упал на прислоненный к стене меч:

– Клинок-то он забыл! Ай-ай! Что же делать? Что делать? – заметался Уф, – Собираюсь и вдогонку! Нет сначала дом и кот. Потом в путь, – решил Уфретин. Наспех влез в тулуп и кинулся к пекарю.

– Хугорд, Хугорд, – барабанил гном в дубовую дверь.

– Чего тебе? – отозвался пекарь.

– Присмотри за домом и котом до вечера. Может до завтра. Очень нужно, – попросил Уф и побежал обратно.

– Куда? Стой! Эй… – только и расслышал спешивший гном. Залетел домой, схватил рукавицы, меч и стрелой помчался вверх по тропе. Нобар сказал, что пойдет к озеру.

Сначала дорога была расчищена, а потом Уф шел по колено в снегу.

– Вот куда я полез? Разве же мне догнать быстроногого ходока. Да может он назад повернул, спохватившись? А я здесь. И Хугорда не попросил подождать Нобара. А толку-то? Меч все равно у меня! Вот и попал я в переплет. Эх, пропади бы оно пропадом! – ворчал гном, но шел.

Солнце окрасило крутой холм, на который взбирался Уф, в рыжий цвет. На его вершине зеленели елки. А рядом с деревьями стоял Нобар:

– Мой дорогой гном. Я и не надеялся.

– Так вы знали, что я приду? Видимо клинок остался не случайно?

– Знал. Был уверен. Меч оставил неспроста.

– Но зачем вам это?

– Не вам, а тебе, – предложил Нобар, – Тебе Уфретин нелегко покинуть родной дом и отправится в неведомую даль. А мне что прикажешь делать? Нужно было выманить тебя из дому, вот я и оставил меч.

– Вдруг я решил бы его присвоить? – воскликнул гном.

– Разве не ты впустил меня ночью в метель? Так поступают те у кого доброе сердце. Я хочу, чтобы ты отправился со мной. Что скажешь?

– Ты упоминал о спутнике, что тебя ждет. Как быть с ним? – напомнил Уф.

– Прошу простить, но никого на примете у меня не было. Кроме тебя Уфретин. Я искал друга в дорогу. И, наконец, наша история началась. Уфретин задумался.

– Я пойду, – ответил гном, – Но не могу все бросить. За домом нужно чтобы приглядели, да и в одном тулупе далеко я не уйду. Зима на дворе.

– Не страшно если придется подождать, – после этих слов Нобар стал спускаться назад в деревню. Уф поспешил следом.

– А разве ты не торопился?

– Да. Но тогда я был один, а теперь нас двое.

– Может я зря подвязался, – сказал Уфретин, – Не гожусь я в герои.

– Как раз наоборот. Тебе трудно оставить дом, свою землю, родичей и друзей. И я не могу обещать, что скоро возвратишься. Но одно я могу сказать, что во мне ты навсегда нашел друга.

– Спасибо. Но коли дело не начинать, так оно и не закончится. А доброе дело по времени не делается. Целый город под землей замер и сколько уже терпит? Вот и я потерплю.

Расчищенная тропка привела путников к калитке. Сердце Уфретина сжалось, когда он представил родной дом пустым. Но делать нечего. Раз сказал, мол, помогу, негоже теперь отступать. Они вошли.

Уф усадил спутника в кресло, а сам принялся собирать вещи в дорогу. Нашел сумку размером – сущий мешок. На дно положил тонкий слой вещей, а поверх тщательно завернутую снедь. Нашлось место сыру, знатному куску пирога и караван хлеба Уф не забыл. Отыскался и бурдюк для воды. Еще дедовский. Захватил и холстину, и длинную иголку с ниткой. Спрятал ложку в носок. Мешок вышел больше чем Уф ожидал. После Уфретин сходил и поговорил с Хугордом. Он пообещал забрать Татоню на время к себе и за домом присмотреть. Не медля понапрасну Уфретин надел кафтан, тулуп овчинный да ватные штаны, нацепил шапку и обул валенки. Забросил за плечи мешок. Окинул взором дом, в котором прожил всю жизнь. Огонь в камине затух, дневной свет падал сквозь окно. На солнечном пятне посередине ковра сидел Татоня и смотрел, как уходит его хозяин. Глядя на него Уф чуть было не передумал. Но кот вдруг зачесался и убежал на кухню.

– Ну, вот и все, – вздохнул Уф и вышел. Нобар ждал его у калитки.

– Следуй за мной, Уфретин, – сказал тот и зашагал, – Мы идем в Орден за третьим спутником – за человеком.

Глава 2

Нобар ловко проскальзывал под ветвями деревьев, не задевая ни одной снежинки и почти не оставляя следов. Уф же, напротив, задевал все ветки и снег то и дело сыпался ему на голову, на бороду, а то и за воротник. Порой вовсе обсыпал с головы до ног. Холодные снежинки таяли на шее и спине, отчего Уф ежился.

Путь лежал через лесную долину.

– Нам нужно будет перейти горы. Здесь много пещер, но они не проходят насквозь, – сказал Нобар и замер, обратив взор к небу. Уфретин запрокинул голову, прищурился на солнце. Но ничего не увидел кроме птицы, парящей высоко-высоко. Как вдруг среди синевы различил лицо девушки. Ее волосы ласкал ветер, а темные очи глядели на Уфа. Длинные локоны искрились в лучах солнца, как речная гладь в середину лета. Но свет их быстро угас, как и прекрасный лик.

– Моя сестра улыбается нам, – сказал Нобар.

Уфретин не нашел слов. Неземной облик так и стоял перед глазами.

Ниже по склону шагать стало легче, рыхлый снег на поверку оказался не глубоким.

– Окрестные горы я знаю хорошо, – сказал Уф и стряхнул с шапки снег, – Троп тут много, но чтобы перебраться зимой, нужно будет взять к северу. Там не так заносит. Или можем пойти на юг, но так очень долго.

– Я знаю здешние тропы, – отозвался Нобар, – Идти на север? Таково было и мое намерение.

В долине синел сосновый лес. Каждое дерево ровное, будто свеча да пушистое.

Прошло много времени, как считал Уф. А лес не кончался. Шагали, шагали, а проку нет. Деревьям конца и края не видать.

– Нобар, сколько еще нам тут шататься? – спросил Уфретин, – Я не опытный странник как ты, это верно, но натоптал немало. Лес я этот насквозь не проходил, но могу судить, что ходим мы уже лишнего.

– Не знаю. Он не хочет выпускать нас, морочит меня, туманит взор. Здесь дело в недоброй магии.

– Как по мне, так надо залезть на дерево и посмотреть где мы. И отец мой так делал и дед и прадед. Чуть не так, лезь на дерево! – сказал Уф и осмотрелся. Выбрав подходящую елку, кряхтя, отплевываясь от иголок, стал забираться без особой ловкости или сноровки, но не сдаваясь. Переломав пяток веток и ободрав шею и лоб, гном огляделся. С высоты мир стал проще и понятнее. Позади родной дом, слева лес уходит далеко на запад, справа горная гряда, а впереди конец леса, там и озеро. Уфретин слез с дерева, не издав ни звука, хотя одна ветка так хлестнула по глазам, что слезы потекли.

– Нам прямо. Всего две версты по прямой, а то и меньше. Потом пойдем вдоль озера и скоро будем у подножия гор, – сказал гном, потирая лоб.

– Может колдун не знает про тебя Уфретин? И морочит только меня?

– Я-то никакого волшебства не вижу. Морока вроде на мне нет. Хотя в таких делах я не шибко понимаю. То ли дело валенки, шерсть овечья или посада овощей, – пожал плечами гном.

– Если я не знал, то оттуда знать волшебнику? А значит будь внимателен мой друг и полагайся на свое чутье. Смекалка и труд даже горы сровняют.

– С этим не поспорю, – усмехнулся Уфретин, – Но как подумаю, что надо целую гору сровнять, так вздрогну. Это же сколько сил нужно? Если посчитать в гномах и кирках это много получается.

Даже через три версты лес не кончился.

– Как же так? – возмутился Уфретин, – Я знаю, что видел. Выход должен был быть еще версту назад! А мы так и рыщем среди сосен и елей. Что за чародей играет с нами злую шутку?

– Не станем отчаиваться. В этот раз я взберусь на дерево.

Нобар легко вскочил на первую ветку и в три прыжка оказался на макушке. Уфретин обомлел, не мог сказать и слова. Куда там белке. Нобар тем временем огляделся, но увидел все тоже, что и гном.

– Отдохнем и наберемся терпения, – спрыгнул с дерева Нобар, – Бродить в пустую, мы устанем. Лучше развести костер, погреться и подумать, что нам делать.

– Костерок доброе дело, да и подкрепиться я не прочь, – согласился гном, – Сейчас присядем да покумекаем.

Гном огляделся, выбрал ветки посуше для костра. Нобар развел огонь.

– Ну что ж перекусим пока.

Со всей этой беготней Уф разговелся да тут еще и времени порядком прошло. Он достал из сумки свертки с припасенной едой.

– Угощайся, Нобар, пирог не горячий с пылу с жару, но как по мне и так хорош, – сказал Уф и разломил уголок пирога на две доли, – Сейчас поедим, отдохнем и найдется выход. Озеро совсем недалеко. Выберемся.

После обеда спутники задумались, как им исхитрится и морок обойти. Нобар признался что в магическом искусстве сведущ мало, а Уф и вовсе с ним незнаком.

– Даже не знаю Уф, что тут поделать. Я хорошо следую тропам и легко нахожу дорогу. Но сегодня чего только не пробовал. И пометки на деревьях делал, и за следами нашими следил, и по солнцу путь выбирал. Все бестолку.

– Так может колдун марево на глаза и наводит? Говоришь, что метки да знаки тебя морочат, а что если глаза закрыть? Сумеешь вывести к озеру?

– Не вижу в этом смысла, но если посмотреть… Почему бы и нет?

На том и порешили. Костер затух, его закидали снегом. Нобар для верности попросил завязать себе глаза. Уф зажмурился и ухватился за край его плаща. Вот так, гуськом путники двинулись прочь от своей стоянки. Нобар и с завязанными глазами даже ветки не задел. Уф подобным похвастаться не мог, но спутник вел его так ловко, что и гном не издавал лишнего шума.

– Благодаря мне только заплутаем, – заворчал Уф, – Как у тебя эдак выходит Нобар? Я боялся, что мы все деревья лбами соберем. А вот на тебе, будто по тропе иду, нарочно проложенной посреди леса.

– Ветер несет холод с ледяной глади озера. Я не ошибусь и с закрытыми глазами.

– Эх, мне бы такое чутье, – сказал гном.

Нобар снял повязку с глаз. В отдалении, у подножия гор, скрывалось глубокое и широкое озеро, наглухо укрытое снегом. Справа, за широкой просекой, начинался новый лес. Они выбрались.

– Пойдем вдоль деревьев. Лучше в лес не заходить, – предложил Нобар, – А хорошо ты придумал, как обхитрить чародея.

– Чем смог, тем и помог.

Прошло время. На небе сгрудились облака, обещая снег и скорую темень. Странники двигались на северо-восток, две тени на снегу. Весь оставшийся день шли вдоль озера, а горы впереди все приближались. Ночевать отошли к лесу. Нашли старую ель с низкими ветвями и под ней устроили шалаш. Как только поужинали да обсудили, как пойдут завтра, Уф достал одеяло и, укутавшись, провалился в сон. Последнее что увидел сквозь прореху в шалаше Нобара, греющего руки у костра.

Уфретин проснулся. Вроде и спал, а словно закрыл глаза и уже утро. Руки и ноги, как четыре полена ни согнуть, ни разогнуть. Нобар уже подогревал завтрак. От горячей еды настроение улучшилось. Путники собрали вещи, затушили костер и снова в дорогу.

Они сделали привал и готовились закусить, когда Уф расслышал за спиной хруст снега. Посмотрела на Нобара. Правая рука спутника на гарде клинка, а левая вот-вот схватить головешку из костра.

– Не растеряйся, действуй быстро. Как только приблизиться, прыгай в сторону, а дальше я сам, – прошептал Нобар. Уф вслушался: шаг медленный, тяжелый, наверное, человек да с палкой.

– Доброго вам здоровья, путники, – сказал незнакомец, выйдя из тени деревьев, – Разрешить погреться у вашего костра да припасами своими вас угостить.

Чужак сбросил капюшон с головы, обнажив седую голову. Кроме сумки и длинной палки у него ничего не было.

Так и не отскочивший гном пригласил незнакомца:

– Милости просим. Присядьте, в пути все равны.

Нобар же ни слова ни говоря, склонил голову.

– Ну, полноте, – улыбнулся старик, – Зовут меня Теодор, с Нобаром я хорошо знаком, а вот вас уважаемый гном вижу впервые. Назовитесь, если в этом нет секрета, – попросил Теодор.

Гном взглянул на Нобара, тот знаком дал согласие Уф сказал:

– Уфретин Валенок из Дальнего Курня.

– О-хо-хо! Вон он каков. Рад знакомству, Уфретин, – сказал Теодор и протянул руку гному, тот ее пожал.

– Не гневайся, Теодор, но я спрошу: что ты здесь делаешь? Не могу я поверить, что ты натолкнулся на нас случайно, – спросил Нобар.

– Нет, конечно. Но скажите: видели здесь кого? Может хоть издали?

– А что такое?

– Я проделал долгий путь, а так и не знаю, кого же ищу. Кто-то могучий наделал лиха в Ордене. Многие бросились в погоню, а я позже всех. Да и медленнее всех, пожалуй. Запомни Уфретин никогда не стоит терять надежду и опускать рук. Вот и я не оставил. Все мои друзья отчаялись и покинули меня. А я не бросил поисков. Уже неделю я кружу как птица в этих горах. Я и сам готов был оставить надежду, как вдруг вижу, поднимается струйка дыма.

– А тут мы.

– Да, Уфретин, – кивнул старец, – Значит, ты решил, что время пришло?

Нобар кивнул.

– Лиходей не зря здесь и сейчас, – отозвался Теодор.

– Может он и морочил нас в лесу? – спросил гном.

– Морочил?

– Да. Могущественный колдун насылал морок, так что я путал тропы и солнце. Если бы не хитрость Уфа мы могли и сейчас по лесу блуждать, – сказал Нобар.

– Колдун ли? Я не знаю кто он. От того на душе не спокойно. Но не поверю, что вы и он оказались тут случайно. Позвольте сопровождать вас, покуда наши пути не разойдутся.

– С превеликою охотою, – ответил Уфретин.

Привал длился недолго. Нобар сказал:

– Шагай посередке, Уф, я буду последним. Теодор знает дорогу не хуже меня.

Глава 3

– Ох, как же темно не зги не видно, – посетовал Уф, – Надо же как не вовремя тучи подоспели.

Странники, несмотря на хлесткий ветер, не сбавляли шага, чтобы быстрее добраться до таящихся в темноте пещер. Уфретин вокруг себя ничего не разбирал. Слышал только голос Теодора впереди и хруст снега под ногами. Уфу привиделось, что он ушел в сторону, потерялся и остался один в темноте. А вокруг только ветер гуляет да ночь непроглядная. Аж, страшно стало.

– Вот-вот придем, – с ветром прилетели слова Теодора.

Уфретин не мог дождаться. Лицо замерзло, из носа текло, будто из дырявой бочки, в глазах слезы навернулись, в бороде сосульки наросли такие, что с ними можно уже играть. Руки заледенели, ноги как две деревяшки, сам мокрый как мышь. Вот оно какое – приключение.

Первым в пещеру вошел Теодор. И остановился перед высокой, выше пояса, косынкой снега. Он не успел ничего сделать, как гном, дороги не разбирая, врезался в снег и самим собой проложил дорогу остальным.

– Уф, – сказал гном Уф.

– Я знаю, как всем не терпится спрятаться от непогоды, но я должен осмотреть пещуру, на случай если вдруг… – тут все трое заметили, что за поворотом что-то светится.

– Вот тебе и ответ Нобар, – прошептал Теодор.

Уфретин не удержался, заглянул за угол.

И вот сидит Уф уже на скамейке подле костра. Напротив бобер размером с бочку. Да сидит не как бобры, а как гном или человек, свесив лапы со скамейки. Мордочка острая, усы длиннющие и все что-то принюхивается.

– Доброго пути тебе, гном, – заговорил бобер, а у самого губы не шевелятся, – Чего в такую непогоду выбрался из дому-то?

– Да вот вишь как вышло… – но правду выкладывать Уф не стал, – Шел я шел да заплутал малость. Гляжу – пещера да внутри оказалось огонек. Не знал, что тут хозяин есть.

– Есть. Кашеваром меня кличут, а тебя как зовут?

– Уфретин я.

– Вот и славно, – бобер взял деревянный черпак с длинной ручкой и опустил в варево, что висело над костром, – Есть будешь?

– А в котелке у тебя что? – спросил Уф.

– Кашу варю.

Глядит Уфретин в котелок и правда каша. Да на молоке и уж загустела, вот-вот готова будет. Само по себе в животе заурчало.

– Ну коли так не откажусь, – сказал Уф да вспомнил что товарищи голодные и холодные. Надо бы позвать. А только глядит вокруг так вроде пещера та, а входа нет. Зажмурился, выждал, один глаз приоткрыл, а все тоже. Нет выхода и все тут.

– Чего это с тобой? – спросил Кашевар.

– Гляжу ни входа, ни выхода нет. Как я сюда попал?

– Ну, так вестимое дело – колдовством. Да не бойся ты понапрасну! – махнул поварешкой бобер, – Тут и тепло, и сухо, и каша есть!

– Э, нет, брат-бобер, мне домой надо, – возразил Уф, – Рассказывай как назад все ворочать.

Бобер мордой туда-сюда повел, усами пошевелил, хвостом стукнул и сказал:

– Есть один способ. Я тебе проход открою, и пойдешь один в темноте. Будешь спускаться. Отсчитай сто ступенек и сверни направо. И ни на ступеньку ниже! А то пропадешь! Пойдешь направо, скоро перед тобой окажется большое дерево, все сверкает и искрится, а над ним словно месяц весит. На дереве том ни листочка. Только его не трогай и плодов его не ешь. Под деревом два сундука и в одном из них лежит ложка. Как только ложку добудешь, каши отведаешь – освободишься.

Сдвинул Уф шапку набок и макушку почесал. Сложно все как, мудрено.

– А нет ли способа полегче? – спросил Уф на всякий случай.

– Будь другой способ, я бы и сам давно все сделал. А тут такая штука. Один раз я к сундуку ходил. Из двух сундуков выбрал что победнее. Второй сундук, ишь ты, весь в золоте да серебре, вот я и стал думать. Как откроешь один, второй тут же пропадет. Я покумекал, а как в сказках и легендах говорится, мол, не жадничай так и выбрал скромный сундук. А там и нету ничего! Я было ко второму сундуку, а куда там! Дудки! Пропал родиминькай, ни слуху и ни духу. И дерево тут же свернулось, месяц спрятался и вот уже сижу да снова варю кашу. Такое вот дело.

Нахмурился Уф:

– Значит ступени, да дерево, да сундук? И получается в богатом сундуке ложка?

– Ну, в деревянном ее не было Уфретин. Я что видел то и говорю. Так что пойдешь?

– Пойду, – поднялся гном.

Тут Кашевар вскочил на задние лапы. Достал невесть откуда ветку, над головою три раза махнул, и стена как калитка отворилась. А впереди ни факелов нет, ни лучины какой, а ступеньки видно. Будто откуда-то звезды светят. Посмотрел вверх гном, да только кроме черноты ничего.

– Ты это… Главное яблок местных не ешь, – напутствовал Кашевар.

Уф стал спускаться и считать. «Одна, две, три…». Зарекся гном оглядываться, а так и хочется. Вот уже дюжину шагов насчитал и каждый звучит «туум, туум», будто с соседней горы эхо доносится. А что если пути назад нет? Вдруг обманул Кашевар? Остановился Уф развел руки в стороны. Ни столба, ни стеночки. Не выдержал он, осмотрелся. Кроме лестницы и темноты нету ничего. Ноги задрожали, Уф чуть не сорвался со ступенек.

«Запомни Уфретин никогда не стоит терять надежду и опускать рук», – припомнились слова Теодора. Нахмурился Уф, но сделал шаг, а потом еще и еще.

– Хорошо хоть счет помню, – вслух сказал гном, чтобы хоть как-то разогнать гнетущую темноту. И тут не сосчитав и до половины, смотрит Уфретин и глазам не верит. Лежит на ступеньке самоцвет. Грани ровные любо-дорого смотреть.

– Экие вы колдуны, – засмеялся Уф, – Ну нет, на такую штуку я не поддамся. Мне чужого не надо.

И хотя на следующей ступеньке было два самоцвета да краше, да богаче, прошел гном и мимо них. Не знал Уфретин большего богатства чем небо над головою, то голубое и прозрачное, то густое и угрюмое; чем шум ветра в густых кронах; чем тепло очага; чем любовь домашнего зверья; чем дружба. А холодные камни пусть себе сверкают.

Но вот уже последние ступеньки. Одна, другая и на сотой Уф смотрит, а в сторону и правду идет дорожка. Сошел гном с лестницы и вышел в залу.

– Вот те на! – задрал голову, чтобы поглядеть на свод пещеры, шапка с головы так и слетела.

Впереди все в сиянии, будто инеем облеплено, дерево. Высокое, но Уфретин и выше видел, ствол как у старого дуба. А плодов, плодов сколько! На яблоне в хороший год столько не родится. Усыпано что куст смородины. И все как один круглые белые, ни точечки темной нет.

Уф поднял шапку, отряхнул от пыли и нахлобучил обратно. Может и пещеры, может и колдовство, а все едино зябко в колдовских дебрях. Огляделся гном, никого нет. Тишина аж чихнуть страшно.

– А вот и сундуки, – приметил Уф.

Перед деревом, на поляне, укрытой жухлой травой, стояли два сундука. Один богатый в золоте, а второй дубовый с увесистой крышкой. Решился Уф и отворил дорогой сундук, а внутри – ничего. Опешил гном. Рукой пошарил – ничего. Закрыл крышку и снова открыл – ничего. Глядит, а второй сундук как сквозь землю провалился. Золотой сундук на месте, яблоня волшебная тоже, а второго сундуку нет.

– Обманул меня бобер? Да только во всем прочем, глядишь, не лукавил. Что же делать-то теперь?

Хочешь или нет, а надо назад ворочаться. И снова ступеньки, но теперь топал гном вверх, покуда не появился впереди свет. Как только Уфретин вернулся, вход за ним тут же исчез.

– Получилось? – спросил Кашевар. Присел Уф на скамейку и все без утайки рассказал.

– Эх, обманул меня барсук! Вот полосатый хитрец, чтоб ему нору затопило! Чтобы белые полосы почернели! Чтобы запасы его зимние скисли! Чтобы сколько не копал проку не было!

– А важно ли откуда ложка? У меня с собой завсегда имеется.

– Шутишь ли? Есть ложка? А ну-ка, давай попробуем.

Достал Уф ложку, что в шерстяном носке под штаниной прятал, и протянул Кашевару. Бобер зачерпнул каши и вмиг исчез, только ложка и осталась.

– Чудные дела тут творятся, – сказал Уфретин.

Уф взял ложку, зачерпнул каши и вмиг оказался все на том же углу.

– Уфретин, – окликнул его Нобар, – Что ты там увидел?

Глядит Уф костер на месте и котелок с кашей тоже. Да и скамейки те же вот только мохнатый Кашевар исчез.

– Даже не знаю, как сказать.

Подошел Теодор. А палка его, такой же летом коз гоняли, возьми да засветись синими знаками от края до края.

– Ну-ка, дружок, расскажи мне все.

И Уф все выложил.

– Известно, что за проказники. Духи земли и гор. И чего только не придумают. Они зла не желают, но вот игры и штуки всякие любят. Им одурачить кого, что голодному ватрушки, – сказал Теодор.

– Даже искусные волшебники попадались на их уловки, – заметил Нобар.

– Так ты колдун? – спросил Уф у Теодора.

– Кое-что умею, – кивнул маг.

Теодор прошел к стоянке Кашевара, пробормотал то ли заклинание, то ли наговор:

– Здесь опасаться нечего. И костер, и ужин дух оставил в подарок. Видно ты его выиграл Уф.

– Выиграл? Шутка ли, когда и правил не знал.

– Уфретин, мы с тобой поищем все, что сгодится на дрова, а затем все вместе обсудим наши дела, – предложил Нобар.

Уфретин и Нобар пошарил по пещере и принесли дров, маг тем временем следил за кашей в котелке. Вскоре все трое сидели у огня.

Первым взял слово Нобар:

– Затея моя, значит, и говорить мне. Не хочу загадывать наперед, чтобы будущие трудности нас не испугали. Но сначала нам с Уфом нужно попасть на Великую Стену. Там мы найдем третьего спутника, а после будем держать совет. Какой дорогой идти на север, в Налдерет.

– Кто же он?

– Это Филарет, человек. Он уже знает о нашем походе, я встречался с ним. Но прошу, Теодор, расскажи, что случилось в Ордене? Что же за лихо?

– Я не был в том городе, когда стряслось лихо. Но был после. Мне рассказали. Стоял ясный день. Ни облачка на небе, люди и гномы сновали по делам. Кто говорит с севера, а кто говорит с запада, налетела туча. Огромная накрыла своей тенью и город, и деревни что рядом. Густая как мед, черная как деготь, разразилась с высоты громом и молниями. Поднялся ветер, да такой что черепицу с крыш ободрал, все кадки, бочки да бадьи вверх дном по всему городу опрокинул, у дубов кроны поломал, а некоторые деревца и с корнем выдрал. Самой высокой башне, что торчала над рекой, всю крышу снесло. Не успел люд попрятаться, как из тучи полилась вода холодная, как из проруби, и вместе с ней град размером и с горох, и с целое яблоко. Старожилы говорили, что такого дождя отродясь не бывало. Того и гляди город затопит, а он ведь на холме. И мало было напастей, как началась земля трястись. Вот-вот развалятся дома, как будто не из камня сложены, а из глины да палок. Могло много худого случиться, если бы не прорицательница.

– Там была прорицательница? – спросил Нобар.

– Да. Она вмешалась. Знай Уф прорицательницы способны на чудесные вещи. С ней были и ее послушницы, и несколько волшебников. Но как мне передавали, в мгновение рев ветра обрел живой голос. Такой, словно надломленное дерево падает под своим весом. А непроглядное облако прорезал широкий луч света. Он пал до самой земли, но не пожег и травинки. Туча взвыла, бросилась в сторону от города и буря утихла. Потом сама прорицательница и ее послушницы, да и маги много помогли горожанам. Позже пришли и другие на помощь. В том числе и я. Волшебники и рыцари вскоре бросились в погоню. Я же спрашивал. А позже поговорил и с прорицательницей.

Уф уши развесил. Эх, ему такие истории, что босому башмаки.

– Что она там делала? – спросил Нобар.

– Живет. Там ее собор и башня.

– А туча что? – спросил Уф.

– Позже я собрал отряд и бросился вдогонку. Если оставить этого лиходея без присмотра он натворит еще худших бед. Мы проделали долгий путь, узнали что туча спряталась за горами, тогда мои спутники оставили меня, они потеряли надежду. Но я не сдался и нашел вас.

– А мы страдали от морока, – сказал Нобар.

– И я уверен, что туча и есть ваш недруг Нобар. Этот колдун что-то знает и замыслил. И вы двое ему мешаете.

– Да мы его в глаза не видели, – воскликнул УФ, – Чем мы можем мешать? И что он наколдует теперь?

– Пока ничего. Он силен и открыто выступил против Ордена, за что поплатился. Теперь будет осторожен. Не скоро он восстановит силы.

– Он состроит еще много хитростей. Дорога будет не простой, – сказал Нобар.

– Так или иначе, горы надо миновать. Тут либо обходить, либо перейти их, – указал Теодор.

– Мы уже говорили об этом. И надумали перейти по северной тропе, – сказал Уф.

– Пока чародей слаб, надо торопится, – взял слово Нобар, – На Великую Стену он не нападет. Это оплот силы. А как окажемся под защитой, придумаем что делать. Но ты Теодор не обязан идти с нами.

– Лиходей преследует вас двоих. Я останусь. Так или иначе, он себя еще проявит, да и вам может понадобиться моя помощь. Я не великий маг, но кое-что умею.

– Только не сейчас, мудрейший Теодор, – попросил Уф, – Насмотрелся я сегодня на колдовство. На месяцы вперед хватит!

Глава 4

Костер потрескивал всю ночь. Утром гному показалось, что он дома. Словно это в камине трещат поленья, но голос Теодора отогнала сонную мглу:

– Нам пора, уже светло, – сказал тот. Уф вскочил, костер тлел, было холодно.

– А где Нобар? – протирая глаза, спросил гном.

– Он ждет нас снаружи, – ответил Теодор, схватил свой мешок, перебросил его за плече и пошел к выходу. Гном последовал за ним.

Нобар осматривал округу. Он слушал и смотрел, маг знаком показал гному не мешать. Уф и не думал. Небо было чистым и ясным, легкий ветерок обдувал лицо.

– Сегодня будет хороший день. Если поторопимся, то взберемся на гору засветло. Я хаживал в этих краях. Если перевал не густо занесло то все хорошо. Но если нет, дорога станет трудной. Завалы и косынки из снега там бывают выше меня и толщиной в сотню шагов. Придется расчистить их или обойти по тайной тропе севернее перевала. Но по этому проходу я не ходил, а слухи о нем дурные. Поговаривают, что там много ям и расщелин в горе. Но понадеемся на лучшее, погода сегодня добрая и снега в этом году мало.

– Я тоже слышал об этой тропке и скажу наперед – лучше я буду разгребать снег в лютую метель, чем пойду в обход. Нет работы, чтобы не справился гном кроме как лазить между расщелин и впадин. Увольте в обход мы никак! – сказал Уф.

– Мне тоже обходной путь часто выходил боком, – вздохнул маг, – Не станем сворачивать с прямого, хоть и трудного пути ради легкого – быть беде. Но сейчас надо добраться до подножия и начать подъем, – напомнил Теодор.

– Идемте, – сказал Нобар.

Так и пошли они друг за другом. Нобар впереди, следом гном, твердо ступая на хрустящий снег, и последним шел маг. Они быстро преодолели берег озера и, взявши вправо, стали приближаться к подножию.

Гора, к которой спешили путники, звалась Старый Кряж. Подножие пятнали укрытые тяжелым снегом елки, сосны и валуны величиной: то с кадку, то с ведерко, то с телегу.

– Мы взберемся по склону, – Нобар указал перед собой, – Деревья послужат нам опорой, а затем возьмем вправо и будем подниматься к перевалу с южной стороны. Если нас снова не окутают злые чары, то к закату управимся. Только бы не колдовство.

– Если лиходей попробует наложить чары, уж я сумею дать отпор. Но если он упрется, равно как и я, у меня недостанет сил на большее. Хуже того я могу оказаться обузой, как мешок с камнями, – сказал маг.

– Как по мне, – признался Уф, – Так не плохо бы знать кто этот колдун.

– Знать бы не плохо, – согласился Нобар, – Да разбираться, кто колдует против нас лучше уже за горами. Больше мы ничего не можем.

Нобар едва касаясь снега, забрался вперед локтей на пятьсот или больше.

Уф заохал, но делать нечего надо идти.

Поначалу шли быстро, но скоро подъем превратился в тяжкий труд. Уф разгребал руками снег и шел, а со стороны могло показаться, что он переплывал белый пруд. За гномом поднимался Теодор. Осилив крутой отрезок, гном закричал:

– Нобар, нам не справиться без твоей помощи! Кинь веревку и привяжи ее к дереву. Так мы и поднимемся.

Нобар размотал веревку и обвязал ствол дерева. Следом бросил ее друзьям. Уф поймал, передал Теодору и сам, крепко схватившись, начал подниматься наверх. Вот так и шли странники то быстрее то медленнее; то останавливаясь, чтобы перевести дух то, поднимаясь с новыми силами. Все выше и выше пока, наконец, не достигли перевала.

Стоя по пояс в снегу, Уф осмотрелся. Вершина горы громадой нависала над ним. Пологие склоны наглухо увалены снегом. Ни торчащего уступа тебе, ни камня. А проход впереди завалило.

– Нужно выбирать, – сказал Нобар, – Идем в обход или прокладываем дорогу здесь. Мне претит выбирать за вас. Я предпочел бы идти здесь. Скажите кто что думает. По старшинству, – предложил Нобар.

– Что ж я лучше пройду прямо. Пусть это будет и трудно, – ответил маг.

– Хотя мой голос и не решает уже ничего, – вздохнул гном, – но я не привык отступать перед трудностями. Через труд и пот, но сами. У нас и головы и руки есть, отчего не расчистим дорогу? Вот как я думаю. Уж про ямы и пропасти говорить не буду.

– Так и сделаем, – заключил Нобар, – За дело.

– Теодор, – воскликнул Уф, – Может ты что-нибудь наколдуешь? Не плохо бы нам крылья или еще чего.

– Не в этот раз, мой дорогой гном, – ответил Теодор, – Я не могу наколдовать крылья и растопить снег мне не по силам. Давай-ка потрудимся Уф!

Гном пошел первым. Хотя снег ему по самый нос Уфретин умело и быстро разгребал его руками. Следом шел Нобар и последним Теодор. Потом Уфа сменил Нобар, который словно и не знал усталости, затем взялся за дело Теодор. Но не прошел маг и дюжины шагов как стена снега пала, а за ней оказалась открытая тропа. Теодор и Уф из последних сил добрались до вершины перевала.

– Отдохните и перекусите. Меня не ждите. Я осмотрю спуск, – сказал Нобар и добавил, – Спуск всегда легче подъема. Выше нос, друзья.

Уфретин раскидал снег и нашел валун, рядом отрыл еще один и предложил сесть Теодору. Друзья уселись и завернулись покрепче в плащи. Вспотевшие они оба были легкой добычей горного ветра.

– Жаль костер не развести! – огорчился гном, – Такой холод, что зубы сводит. Брр, – вздрогнул Уф. Ветер свистнул, а холод забрался под тулуп.

– Это уже слишком. Заморозить или застудить нас не позволю, – встал маг, – Ну-ка ветры вы лихие, ну-ка силы удалые, отступите от меня и от гнома Уфретина! – воскликнул Теодор и стукнул посохом по камню. Ветер вдруг ослаб и стих.

– Ты поистине великий волшебник, Теодор! – воскликнул Уфретин, – Никогда не видел я такого. Раз и ветер улегся! Хотя и магов до тебя не встречал.

– Спасибо за похвалу, Уф. Но времени у нас мало ветер скоро вновь разыграется. Давай-ка закусим.

Когда Нобар вернулся, его сотоварищи уже перекусили.

– Все в порядке. Тропа есть. По ней мы легко спустимся, – не успел он договорить, как раздался ужасный грохот, все трое путников посмотрели на север, там случился обвал.

– Похоже, завалило обходной путь, – сказал Теодор.

– Завалило. Да у нас свои беды. Давайте спускаться, – сказал Уф.

– Тебя с толку не собьешь, – заметил Нобар и повел своих спутников среди снега и льда. К концу дня вся троица благополучно спустилась к подножию Старого Кряжа.

– Ну, вот и все, – перевел дыхание Уфретин, – Теперь найти бы тихое местечко и лечь прикорнуть до утра. Гудят ноги, болит шея. Давайте пройдем вперед еще пару верст и найдем ночлег.

Так и сделали. От подножия холма начиналась широкая полоса леса. Деревья укрыли путников от ветра. Снега по дороге было не выше щиколоток. Когда путники изрядно отмерили ногами, солнце село. К счастью друзья успели отыскать низину и там устроили ночлег.

Ночь у костра тянулась. Тихо дул ветер. На чистом, что нередко бывает перед утренним морозом, небе ярко горели звезды. Луна выкатилась из-за горизонта и играючи осветила лес. Уфретин и Теодор спали. Только Нобар не закрывал глаз. Он сидел недвижимый и наблюдал за ледяным светом, что искрился на снегу. Утром, наскоро перекусив, путники продолжили путь.

– Я думаю, – сказал Нобар, – Может нам свернуть в селение? Отдохнем и погреемся. Или доберемся до Великой Стены? Мне хватит сил, но я не гоню тебя Уфретин и тебя Теодор. Что скажете?

– Я немало хаживал по землям севера, а уж дороги к Стене исходил вдоль и поперек, – ответил Теодор, – До нее нам не меньше пяти дней скорого пути, а то и целая неделя. И я бы рад отдохнуть, но меня беспокоит колдун. Чем раньше окажемся в крепость, тем лучше. Я готов идти. Что скажешь Уфретин?

– Я тоже пойду, – кивнул Уф.

Нобар положил руку гному на плече:

– Хорошо. Идти легче и короче по тракту. Он идет от столицы Ордена прямиком к горам. У подножия стоит Северная Крепость через нее мы попадем на Великую Стену. Но до нее у нас не выпадет случая пополнить провизию. Так что затяните пояса потуже друзья и не ждите легкой дороги.

Глава 5

Утром пятого дня путники вышли на занесенный снегом тракт и, не отклоняясь от него, шли среди нависших деревьев. Уфу казалось что они того и гляди упадут, раздавят и его, и даже ловкого Нобара. После полудня темные деревья стали редеть. Появились тонкий молодняк и невысокие кусты, лес закончился, а вот горы будто и не приближались.

– А что это за крепость такая? – спросил гном, нагнав мага, и поравнявшись с ним.

– Великая Стена построена давно. Многие годы ее защищают благородные люди. Охраняя покой и твой, и мой, дорогой гном.

– Вот как? Чего бы это нас защищать? – спросил Уфретин, – Да и от кого?

– Есть в мире лихо, о котором ты не слышал. Но не будем о грустном. Впереди нас ждут и еда, и постель.

К вечеру потеплело, ветер угомонился. Нобар оглянулся на спутников, сжалился и сказал отдохнуть. Уф побоялся садиться на снег и сел на свою сумку, бросив ее на землю. Теодор оперся обеими руками на посох. Нобар молча вглядывался вдаль. Уфретин огляделся. Темные клинья леса кое-где врезались в белую равнину. Казалось, голое поле подступало к горам. Даже любя снег и зиму, Уф сейчас мало радовался и тому и другому. Дорога вышла тяжелой. Гному уже не хватало сил поспевать за скорым шагом Нобара. Отдых закончился внезапно, как и начался:

– Солнце сегодня зайдет поздно, – сказал Нобар, – Мы можем успеть в крепость, если поторопимся. Оставаться на холоде еще ночь желания у меня нет. У вас тоже вряд ли, – он посмотрел на Уфа, – Так вот, стало потеплее, ветер стих. Запаситесь терпением друзья и надейтесь на будущее тепло и трапезы.

При словах «тепло» и «трапеза» Уфретин вздохнул, но с решимостью злобного гусака, затрусил за Теодором. Так шли они дотемна, пока впереди не появились слабые огоньки. Несмотря на усталость Уф чуть ли не в припрыжку устремился на них. Уставшие и замерзшие путники остановились у тонкой грани, где на снег лился свет от факелов. Они застыли, пока маг не ступил вперед, а остальные за ним. Глаза заслезились от яркого света.

– Кто вы? С какой целью явились к Великой Стене? Сколько вас еще? – вопросил стражник, но меч не обнажил, – Ну же, скорее отвечайте! Кто из вас старший?

– Мы странники из разных краев. Нам нужно только переночевать, пополнить запасы воды и еды, – сказал Теодор, – Наши имена знакомы воинам ордена, ибо я Теодор, мой высокий спутник Нобар, а третий с нами гном Уфретин. Мы не таим зла и всегда были друзьями вашими и вашего владыки. Надеюсь, среди воинов Ордена не забыли кто такие друзья и как с ними обращаются.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.