# Белое безмолвие

Артемий Груздев

Этот рассказ погружает читателя в мир суровых испытаний и отчаянной борьбы за выживание в условиях пост-апокалипсиса. Главный герой, столкнувшись с холодной беспощадностью природы и жестокостью человечества, вынужден ежедневно выбирать между гуманизмом и собственным существованием. Через призму ярких ощущений и глубоких переживаний автор показывает, насколько хрупким становится понятие морали, когда речь идет о сохранении жизни. Напряженное повествование увлекает своей атмосферой тревоги и одиночества, а финал оставляет открытым пространство для размышлений о ценностях и приоритетах каждого из нас.

Холод обжигает, он повсюду… Надо бежать. Надо срочно бежать!


Плевать куда и в какую сторону… Бежать…


Мысли мелькали в голове, но всё яснее становилось одно: мне срочно необходимо найти укрытие до тёмна, иначе мороз сожрёт мою душу.


Кровь хлынула по венам и артериям, в ушах долбил канонадой пульс сердца, под ногами хрустел снег, становилось тепло.


Шаг сменил бег, но не потому, что я выбился из сил, нет… А лишь потому, что снега становилось больше по ходу движения. Местами из-за постоянных перемётов снег доходил аж до пояса.


Надо бежать…


Я знаю, где-то рядом должна быть деревушка, я это точно знаю. Она здесь, по крайней мере, была, ещё лет десять назад она была тут. Если её не разграбили мародёры, если её не разобрали на дрова. Остаётся лишь надеяться, что я смогу найти хотя бы подвал, чтобы спрятаться от ветра и пережить ночь.


Снег замедляет, мороз подгоняет.


Солнце опускалось за горизонт, всё быстрее и быстрее…


Нет сил идти, нет возможности остановиться.


Я непроизвольно остановился на краю леса.


Я выдохся , я устал.


Моему взору открылась ужасная картина. Я не видел деревни, лишь кристально чистое, ослепляюще-белое море, море снега…


Это был словно фатальный удар, мои надежды рухнули.


Смерть неминуемо найдёт меня здесь, посреди ледяного, безмолвного болота, которое притянуло сюда меня с моими иллюзиями.


Тело сломлено, но мозг пытается найти выход из этого дерьма, глаза жадно бегают по просторам, пытаясь отыскать хоть что-то…


Кажется, я вижу. Правда? Да, чёрт возьми, я вижу! Или моё зрение меня подводит, или инстинкт самосохранения отказывается сдаваться. Чуть левее от намеченного курса, ближе к лесу, вроде бы труба… и эта белая пирамида очень похожа на заметённую крышу, которую годами, день за днём заметало…


Сняв с лица шарф, я быстро обтер лицо снегом. Это бодрит, освежает мысли. Паника отступает, взгляд назад, на запад, солнце уже на исходе, я должен дойти до этого места, пока не стемнело.


Минут десять у меня есть.


Мои уставшие, замершие ноги, будто движимые кем-то другим, словно невидимым кукловодом, повели меня сквозь сугробы.


Это и правда оказалась труба, в дом не попасть, его засыпало снегом до чердака.


С другой стороны строения находилось маленькое окошечко, наполовину занесённое снегом.


Оно и стало моим спасительным лазом в эту холодную и тёмную пещеру, которая всё ещё напоминает, что раньше тут протекала спокойная и размеренная деревенская жизнь.


Выбив стекло, я забрался внутрь. На мгновение мне показалось, будто тут теплее. И это абсолютная ложь, иллюзия, вызванная бешеным кровотоком. Такое бывает, когда долго что-то активно делаешь и садишься передохнуть.


Я устал, надо развести огонь.


Солнце почти село, остатки дневного света, попадая через выбитое окно, лениво освещали помещение.


Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы найти люк. Под люком скрывалась лестница, ведущая на первый этаж.